От рождения до... возрождения

Происходящее в мире совершенно никак не повлияло на любовь обитателей Хогвартса к квиддичу, и субботнее утро встретило Алекс шумом взбудораженных болельщиков. Александра знала, что Малфой уговорил какого-то слизеринца, чтобы тот заменил его на сегодняшнем матче, поэтому решила остаться с женихом и не ходить на стадион. Пока вся школа будет наблюдать за стремительно носящимися над полем игроками, Драко планировал пробраться в Выручай-комнату и вплотную заняться Исчезательным шкафом. Задание Волдеморта невыполнимым казалось лишь на первый взгляд, но, обдумав и тщательно взвесив все известные факты, становилось вполне очевидно, что при должном старании можно добиться успеха даже в таком деле. Конечно, нечего было и думать, что Малфой сможет в одиночку справиться с волшебником, по праву считающимся одним из сильнейших магов мира, но с помощью Пожирателей… Исчезательный шкаф предназначался как раз для того, чтобы в нужный момент в Хогвартс могли незаметно проникнуть сторонники Тёмного Лорда. С тех пор, как Морган узнала правду о его задании, Драко уже устал отказываться от её помощи, тем более, он вполне отдавал себе отчет, что его невеста гораздо лучше его самого разбирается в ритуалистике и древних артефактах, и что у неё гораздо больше шансов починить мудрёный агрегат. Провозившись полдня, молодые люди были так же далеки от успеха, как и в тот момент, когда впервые переступили порог Выручай-комнаты. Повреждения магической «мебели» были минимальными, но для того, чтобы их нейтрализовать, требовалась уйма времени. Малфой настолько погрузился в собственные проблемы, что даже никак не прокомментировал проигрыш своего факультета в квиддич. Несмотря ни на проблемы Малфоя, ни на квиддич, ни на всё остальное, Александра ни на мгновение не забывала о своем намерении избавить Теодора от предстоящего получения Тёмной метки. Нотт мрачнел с каждым днём всё сильнее, как будто внутри него находился зачарованный метроном, равнодушно отсчитывающий последние минуты его независимой жизни. Прекрасно понимая, что времени остаётся всё меньше и меньше, Алекс всё равно не оставляла идеи уговорить Волдеморта отказаться от мысли о привлечении её друзей в Пожиратели. Нежелание принимать «присягу» для наследников преданных Лорду волшебников могло привести к весьма плачевным результатам. По сути, у таких, как Теодор, было всего два выхода: либо смерть, либо побег. Вполне очевидно, что ни один из вариантов не устраивал ни Александру, ни самого Нотта. Алекс неоднократно беседовала на эту тему с крёстным, но всегда отступала, боясь перегнуть палку, однако до назначенного времени, когда должна была состояться церемония посвящения новых Пожирателей, осталось всего две недели, и Морган торопилась – отступать было уже некуда. Трансгрессировав в ставку Тёмного Лорда вместо похода в Большой зал на обед, Алекс не стала долго ходить вокруг да около, заговорив о политике прямо с порога, и уже через пару минут перевела разговор на не дающую ей покоя тему. – Том, ты что, не понимаешь, чем им это грозит? Независимо от того выиграешь ты или проиграешь, люди всегда будут помнить, что они были Пожирателями и ненавидеть их! – Ты предлагаешь мне сложить руки и повеситься на гриффиндорском шарфе? – не скрывая раздражения, Тёмный Лорд принялся мерить гостиную шагами. – Ты хотела, чтобы я не убивал Поттера? Как видишь, он жив. Ты настояла, чтобы я не пытал Люциуса, и с тех пор он ни разу не отведал Круциатуса. Ты потребовала младшего Малфоя? Ты получила его. Александра, – Волдеморт остановился напротив, сверля крестницу пронзительным взглядом, – тебе не кажется, что пора остановиться? – Не-а, – беззаботно протянула Морган, сидя на столе Волдеморта и болтая ногами в воздухе. – Том, я прошу только за нескольких человек. Это раз. Метка будет, но не настоящая. Это два. – И что ты приберегла