От рождения до... возрождения

Поиск хроноворота грозил затянуться надолго: какие бы суммы Морган ни предлагала, торговцы артефактами лишь разводили руками. Но тут пришло письмо от крёстного, по тону которого можно было сделать вывод, что Волдеморт очень хотел загладить свою вину, и Алекс решила этим воспользоваться, обратившись за помощью к нему. Поняв, что Александра не отступится, Риддл выждал два дня, но она проигнорировала не только общее собрание Пожирателей, но и ставший традицией субботний ужин, так что, размышляя, как поступить – а упрямство крестницы ему было прекрасно известно – Алекс не отступит, – Волдеморт понял, что это означает только одно: отступить придётся ему. Конечно, если он не хочет потерять доверие и расположение Морган. Алекс явилась с хмурым выражением лица, демонстрируя, что не рада встрече. Поэтому Риддл не стал и пытаться делать вид, что всё в порядке. – Что ты хочешь? – поинтересовался Лорд абсолютно спокойно. – Чтобы меня не считали ребёнком. А пока, если ты и вправду хочешь, чтобы я тебя простила, мне нужен хроноворот. – Что?! – изумлённо воскликнул Волдеморт, надеясь, что ослышался. – Где я его возьму? Все хроновороты хранились в Отделе тайн и были уничтожены… – Это всё я знаю, можешь не повторяться. Мне он нужен. Найди его для меня. – Александра… – Том, ты мой крёстный отец? Ну, так расстарайся ради единственной крестницы. *** Не только сама Алекс, но её однокурсники уже успели привыкнуть, что после окончания занятий она спешит уйти. Было совершенно неважно, были ли это обычные уроки, занятия с Отрядом Хогвартса или же стажировка в Министерстве, о которой знали лишь Теодор и Драко – Александра уходила. Теперь же Морган бездумно переставляла ноги, хаотично бродя по территории школы, вызывая удивление однокурсников. Ей было о чём подумать в одиночестве. Сегодня сценарий ничуть не изменился. Она вышла из кабинета и, уменьшив свои вещи, засунула их в карман, чтобы не нужно было относить их в башню, после чего направилась на улицу. Погода была ясной, солнце светило ярко, так что Александра просто наслаждалась свежим воздухом. Появление Малфоя в непосредственной близости Алекс заметила только после того, как тот попытался взять её за руку. Морган вздрогнула, отдёргивая ладонь, но сразу же заставила себя вернуть руку в прежнее положение, словно не понимая, что жених уже заметил её движение и не обратить внимания на её маневр просто не мог. – Не бойся, – обняв её за талию, Малфой притянул её к себе и через мгновение отпустил. Скрывая свои истинные чувства, он печально улыбнулся и, прежде чем уйти, добавил: – Я не тороплю тебя. Александра даже не ответила. Теперь всё это было не важно. Она не собиралась никого предупреждать о своём намерении покинуть Англию. Но не потому, что её отсутствие вполне могло бы пройти незамеченным. Нет, она эгоистично не хотела выслушивать единообразное мнение окружающих о собственной глупости. Коричневая птица, которую половина Хогвартса считала её личной совой, спланировала прямо ей на плечо, громким криком предупреждая о своём прибытии, и Алекс, радостно улыбаясь, потянулась за посланием. Не тратя времени на прочтение записки, она развернула небольшой свёрток и жадно уставилась на маленький кулон на длинной цепочке. – Благослови тебя Салазар! – выдохнула Морган восхищённо. – Алекс, всё в порядке? Поспешно спрятав в карман миниатюрный хроноворот, она обернулась навстречу Нотту и внезапно обняла его. – Да, мой хороший, теперь всё просто отлично! – Хм, – смутился тот, неуверенно похлопав подругу по плечу, – я рад. – Я тоже. Мне нужно бежать, но я… – Алекс запнулась, но, быстро обдумав пришедшую в голову мысль, сама себе кивнула и продолжила: – Тео, приходи через час в мою комнату, мне нужно тебе кое-что сказать и… об этом никто не должен знать. – Ладно, – удивлённо протянул тот, – сейчас ты мне ничего не скажешь? – Нет, мне нужно попасть домой, но