Тепло твоих рук

      - Добро пожаловать в семью, Миссис Малфой!       То ли это адреналин так сильно затуманивал разум, то ли это запах ее вишнёвого блеска сводил с ума, но Малфой определённо был готов расцеловать её прямо здесь, на пыльном полу полностью разрушенной комнаты. И, если бы не взволнованная прислуга, он бы обязательно это сделал.       - Доброй ночи, мистер Малфой! Я надеюсь, вы шутите... Ваш отец придёт в ярость, когда узнает, что вы с этой грязнокровкой разрушили бальный зал времён вашего прадеда! - скрипучий противный голос раздался со стороны входа. Вероятнее всего, это главный управляющий решил дать о себе знать.       - Судя по разговорам судей, что я слышал вчера на заседании, мой отец, если и останется в живых, то вернётся в этот дом не раньше, чем лет через сорок, не думаю, что вы застанете этот момент, Гораций! Мать тоже в ближайшее время ждать не стоит... Ах да! Вы разве не получили уведомление об увольнении сегодня днём? Время на сбор вещей закончилось! - Грейнджер даже не смотрела в сторону незнакомцев. Сейчас ей был интересен только он.       - Даю пять минут, чтобы окончательно убраться из поместья! Все оставшиеся вещи заберёте завтра вечером! - Драко был зол. Очень зол.       - И самое важное... Если я вдруг услышу хоть один намёк на ругательство в сторону моей невесты, если я узнаю хоть об одном плохом слове, неважно, в стенах этого дома или за его пределами, я, несомненно, лично позабочусь о том, чтобы лишить языка каждого, кто посмеет оскорбить мою женщину! - мурашки пробежали по спине волшебницы.       - Прошу прощения, молодой господин! - слуги явно не по наслышке знали, что их руководство не бросает слов на ветер.       - От лица семьи благодарю всех за преданную службу! Оплата за ближайшие неотработанные полгода придёт каждому в положенный срок, как и принято при внезапном увольнении. Все возникшие вопросы можете направить мне по почте, а сейчас - возвращайтесь в свои дома и даже не пытайтесь тайком вернуться. Я лично настрою доступ к поместью сразу, как каждый из вас трансгрессирует, и, поверьте, вам лучше не знать, что станет с теми, кто без разрешения окажется в стенах моего дома после действия чар.       Всё ещё находясь у него на руках, Гермиона отчётливо поняла, что окончательно и бесповоротно влюбилась.       Пять щелчков спешно растворились в темноте и оставили всё ещё взбудораженных битвой волшебников наедине.              - Миссис Малфой, значит, - осознание приходило постепенно. Намеренно не дожидаясь, пока весь адреналин выветрится, а девушка задаст новые смущающие вопросы, Малфой начал страстный и возбуждающе глубокий поцелуй.       В порыве нарастающего удовольствия парень прижал волшебницу к стене и позволил ей более удобно разместиться у себя на руках.       Обхватив бедрами горячую талию, Грейнджер практически полностью потеряла контроль над своими действиями и, перебирая между пальцев платиновые локоны, с удовольствием отвечала на уверенный и долгий поцелуй.       Сильные руки сжимали её ягодицы, изначально случайно попав под пижамные шорты.       - Мне... нужен... воздух... Драко... - этот голос...       С очередным внезапным щелчком, тело приятно окутала тёплая вода. Неожиданно оторвавшись от опьяняющих губ, Гермиона уже почти успела отвернуться, чтобы посмотреть, где они находятся, но, усадивший её на край бассейна Малфой, не дал отвлечься от него и на секунду. Машинально отложив на мраморную плитку абсолютно не нужные сейчас палочки, Драко коснулся мокрой рукой до зацелованного вишнёвого блеска и с ещё большим возбуждением прильнул к нежным губам, максимально близко прижимаясь напряжённым телом к увлечённой девушке. Он чувствовал каждое её прикосновение, слышал каждый сладкий стон, вздрагивал от каждого игривого укуса.       Лишь катастрофическая нехватка воздуха заставила их оторваться друг от друга. Она обожала этот возбуждённый прищуренный взгляд, а у него срывало крышу от её ног, которые с каждым не сдержанным стоном всё сильнее сжимали его бёдра и увереннее притягивали парня.       Серые подтёки пыли от взорванных колонн каплями стекали по бледной коже волшебницы. Всё так же не говоря ни слова, Малфой взял Грейнджер на руки, в этот раз намеренно игнорируя её шорты, и сделал несколько шагов назад - в самый центр личного бассейна. Крупные капли, словно самый тёплый тропический ливень, полностью окутали их и без того разгорячённые тела, смывая за собой всю грязь и напряжение сегодняшнего дня. Самая обворожительная улыбка заставила сердце волшебника невольно вздрогнуть. Он знал, что ей понравится.       Отбросив напрочь последние сомнения, Драко уверенно разорвал и без того повреждённую во время битвы майку и неумело расстёгнул абсолютно не нужный сейчас бюстгальтер.       Острые ноготки неожиданно терпко впились в плечи, а затем, ещё более неожиданно, принялись расстёгивать изумрудные пуговицы прилипшей к телу пижамы.       Не выдержав соблазна, Драко жадно коснулся губами такой манящей шеи, швырнул лифчик в другой конец комнаты и позволил утопающей в удовольствие волшебнице избавиться и от его одежды.       Поначалу едва вздыхающая Грейнджер сейчас уже открыто стонала и выгибалась под его поцелуями. Её нежные руки снова оставляли на спине возбуждающие ожоги и абсолютно не сопротивлялись его активному изучению только открывшейся для него груди. Всё ещё оставляя багровые засосы на самой восхитительной девушке, что он когда-либо знал, Драко полностью осознавал, что теряет контроль, но ничего не мог с этим поделать. Да и не сказать, что он вообще хотел что-то с этим делать.       Волшебник слышал этот крышесносный голос, чувствовал её изучающие руки, целовал горящую от его прикосновений кожу и сжимал нежную грудь. Но хотелось большего.       Опьянённый своей волшебницей, Малфой окончательно понял, что на грани пересечения черты, когда его язык коснулся затвердевшего от возбуждения соска. А ведь Гермиона не то что не сопротивлялась - она сама машинально ещё ближе прижалась к Драко.       Шокированный своим же поведением парень резко отстранился, поднял девушку на руки и, стараясь не прижиматься к ней брюками, посадил обратно на бортик.       Обнаженная, с мокрыми кудрями, зацелованной шеей и этим затуманенным любовью взглядом, она была непередаваемо прекрасна. Он смотрел в её карие глаза, обводил взглядом припухшие от жарких поцелуев губы и вздымающуюся от учащённого дыхания грудь...       - Кажется, я влюбился в тебя, Гермиона Джин... Малфой, - горячая ладонь неуверенно коснулась раскрасневшейся щеки гриффиндорки.       - Кажется, я тебя... - её незаконченное предложение прервал долгий и чувственный поцелуй.       Машинально притягивая бедрами возбуждённого парня, Гермиона совсем не ожидала встретить сопротивление.       - Если мы продолжим, я не захочу останавливаться, дорогая, - непривычно серьёзный шёпот вызвал волну будоражащих мурашек.       - Я знаю, молодой господин, - вплотную прижавшись бёдрами к облегающим мокрым брюкам, Гермиона коснулась зацелованных губ дрожащими от волнения пальцами и заглушила поцелуем вырывающийся от неожиданности стон.       Первое утро в Малфой-Мэноре было незабываемым и прекрасным.