От рождения до... возрождения

– Алекс! Окрик Гермионы заставил Морган втянуть голову в плечи и ускорить шаг. Александра устала от людей. Единственным её желание было остаться в одиночестве. Она уже и не помнила, когда последний раз отдыхала, круговорот событий не оставлял времени на обычный человеческий отдых. Алекс банально не успевала жить. Дружба, вражда, политика, учёба, стажировка… обилие всего этого вынуждало выживать. Синева под глазами от недосыпа уже не была разовым явлением, став её обычным видом. Ещё недавно у неё была прекрасная фигура, а теперь она так похудела, что её можно было использовать как наглядное пособие по анатомии. Буквально пару недель назад Бартемиус сразу тащил её в постель, а теперь любовнику приходилось следить, чтобы она не забывала поесть хотя бы раз в день… Александра хотела покоя. Чтобы ей дали немного времени на отдых и восстановление. Чтобы её никто не трогал!!! – Алекс, ты что, не слышишь?! Я третий раз к тебе обращаюсь! – Прости, Миона, задумалась, – смирившись, что ускользнуть не удалось, покорно произнесла Морган, останавливаясь и делая вид, что слушает сетования старосты на Гарри Поттера. – …Представляешь?! – возмущённо закончила Грейнджер. – От меня-то ты чего хочешь? – пропустив мимо ушей абсолютно весь рассказ, Александра равнодушно ожидала резолютивной части. – Поговори с ним, я уверена, тебя Невилл послушает. – Невилл?! – не сдержав удивления, воскликнула Морган. – Так я и знала! – с негодованием вскричала староста. – Ты всё прослушала! Алекс, ну так же нельзя! Я с тобой разговариваю, а ты витаешь где-то в облаках… Пока подруга ругалась, Александра вновь погрузилась в свои невеселые мысли, вынырнув только после того, как Грейнджер потрясла её за плечо. – Короче так. Либо ты заставишь Долгопупса отказаться от Тёмной магии, или я сама расскажу МакГонагалл о его новом ненормальном увлечении. – Гермиона, а тебе не кажется, что личные дела Невилла тебя не касаются? – всё же уловив смысл недовольства старосты, Морган усилием воли заставила себя сосредоточиться на разговоре. – Его, как ты сказала, «ненормальное увлечение», направлено на то, чтобы понять, как противостоять Тёмной магии, но если ты сдашь его декану, последствия для него будут печальными. – Зато он сам не пострадает! – Ты не можешь этого знать наверняка хотя бы потому, что сама ничего не смыслишь в этом вопросе. Всё, лимит общения на сегодня для меня перевыполнен. Прощай. – Алекс, ты не можешь просто уйти! Стой! Алекс! Грейнджер продолжала что-то кричать, но Морган уже её не слушала, быстро удаляясь из зоны слышимости. – Хорошо, что я тебя встретил, – взволнованно воскликнул Нотт, улыбнувшись, но тяжкий вздох, вырвавшийся у Алекс при встрече, насторожил его. – Что-то не так? – Чего тебе? – Вежливая ты моя… Принцесса, ты должна поговорить с Поттером и Долгопупсом, их споры за обеденным столом о пользе и вреде изучения Тёмной магии не доведут до добра. Пока нас всех не поймали на этом… – Тео, я устала! Я не хочу никого видеть… – Прости, но я ничем не могу тебе помочь, – сочувственно произнёс Нотт и твёрдо закончил: – Это была твоя идея, так что ответственность тоже несешь только ты. – Мордред сожги Хогвартс! Ладно, ты не в курсе, сегодня юная армия собирается встречаться? – Нотт кивнул, и Александра обречённо протянула: – Тогда увидимся в Выручай-комнате. Однако попасть на эту встречу им было не суждено не в этот вечер, ни в последующий. Едва она успела договорить, как перед ней материализовался Патронус. Серебристый орёл взмахнул призрачными крыльями и знакомым голосом Рудольфуса Лестрейнджа произнёс: – Он вызывает тебя. – Твою мать, ну почему всегда я?! – риторически воскликнула Морган, однако было и без Трелони ясно, что идти придётся. – Прости, Тео, но вечером я, как