От рождения до... возрождения

Александра решила последовать примеру своего крёстного, и удалиться. Пока все смотрели на то место, где стоял Тот-Кого-Нельзя-Называть, Морган воспользовалась их замешательством и исчезла по-английски, прежде чем её присутствие кто-нибудь заметил. Трансгрессировав в Хогвартс, она очутилась на границе с Хогсмидом и горестно застонала – путь предстоял неблизкий. Первоначально Алекс планировала навестить Драко, чтобы успокоить волнующегося за неё парня, но сейчас поняла, что просто физически не в состоянии совершать лишние движения и, послав к Мордреду все проблемы, направилась прямиком в гриффиндорскую башню. Показательная лёгкость, с которой Морган отражала вражеские заклинания, потребовала значительного количества сил, а всевозможные прыжки, совершаемые в попытках уклониться, заставили ныть от усталости все мышцы. Так что сейчас Александра спать хотела больше, чем жить. – Ну, наконец-то! – переступив порог собственной спальни, Алекс попала в объятия Драко. – С тобой всё в порядке? – Угу, – буркнула она, высвобождаясь из кольца рук жениха, и стянула мантию. – Что-то не так? – обеспокоенно заглядывая в глаза Морган, встревожено уточнил Малфой. Дав себе мысленный подзатыльник за чёрствость, Александра сделала над собой усилие, и позвала: – Иди ко мне. Всё нормально, я просто устала. – Ты обещала рассказать… – Драко, пожалуйста, не сейчас! – взмолилась Алекс, настойчиво потянув парня к постели. – Поговорим утром, или вечером… когда-нибудь потом… – уже засыпая, пробормотала она, не обращая внимания на недовольную гримасу Малфоя. Когда девушка уснула, Драко осторожно разул её, стараясь не разбудить при этом, после чего лёг рядом, всматриваясь в нахмуренное любимое лицо. Алекс сжалась, свернувшись в позу эмбриона, и Драко непроизвольно её обнял. Он не раз замечал это, когда наяву происходило что-то плохое, то во сне Морган принимала одну и ту же защитную позу, хмурила брови и обиженно сопела, и вид хрупкого, беззащитного ребёнка, заставлял его сжимать кулаки от злости и невозможности её защитить. Малфой ненавидел состояние беспомощности и если он ещё мог смириться с ним, пока дело касалось его самого, то с появлением в его жизни Александры, он стал категорически не согласен с существующим положением вещей. Внешне сильная и уверенная, она нуждалась в поддержке и помощи едва ли не больше, чем слабые, и то, что ей приходилось играть по взрослым правилам, лишь усугубляло положение. Драко долго лежал в темноте, придумывая, как можно защитить того, кто отказывается от любой помощи, и так и уснул, крепко обнимая невесту. Почувствовав сквозь сон, что её обнимают, Александра улыбнулась. – Доброе утро, милая. Не отвечая, она перевернулась на другой бок, обнимая Драко в ответ и, прижавшись к нему всем телом, уткнулась носом в его шею. – Алекс, – глухо пробормотал тот, чувствуя, как на него влияет близость невесты, – просыпайся. Некоторое время поспорив, Александре все-таки пришлось уступить и вылезти из кровати. – Злой ты, поспать не даёшь, – с шутливой обидой протянула она по дороге в ванную, – нет мне покоя в собственной спальне! Драко только улыбнулся в ответ на это заявление. Через полчаса, уже полностью готовая, Алекс собралась идти на завтрак, когда в дверь постучали. Переглянувшись с Малфоем, она быстрым движением закрыла полог на кровати, и бегло осмотрев помещение, убедилась, что никаких следов пребывания в её спальне посторонних не видно, а сам Драко уже успел наложить на себя чары невидимости, громко произнесла: – Войдите. В приоткрытую дверь заглянула Алисия Спинет. – Морган, тебя срочно вызывает Дамблдор. – Дамблдор? – удивлённо переспросила Александра, отмечая недоуменное выражение лица Спинет. – Ага. Он вернулся, представляешь? – Спасибо, Алисия, я сейчас спущусь, – кивнула Алекс, подходя к столу за волшебной палочкой. – Он ждёт перед портретом, – предупредила семикурсница, перед тем, как уйти. – У меня, кажется, серьёзные проблемы. – Самое чудесное, что я даже не представляю, о чём идет речь, – раздражённо хмыкнул Малфой. – Алекс, что происходит? – Милый, сейчас не подходящее время, ты так не считаешь? – она протянула руку в пустоту, и Драко, поняв, что