на счёт три? – успокаиваясь и садясь в кресло Алекс, устало спросил Волдеморт. – Когда-то я сказала, что предпочитаю сохранять нейтралитет, – начала она. – Я не жалуюсь на память, – перебил Риддл. – И с той поры немало воды утекло, – не делая паузы, продолжила Алекс, словно не заметив вмешательства. – Тогда я надеялась, что победит Дамблдор, но сам погибнет, уничтожая тебя… – Как приятно, – язвительно прокомментировал Тёмный Лорд, поражённый подобным признанием. – Но теперь я готова выступить на твоей стороне против Дамблдора. Не стать на твою сторону в этой войне, – с ударением уточнила она, – а только вместе уничтожить директора. – Заинтриговала ты меня, – хмыкнул Лорд. – Я так понимаю, ты решила почтить меня своим доверием? Неужто я морально дорос до уровня твоего ненаглядного Люциуса, и ты готова рассказать мне о своих планах? У тебя ведь уже готовы сотни планов с миллионами обходных путей? – Хм… до Люциуса тебе, конечно, ещё расти, и расти, – остудила Морган, – да и вряд ли кто-нибудь когда-нибудь сможет дорасти до Люциуса… Не обижайся. – Александра, – расстроенно протянул Тёмный Лорд, отвернувшись, но после паузы тяжко вздохнул и продолжил: – Тебе никто не говорил, что твоя радикальная честность причиняет порой адские страдания? – Регулярно, – усмехнулась та. – Прекрасно, в мире ещё остались умные люди. Я знаю, что ты никогда не полюбишь меня так, как Малфоя, так что не стоит мне лишний раз об этом напоминать. Это не очень-то приятно, знаешь ли. Так что там с твоими планами? – предпочёл вернуться к насущному Волдеморт. – Скажем так, я предприняла очень многое для того, чтобы упростить эту задачу, – осторожно ответила она. – Но я пока не определилась, какой именно из моих планов следует принять за руководство к действию. – Возможно, тогда сработает мой план? – снисходительно усмехнулся Волдеморт. – Видоизмененный – может быть, – не дала ему насладиться превосходством Морган. – Почему «видоизмененный? – удивлённо переспросил Риддл. – Потому что я не позволю Драко прилюдно совершить столь громкое убийство. И да, я, конечно же, всё знаю, – добавила она, не давая возможности собеседнику удивиться или, что более вероятно, возмутиться, Александра продолжила говорить, как ни в чём не бывало: – Мне сказали все, кроме Нарциссы, которая, кстати говоря, всё разболтала Белле и Северусу. – Глупая женщина, – едва слышно пробурчал Тёмный Лорд, заставив Морган улыбнуться. – Согласна. Зачем тебе столько Пожирателей в Хогвартсе, Том? Мы с Северусом вполне могли бы справиться и вдвоём. – Ты в этом участвовать не будешь, – безапелляционно рявкнул Волдеморт, – а один Северус не справится. Дамблдор очень опасный враг. Он сильный, и главное, опытный волшебник. По милости директора Хогвартса мне пришлось долгих одиннадцать лет существовать бестелесным призраком. Это не самое приятное моё воспоминание, знаешь ли. Ты не должна его недооценивать, не повторяй моих ошибок. – Да мне и своих вполне хватает… Том, я не недооцениваю его, но и переоценивать врага тоже не следует. Ты прав, он очень опытен, но он стар. – А значит мудр. – Мудрость – это извилины, а не седина и морщины, – отмахнулась Морган. – Он совершает слишком много ошибок, и уже очень скоро какая-нибудь из них станет для него фатальной. Я не зря обратила внимание на его возраст. Альбус не поспевает за изменениями, происходящими в умах его потенциальных союзников. Старик мыслит устаревшими категориями, которые уже утратили актуальность. Первым он потерял Северуса, недооценив его интеллект. Вторым Поттера. Третьей потерей для него станет его собственная жизнь. Ну, или его положение в обществе, что для Дамблдора едва ли не ценнее. – Ты очень опасный враг, Александра, – Риддл с гордостью смотрел на крестницу. – Когда ты всё это задумала? – На втором курсе, – призналась Морган, вспоминая историю с василиском. – Поразительно! Даже я в