неожиданно выяснилось, занята. – Будь осторожна, – крикнул вдогонку Нотт, и та, не оглядываясь, махнула рукой на прощание. – Милорд, Рудольфус сообщил, что ты хотел меня видеть? – входя в обеденный зал поместья Волдеморта, поинтересовалась Алекс, по пути кивками здороваясь с присутствующими. – Здравствуй, дорогая. Да, вызывал. Дело в том, что буквально сейчас один из осведомителей Малфоя сообщил очень интересные сведения. – Надеюсь, они действительно интересные, – пробурчала Алекс и наколдовала себе стул, чтобы усесться рядом с крёстным. – Я превратилась в слух. – Ты знаешь, почему Дамблдор привлек авроров для охраны Хогвартса? – Ты же знаешь ответ, – недовольно ответила Алекс. – И я уже сказала, это не просто авроры, это фениксовцы. – Так вот, – проигнорировав недовольство гостьи, Волдеморт сделал театральную паузу, – они охраняют не школу, а то, что в ближайшее время решено в ней спрятать! – Прекрасно, – с издевкой усмехнулась Морган, которая, сама рассказывая крёстному о неожиданно возникшей охране, высказывала именно это предположение, – и что же это? – Это ты узнаешь чуть позже. А сейчас я хочу, чтобы ты назвала тех, кто сможет помочь в случае нападения на Хогвартс. – Давай уточним, что в твоём понимании означают слова «помочь» и «нападение». Какие задачи должны выполнить студенты? – Ничего особенного, – добродушно отмахнулся Тёмный Лорд, – отвлечь внимание, может помочь с отступлением… – Ага, как Драко, да? Ему же ты тоже поручил сущую ерунду? – уже не скрывая ехидства, издевательски улыбнулась Александра. – Я должна понимать, о чём идёт речь, и насколько всё серьёзно. – Всё очень серьёзно, – жёстко отрезал Риддл, давая понять, что шутки кончились. – Я считаю нужным привлечь Эйвери, Крэбба, Пьюси, Забини и отдать их под командование Рудольфуса. Что скажешь? – Крэбб слишком туп, Пьюси плохо управляем, но если Лестрейнджу удастся выбить из него гонор, результат может получиться сносным. Насчёт Эйвери и Забини можно сказать только одно: они не бойцы, так что использовать их можно, но это не рационально при атаке. А теперь я наконец-то узнаю, о чём идёт речь?! – Оставьте нас, – один взмах руки – и зал за секунду опустел. – В прошлый раз мы говорили о том, что Дамблдор называл моими крестражами. Я проверил тайники, как ты и советовала, и обнаружил пропажу кое-чего, что теперь находится у старика. И что он планирует спрятать в Хогвартсе. – Так… – задумчиво протянула Морган. – Получается, ты получил информацию не от информатора Люциуса? – От него. Я проследил остаточный след, и он оборвался именно там, где, по словам малфоевского источника, берёт начало след обнаруженного Дамблдором артефакта. – Ладно, сделаем вид, что всё остальное неважно. Кого ты реально планируешь привлечь к этой операции? И не старайся меня убедить, что доверишь собственную жизнь или магию кучке студентов. – Нет, конечно, нет. Но они всё же понадобятся нам для отвода глаз. – Ты решил пожертвовать их жизнями? – прямо спросила Алекс, даже не надеясь на отрицательный ответ. – Можно сказать и так, – не стал хитрить Волдеморт. – Ближний круг слишком ценен в виде пленников для директора, чтобы я мог рисковать их свободой. Поэтому придётся работать со студентами, какими бы неопытными они не были. И, обрати внимание, я не предлагал кандидатуры твоих друзей. – Спасибо, Том, очень щедро с твоей стороны, – вымученно улыбнулась Морган. – Сколько у нас времени? – Неизвестно. Перевозка может произойти в любой момент, поэтому они должны быть готовы круглые сутки. – Замечательно, просто замечательно! – скептически глядя на крёстного, Алекс не могла поверить, что «великий и ужасный» Лорд Волдеморт на самом деле готов был отдать на откуп детям свое могущество. – Я не верю! – Зря, всё действительно так, как я тебе и сказал, – Морган