от него требуется, быстро шагнул к невесте. Обняв невидимого парня, Алекс улыбнулась. – Пожелай мне удачи. – Удачи, любимая, – произнес он еле слышно и запечатлел на губах Морган поцелуй. – Мне пора, – чмокнув парня в щеку, Александра вышла из комнаты и, не оборачиваясь, пошла навстречу директору. По случаю каникул гостиная была полупуста, но те несколько человек, что уже встали, экспрессивно обсуждали изгнание Амбридж и возвращение Дамблдора. Не нужно было быть гением прорицания, чтобы предсказать, что уже через час вся школа будет в курсе. Открыв портретный проём, Алекс вышла из башни, нос к носу столкнувшись с поджидающим её директором. – Доброе утро, мисс Морган. – Вряд ли, – хмыкнула та. – Но всё равно, приветствую вас, директор. Внимательно посмотрев на студентку, Альбус никак не прокомментировал её ответ и просто сделал приглашающий жест рукой, первым начав спускаться по лестнице. Алекс не оставалось ничего иного, как покорно следовать за ним. Дойдя в молчании до пункта назначения, директор притормозил перед входом и, ещё раз оглянувшись, как будто не в состоянии поверить, что Морган не сбежала по дороге, произнёс пароль. Зайдя вслед за Дамблдором в помещение, Александра не успела даже осмотреться, как почувствовала попытку проникновения в свой разум. – Это, по меньшей мере, невежливо, – ледяным тоном произнесла она, понаблюдав пару минут за безуспешными попытками Дамблдора применить к ней легилименцию. – А с вашей стороны, господин директор, ещё и довольно опрометчиво. Вчера вы были частным лицом, но сегодня вы можете нарваться на судебное расследование, – совершенно спокойно добавила Алекс, и прошла мимо застывшего старика, без приглашения устраиваясь в кресле. – Это намного упростило бы предстоящий разговор, – быстро справившись с удивлением, Дамблдор не стал отпираться, и тоже устроился в кресле. – Естественно, – ухмыльнулась Морган, но в следующую секунду, резко подавшись вперед, послала мощную ментальную волну в упор глядя на директора. – Только, почему бы и вам, в таком случае, не открыть свой разум? Дамблдор как будто не заметил надменно-издевательского тона, которым говорила Морган и, игнорируя её недовольство, приступил к допросу. *** Конечно, Александра прекрасно понимала, что её излишняя осведомленность не может пройти мимо внимательного взгляда директора, однако она даже не подозревала, что Дамблдор устроит ей такой допрос! Они оба следовали негласному правилу, годами предпочитая делать вид, что ничего необычного не замечают в поведении друг друга… Но в этот раз она видимо перешла незримую границу. Ещё вчера Морган была просто одной из учениц, сильной, но не опасной волшебницей, подругой Мальчика-Который-Выжил, а значит, потенциальной союзницей. Сегодня же Александра открыто заявила, что с лёгкостью пренебрежёт интересами Поттера ради Пожирателей смерти. Алекс с самого начала не нравилась Дамблдору – всё же её отец был Пожирателем смерти Ближнего круга, а если верить Снейпу, то и вовсе другом Волдеморта, – но его сбило с толку то, что Морган симпатизировала магглорождённой Гермионе Грейнджер. Альбус просто не мог поверить, что после четырёх лет, прожитых в одной комнате с магглорождённой, после пяти лет дружбы с Мальчиком-Который-Выжил, Морган сможет разделить взгляды Реддла. Дамблдору и в страшном сне не могло присниться, что гриффиндорка может ненавидеть магглов и презирать магглорождённых. Он, конечно, замечал, что Морган игнорирует однокурсников, и терпеть не может Рональда, общаясь лишь с Поттером и Финниганом, но не видел в этом проблему. На первых курсах он еще присматривался к Александре, но та не пыталась контактировать с слизеринцами, и директор постепенно ослабил слежку, окончательно успокоившись, когда убедился, что она предпочитает компанию Поттера. Но теперь это представлялось в ином свете. Альбус не страдал паранойей, а потому не думал, что это хитрый план Реддла, внедрившего шпиона в Гриффиндор, но собирался в ближайшее же время запретить Гарри продолжать общение с потенциальным Пожирателем смерти. Уже давно прошло время обеда и, судя по положению солнца, чьи отблески Алекс могла наблюдать через окно, уже скоро начнется ужин… – Знаете, Дамблдор, – перебила