двенадцать лет не думал о мировом господстве. Алекс во весь голос расхохоталась. – Меня не прельщает мировое господство, – успокоила она собеседника, – но и жить по чужим правилам меня не устраивает. Том, скажи мне откровенно, зачем тебе уничтожать магглов? – Ты же знаешь о болезнях, – поморщился тот. – А остальные? Зачем тебе смерть магглорождённых и их родителей? – Александра, прежде чем осуждать меня… – Я не осуждаю, – поспешила перебить Алекс и даже руками замахала, открещиваясь от такого предположения. – Я только хочу понять. Они и так тебя до обморока боятся. Так зачем создавать себе лишних врагов? – Они мне не враги, – пренебрежительно отмахнулся Волдеморт. – Ты не прав, Том, – тон Морган неуловимо изменился. Теперь в её голосе была серьёзность и что-то такое, что заставляло Тёмного Лорда почувствовать себя неуютно. – Если загнать крысу в угол, она может загрызть и собаку. Когда меня загнали в детский дом, я не могла ничего с этим поделать, но я могла отомстить. Три года я мечтала об этом, три долгих года я каждую ночь представляла, как буду убивать человека, который обрёк меня на этот кошмар. Ублюдка, ответственного за мои страдания. И первое, что я сделала, когда выбралась из приюта – так это нашла его. Об этом писали все газеты: и магглоские, и наши. Зверское убийство, невиданная жестокость… Я убила его голыми руками, просто разорвала горло, – Алекс встряхнулась, отгоняя воспоминания, и посмотрела в глаза Тёмного Лорда. – Взрослый мужчина не смог справиться с одиннадцатилетней девочкой, которая три года голодала и была почти без сил, – Алекс едва заметно усмехнулась. – Я и сейчас не могу похвастать ростом и плотным телосложением, а тогда… – Я понимаю, – тихо произнёс Волдеморт, во все глаза смотря на крестницу. – Так что не стоит недооценивать своих противников, какими бы ничтожными они не казались бы на первый взгляд, – резюмировала Александра. – В мои планы никогда не входило истребление грязнокровок. Но существующее положение вещей не может сохраняться и дальше. Я хочу, чтобы все привилегии были сосредоточены в руках чистокровных волшебников, – после длительной паузы сообщил Волдеморт. – Это утопия, Том, – презрительно бросила Алекс с уверенностью в голосе. – Но почему?! – изумился Тёмный Лорд, который совершенно не ожидал подобной реакции от представительницы одной из самых чистокровных семей в Великобритании. – Существует естественный круговорот власти в природе, – Алекс усмехнулась, с удобством устраиваясь в кресле, и щелкнула пальцами, вызывая домовика. Сделав глоток кофе, она удовлетворенно хмыкнула и только после всех этих манипуляций посмотрела в глаза крёстного. Риддл хладнокровно наблюдал за её действиями, никак не демонстрируя своего нетерпения. – Бывают правильные формы правления и не правильные. Думаю, лекцию по маггловской политологии ты не оценишь, поэтому расскажу тебе сказку, – Алекс откровенно забавлялась и была уверена, что Тёмный Лорд не имеет ничего против подобного стиля изложения. – Итак, жил-был монарх. Всё было хорошо и просто замечательно, но в один далеко не прекрасный день, у него испортились отношения с женой, или с любовницей, или его вообще убили, это не принципиально, но на троне прочно обосновался злой и жестокий дяденька, – Волдеморт хохотнул, уловив прозрачный намёк, и с интересом ждал продолжения. – В общем, всё стало плохо и ужасно, и в один, на этот раз прекрасный день, господа аристократы встретились, выпили бренди, да и решили, что им надоело, что их угнетает какой-то гадкий деспот. Взяли и как-нибудь тихо и подло его убили. Теперь у нас правят несколько милых и справедливых товарищей и снова всё замечательно. Алекс сделала паузу, чтобы глотнуть кофе, и продолжила повествование. – Но и у них тоже есть жены или любовницы, которые отравляют существование, и как-то незаметно, постепенно, жизнь снова становится