молчала, и через пару минут Риддл примирительно добавил: – Я не скрываю от тебя правду, Александра. *** Сомневаться в словах крёстного у Алекс не было причин, но поверить в такое равнодушное – или, скорее, даже наплевательское – отношение к себе любимому, она тоже не могла. Отсутствие информации о том, когда должно состояться нападение тоже не улучшило ей настроения и, желая хоть немного повысить шансы слизеринцев на выживание, Александра вернулась в школу, чтобы предупредить их об опасности. В подземелье было пусто, в слизеринской гостиной присутствовали лишь младшекурсники, и Морган пришлось тащиться на очередную вечеринку в башню Когтеврана. Уже жалея о своём приходе и понимая, что поговорить толком всё равно не удастся, она всё же упрямо продолжила путь. Так и не встретив по дороге никого, кому можно было бы доверить передачу столь щекотливой информации, она смирилась с неизбежной отсрочкой разговора. Едва переступив порог Когтевранской гостиной, Александра наткнулась на орущую компанию гриффиндорцев. Естественным порывом были обойти их стороной. Тратить время на общение не хотелось; Алекс планировала поскорее найти Драко или Теодора и рассказать о лордовских планах, или же убедиться, что те пьяны и со спокойной совестью отложить разговор. Но нескольких случайно услышанных слов оказалось достаточно, чтобы её намерения изменились. – …И почему вы все осуждаете меня? – прокричала Джинни и отвернулась. Однако её взгляд остановился на вошедшей Александре, и, судя по цвету перекошенного от ярости лица, она утратила последние капли самообладания. – Морган тоже далеко не девственница, на неё поорите! – Мы не о ней сейчас говорим, и потом, у Алекс всего один парень, в отличие от тебя, – справедливо возразила Гермиона, чей растрепанный вид тоже свидетельствовал о том, что ругань длится довольно давно. – Да конечно! – издевательски рассмеявшись, Уизли бросила быстрый взгляд на Алекс и продолжила кричать, обращаясь не столько к Грейнджер, сколько ко всем собравшимся: – Я своими собственными глазами видела, как она целовалась с Фраем, Брененом, и ещё буквально пару дней назад с каким-то мужиком! Стерпеть такое Александра просто не смогла. Она уже почти прошла мимо, когда последние слова бывшей подруги её просто пригвоздили к месту. – По крайней мере, меня никто не сможет обвинить, что я сплю с парнем лучшей подруги, – в голосе Морган было столько яда, что можно было отравить всех обитателей Хогвартса. Несколько секунд вокруг было очень тихо: студенты, до этого с любопытством прислушивающиеся к разговору, молча переваривали услышанное. – Да я тебя… – заорал Рон, кидаясь на Малфоя, сразу же догадавшись на какого «парня подруги» может намекать Морган, но у него не хватило слов, чтобы продолжить, поэтому он перешёл к невербальному выяснению отношений. – Отвали, Уизли, – заклинанием отшвырнув взбешённого гриффиндорца, Драко отступил назад, не желая пачкать руки чисто маггловским методом разрешения конфликта. – Твоя сестра сама мне на шею вешалась. – Да как ты смеешь… – Рон, заткнись! – закричала Джинни, наконец-то поняв, что из-за её несдержанности пострадали не только подруга и её парень, но и сама Уизли оказалась в крайне неприятном положении. Однако Рональд был отнюдь не тем, кто способен быстро оценить изменения в обстановке и скорректировать своё поведение в соответствии с новыми обстоятельствами, поэтому до того, как замолчать, он успел выставить родную сестру последней шлюхой, а Александру полной дурой. Пока брат с сестрой орали друг на друга, и благодарные слушатели узнавали кучу интимных подробностей из жизни рыжего семейства, Морган решила сбежать, не в силах и дальше участвовать в этом спектакле. Ругая себя последними словами за то, что не послушала голос здравого смысла и