я вернусь и тогда… Тео, просто подожди, ладно? Заручившись формальным согласием, она не стала дожидаться следующей реплики, развернувшись на сто восемьдесят градусов, и быстро зашагала к границе антитрансгрессионого барьера. Попав в Морган-мэнор, Александра собрала вещи, которые ей могли понадобиться в монастыре, и направилась в кабинет для выполнения последнего, перед отправлением, дела. Она не могла сказать, как сложится ситуация, как долго продлится её отсутствие и вернется ли она вообще. Поэтому, какой бы сумасбродной её не считали, Александра знала, что должна позаботиться о своей семье. Завещание было давным-давно написано, почти дословно повторяя последнюю волю Максимилиана Моргана, но Алекс посчитала себя обязанной написать прощальную записку, или, правильнее будет сказать, отдать последние распоряжения. С Драко было просто: «Прости, ты лучший, прощай». Пара строк – и конверт запечатан. Отца ждало почти то же самое, за исключением просьбы оказать поддержку сестре; Белла так и вовсе получила лишь прямые приказы, даже не сдобренные сентиментальным бредом. Но вот письмо Бартемиусу заняло время. Как попросить собственного любовника жениться на сестре, Алекс не знала. Эта идея давно появилась у неё, но до поры до времени Алекс отмахивалась, не желая отпускать Крауча. Однако теперь речь шла не о её благополучии, а о беллатриссином, и отступать Морган не собиралась. Для них обоих это было прекрасное решение: Барти нужны были наследники, для Беллы, с которой до сих пор не удалось снять личину мадам Лестрейндж, так и вовсе это был единственный шанс завести семью… Но согласится ли Бартемиус? Решив не усложнять, Морган перечислила свои резоны, дописала «ради меня» и запечатала и этот конверт. Глубоко вздохнув, она поднялась на ноги и, напоследок окинув взглядом весь дом, активировала порт-ключ, переносясь в свою спальню в гриффиндорской башне. Теодор уже ждал её, нервно меряя шагами помещение. – Привет, Тео, молчи и слушай, ладно? Ты – мой лучший друг и я доверяю тебе, поэтому… Вот, возьми, – Александра протянула только что написанные письма. – Если я не вернусь через две недели, ты знаешь, что нужно делать. – Алекс… – сдавленно прошептал Нотт, увидев, кому адресованы конверты и понимая, что это может означать. – Все хорошо, правда, – поспешила успокоить перепуганного парня Александра. – Но я же не Трелони, я не могу предсказать, чем всё закончится. Теодор, это просто подстраховка… – Алекс… – Тихо-тихо, ну чего ты? Я живая. – Пока живая. – Тео, я клянусь тебе, я буду осторожна, но я не могу не оставить распоряжений на случай моей смерти. Я же Глава семьи, – видя, что тот в шоке и не может подобрать слов, Алекс не стала ждать, заканчивая выступление. – Никому не слова, помни: от этого очень многое зависит. И ещё, если вдруг мы больше не встретимся… Ты был мне хорошим и верным другом, Теодор, спасибо тебе… Ответ Нотта она уже не услышала, активировав порт-ключ. *** Дождавшись, когда вестибулярный аппарат придёт в себя после перемещения и её перестанет тошнить, Морган открыла глаза и широко улыбнулась. Одуряюще чистый воздух, насыщенный ароматом цветущих трав, был настолько приятен на вкус, что несколько минут она так и простояла на одном месте, просто наслаждаясь тишиной и пейзажем. Пирамидальная форма исполина скрадывала истинную высоту, но Алекс по прошлым посещениям помнила, что, чтобы подняться на плато, необходимо не столько взбираться ввысь, сколько отшагать двадцать тысяч ступеней лестницы, спиралью овивающей гору. Кайлас являлся каким-то религиозным символом для магглов Тибета, Индии и Китая, и благодаря этому до сих пор волшебникам не приходилось прилагать серьёзных усилий для сокрытия своей деятельности на плато, но вот подходы к горе магглами просматривались, и потому требовали внимательности и сосредоточенности. Помимо обычных магглоотталкивающих и защитных чар, высокогорный монастырь надёжно