невыносима. Быдло воет от притеснений и, не выдержав, свергает гадких дяденек… И снова все улыбаются и пляшут. Но недолго. Всеобщая безнаказанность ещё никому не шла на пользу, так что народ впадает в раж, творит, что пожелает… Думаю, не надо вдаваться в подробности всех прелестей анархии? Но тут вдруг, один из этого самого быдла нежданно-негаданно прозревает и с криком: «Что ж вы братцы творите?», принимается наводить порядок. И, в итоге, перед нами новый монарх, всеми любимый, добрый и заботливый. Но так как и у него есть жена или любовница, то история снова повторяется… Сейчас мы как раз на этом этапе. Дамблдор ещё жив и его все любят. Наша задача – повернуть время вспять. Выставить Дамблдора злым диктатором, а тебя, наоборот, белым и пушистым освободителем… – Александра, ты в своём уме? – на лице Тёмного Лорда был самый настоящий шок. – Я не спорю, план великолепен, как и история, но он неосуществим! – А ты мог бы мне довериться? – задумчиво посмотрела Морган. – Отпустить вожжи? Она непозволительно расслабилась и перестала воспринимать Волдеморта как великого волшебника. Регулярные встречи привели к тому, что Алекс относилась к Тому, примерно как Северусу: признавала, что он знает больше неё уже хотя бы в силу возраста и уважала его авторитет, но абсолютно не испытывала перед ним страха. И если со Снейпом это было позволительно, то Тёмный Лорд был намного опаснее, и это заявление вполне могло бы обернуться для неё смертью. – Хм… – Мне не нужно твоё место, – как можно спокойнее произнесла Морган, понимая, что только что перешла грань, и теперь от неё уже ничего не зависит. Стоило Тёмному Лорду решить, что она специально втиралась к нему в доверие, чтобы прибрать к рукам власть, и её уже ничего не спасёт. – Салазар! Страшно-то как, – недовольно пробормотала она и вздрогнула: Волдеморт расхохотался. – Ты неподражаема, Александра! – сквозь смех воскликнул Риддл. – Как ты вообще осмелилась сделать мне подобное предложение? – без намёка на агрессию спросил он, всё ещё улыбаясь. – Чересчур расслабилась, – искренне призналась Морган, очень недовольная собой, – я привыкла, что со мной ты просто Том, а не великий и ужасный Лорд Волдеморт, вот и ляпнула. – То есть, – напряжённым голосом тихо уточнил Тёмный Лорд, – тебе настолько комфортно в моём обществе, что ты забываешь об осторожности? Алекс нерешительно кивнула и смущённо отвела глаза, не заметив, как тот открыто улыбнулся в ответ, самой настоящей, искренней улыбкой, такой, которая появляется на губах гордых родителей в момент триумфа любимого чада. – Ладно, передаю тебе управление этой шаткой конструкцией под названием мир, – как можно небрежнее произнёс Волдеморт. – Что?! – Ты не ослышалась, Александра. Я полностью тебе доверяю, – подождав, пока девушка справится с изумлением, он уточнил: – Так кому я должен поставить фиктивные метки? – Это я сообщу перед самым обрядом. – Не доверяешь? – удивился Волдеморт. – Нет! Сначала нужно прощупать кандидатов, всё-таки придётся их посвящать в часть плана, а мне бы очень не хотелось ошибиться, – пояснила Алекс, пребывая в шоке от недавнего заявления собеседника. Риддл долго молчал, сверля крестницу взглядом, но согласно кивнул, придя к выводу, что дело действительно не в недоверии. – Ладно, теперь это твоя забота, – равнодушно пожал плечами Волдеморт. – Но никакие проблемы этого мира не должны помешать мне насладиться твоей компанией во время обеда, – в своей обычной безапелляционной манере сообщил Тёмный Лорд. – Конечно, Том, – довольная исходом встречи согласилась Морган, – я с удовольствием останусь. *** Вернувшись в Хогвартс через камин Снейпа, Алекс сразу же пошла в слизеринскую гостиную. Мрачная атмосфера, окутавшая подземелья неделю назад, казалось, сгустилась ещё больше. Все старшекурсники ходили злые и раздражённые, некоторые прятали за этим эйфорию от предвкушения власти, которой