Глава 20 Хрупкая надежда
5 ноября 2022 г., 01:37
Уён выбежал на улицу, но Сана там не нашёл. Не получив ответа на звонки, он заорал на всю улицу его имя, вертя головой чуть ли не на все триста шестьдесят градусов. На его крики никто не отозвался, а прохожие в ужасе шарахались. Он рванул к стоянке. Машины Сана на месте не оказалось и Уён, ругаясь сквозь зубы, понёсся ловить такси, судорожно сжимая телефон и слушая равномерные гудки.
Наконец, один из таксистов притормозил и Уён буквально запрыгнул в машину. Отчеканив адрес старой бухты, где они ныряли в последний раз, он стал молиться, чтобы Сан оказался там в целости и сохранности.
По меркам Уёна, то и дело бросавшего беглый нервный взгляд на часы, они ехали целую вечность, хотя на самом деле прошло только десять минут. Он постоянно правил возможное время пребывания Сана под водой, если тот вдруг вздумал совершить погружение сразу же по прибытии в бухту.
Выходило около двадцати минут и Уён был обеспокоен всерьёз. Но упрямо давал себе команды, рассуждать спокойно. И старался дышать так, как учил его Сан и это помогало. Однако, когда они были почти на месте, его сердце вновь бешено заколотилось. Он увидел машину Сана.
"Что ж, по крайней мере, область поиска сузилась до пределов бухты". — Думал Уён, снова пытаясь выровнять дыхание и мыслить ясно.
Он выскочил из машины, едва успев бросить деньги за поезд, и помчался на причал, выискивая глазами знакомый дайв-бот, носивший имя, слишком точное для цели Уёна в данную секунду — "Надежда".
Красивое чёрное-белое судно, поблёскивая узкой оранжевой полосой вдоль борта, в тусклом свете фонаря, горевшего на палубе, стояло пришвартованным там, где его оставили в прошлый раз. Уён выдохнул. И за мгновение, оказался на борту, осматриваясь вокруг.
На стойке, акваланга Сана не оказалось, а в каюте лежала его брошенная одежда. Сердце Уёна походело от ужаса. "Он и правда это сделал!"
Он снова бросил взгляд на часы. "Около сорока минут! Если Сан прыгнул в воду сразу же, то получалось, что он находится в холодной воде уже сорок долгих минут...."
Одним быстрым рывком Уён сбросил рубашку и свитер, скинул джинсы и без раздумий влез в свой гидрокостюм. Начав готовиться к спасательному погружению.
Первым делом, выскочив из каюты, он включил на судне аварийный фонарь-маяк. Направился к ящику со спасательным оборудованием и бросил за борт аварийный световой буй. Так Сану и ему самому, будет проще ориентироваться в пространстве. К тому же, аварийный свет должен привлечь спасателей береговой службы.
Достав дополнительную маску с принудительной подачей воздуха и баллон с чистым кислородом, он прикрепил их к D-образному кольцу на поясе, закрепил и проверил свой акваланг. Исправность глубиномера, часов и другого снаряжения. И только после этого, надев ласты и отметив время начала погружения, опустился в ледяную воду.
Времени привыкать к температуре водной среды у него не было и, увеличив скорость подачи воздуха в регуляторе, он начал осторожный спуск. Двигаясь вдоль каната буя в темноте и осматривая территорию вокруг в поисках источника света, фонаря Сана.
Время шло уже буквально на секунды, но Сана нигде видно не было. Уён коснулся ластой дна, включил мощный фонарь и, отплыв от места погружения по течению пять метров, стал медленно всплывать.
От избыточной психической и физической нагрузки, ему становилось дышать всё труднее и Уёну, то и дело, приходилось увеличивать скорость подачи воздуха. Расходуя драгоценный запас воздуха, в поисках Сана, на себя...
Запас воздуха, также как и времени, продолжал стремительно сокращаться и нервы Уёна были на пределе. Часы показывали, девять сорок семь. По расчётам худшего сценария, Сан мог быть уже мёртв. Так как запас воздуха в основном баллоне, должен был закончиться три минуты назад. Оставалась надежда на то, что он сможет воспользоваться стейджем — этапным баллоном для декомпрессионных остановок, для безопасного всплытия.
Уён начал дышать с ещё большим усилием и ему пришлось остановиться для декомпрессии. Теперь ему требовалось гораздо больше времени, чтобы сосредоточиться на считывании показаний приборов. Глубиномер сообщал, что половина пути до поверхности уже пройдена.
Тело начало неметь и подрагивать от декомпрессии. Но Уён сдаваться не собирался. Он снова выключил фонарь и, осматриваясь вокруг, продолжил медленное всплытие.
И вот, в метре от себя он, наконец, заметил свет судорожно подергивающегося фонаря, в руке дайвера.
Уён подплыл ближе, проверяя признаки жизни. "Тело бьётся в судорогах, дыхание поверхностное, затрудненное, веки подрагивают, глаза реагируют на свет. Он жив! Слава богам! Он ещё жив!" — Уёну стало легче, но только психологически. Так как теперь ему предстояла самая тяжёлая часть работы. Безопасная транспортировка пострадавшего на поверхность.
Уён, трясущимися, немеющими руками сменил маску Сана на маску с принудительной подачей, подсоединенную к баллону с чистым кислородом и отцепил с его пояса стейдж. Он был полным — это плохо. А вот основной баллон, Сан использовал до конца. Значит, проблемы начались ещё на глубине, но Сан смог взять ситуацию под контроль и начать всплытие прежде, чем стал терять сознание от гипоксии. Однако, он так и не смог воспользоваться стейджем. Это означало, что им придётся зависнуть здесь, как минимум на полтора часа, для декомпрессии. В которой, на данный момент, нуждался не только Сан, находившийся в полуобморочном состоянии, но и сам Уён, руки которого стали дрожать сильнее.
Он воспользовался остановочным баллоном Сана, чьи легкие сейчас принудительно вентилировались чистым кислородом.
Теперь, Уёну предстояло доплыть с Саном до катера, вытащить его на борт и как можно быстрее согреть.
Через десять минут, когда Уёну стало полегче, он смог перепроверить показания приборов.
Состояние Сана, также стабилизировалось, судороги прошли, а его дыхание теперь осуществлялось под контролем аппарата. И Уён решил продолжить подъём под углом. Двигаясь одновременно по направлению вверх и в сторону, где маячил свет аварийного буя.
К сожалению, организм Уёна был не подготовлен к таким "внештатным ситуациям". Всплытие с дополнительной нагрузкой, в условиях сильного переохлаждения, признаках декомпрессионной болезни, да ещё при встречном течении, а их отнесло на приличное расстояние, давалось Уёну крайне сложно и увеличивало риск того, что они оба могут застрять тут навечно, так и не добравшись до спасительного дайв-бота. И только с помощью огромной силы воли и "подпиткой" чистым кислородом из баллона, с помощью которого сейчас дышал Сан, Уён всё ещё держался, цепляясь за хрупкую надежду на спасение. Но его мысли стали путаться. Уён то и дело терял ориентацию в простанстве
и отклонялся от курса.