оберегался и самими магглами. Как знала Морган, индуисты полагали, что на вершине Кайласа расположена обитель Шивы, буддисты – Будды, вследствие чего горный пик так и не был покорен… Мысли не мешали Александре идти. Первый виток спирали длиной в десяток миль она преодолела за пару часов, не особо напрягаясь, а вот дальше дело пошло значительно хуже. Помимо непривычного разряженного воздуха, вызывающего головокружение и слабость, дорога изобиловала ловушками, призванными защитить ведущих отшельнический образ жизни монахов не только и не столько от магглов, сколько от незваных гостей-волшебников. Даже имея приглашение, Морган рисковала вместо приветствия получить луч проклятия, а незваных гостей ждал и вовсе неласковый приём. Когда Алекс достигла высоченных каменных ворот, солнце почти скрылось за горами. Последние лучи заходящего светила, отражаясь от снежных шапок, слепили, но она не предпринимала ничего, что подозрительными монахами могло быть сочтено за признак агрессии. К ней никто так и не вышел, просто в воротах приоткрылась небольшая дверца. Войдя в монастырский двор, Морган пару минут постояла, но, вновь не дождавшись сопровождения, невозмутимо пожала плечами и направилась по проторенной дорожке в келью, что выделили ей в прошлый раз… А рано утром за ней пришел настоятель. Алекс не ждала тёплого приема, успев смириться с тем, что восточная логика недоступна её пониманию, но абсолютное равнодушие казалось ей диким. В ответ на приветствие она получила выговор за излишнюю разговорчивость и приказ приступить к уроку немедленно… И только и могла что возблагодарить Салазара, что Айзек заставлял стажеров усиленно тренироваться, хотя два-три часа физических упражнений, ещё недавно казавшихся выматывающей пыткой, быстро стали восприниматься как лёгкая разминка. В первые дни пребывания в стенах монастыря Алекс ещё грустила, скучая по Барти, но с каждым днем воспоминания не то что бы тускнели, но отступали, и только перед сном она давала себе свободу. К концу второй недели Морган окончательно смирилась с расставанием и начала подумывать о восстановлении отношений с Драко. По прошествии же месяца, она махнула рукой на все сложности в личной жизни и почти перестала думать о тех, кто остался в Великобритании. Монах-настоятель не давал ей спуску, действуя по принципу «хотела? – теперь не ной». Одно занятие сменялось другим, магия чередовалась с физическими нагрузками, и к вечеру Алекс без сил падала на циновку, мечтая лишь о сне. Несмотря на выматывающие тренировки, ей наконец-то удалось отдохнуть. До недавнего времени она не отдавала себе отчёт, в каком напряжении жила весь последний год, только теперь, по контрасту, почувствовав разницу. Молодой организм справлялся достаточно хорошо, но смена обстановки и полный покой от любых волнений сказались более чем благоприятно. Абсолютно все занятия проходили под открытым небом, и кожа Александры быстро приобрела золотистый оттенок. Несмотря на то, что монастырь размещался высоко в горах и рядом лежал снег, географически он размещался много южнее Туманного Альбиона, и даже без согревающих чар здесь было значительно теплее, чем на родине. Свежий воздух, полноценный отдых, здоровый сон и регулярное трехразовое питание сделали своё дело: Алекс стала выглядеть, как обычный счастливый подросток. О синяках под глазами она забыла уже через несколько дней после приезда, а через месяц уже и не помнила о том, что они вообще были. Уже ради одного этого стоило затевать эту поездку, но цели Морган были не столь приземисты. Невидимая магия. Тайное и позабытое плохо изученное ритуальное колдовство, почти исчезнувшее во времена Инквизиции. В волшебном мире мало кто мог похвастаться знаниями в этой области, да и то, лишь поверхностными. В Великобритании же всего семей десять, не больше, имели врожденную предрасположенность к ней, и, к неописуемой радости Александры, она входила в