они якобы станут обладать после получения тёмной метки, но большинство скрывало животный страх. В общей комнате, кроме Драко, были только младшекурсники, поэтому Алекс спокойно заговорила на интересующую её тему: – Через неделю предстоит ещё один поход. Может, тебе не стоит там быть? Хотя Волдеморт и уступил просьбам крестницы и не стал клеймить младшего Малфоя, это не избавило парня от необходимости присутствовать на показательных выступлениях Пожирателей, во время которых они проводили зачистки магглов или предателей крови. Драко не был избалованным ребёнком, который теряет сознание от одного вида крови, но после первого же раза он понял, что не в состоянии спокойно выносить то количество крови, которое проливалось на его глазах. – Не глупи, сама понимаешь, я не могу просто взять и не прийти, – раздражённо отмахнулся Малфой, не желая тешить себя пустыми иллюзиями. – Мы могли бы придумать какое-нибудь достоверное объяснение… Он даже не стал на это отвечать. Дёрнув Алекс за руку, Драко усадил её себе на колени и зарылся лицом в её волосы. Помолчав некоторое время, он пообещал: – Я справлюсь, чего бы мне ни стоило. Александра промолчала. С одной стороны, она и не сомневалась, что жених выдержит это испытание. С другой же, Морган была рядом, когда тот возвращался домой после этих встреч, и видела, в каком он пребывал состоянии, поэтому жалела его. Но была ещё и третья сторона, где тесно переплетались недоумение его чувствительностью, непонимание испытываемых им чувств и, конечно же, недовольство его слабостью. После довольно долгой паузы Алекс сменила тему: – Кстати, как народ? – Плохо, – помрачнел Драко. – Даже очень плохо. Конечно, никто ничего не говорит, но это и так понятно. Даже те, кто искренне этого хочет, в ужасе от предстоящего. Я так же выглядел перед принятием метки? – спросил он и, не дожидаясь ответа, предложил: – Может, ты поговоришь с Теодором? – Думаешь, есть смысл? – с надеждой спросила Морган. – Не знаю, – Драко устало потер глаза, – кроме тебя, он точно не примет помощь больше ни от кого. – Не факт, что и меня не пошлет. Как ты думаешь, нам удастся переубедить Теодора? Драко не знал всех планов невесты, но то, что она собиралась привлечь нескольких приближённых на свою сторону, вне зависимости от наличия или отсутствия тёмной метки, ему было известно. И Малфой был полностью согласен, что все «работы» по вербовке должны быть завершены до церемонии посвящения. С Теодором дело обстояло непросто. И сложность была даже не в том, что тому предстояло принять метку в числе первых. Ситуация осложнялась ещё и тем, что отец Нотта что-то пообещал Волдеморту касательно сына, и Морган опасалась худшего. – Не знаю, – после паузы покачал головой Драко, – но мы должны. – Он наш лучший друг… – кивнула она. – Поэтому мы и должны сделать всё, что только возможно. Алекс, останови его, – вдруг добавил Малфой, отбросив сомнения. Морган долго смотрела в глаза жениха, ничего не отвечая, а потом просто кивнула, вставая. – Ладно, я пойду к нему. Поднявшись в комнату Нотта, Алекс замерла перед открытой дверью. – Здравствуй, Принцесса, – без выражения поздоровался тот. – Пришла проводить воспитательную работу? – Тео, меланхоличный образ – не твое амплуа. – Ага, мое амплуа – Пожиратель смерти! Алекс поморщилась от этого заявления. – Ты сдался, – констатировала она. – Кому есть до этого дело, – даже не поворачиваясь, презрительно хмыкнул Нотт. – Мне, – твёрдо сказала Морган. – Тебе плевать на меня, как и всем остальным, – равнодушно отмахнулся он, отворачиваясь. – Ты знаешь, что это не так, ты мой друг… – Друг?! – заорал Теодор, вскакивая на ноги. – Я не хочу быть твоим другом! От неожиданности заявления Александра отступила на шаг. Что-то пошло не так, как она думала. Боясь по незнанию только ухудшить ситуацию, она осторожно подошла ближе. – Десять лет хотел, а теперь резко