старика Морган прямо посреди предложения, – вы меня уже так утомили. Я хочу есть, а вы даже не удосужились за шесть часов допроса предложить мне голого кофе! – Мисс Морган, это не допрос… – Бросьте, – отмахнулась та, не давая директору договорить, и вставала с кресла, – я решила на этом закончить. Альбус, понимая, что возражать бессмысленно и, сохраняя хорошую мину при плохой игре, попытался изобразить доброжелательность: – Хорошо. На сегодня, думаю, довольно. Холодно простившись, Морган, наконец, получила возможность покинуть директорский кабинет. Идя к Большому залу, Александра продолжала анализировать поведение Дамблдора, и ей совершенно не нравилось то, к чему она в итоге приходила. Алекс слышала о пророчестве и от Гарри, и от Волдеморта, однако они оба знали только начало. Но вот в словах Дамблдора она смогла услышать ту информацию, которой ей так не хватало. Само собой разумеется, директор не выдал тайные сведения, но читать между строк она научилась профессионально, и ей не составило труда сделать правильные выводы. Почему директор так трясётся за Поттера? Потому что только Гарри, согласно всё тому же пророчеству, сможет победить Волдеморта. Тогда, почему Дамблдор совершенно не интересуется безопасностью гриффиндорца, при его встречах с самим Тёмным Лордом? Ведь, даже идиоту понятно, что шестнадцатилетний студент не в состоянии одолеть сильнейшего мага века, а старик будто специально бросает Гарри в самую гущу событий, игнорируя доводы здравого смысла. Вывод мог быть только один: смерть Поттера от руки Волдеморта, приведет к гибели самого Тёмного Лорда! От открывшихся перспектив, Александра застыла посреди коридора. – Твою мать! – тихо простонала она, не сдержавшись. – Алекс? – недовольно обернувшись, она увидела спешащего к ней Нотта. – Что с тобой? – Тео, если я скажу, что не хочу с тобой разговаривать, ты обидишься? – Хм… да, – чуть подумав, честно ответил Нотт. – Чем я тебе не угодил? – Ты мешаешь мне думать, – игнорируя обиду друга, Алекс продолжила путь. – Принцесса, – позвал парень и, в его голосе было столько горечи, что Морган не смогла не заметить её и просто уйти. – Прости, родной, – Александра обняла Теодора и поцеловала в щёку, – мне нужно сосредоточиться. – Можно, я просто побуду рядом? – нерешительно спросил он, и против воли сжался в ожидании ответа. – Тео, что с тобой? Ты меня боишься? – как бы Александре не хотелось остаться в одиночестве и продолжить размышления, такую реакцию лучшего друга она не могла пропустить мимо. – Нет, я… – парень замялся и, только через минуту, смог выдавить из себя ответ: – Я не понимаю, что с тобой происходит. Я не знаю, когда могу к тебе подойти, а когда лучше обходить тебя стороной. У тебя такой взгляд, что хочется самому удавиться, лишь бы не попасть тебе на глаза… – Тео, ты рехнулся? – у Морган был такой изумленный вид, что Нотт не сдержал улыбку. – Чего ты лыбишься? – Ты очень изменилась. – Теодор, – после паузы заговорила гриффиндорка, – ты – мой лучший друг, и мне меньше всего хочется испортить с тобой отношения или как-то тебя обидеть. Но, пойми, сейчас совершенно неподходящее время для выяснения отношений, – заметив попытку парня возразить, Алекс махнула на него рукой, заставляя молчать. – Тео, у нас у всех очень большие проблемы… – Я знаю, – все же вставил парень, – в «Пророке» напечатали о возвращении Тёмного Лорда… – Поверь, в «Пророке» не содержится ничего такого, что хотя бы приблизительно отражало бы наши настоящие проблемы. Теодор, хочешь быть рядом – будь, но не мешай мне думать. *** Едва переступив порог Большого зала, на Александру обрушился шквал эмоций. С самого детства девушка спокойно считывала чувства окружающих, заранее зная с кем как себя вести, но лишь после того, как она выпила зелье раскрывающее её анимагический потенциал, гриффиндорка в полной мере смогла осознать, что она эмпат. Теперь девушка всегда знала, что именно чувствует её собеседник, могла улавливать малейшие нюансы человеческих эмоций, что позволяло намного успешнее манипулировать людьми, используя против них их же чувства. Но сейчас, Алекс была совершенно не рада собственным эмпатическим способностям. Глубоко погрузившись