не осталась в поместье Волдеморта, она пыталась придумать что-нибудь, чтобы спасти свою репутацию, а заодно и не стать посмешищем всей школы. – Алекс, постой! – Морган не успела пройти и двадцати метров, когда её догнал Драко. – Прости меня, я такой идиот! Ведь всего этого не было бы, если бы я… – Александра хотела просто уйти, но он схватил её за руку, при этом смотря с таким искренним сожалением, что она прекратила попытки вырваться. – Пожалуйста, скажи, как я могу исправить ситуацию… – Я не хочу с тобой разговаривать, – как можно холодней ответила та, стараясь не смотреть на жениха. – Позволь я хотя бы провожу тебя до Хогсмида! – взмолился Драко, и Алекс не смогла сказать «нет». – Только до Хогсмида и только сегодня! – отрезала Морган. По дороге Малфой несколько раз пытался завести разговор, но та молчала, и через пару минут он прекратил бесплодные попытки. На самой границе антитрансгрессионной зоны в тени деревьев стоял какой-то человек в тёмном плаще, но не успели студенты испугаться и достать свои палочки, тот вышел на освещенный участок, и Алекс при ближайшем рассмотрении узнала в незнакомце Бартемиуса. – Что ты тут делаешь? – испуганно воскликнула она, с тревогой оглядываясь по сторонам в поиске нежелательных свидетелей этой встречи. – Ты опоздала, я волновался… Я пойду. – Нет, стой! – воскликнула Морган. – Всё в порядке… У тебя же всё нормально? – поймав её взгляд любовницы, Крауч сразу заметил, что что-то не так, поэтому решил повременить с уходом. – Ты напряжена. – А ты не думаешь, что сама эта встреча может её напрягать? – не сдержавшись, ехидно уточнил Драко. – Пока Сандра была с тобой, эта встреча без сомнения заставила бы её чувствовать себя неуютно. Твоя ревность заставила бы её испытывать дискомфорт, но со мной ей не нужно об этом волноваться… – Ты не ревнуешь её?! Даже ко мне? – Малфой не мог поверить, что это действительно возможно, тем более что сам он сходил с ума от ревности, даже когда для неё не было особенного повода. – Всё будет так, как она захочет, – совершенно спокойно ответил Крауч, пожимая плечами. – А что до ревности… это моя личная проблема. Неправильно было бы перекладывать её на плечи Александры. Тебе нужна помощь, милая? – посчитав, что тема на этом исчерпана, Бартемиус вновь посмотрел на девушку. – Нет, я не хочу говорить о том, что произошло, – отводя взгляд, покачала головой та. – Как скажешь, я понимаю, что меня это не касается. – Ты что, просто пропустишь это мимо ушей? – Драко не понимал, как Крауч может так себя вести, и удивление возросло ещё сильнее, когда он понял, что невесту это более чем устраивает. – Драко, когда Сандра посчитает нужным, она сообщит мне всё, что мне следует знать, но устраивать допрос? Нет уж, увольте, я не собираюсь повторять чужие ошибки. – Ясно… – не нужно было иметь «Превосходно» по Прорицаниям, чтобы догадаться, чьи ошибки не хочет повторять Крауч, и Драко был вынужден проглотить намёк на то, что его девушка ушла от него именно к Бартемиусу. – Ну… не буду вам мешать… – Малфой, – окликнул Барти, когда тот сделал пару шагов, – порой умение держать маску играет против тебя. – Барти! Уловив в голосе Алекс недовольство, он поспешно замолчал и, позволив ей сухо проститься с бывшим парнем, трансгрессировал домой. Некоторое время Александра продолжала хмуриться, но Крауч заставил её позабыть о неприятностях в школе. – Солнышко, мне пора собираться. – Собираться? – привстав на локте, Морган непонимающе уставилась на него. – Куда собираться? – Я же говорил тебе, Тёмный Лорд приказал мне присутствовать на приёме у Стебинса… – О, Салазар! Я же совершено забыла про Стебинса! – вскочив с кровати, Александра начала быстро одеваться. – Последнее время вокруг меня постоянно что-то происходит, я уже не знаю, чего ждать в