одну из них. Худо-бедно, но Алекс самостоятельно освоила азы этого вида магии. По книгам, по дневникам предков, но научилась самым необходимым вещам, тому, что по-настоящему могло бы ей пригодиться. На большее Александра и не рассчитывала, поскольку изучать без наставника что-то в действительности Тёмное – самоубийство. Но жажда знаний была неистребима, и Морган хотела большего. Нормальные шестнадцатилетние девушки мечтают о парнях, нарядах, бриллиантах… Алекс мечтала о Невидимой магии. Это было что-то запредельное, тайное знание в засекреченном разделе магии Смерти. Апофеоз Тёмной магии. Чары на стыке магий Крови, Смерти, Стихий… Умения, делающие тебя почти бессмертным. Нет, эта магия не продлевала жизнь, но при должном старании и уровне знаний ты становился практически неуязвимым. А это, как не крути, было намного лучше пресловутого бессмертия. *** Тренировка, тренировка, тренировка… Перекрутить хроноворот на три дня назад… Тренировка, тренировка, тренировка… Хроноворот… И снова… Вся жизнь Александры подчинялась этому режиму. В начале обучения наставник вообще с ней не разговаривал: отрывистые команды, краткие пояснения, брезгливое выражение лица… Но к третьему месяцу его поведение изменилось. Каким бы умельцем ни был старик в ментальных практиках, Морган была эмпатом, так что чувствовала, что наставник гордится ею. Говорить больше он не стал, но зато смотреть начал более благосклонно. Самой же девушке вообще было строжайше запрещено раскрывать рот без разрешения, и порой Алекс казалось, что она разучилась говорить, но и к этому она, со временем, естественно, привыкла. В середине четвертого месяца Морган приснилась её собственная свадьба. И в этот день учитель впервые был ею недоволен, потому что Алекс никак не удавалось выбросить сон из головы, и сосредоточиться на занятии. И вечером, впервые со дня приезда, она подумала о своих близких без раздражения, а с тихой грустью и чуть ли не ностальгией, окончательно уверившись в том, что её отъезд в Тибетский монастырь был единственным верным решением на тот момент. *** Всё в этом мире имеет тенденцию заканчиваться, подошло к концу и время обучения Александры. Семь месяцев, проведенных вдали от привычной суеты Хогвартса, в затерянном среди гор монастыре, в обществе монаха-настоятеля и магии, не только дали Алекс новые знания, но и заставили на многие вещи взглянуть иначе. Последние недели она много думала о ситуации в стране и о своей роли в предстоящей войне, и всё больше склонялась к мысли, что её всё это не касается. Прожив семь месяцев в безмолвии, порой в течение десяти дней не говоря ни слова, у Алекс накопилось много того, что она хотела бы озвучить… Но первым делом она хотела увидеть Драко. Прощание с наставником было столь же прохладным, как и три года назад. Старик встретил её на пороге комнаты и просто кивнул. Что ж, не проклял, и то радость. Александра улыбнулась, низко поклонилась и активировала порт-ключ, покидая загадочное место. Успев совершенно забыть о том, что даже поздняя весна в Шотландии довольно холодное время года, она попала в Хогсмид в совершенно неподходящей одежде, но желание тратить время на визит домой и переодевание у неё отсутствовало напрочь. Зашагав в сторону замка, Александра принялась гадать, где сейчас может находиться её жених. Чуть напрягшись, она высчитала, какой сегодня день и, соответственно, какие были уроки, смутно припоминая что-то о сокращения послеобеденных занятий. Как выяснилось, можно было не ломать себе над этим голову, так как с Драко она столкнулась на полпути к школе. Дождавшись, когда между ними останется не больше пары ярдов, Морган бросилась на шею Малфоя, сияя улыбкой. В первую секунду тот оторопел, но, стоило ему почувствовать целующие его губы, как все вопросы стали неважны, или хотя бы не своевременны. – Я так по тебе соскучилась! – на минуту забывшись, выпалила Александра. – Я тоже