не хочешь? – с лёгкой обидой спросила Алекс. – Дура! – рявкнул он. – Ты слепая дура! – Александра расширившимися от потрясения глазами смотрела на лучшего друга, не понимая, что нашло на всегда спокойного Теодора. – Я готов на всё ради тебя! Я готов умереть ради тебя, убить ради тебя, терпеть любые унижения или боль, готов преклоняться перед тобой. Готов быть всем для тебя, хоть мужем, хоть любовником, хоть рабом, кем ты только захочешь, лишь бы быть рядом, но тебе плевать на это… – он горько усмехнулся, когда злость и ярость внезапно испарились, оставляя только отчаяние и усталость. – Я люблю тебя, Алекс, – сказал Теодор совершено спокойным голосом, от которого становилось ещё страшнее. – Люблю так, как ты не сможешь никогда даже представить. Так что, да, я сломался. Александра в шоке смотрела на Теодора, не представляя, как реагировать на его слова. Подобное просто-напросто не укладывалось у неё в голове. Теодор любит её? Что за чушь. Нотт – её лучший друг, и только друг, однако эта вспышка, так не свойственная парню, не позволяла Морган просто отмахнуться от его слов. Теодор молча отвернулся, дожидаясь, когда девушка уйдёт. Но уходить она, совершенно точно, не собиралась. Неслышно подойдя, Алекс положила руку на его плечо. – Тео. – Уходи, – глухо пробормотал Нотт. – Посмотри на меня, – мягко попросила Морган. – Убирайся! – заорал он, но так и не обернулся. Алекс обошла парня, чтобы взглянуть ему в глаза. Слёзы, без перерыва льющиеся из его глаз, заставили её сердце болезненно сжаться. – Мальчик мой, – Морган обняла парня и потянула за руку, заставив сесть на кровать, – иди ко мне, Тео. Перестав сопротивляться, юноша уткнулся в плечо Алекс и разрыдался. Она гладила друга по спине, по волосам, шепча какой-то утешительный бред, помогая быстрее успокоиться, а сама думала над его словами. Тео всегда был рядом, когда она нуждалась в его присутствии. Всегда заботился о ней. Был внимательным и нежным, никогда не позволял ей рисковать… Его поведение в этом отношении ничем не отличалось от малфоевского. Нотт всегда старался оградить Александру от неприятностей, никогда не спорил с ней, делая всё, что она только пожелает, лишь бы она была довольна. «Как я могла быть настолько слепой? – подумала Александра, и содрогнулась, вспомнив о ситуации с любовным зельем. – Как у него хватило выдержки?» В памяти всплыли слова Драко: «Я не удержался бы, если бы меня пыталась изнасиловать любимая девушка». «Он знал! – со злостью поняла Морган. – Он с самого начала всё знал». Когда Теодор затих в её объятиях, Алекс чуть отстранилась, чтобы встретиться с ним взглядом, и тихо попросила: – Тео, прости меня. – Какая уже разница, – равнодушно махнул он рукой, – извини, что я сорвался… – Ты из-за меня… не хочешь бороться? – Я смысла не вижу, – обреченно вздохнул Нотт и, после паузы, пожаловался: – Малфою больше всех повезло, отец на его стороне, родителям Грэга всё по-барабану, а у меня совсем весело. – Что ты имеешь в виду? – То, что отец Драко изображает перед Лордом в отношении сына, для моего – правда. Отец гордится, что я стану Пожирателем. А когда я не справлюсь – лично убьёт. Мне некуда деваться. – Ты же можешь ещё… Однако Нотт не дал ей продолжить, перебивая: – Нет, Алекс, ты не понимаешь, если я пойду против Лорда, отец отречётся от меня. Будь дело в одной лишь метке – я и слова не сказал бы. Мне, естественно, не слишком нравится идея становиться чьим-то рабом, пусть это и сам Тёмный Лорд, да и рисковать свободой – желания мало, но тут дело намного серьёзнее. Я не знаю, что отец обещал Хозяину, но для меня выхода нет. Некоторое время они молчали. Каждый из них думал о своём. В отличие от Теодора, Морган знала реальное отношение Эдриана к службе Волдеморту. Старший Нотт вернулся к Хозяину только из страха. И слышать, что он гордится тем, что сын станет Пожирателем, для неё было