Мы сможем быть вместе

***

"Эдгар, давай направо!" "Колетт, лучше налево!" "Зачем? Он ребёнок, а не диван какой-нибудь!" "Я вообще не понимаю, зачем ты уговорил меня его забрать" "Он сирота. А сироты должны жить в семьях" "Ты бы не хотел потерять семью, как и он?" "Да, не хотел бы". "Колетт, замолкни!"

***

Я проснулся в какой-то комнате. Поскольку я был в отключке, я не понял, где нахожусь. Итак, это место было большим. Там постоянно работала касса с деньгами, хотя я тогда не знал, что это такое. А ещё проводились генеральные уборки. Но это ещё не самое страшное... Внешность дамы, которая захотела стать моей мамой (хотя я даже сам не знаю, зачем), это просто жуть. У неё белые волосы, костюм рабочей, пояс и акульи зубы... Я при её виде сначала испугался, но дамочка по имени Колетт была добра ко мне... Как будто всю жизнь одна была моей мамой и родила меня. Хотя моя мать была жива. Что не скажешь о её друге (я его так назвал, хотя, как сказала сама Колетт, он муж, но я не знал значения этого слова), Эдгаре. Он был человеком замкнутым. Его волосы были чёрные, чёлка прикрывала один глаз. На шее Эдгара красовался шарф, который был живой. Футболка имела логотип в виде черепа, хотя я сам не знал и не понимал, что это слово такое значит – логотип... Когда я приближался к Эдгару не больше пяти шагов, он смотрел на меня и говорил: "Что стоишь? Боишься меня? Да, ты бойся Эдгара, ребёнок!" Колетт называла меня Гасом, как я требовал, чтобы меня называла Бонни. Я поначалу игнорировал это, а чуть позже привык. Вскоре после этого к нам пришли Бонни, Джанет и Сту...

***

"Гас!" - подбежала ко мне Бонни и обняла. "С возвращением, крепыш, - сказал СТУ". Я улыбнулся Бонни. Она тоже мне улыбнулась в ответ. Колетт и Эдгар поняли, что мы с Бонни подходим друг другу. "Джанет, что с тобой? - спросил я старшую сестру Бонни" "Ничего, Гас, - сказала она, - я задумалась о жизни. Не переживай" Однако я посмотрел на Джанет с презрением. Я прибежал домой, мама уже была как будто не окровавленная. Я любил её и предложил ей пойти со мной. Мама ответила: "Густаво, это не возможно. Милый, я очень хочу быть рядом с тобой, правда. Но... Мы не можем пойти вдвоём куда-то". "Почему? - спросил я, не понимая решение. - Мамочка, ты хочешь страдать? Если ты уйдёшь со мной, то папа больше не будет тебя избивать. Я люблю тебя, мама, мама". Тут из дверей послышалось жалобное "Альфиииис!" и я залез под кровать. Я в последнее время стал бояться отца. Папа сел за стол и потребовал чего-нибудь вкусненького. Мама сказала, что остались только щи. Папа на это сказал: "Альфис, ты что, в магазин идти не можешь? У тебя ноги хромают или что? Почему я должен идти в магазин вместо тебя?" "Дорогой, - со злобой сказала мама, - я готовлю то, что посчитаю нужным. Днём и утром тебя дома не бывает. Ты дома только ужинаешь и спать ложиться. Да ещё и успеваешь избивать меня. Зря Я осталась, с Густаво не пошла".

***

Тут папа понял всю правду, что я приходил и, возможно, живу в другом месте. Он стал допрашивать маму, где я сейчас нахожусь, но мама отвечала: "Я не знаю, правда..." "Ты мать ребёнку или кто? - спросил папа, избивая маму очень сильно, чем обычно. - Альфис, я с тобой разговариваю! Где живёт наш сын?" Папа злился на маму, словно она опять не удовлетворяет его потребности. Он настолько сильно избивал маму, что из её носа текла кровь. Вскоре моё терпение лопнуло и я вылез из под кровати. Я схватил папу за спину и стал его щипать. Но это не самое главное. Я прыгнул на него, папа упал лицом о пол. Я лёг на спину и стал бить по его спине, мол, не надо бить маму. А папа рукой схватил мою шею и стал меня душить. Мама схватила папу за волосы и стала их отрывать, он отпустил меня и очень страдал. Я испугался за себя и за маму. Наконец мама стала бить его лицу по полу и она вся была кровавой. "Мама, а папа останется таким? - спросил я". "Да, Густаво, - сказала она. - Я больше не могла терпеть... Знаешь... Когда-то давно твой папа хотел ударить тебя ещё маленьким, когда ты папин алкоголь выкинул. Я не дала ему тебя ударить и попала под горячую руку мужа. Ты не пострадал, а я... Столько лет страдала и всё ради тебя, Густаво... Я правда хочу изменить свою жизнь". Мама села передо мной на колени и заплакала. Я никогда не видел, чтобы она плакала, поэтому я её прижал к себе и сказал: "Не плачь, мама. Я познакомлю тебя кое с кем". Мама встала, взяла меня за руку и мы пошли.