скучал… – Ох, Драко, как же я рада тебя видеть! – потянувшись за новым поцелуем, призналась Морган, которая за семь месяцев успела по-настоящему соскучиться по его обществу. Боясь неосторожным словом оттолкнуть невесту, Малфой усилием воли вынудил себя смолчать, и не начал выяснять, что заставило Александру так радикально изменить манеру поведения. – Ты что, загорела? – не заметить этого он, естественно, не мог, но и объяснить себе, где в Шотландии можно получить настолько интенсивный загар, Малфой затруднялся. – Э-э-э… да? – Алекс как-то не задумывалась о том, что её внешний вид может вызвать не меньше вопросов, чем реальный срок отсутствия. – Ну, да… Как твои дела? – Да что с тобой? – отстранившись, Драко внимательно посмотрел на свою будущую жену. – Ты великолепно выглядишь! Но так загореть за три дня невозможно! – Милый, а давай сменим тему? – смущённо попросила та. – Ты в Хогсмид шёл? Мне нужно в башню наведаться, а то я начинаю замерзать… – Всё интереснее и интереснее. Я могу узнать, где ты была? – Нет, – твёрдо ответила Алекс без улыбки, – прости, но я не могу тебе сказать. Драко порывался продолжить расспросы, но побоялся настаивать, и уже хотел предложить Алекс свою компанию на пути в гриффиндорскую башню, когда его нагнал Теодор, вышедший из замка позже. – Значит, ты вернулась, – холодно констатировал Нотт, сверля взглядом лучшую подругу, которую даже не сразу узнал. – Пойдём-ка, поговорим! И не став ждать, когда Драко возразит, а сама Александра возмутится, вцепился в её локоть, потащив за собой. – Тео… – Заткнись! – рявкнул Нотт и вытащил из кармана мантии пачку писем, которые перед отъездом вручила ему сама Морган. – На! – Тео… – Я не хочу с тобой разговаривать! Малфой недоумённо переводил взгляд с одного участника ссоры на другого, но благоразумно не спешил вмешиваться, признавая, что здесь происходит что-то такое, о чём он не имеет ни малейшего представления. Теодор развернулся, собираясь удалиться, но теперь уже Алекс вцепилась в его локоть, удерживая на месте, буквально повиснув на нём. – Ну прости меня! Тео, солнышко, не злись на меня… – Ах, не злись?! Конечно, Принцесса. Как прикажешь, Принцесса! Слушаюсь и повинуюсь, Принцесса! – с настоящей злостью в голосе закривлялся Нотт. – Не злиться, говоришь? Ладно, дорогая, я не буду злиться! Я вообще не хочу больше с тобой общаться. Всё, достало, плыви сама! – Тео… – Тебе ж плевать на всех? Ну и чудесно, теперь это будет взаимно, – уже орал Нотт, отдирая пальцы подруги от своего рукава, не замечая, что причиняет ей боль. – Ты ж у нас гордая, всё держишь под контролем, всё сама, никому ничего не объясняя. Конечно, кто я такой, чтобы потратить на меня минуту твоего драгоценного времени и по-человечески объяснить хоть что-то?! Подумаешь, я с ума сойду от беспокойства? Тебе же плевать на всяких ничтожеств! – Это не правда… – Не правда? – не давая Алекс закончить фразу, заорал Теодор, но тут же перешёл на зловещее шипение. – Да тебе плевать на всех! Драко почти твой муж, а ты спросила его мнение? А твой ненаглядный Крауч? Его ты поставила в известность? Да даже Тёмный Лорд, который готов заставить реки течь вспять, лишь бы ты была довольна, или Малфой? Ты плюнула на всех!!! – А можно чуть конкретнее? – подал голос Драко, которого мягко говоря, не обрадовало то, к чему сводилась пламенная речь однокурсника. – На, полюбуйся! Алекс ничего не успела сделать, когда Нотт резким движением протянул пачку писем, которые она так и не забрала, другу. Увидев имена на конвертах, у Драко непроизвольно открылся рот. Его невеста снова влезла во что-то смертельно опасное, а иначе предсмертных записок бы не было, а он узнает обо всём, мало того, что постфактум, так ещё и случайно! – Драко, заткнись, – предупредила Морган, выхватывая у него из рук бумаги и уничтожая их. Глубоко вздохнув, Алекс заговорила строго и отрывисто, ясно давая понять, что спорить бесполезно. – Я