дико. – Тео, ты веришь мне? – неожиданно спросила Александра. – Да. – Ты готов рискнуть… – Нет, Алекс. Мне уже всё равно, – даже не слушая, что хочет предложить подруга, отмахнулся Нотт. – Но, Теодор, так же нельзя, – расстроилась Морган. – Почему ты даже не хочешь сопротивляться? – А ради чего? – Алекс промолчала, не зная, что ответить. – Что я выиграю? – А что ты хочешь выиграть? – не поняла она. – Тебя, – на выдохе ответил Нотт, резко повернувшись. И быстро заговорил, захлёбываясь словами и до боли сжимая ладонь Морган: – Я хочу получить тебя! Я хочу, чтобы ты хоть на немного забыла о том, что я для тебя только друг и посмотрела на меня, как на мужчину. Я сделаю всё, что ты захочешь, только будь моей. Хоть на неделю забудь о Малфое… – Получив Александру, ты выступишь против Тёмного Лорда? – раздался ледяной голос Драко. Алекс, во время этой речи сидевшая с открытым от удивления ртом, повернулась на голос жениха. Нотт вздрогнул, но не посмел взглянуть на друга. – Теодор, я задал тебе вопрос, – не повышая голоса, напомнил Малфой, но его тон и так звучал достаточно угрожающе. – Да! – выкрикнул Нотт, с вызовом. – Убей меня за это. Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к ней! – И чего конкретно ты хочешь? Ты сказал «на неделю», что ты хочешь получить за эту неделю? – Малфой говорил абсолютно спокойным тоном и, если бы Александра не знала своего будущего мужа так хорошо, она бы не усомнилась, что ему неинтересен этот разговор, и он решил уточнить некие нюансы, просто чтобы не молчать. Алекс переводила взгляд с одного слизеринца на другого. Ей было обидно, что они говорят о ней так, будто её здесь и не было, но она покорно молчала, предоставляя Драко возможность действовать. Не надо было быть гением, чтобы догадаться, что тот знает о происходящем намного больше её самой. Они решили помочь Нотту, и Александра не собиралась отступать от своего плана, несмотря ни на какие неожиданности, вроде гипотетической влюблённости Теодора. А Драко и так знал о возможности такого поворота сюжета, и тем не менее, согласился… Даже настоял на том, чтобы невеста отправилась к сюда! Итак, осталось только самого Нотта убедить в том, что шанс выжить есть. Теодор посмотрел на друга с изумлением, не понимая, какую игру он затеял. – Ну, так что? – поторопил Малфой. – Мнение Алекс тебя не интересует? – с презрением спросил Нотт. – Ты так дорожишь моей дружбой, что готов отдать мне свою невесту? Глаза Малфоя опасно сузились, и Теодор инстинктивно отшатнулся. – Алекс выскажет свое мнение, когда ты сообщишь, что конкретно ты от неё хочешь, – сказал Драко с насмешкой в голосе, из которого не пропала угроза. – И думаю, ты прекрасно понимаешь, что о сексе не может быть и речи. Ты прав, – продолжил он и сделал ударение на следующих словах, чтобы у Нотта не было сомнений относительно того, что он действует не только от своего собственного имени. – Мы с Алекс очень дорожим твоей дружбой, но есть черта, которую я никогда не переступлю ради друга, и «отдать невесту», как раз и относится к тому, что находится за чертой. Теодор метнул взгляд на молчащую Александру и резко кивнув, словно в омут с головой кидаясь в неизвестность, решительно заговорил: – Кроме секса? Хорошо, на неделю Алекс станет моей девушкой, в полном смысле этого слова, и за исключением отсутствия секса, всё будет по-настоящему, – потребовал Нотт. Когда возражений не последовало, он чуть спокойнее добавил: – Я не собираюсь портить вашу репутацию, так что об этом никто не узнает, только есть одно «но». Алекс прекрасная актриса, но вряд ли она сможет достоверно сыграть… – Ты сомневаешься во мне, Тео? – впервые с момента появления в комнате Малфоя заговорила Морган, и Нотт снова вздрогнул, но на этот раз от мягкости её голоса. – Мы с Драко очень переживаем за тебя, так что… – она чуть запнулась, но, быстро переглянувшись с женихом, заставила