следующую минуту! Сегодня я забыла про приём, про что я завтра забуду? У меня всё просто вылетает из головы! – Милая, ты же не собираешься идти на приём в таком виде? – Тебе не нравится? – очаровательно улыбнувшись, Алекс повернулась к любовнику. – По-твоему, мне не идёт этот наряд? – Ты самая красивая, вне зависимости от того, что на тебя надето, – рассмеялся тот, целуя Александру в висок. – Но, не думаю, что мужская рубашка на голое тело – лучший вариант. – Я сначала должна попасть в Морган-мэнор, так что можно пока не особо заморачиваться с одеждой. Пойдёшь со мной? – Нет, солнышко, я должен вначале навестить Лорда, чтобы получить последние приказания. – Тогда, увидимся там? – Конечно. Александра трансгрессировала в собственный дом и, спустя ещё полчаса, уже выходила из камина в холле дома Стебинса при полном параде. Семейный долг вынуждал мисс Морган посещать различные светские мероприятия, но вот получать от этого удовольствие она так и не научилась. Встретив нескольких знакомых, Алекс воспользовалась случаем, чтобы обговорить недавно возникшие вопросы в совместных делах, но всё решилось к взаимному удовольствию довольно-таки быстро, и теперь она с нетерпением ожидала конца приема, когда можно будет покинуть гостеприимный дом. После двух танцев Морган почувствовала настоятельную потребность в свежем воздухе, поэтому, улучив момент, выскочила на балкон, вход на который был скрыт за буйно цветущим кустом какого-то экзотического растения. Стоя на пронизывающем ветру в лёгком платье, Александра совершенно не торопилась возвращаться в бальный зал, предпочтя холод обществу. И, как выяснилось, это было очень правильное решение, потому что рядом с ней возникло серебристое свечение, которое очень быстро трансформировалось в хорошо знакомого Патронуса. – Я не знаю, что произошло, но это очень плохо, – сообщил серебристый кот голосом Нотта. – Ты нужна здесь, как можно скорее. Я буду ждать перед башней Темноты. Поторопись, пока не стало слишком поздно… Патронус растаял, и в ту же секунду Морган трансгрессировала в школу. *** Не имея ни малейшего представления о том, что ещё могло произойти за время её недолгого отсутствия, Александра, тем не менее, была уверена, что Теодор не стал бы её дёргать из-за пустяка. Пробежав весь путь от Хогсмида до башни Тёмноты, она даже не успела замёрзнуть, хотя тёплая мантия так и осталась в доме Стебинса, и сейчас на ней было надето бальное платье с открытыми плечами. – Принцесса, я здесь, – Нотт вышел из тени, и Алекс успела заметить, каким жадным взглядом он окинул всё её тело перед тем, как его лицо приобрело нечитаемое выражение. – Что случилось? – сразу же спросила она вместо приветствия. – Это я хотел у тебя спросить. Драко заперся на верхней площадке… – Ты что, думаешь, он хочет спрыгнуть?! – изумилась Морган, не поверив в реальность подозрений Теодора. – Я не знаю, что думать, но ты должна что-то сделать! Морган видела совершенно отчётливо, что Нотт искренне переживает за друга, на самом деле не зная, что думать о поведении Малфоя. Но как успокоить друга, она не знала. Отрывисто кивнув, Александра начала подниматься по бесконечным ступеням наверх. Драко сидел на самом краю оконного проёма, свесив одну ногу наружу, но абсолютно не походил на человека собирающегося совершить самоубийство. – Драко, – осторожно позвала она, боясь напугать жениха. – Что ты здесь делаешь? – вздрогнув, тот вскочил на ноги, приблизившись к Морган. Мгновенно поняв, каким образом она могла узнать, где он, Драко раздражённо воскликнул: – Теодор – придурок. Со мной всё в порядке! – И поэтому ты здесь? – не сдержала ехидный комментарий Александра. – Ты такая красивая, – не к месту заявил Драко. – Мне пришлось уйти посреди приёма, – объяснила та необычный наряд. – Так почему