Глава 9 Первое погружение
27 октября 2022 г., 21:43
В шесть утра сработал будильник на телефоне Сана.
Комната наполнилась тихой приятной музыкой. Сан открыл глаза. Вчера он так и не переполз на свою кровать и первое, что он увидел, это лицо спящего рядом Уёна.
Вставать сразу же расхотелось. Тем более не хотелось будить этого милого взъерошенного паренька. Но звук мелодии нарастал и ему пришлось переползти обратно, чтобы добраться до телефона на тумбочке.
Сан выключил будильник и вернулся к Уёну. Немного помедлил, вздохнул и стал тихонько тормошить его за плечо.
— Уён, просыпайся. Нам надо собираться.
— Ммм. — Недовольно протянул тот. — А можно нам никуда не ехать? — Он открыл глаза и увидел стоящего над ним на коленях Сана.
— Нет, нельзя. Ты же обещал. — Улыбнулся Сан и, вскользь погладив Уёна по волосам, аккуратно стал поднимать его за руку. — Вставай! Обещаю, ты не пожалеешь.
Уён отвёл взгляд и стал подниматься. Он снова почувствовал себя неловко, но не только из-за поведения Сана, а потому, что поймал себя на мысли, что ему нравится, как бережно и нежно Сан с ним обращается. Он невольно вспомнил Ёсана и вдруг понял, что у них было в точности наоборот. Это Уён всегда защищал и обнимал Ёсана. Это он мог спокойно чмокнуть его в щёку при всех, считая это абсолютно нормальным. Потому что Ёсан был ему, как брат. У них в семье все это знали и потому, никаких проблем не возникало. Но Ёсан редко делал что-либо подобное. В основном, он лишь позволял проделывать это с ним Уёну и только в этом случае, мог обнять в ответ. И теперь, встретив Сана, Уён не знал, как реагировать на его излишнюю нежность и тактильность. Он привык к такому поведению со своими братьями. Но в том и дело, что у Сана братьев не было. Вроде бы, в том, что он делал, не было ничего особенного, но почему-то воспринималось совсем иначе. И это всё больше беспокоило Уёна, хотя он и уверял себя, что ничего не происходит. Продолжая украдкой поглядывать на загорелое сильное тело Сана, когда тот снимал пижаму, переодеваясь.
Сытный завтрак и бодрящий чай помог парням окончательно проснуться и их настроение значительно улучшилось.
В этот раз за руль автомобиля сел отец Сана. А ребята устроились на заднем сидении. И хотя Уён продолжал волноваться, постоянное подбадривание Сана, в комплекте с сильной рукой на плече, придавали ему уверенности. Но только до тех пор, пока машина не покачивалась на ухабах и "лежачих полицейских". Потому что это заставляло Уёна нервничать гораздо больше, чем предстоящее погружение. В такие моменты Уён готов был сигануть в пропасть прямо сейчас и покончить с погружением раз и навсегда, чтобы не испытывать такой сильной неловкости от близости с Саном, несмотря на то, что ему эта близость нравилась.
Сан же, привыкший к постоянно смущенному Уёну, разницы в его поведении не замечал. И оправдывая своё собственное поведение тем, что он помогает Уёну успокоится, продолжал придерживать его за плечи.
Прибыв на место и оставив машину на парковке, все трое направились на пирс. Уён, в сопровождении Сана, который легонько придерживал его за локоть, взошёл на борт того самого красивого катера, который впервые привлёк его внимание ещё тогда, когда он стоял в тридцати метрах над ним, на мосту реки Хан.
Оказалось, что судно вовсе не принадлежит семье Сана, а арендовано всё у того же центра по дайвингу, где работал его отец.
Уён не раз ездил с семьёй на остров Кваджодо и бывал на борту других судов. Но то были туристические яхты и не слишком походили на это. А потому, впечатление было потрясающим. Это был большой просторный катер, оборудованный специально для дайвинга и на сленге дайверов назвался "специализированный дайв-бот".