себя продолжить, понимая, что они должны помочь Теодору, а другого шанса уже не будет. – Ты вряд ли способен оценить, что для Драко означает согласие на эту сделку. А на счёт того, что я не смогу сыграть… – Морган снова сделала паузу, поражаясь тому, с каким вниманием парни её слушают. – Я очень хорошо к тебе отношусь, ты, конечно, прав, я не воспринимала тебя, как мужчину, но вполне отдавала себе отчёт, что ты мне нравишься. Ты привлекателен, Теодор, так что мне не придётся особо притворяться. – Алекс говорила очень медленно, обдумывая каждое слово. Они с Драко понимали, что это единственный выход, но оба надеялись, что до такого всё же не дойдет. Нет, вслух об этом не было сказано ни слова, но они слишком давно были вместе для того, чтобы им были необходимы слова. За те минуты, что длился этот разговор, они обменялись лишь несколькими мысленными образами, но этого хватило, чтобы определиться с дальнейшим поведением. Теодор отчаялся выбраться из западни, в которой оказался по воле отца, и просто не хочет бороться. Ему нужен был стимул и, оказалось, что единственным, что можно было использовать в этом качестве – его влюбленность. И Малфой явно понял это намного раньше Александры, раз пришёл следом за ней в спальню однокурсника. Морган с неудовольствием подумала о том, как давно Драко скрывал от неё эту информацию. – Теодор? – вывел Нотта из ступора голос старосты. – Вы оба просто психи! – он перевел взгляд с Малфоя на Алекс, снова посмотрел на Драко, но увидел одно и то же: они оба были готовы на всё, чтобы его уговорить. Теодор на несколько секунд прикрыл глаза, но понял, что противиться такому искушению он ни в силах. – Я согласен. – Тогда обговорим детали. Ты делаешь всё для того, чтобы избежать принятия метки и участия в неизвестных нам планах твоего отца, а взамен ты получаешь возможность на неделю считать Алекс своей девушкой. Без секса. Ты можешь это гарантировать? – голос Малфоя, как обычно, ничего не выражал. Теодор посмотрел в глаза Морган и твёрдо кивнул. – Я выдержу. – Прекрасно, – улыбнулась Алекс, вставая, – встретимся после ужина… И да начнётся твоя неделя! Пропустив невесту вперед, Драко притормозил в дверях и оглянулся. – Удачи, Теодор, – мягко произнёс он и тихо прикрыл дверь. Некоторое время Александра шла молча, но стоило им покинуть подземелье Слизерина, как Морган стремительно обернулась, прижимая Драко к стене и, с плохо скрытой злостью, поинтересовалась: – Почему ты мне ничего не сказал? – Теодор твой лучший друг, – подсознательно Малфой ждал этой вспышки, поэтому смог ответить сразу, – вспомни, сколько раз за последние полгода ты общалась с Финниганом? – Причем здесь Симус? – не смягчилась она. – Притом, что после того, как ты узнала, что он влюблён в тебя, ты его постоянно избегаешь. Я следил за его поведением, оно не выходит за рамки дружеского, тем не менее, ты сторонишься его, – преодолев сопротивление, Малфой притянув невесту к себе, нежно её обняв. – Я просто не хотел, чтобы ты лишилась лучшего друга. – Мордред! – Успокойся, нам главное вытащить из этого болота Теодора. – Я знаю, – смутилась Алекс, и хотя она решила не обсуждать этот вопрос с женихом, всё же не удержалась, спросив: – Как мы справимся с этим потом, когда всё будет позади? – Мы не сможем отказаться, мы никогда себе этого не простим. Сейчас главное – вытащить Теодора, – успокоительно ответил Драко, имея в виду, что они не смогут отвернуться от Нотта и бросить его на произвол судьбы, – так что подумаем об этом потом. Зачем раньше времени портить себе жизнь? – Ты прав, – смиренно кивнула Александра, – но я ужасно себя чувствую в этой ситуации. – Милая, я не смогу быть рядом, ты же понимаешь, – только и сказал Малфой. – Понимаю. Ладно, – Алекс усилием воли взяла себя в руки, – я справлюсь сейчас, а потом ты мне поможешь. – Конечно, любимая. Вместе мы со всем справимся.