Тепло твоих рук

      - Не можешь попасть с расстояния трёх шагов, Грейнджер? - Драко успел отскочить от заклинания в последнюю секунду. За спиной на мелкие кусочки разлетелось что-то стеклянное. Ему это определённо нравилось.       - Думаешь, мне интересно так просто лишить тебя палочки, Малфой? - эта улыбка обезоруживала быстрее и действеннее, чем любые заклинания.       - Тебе кто-нибудь говорил, что ты пиздец какая красивая, когда сражаешься? - столп красных искр пролетел мимо неё. Комнату определённо хотели разрушить до основания.       - Если скажу "да", будешь меня пытать, чтобы узнать, кто это сделал? - наспех перевязанные волосы больше не мешали. Спрятавшись за массивную колонну, волшебница за секунду окинула взглядом помещение и прикинула дальнейший план действий. Многочисленные заклинания уже летели в её сторону без остановки.       - Судя по последнему разговору, не удивлюсь, если это ещё какой-нибудь тайный поклонник, о котором я даже не подозреваю, - пользуясь возможностью, Драко закатил мешающие рукава шёлковой пижамы и едва успел увернуться от обездвиживающего, спрятавшись за старым фамильным креслом.       - А тебе кто-нибудь говорил, что ты пиздец какой сексуальный, когда сражаешься? - он замешкался всего на секунду, а пропитанный пылью предмет интерьера уже с полной скоростью летел в высокое витражное окно. Оставшись без укрытия, блондин было отскочил в сторону от очередного потока искр, но его ноги уже успели незаметно связать.              Небольшого оглушения хватило ровно до того, как ликующая в душе Грейнджер успела подойти к сидящему на полу Малфою.       - Сдаёшься? - затуманенный заклинанием взгляд прекрасно различал в размытой картине комнаты лишь одно - её мерцающий в лунном свете силуэт. Нежная фигура опустилась к нему на пол и приставила к шее тонкую волшебную палочку. Полупрозрачная белая майка дрожала в такт с её суматошным сердцем, а полностью открытые плечи так и манили попробовать их на вкус.              Не выдержав соблазна, Малфой одним рывком притянул к себе опешившую Гермиону и жадно впился в её губы. Сегодня они ощущались совершенно иначе. Мягкий вкус спелой вишни сносил крышу сильнее, чем целая бутылка огневиски, выпитая в одного. Хотя его возбуждало в ней абсолютно всё, от сбитого дыхания, горячей кожи и этих внезапно жарких ответных касаний до шёлковых волос, которые парень так нетерпеливо высвободил из резинки.       Утопая в абсолютно бесстыдном сладком поцелуе, девушка уже почти забыла, зачем они здесь вообще находятся, но выбитая у неё из руки палочка вернула волшебницу в реальный мир.       Не заставляя Драко долго ждать ответной реакции, Гермиона раздражённо прикусила его губу и, вызвав волну возбуждённого шипения, резко встала с колен слизеринца, подобрала своё оружие и снова спряталась за колонну.       Минуты три они восстанавливали напрочь сбитое дыхание и опьянённые близостью мысли.       - А я уже и забыла, что ты подлец, Малфой, - его улыбка действительно завораживала.       - А я и не знал, что ты бываешь такой сладкой на вкус... Вишнёвый бальзам для губ? Не замечал, чтобы ты раньше пользовалась косметикой... - Разноцветные искры летели из их палочек во все стороны, разбивая вдребезги всё на своём пути.       - Повода не было! - они играли в эти кошки мышки на равных, абсолютно не поддаваясь.       - А сегодня появился? - защитив себя заклинанием, Драко проскользнул мимо взгляда отвлечённой взрывом очередной лампы волшебницы и притаился за соседней колонной.       - Мы с Джорджем ходили в кафе, - что-что Малфой о себе сегодня окончательно понял, так это то, что он пиздец как ревнует Грейнджер к Уизли.       - Ты всё ещё любишь его, Гермиона? - он возник из неоткуда так внезапно и тихо, что у неё просто не было шансов хоть как-то среагировать на это нападение.       Прижав волшебницу предплечьем к холодному мрамору, Драко приставил к ней волшебную палочку и требовательно остановил свой взгляд на карих глазах.       - Я люблю ходить в кафе и вишню, - даже сейчас она была изворотлива и завораживающе-прекрасна.       - Это не ответ на мой вопрос, Грейнджер! - её доверие просто поражало. Стоя здесь, в том самом доме ужасов, с ним, с Малфоем - главной ненавистью всех школьных лет, да ещё и под направленной на неё палочкой... Она улыбалась...       - Разве? - отлетев в другой конец комнаты, Драко успел несколько раз пожалеть, что сразу не лишил её оружия.       Они стояли друг напротив друга и изучали каждый взгляд, каждое движение и каждую эмоцию своего противника. Выйдя на ринг один на один, они были готовы идти до конца. В одну секунду вся комната озарилась тысячей разноцветных огней, то и дело пролетающих из одного конца помещения в другой. Практически все окна разлетелись на части, вся мебель была разбросана по углам. Что-то даже успело вылететь в сад. Шум стоял такой, что отдыхавшая в дальнем крыле прислуга уже на всех парах мчалась сюда разбираться с непрошенными гостями.       Но для них мир вокруг просто не существовал.       Вспышки сменялись одна за другой. Что-то пролетало мимо, что-то отражалось защитными чарами, а что-то иногда даже попадало в цель, но, естественно, не наносило серьёзного урона, так как они намеренно старались не причинить вред.       Азарт победить противника с каждой секундой усиливался всё сильнее. Удары становились точнее, а бой - ожесточённее.       И вот. Яркая вспышка ослепляет Малфоя буквально на доли секунд, сбитый с ног очередными искрами, он с грохотом падает на тёмный пыльный пол, кидает в пустоту последнее заклинание и едва успевает закрыть руками лицо от падающих на него осколков взорванного балкона.       Гранитные валуны замирают в воздухе в паре сантиметров от его тела. Драко взволнованно смотрит на волшебницу, и вновь эта чарующая, солнечная улыбка покоряет сердце ликующей гриффиндорки.       Высокие деревянные двери неожиданно распахнулись, впустив внутрь взбудораженный шумом персонал. Пятеро джентльменов направили на разгорячённую битвой Грейнджер готовые к бою волшебные палочки.       Лишь обернувшись назад, девушка поняла, что тоже попала в ловушку слизеринца, когда осколки, окружившие её практически со всех сторон, моментально упали и разбились хрустальным песком у босых ног.       Малфой одним коротким словом остановил абсолютно всех подчинённых и, отряхнувшись от вековой пыли, уверенно подошёл к Гермионе.       В сопровождении удивлённых глаз собственной прислуги, парень нежно поднял на руки свою дуэлянтку и обвёл взглядом растерянных мужчин.       - Добро пожаловать в семью, миссис Малфой!