Пока отец вёл катер к месту погружения, Уён заполнял свой первый бланк "планировщика".
Под руководством Сана, который минутой назад заполнил свой собственный бланк, Уён записывал данные о месте и времени планируемого погружения. Партнёрах по дайву. Времени, которое планировалось провести непосредственно под водой, расчётное время возвращения и многое другое. Там же он указывал и контактные данные, на случай, если что-то пойдёт не так. Так поступали все драйверы перед погружениями, и Уён, который теперь был в их числе, тоже обязан был это сделать.
Оригинал "планировщика" драйверы вручали ответственному лицу на берегу. Обычно другу или члену семьи. И такой оригинал отец Сана оставил дома на своём письменном столе для жены. А его копию часто оставляли непосредственно на борту судна, с которого производилось погружение. И бланки, заполненные Уёном и Саном, играли роль таких копий.
По факту, Уён продолжал своё обучение дайвингу, но теперь непосредственно в полевых условиях.
Погода стояла ясная и ветра почти не было. Это было идеальное время для погружения, потому что вода становилась более прозрачной и освещённой, что значительно улучшало видимость под водой, делая дайв более безопасным и увлекательным.
Перед погружением отец Сана заставил ребят несколько раз одеть, снять и снова одеть снаряжение. И первое погружение они совершили втроём.
Два следующих дайва ребята совершили самостоятельно. Причём, оба раза отец также просил полностью снимать и надевать снаряжение заново. Это было необходимо для того, чтобы они отработали приём взаимного контроля снаряжения, для исключения ошибок и обеспечения большей безопасности погружения.
Уже с большей уверенностью Уён благополучно погрузился на восемнадцать метров. И с каждым разом, он всё более отчётливо начинал понимать любовь Сана к глубине и всё то о чём он так вдохновенно рассказывал. Потому что находится под толщей воды в этой тихой и мирной среде было невероятно интересно.
Это был совершенно другой мир и совсем иные ощущения. Все чувства обострились и Уён почувствовал себя по-настоящему живым и счастливым.
— Это действительно потрясающе, Сан! Теперь я тебя понимаю. — Это были первые слова, произнесённые
Уёном, когда они поднялись на борт в последний раз.
— Я же говорил, что ты не пожалеешь! — улыбался довольный Сан.
Всё это время он старался не показывать, как сильно волновался. Потому что в глубине души продолжал бояться, что Уён так и проникнется любовью к глубине. И не сможет понять его восторженных чувств от нахождения в чудесном подводном мире. Теперь же Сана переполняла радость от того, что Уён, наконец, смог разделить его взгляды. А его глаза засияли живым огоньком. Именно к этому результату он и стремился. Зажечь в Уёне искру, придав его жизни смысл.
Сан сделал для Уёна ровно тоже самое, что когда-то сделал для него отец. И ни капли не жалел об этом, глядя на сияющее красивое лицо своего безумно привлекательного друга.
Для Уёна время, проведённое с Саном, никогда не было скучным. А эта поездка и вовсе впечатлила Уёна настолько, что он вряд ли когда-нибудь её забудет.
После приезда в чужой и далёкий город Пусан, Уён впервые почувствовал себя счастливым. Сейчас он готов был расцеловать Сана за его стремительное, наглое и бесцеремонное вторжение в свою жизнь. Однако ограничился лишь крепкими дружескими объятиями, опасаясь, что его действия могут быть истолкованы неверно. В конечном счёте, это ведь был не Ёсан.
Вечер субботы прошёл за оживленным обсуждением столь значимого для обоих события. Теперь, когда Уён на собственном опыте ощутил, что такое глубина, он с ещё большим интересом слушал рассказы Сана. Ребята впервые обсуждали тему, которая действительно была интересна им обоим, а Уён позволил себе окончательно расслабиться в присутствии Сана, устроившись рядом с ним на его кравати. И за полуночными возбужденными разговорами никто из них уже не обратил внимание на то , что они уснули плотно прижимаясь друг к другу.