ты здесь? – Не нужно было. Я в порядке… буду в порядке очень скоро, – исправился он. В молчании прошло, наверное, всего несколько секунд, но им обоим показалось, что мимо промелькнула вечность. Сняв с себя мантию, Драко подошёл вплотную и осторожно закутал Александру в ткань, ещё хранящую тепло его тела. – Я сегодня неожиданно понял всё то, что ты мне говорила. Раньше мне лишь казалось, что я понимаю. Я ревновал, обижался, злился… но сегодня, глядя на Крауча, я наконец-то понял, что значит любить тебя. – Алекс молчала, боясь неосторожным словом спугнуть откровенность, поэтому так и не решилась освободиться из его объятий и сейчас стояла в кольце его рук, глядя снизу вверх на раскрывающего перед ней душу Малфоя. – Помнишь, мы договорились, что чтобы ни случилось, кого бы мы ни любили, мы будем идеальной семейной парой? Тебе было двенадцать лет, а я только сегодня понял, что это значит. Я больше не держу тебя, ты свободна, – улыбка на мгновение озарила его лицо, и Александра почувствовала, что готова расплакаться в любой момент. – Я люблю тебя и буду всегда любить, но сейчас тебе лучше остаться с Бартемиусом. Через год мы поженимся, ты родишь двоих детей и сможешь вернуться к нему, если захочешь. Я всегда буду рядом. Я уверен, мы сможем стать идеальной семьей, как мы и хотели... Но сейчас ты должна вернуться к нему, я ещё не готов… – Драко… – Молчи, – едва коснувшись поцелуем её губ, прошептал Малфой, – я люблю тебя. Мне очень тяжело сейчас, но я наконец-то знаю, как нужно поступить. Дай мне немного времени, и всё наладится. Иди. Распахнув двери на лестницу, он подтолкнул Александру к ступеням, закрыв двери за её спиной, но она всё же успела заметить, что в его глазах стоят слёзы. Драко так и не дал ей возможности вставить хоть слово, но главное они оба успели для себя уяснить: их дружба была спасена. Когда Алекс спустилась по лестнице на первый этаж, Теодор не задал ни единого вопроса. Он молча обнял её с сочувственно-понимающей улыбкой и, утешительно похлопав по плечу, проводил до кабинета Снейпа, так и не сказав по дороге ни одного слова. – Ты вернулась, – констатировал Крауч, с тревогой следя за приближением Морган. – Да, сладкий, я вернулась к тебе. – С Малфоем всё хорошо? – Ну, насколько это возможно в нынешней ситуации. Но я уверена, он справится. – Ясно… Когда ты возвращаешься к нему? – ему тяжело дался этот вопрос, но не задать его он не мог. – Не сегодня. И не завтра. Барти, я хочу быть рядом с тобой. И я буду. Прошу, позволь мне хотя бы рядом с тобой жить одним днём и просто наслаждаться этим. *** Почти целую неделю не происходило никаких важных событий, заставляя всех утратить бдительность, и оказывая умиротворяющее действие на обе стороны противостояния. Студентам так и вовсе начало казаться, что все сведения о войне просто очередная журналистская утка. Юные Пожиратели даже не догадывались о причинах своего безделья, просто наслаждаясь свободой, а юные последователи Дамблдора так и вовсе расслабились, посчитав присутствие фениксовцов более чем достаточным фактором для обеспечения их безопасности. Ежедневные отлучки Александры из Хогвартса получили вполне официальное оправдание от профессора МакГонагалл, и теперь Морган вполне легально покидала школу под пристальным взглядом дежурного аврора. А для свободы передвижения Теодора Алекс просто применяла заклинание невидимости. Что придумала профессор трансфигурации, Алекс узнала только после того, как версия была официально заявлена, поэтому ей пришлось смириться с тем, что ей «необходимы дополнительные уроки по Трансфигурации, вследствие её отставания по курсу». Что ж, это было всё же лучше, чем нарушить прямой приказ Айзека и раскрыть правду о стажировке в Отделе тайн. После прилюдного скандала, устроенного