в свои мысли, девушка перестала удерживать ментальный щит, давая возможность своей магии восстановиться после легилименции Дамблдора, и чужие эмоции обрушились на неё подобно лавине. В зале не было ни одного спокойного человека, все были взволнованы недавними событиями, обсуждая вычитанные в «Пророке» новости. Большинство откровенно боялось, меньшинство – злилось… И у Александры было такое чувство, что она попала под пресс, давление которого с каждой секундой все возрастало. – Принцесса, что с тобой? – испуганный голос Теодора доносился до гриффиндорки словно сквозь воду. – Алекс?! Девушка чувствовала, что ей становится все хуже, но сил на то, чтобы сдвинуться с места или хотя бы попросить о помощи, у неё не было. Нотт подхватил теряющую сознание подругу на руки и, развернувшись, быстрым шагом направился к Больничному крылу. – Тео… – слабым голосом позвала Александра через пару минут, – стой. – Что с тобой? – парень послушно остановился. – Поставь меня. – Алекс… – попытался возразить Теодор, но Морган уже достаточно хорошо себя чувствовала, чтобы поймав её взгляд, слизеринец покорно выполнил её распоряжение. Поставив подругу на пол, парень вовремя заметил, как она пошатнулась, и был вынужден тут же её прижать к себе. – Я в порядке, – еле слышно сказала девушка, впрочем, не торопясь отстранятся. – И что это значит? – раздраженный голос Малфоя прозвучал над головой Морган и, Александра почувствовала, как Теодор вздрогнул. – Эмпатия, – тихо пояснила гриффиндорка. – Мордред! Милая, зачем ты вообще пошла в Большой зал? – голос слизеринского старосты разительно изменился, теперь в нём звучала только забота и нежность. Нотт отступил назад, зная по собственному опыту, что когда эти двое оказываются рядом, все остальные перестают для них существовать. – Теодор, – внезапно позвал Малфой, заставляя парня вздрогнуть, – спасибо, что быстро среагировал. Алекс нельзя было там оставаться, она чувствует чужие страхи и ей от этого плохо. Понятнее объяснить не могу, сам не очень-то понимаю, – усмехнулся Драко, не отрывая взгляда от невесты. – Я в порядке, – отстраняясь от обнимающего её парня, успокоила Алекс присутствующих. – Все случилось слишком неожиданно… Я есть хочу! – безо всякого перехода заявила Морган. – Ты неподражаема, – рассмеялся Малфой, снова заключая девушку в объятия. – Драко, отстань! Я, правда, дико хочу есть! – Тебе нельзя в Большой зал, – посерьёзнел слизеринец и перевел вопросительный взгляд на друга. – Предложения есть? – Я что-то читал о зельях блокирующих ментальные способности… – Нет, – решительно перебил Малфой, – это нам не подходит. – Подожди, – попросила девушка, задумываясь о словах Теодора, – что за зелья? – Принцесса, это ты у нас ходячая энциклопедия вселенского знания, а я так, скромный последователь твоей гениальности… Пойдем в подземелье. Пока я буду ковыряться в книжках, пытаясь вспомнить, где именно я видел те зелья, вызовите домовиков и спокойно поужинаете. – Тео, а ты уверен, что это я гениальна,– с ехидной улыбкой взяв парня под руку, спросила Алекс, – а не ты? Следуя утвержденному плану, трое студентов спустились в подземелье и, пока Александра ужинала, Драко с Теодором просматривали книги, принесенные Ноттом. – Милая, может ты, наконец-то расскажешь, что вчера произошло? – дождавшись, когда девушка отодвинет от себя пустую тарелку, вернулся к интересующему его вопросу Драко. Алекс нахмурилась, но все-таки заставила себя начать повествование. Учитывая, что, то Драко, то Теодор перебивали девушку, задавая кучу уточняющих вопросов, рассказ занял довольно много времени и, к тому моменту, когда девушка замолчала, до отбоя оставалось минут десять. – Теперь вы знаете почти столько же, сколько и я, так что предлагаю расходиться, – потянувшись, закончила девушка. – Тео, проводи меня в башню. – Не понял… – нахмурился Малфой, – с чего это вдруг ты просишь об этом Теодора? – Не ревнуй, – обняв жениха, Алекс улыбнулась. – Я собираюсь спать, а с тобой это довольно проблематично. Так что Теодор проводит меня. – Конечно, Принцесса. Лицо Драко ничего не выражало, когда дверь захлопнулась за его невестой и лучшим другом, но в глубине души парень был, мягко говоря, недоволен.