вернулась к тебе. Спокойная, ласковая, соскучившаяся, чего тебе не хватает для полного счастья? Или ты предпочёл бы, чтобы я продолжала от тебя шарахаться? Тео, прости, что тебе пришлось волноваться. Но ты мой лучший друг, только тебе я могла доверить эту информацию. Ты можешь злиться, что я не спросила совета, но неужели тебе не лестно, что ты оказался единственным, кому я полностью могу доверять? В конце концов, я извиняюсь! Не найдя ни одного цензурного ответа, Нотт с шумом выдохнул и отвернулся, бросив напоследок: – Мне очень лестно, что я не спал нормально трое суток. Алекс нашла бы, что сказать, но когда Нотт вновь предпринял попытку отцепить её пальцы, позволила ему это, понимая, что будет лучше дать ему время успокоиться. – Так ты пойдёшь со мной в башню? – уже не слишком уверенно поинтересовалась Александра, которая совершенно иначе представляла себе встречу с друзьями. Малфой кивнул, но смолчал, и ей стало очевидно, что на этот раз молчание лучше не затягивать. – Теперь и ты на меня злишься? – Теодор не соврал, он на самом деле не спал нормально несколько дней. Мне кажется, он меньше дергался перед тем, как отец подписал его на участие в том лордовском ритуале. Почему ты рассказала именно ему? – Он же мой друг, – пожала плечами Морган. – На самом деле Теодор был не прав, обвинив в том, что я не пыталась с кем-то посоветоваться, другое дело, что мне даже не удалось дойти в своём повествовании до сути, на меня сразу принимались рычать. И Люциус, и Лорд. – А я? – Ты? – искренне удивилась Александра. – Драко, надеюсь, ты не обидишься, но ты ничего не смыслишь в интересующем меня вопросе, а узнав всю правду, ты и слушать меня не стал бы. Это было довольно опасно… – Но Теодор явно знал правду, судя по тому, как он переживал. – Да нет, скорее, дело в моем прощании… Я сказала, что он был мне хорошим другом и… Видимо, он воспринял мои слова, как… – Так, как они и звучали? – подсказал Драко. – Так где ты была? – Я не могу тебе ответить. Давай обойдёмся без допросов и обид, но тему эту опустим. Зайдёшь? – предложила Морган через минуту, когда они подошли к портрету Полной Дамы. – Ты же хотела только мантию взять? – Ну, да… Но ты вполне можешь пойти со мной. – Зачем? Я лучше тут тебя подожду. – Почему? – с недовольством хмыкнула Алекс. Драко недоумённо посмотрел на невесту, не поняв причину её недовольства, но не стал заострять на этом внимания и кивнул: – Ладно, пойдём. Двинувшись первой к проему, она улыбнулась и, следуя примеру жениха, наложила на себя чары невидимости. – Ты хоть связь разблокируй, – ехидно предложил Малфой, когда она исчезла. – Мне что, на ощупь тебя искать? – Можешь попробовать, – хихикнула она, входя в гостиную своего факультета. Добравшись до комнаты, они вошли внутрь, снимая невидимость, и Алекс присвистнула. – Тео явно ночевал здесь. И он злился. – Да… – обводя помещение взглядом, протянул Малфой. – Впечатляет. Идеальная комната Морган разительно изменилась от вида валяющихся повсюду пергаментов, книг и обломков стула. – Эльфы наведут порядок, – мотнула головой Алекс. – Бери мантию. – Ты куда-то торопишься? – почему-то охрипнув, пропела Александра, делая шаг навстречу. – Э-э-э… нет, но… – это было небывалое зрелище: смущённый Малфой. – Но ведь ты хотела не торопиться… – Это было давно, – небрежно отмахнулась она. – Или тебя что-то останавливает? – провокационно закидывая руки Драко на шею, она уставилась на него снизу вверх, и когда он замешкался, потянула его за галстук, вынуждая наклониться. – Ну, Дра-а-ако… Малфой никогда не мог противиться чарам Александры, особенно когда она говорила таким тоном. Откровенно говоря, он и не хотел противиться, просто боялся что-то сделать не так, поторопиться, ошибиться, настаивать… Но сейчас, после столь откровенного приглашения, ему и в голову не пришло отказаться. – Девочка моя, – простонал он перед тем, как впиться в губы невесты поцелуем.