Джинни, Александре не оставалось ничего иного, кроме как делать хорошую мину при плохой игре и по умолчанию «расстаться с Драко». Смелость в высказываниях была присуща Уизли лишь в минуты гнева, поэтому, когда бывшая подруга пришла извиняться, Морган даже не удивилась. Выслушав с непроницаемым выражением лица оправдания младшей Уизли, Алекс лишь покачала головой. – Джинни, я не хочу дружить с человеком, который говорит про меня гадости или выставляет мою личную жизнь на всеобщее обозрение только потому, что не знает, как отвести от себя чужие подозрения в разгульном образе жизни. Уизли начала разговор в пустынном коридоре, но так как Морган шла в Большой зал и даже не подумала останавливаться, то конец их диалога происходил уже за факультетским столом. – Алекс, мне, правда, очень жаль. – Я верю, – апатично кивнула Александра, невозмутимо дожевав и проглотив запечённый картофель, – но это ничего не меняет. – Ты простишь меня? – надежда в голосе Уизли подсказала всем заинтересованным слушателям, что она не сдастся, и Алекс придётся выдержать самую настоящую осаду, если она не решится простить подругу сразу же. – Не в моих правилах прощать. Тем более что… Джинни, я молчала, потому что не хотела ставить тебя в неловкое положение, не хотела, чтобы ты оправдывалась, но… Помнишь Рождество? – Помню, конечно, ты тогда очень мне помогла… – Я не об этом, а о том, чем ты мне за это отплатила, – Александра говорила таким невыразительным тоном, что Уизли не сразу поняла, о чём говорит подруга, а когда поняла… – О Боже! Алекс, ты видела?! Я… – Да, Джинни, я тебя видела. И, несмотря на то, что ты при всех меня оскорбила, разве я хоть кому-нибудь сказала об этом? – на Уизли было жалко смотреть: она вся сжалась, словно в предчувствии неминуемого удара, а удар точно последовал бы, ведь стоило Рону узнать, чтобы его младшая сестрёнка спала не только с ненавистным Драко Малфоем, но ещё и с его отцом, Рональд, скорее всего, не остановился бы, пока не избил бы её до смерти. – Теперь ты понимаешь, что дружба не предполагает разглашение конфиденциальных сведений о друзьях? – Прости меня! – расплакалась Уизли. – Ну, пожалуйста, прости! – Просто оставь меня в покое, – так же холодно бросила Морган, отворачиваясь. К счастью обеих, никто не стал допытываться, что же имела в виду Алекс, и почему напоминание о том, что она где-то видела подругу, произвело на ту такое неизгладимое впечатление. Однако рассчитывать на одно лишь везение Морган не собиралась, поспешив уйти до того, как кто-нибудь из однокурсников проявит излишнее любопытство. – Подожди, – Малфой вышел следом за невестой, поэтому ему удалось догнать её почти сразу же. – Что ты имела в виду? Где или, наверное, правильнее будет сказать с кем, ты видела Уизлиту, что вы обе сами не свои из-за этого? – Это не твоё дело, Драко. Тебя я, кстати, тоже не хочу видеть. – Ты вообще никого не хочешь видеть, это заметно, – не торопясь уходить, кивнул Малфой. – Что-то намечается сегодня. – С чего ты взял? – настороженно поинтересовалась Александра, зная, что тот не станет использовать такую информацию как предлог для её задержки. – Ты сказала следить, мы и следим, – пожал плечами Малфой. – Гарантий дать мы, естественно, не можем, но… Выслушав краткий доклад об услышанных обрывках разговоров фениксовцев, Морган удовлетворённо улыбнулась: – Ясно. Что ж, значит, сегодня все должны быть неподалеку от Хогсмида. – Я скажу ребятам. Алекс, ты вообще как? – Спасибо, Драко, всё просто отлично. – Я серьёзно, – разозлился Малфой. – Ты можешь нормально ответить? – Могу, вот только не хочу. Если ты думаешь, что одного разговора по душам будет достаточно, чтобы тебя простить и всё забыть, ты очень сильно заблуждаешься. – Прости, я не имел в виду ничего такого… – тут же отыграл назад тот. – Я просто волнуюсь за тебя… Всё, я отстал! – раздражение в глазах невесты двоякой трактовки не предполагало, однозначно давая понять, что пора оставить её в покое. Наконец-то оставшись в одиночестве, Алекс вздохнула с облегчением и покинула Хогвартс, чтобы, во-первых, доложить о предположениях юных Пожирателей Волдеморту, а во-вторых, чтобы пообедать в спокойной обстановке. – Транзакция состоится сегодня, – не утруждая себя приветствиями, сообщила Морган, усаживаясь за обеденный стол. Щёлкнув пальцами, она выдала домовому эльфу заказ и только после этого вновь заговорила: – Мальчики не смогли выяснить личность, но зато достоверно известно, что Дамблдор дал ему все гарантии безопасности за право владения этой вещью. Полагаю, это всё, что нам нужно знать. Если передача действительно состоится сегодня вечером, то и в Хогвартс это привезут тоже сегодня… – Почему? – Ну, это лишь предположение, однако старик не устает повторять последние шесть лет, что безопаснее Хогвартса места нет, и, следовательно, куда, как не в школу, он может притащить то, что следует спрятать? А насчет сегодня: мальчики подслушали беседы авроров, они все сегодня будут там. Вне зависимости от смен, сегодня весь Орден Феникса собирается в Хогвартсе. Назовёте мне другую причину? – Хорошая работа, Александра. Группы готовы? – Да, мой Лорд, – отчитался Рудольфус, – обе группы полностью готовы и ждут только приказа. – Прекрасно, пусть отправляются… – Стоять! – рявкнула Морган, когда Лестрейндж вскочил с места, спеша выполнить распоряжение Хозяина. – Не стоит так спешить, Милорд. Вы привлечёте к себе нездоровое внимание раньше времени. Передача вряд ли состоится до вечера. – Почему? – Хм… а просто поверить на слово слабо? – пробурчала Алекс, жадно глядя на полную тарелку. – Шучу. Сейчас там слишком много народу. Сегодня суббота, господа, и если вы успели позабыть за ненадобностью, спешу напомнить, что по субботам в Хогсмиде разрешено посещение учениками, а следовательно, так как мы знаем, что ни камины, ни порталы нам не подходят, то единственный путь лежит как раз через Хогсмид. При толпе детей сделать что-то незаметно просто нереально, так что директор как минимум дождётся, пока стемнеет… – А если нет? Ты, надеюсь, понимаешь, что я не могу так рисковать? – Доверься мне, – плюнув на все правила приличия, ответила Алекс с набитым ртом. – Я бы с удовольствием, вот только что мне делать, если ты вдруг ошибешься? Не убивать же, в самом деле? – в упор глядя прямо в глаза крестницы, с неудовольствием покачал головой Волдеморт. – Расслабься, если что-то начнётся раньше указанного мною времени, Драко мне сообщит. – Ты выставила посты? – заметно успокоившись, уточнил Тёмный Лорд. – Естественно! – с видом оскорблённой невинности протянула Алекс, после чего, не выдержав серьёзности момента, сама рассмеялась. – Хороша бы я была, если бы полагалась только на предположения, не предпринимая даже малейших шагов для подстраховки. Всё пройдет нормально, Милорд, можешь мне поверить. В конце концов, никто не отменял Круциатус, не так ли? – Дай-то Салазар, чтобы всё и правда прошло нормально… Ты когда последний раз нормально ела? – А? – столь резкий переход от серьёзных вопросов к её питанию застал Алекс врасплох, поэтому ей понадобилось некоторое время на то, чтобы переключиться. – А! Не помню точно, кажется, вчера завтракала, а что, грибочки пожалел для бедной девочки? – Ешь, бедная девочка, – рассмеялся Волдеморт, заставив всех присутствующих невольно поежиться от устрашающих шипящих звуков. – Спасибо, дяденька, – кривляясь, протянула Морган. – Ладно, до вечера все свободны в пределах поместья. И не вздумайте пить! – вдогонку основной массе Пожирателей крикнула Алекс, прекрасно зная, как эти люди предпочитают проводить время.