От рождения до... возрождения

Сразу после ужина Алекс нашла глазами Теодора и, кивнув ему, медленно пошла к выходу, давая возможность её догнать. – Привет, – глухо поздоровался Нотт, не глядя в глаза. – Пойдём ко мне, – спокойно предложила Морган, беря друга за руку. Теодор вздрогнул от её прикосновения и поспешно кивнул: – Хорошо. Дойдя до гриффиндорской башни, Александра притормозила, оборачиваясь к идущему сзади другу. – Я наложу на тебя чары невидимости, так что твоя задача – дойти до моей комнаты. Возможно, мне придётся остановиться в гостиной, но ты сразу иди наверх, ладно? – Как скажешь, – покорно кивнул тот, по-прежнему глядя в пол, и Алекс только вздохнула в ответ. Наконец, она дошла до своей комнаты, удачно избежав длительного общения с однокурсниками. Открыв дверь, Морган почувствовала движение воздуха, сигнализирующее, что кто-то прошёл мимо неё. Войдя следом, она запечатала дверь заклинанием, сняла невидимость с гостя и указала ему рукой на кресло. – Теодор, нам надо поговорить. – Не надо, – возразил Нотт и вместо кресла подошёл в ней. – Я боюсь тебя потерять, твоя дружба очень много для меня значит, но… – Тео… – всё же попыталась начать разговор Александра, будучи уверенной, что они должны всё обсудить до того, как совершат что-то, что может разрушить не только их дружбу, но и отношения Алекс с Драко. – Молчи! – обняв Морган, Теодор прижался губами к её рту, заставляя её оставить все возражения при себе. Абстрактно Алекс понимала, что так и будет, но на деле оказалась совершенно не готова к такому поведению лучшего друга. Нотт мягко подтолкнул её назад и вместе с ней опустился на кровать. – Закрой глаза, – попросил он, – тебе так будет легче. Алекс только и оставалось, что подчиниться. Руки Теодора медленно скользили по её телу, освобождая от одежды, в то время как губы исследовали каждый открывающийся участок кожи… Это продолжалось больше часа, пока на ней не осталось вообще ничего. Однако он действовал так мягко, что Алекс не чувствовала даже внутреннего сопротивления: словно всё было именно так, как должно быть. – Ты такая красивая, – прошептал Нотт, нежно целуя Александру в губы, – я люблю тебя, моя Принцесса. Румянец залил щёки Морган. Лежать абсолютно голой рядом с полностью одетым парнем ей было особенно некомфортно, поэтому она открыла глаза, намереваясь сообщить об этом, но все заготовленные фразы в одно мгновение вылетели из головы, стоило Александре столкнуться с его взглядом. – Тео, иди ко мне, обними меня, – в глазах Нотта была такая тоска, что Алекс инстинктивно произнесла единственное, что было возможно в этой ситуации. Действуя под воздействием эмоций, она первой потянулась к парню. – Я хочу, чтобы ты был счастлив… – Теодор с такой силой прижал к себе любимую, что у Алекс перехватило дыхание, но она всё-таки сумела закончить: – Забудь обо всём, есть только ты и я… Этих слов ему и не хватало, чтобы расслабиться. Морган отбросила стеснительность и перехватила инициативу, раздевая его. Но когда её руки коснулись пояса брюк, глаза Теодора широко распахнулись. Ласково улыбнувшись, Алекс отступила, давая ему время расслабиться, и со второй попытки, тот не оказал сопротивления. Освободив Теодора от одежды, Алекс окинула обнажённое тело лучшего друга одобрительным взглядом. Нотт не был худым, однако, как и Драко, обладал худощавым телосложением. «…хотя у Теодора, пожалуй, плечи чуть шире… Твою мать!» – поняв, что она невольно начала сравнивать двух слизеринцев, Алекс чуть в голос не застонала от злости на саму себя: такого она ни разу себе не позволяла! Помня об установленных ограничениях и не имея ни малейшего желания по-настоящему изменять Драко, Александра, тем не менее, заинтересовано скосила глаза вниз. В то, что Теодору хватит выдержки, чтобы справиться с возбуждением, она не верила – слишком давно он об этом мечтал… Сознание Морган словно раздвоилось: вроде она играла предписанную ей роль, но как-то незаметно увлекалась всё сильнее. И лишь услышав полный удовольствия стон, она осознала, что делает… Откинувшись на подушки, Теодор крепко прижимал к себе девушку одной рукой, а то время как вторая вырисовывала замысловатые узоры на её коже. – На такое я даже не рассчитывал, – признался он тихо, – спасибо. Алекс села на постели, чтобы было удобнее разговаривать, видя глаза собеседника, и заставила себя улыбнуться. – Ты на самом деле думал, что сможешь сдержаться? – удивлённо протянула она, замотавшись в простыню. Теодор отвел взгляд, покраснев, но Морган интуитивно знала, что молчать нельзя, что друг сейчас уязвим, как никогда. Поэтому, отбросив все диктуемые воспитанием правила поведения, она заговорила абсолютно искренне: – Тео, ты мне не противен, – парень резко вскинул голову, со смесью страха и надежды уставившись на неё, и Алекс утвердительно кивнула: – Всё хорошо, правда. – Я люблю тебя, – не в силах выразить всю гамму обрушившихся на него чувств, Нотт просто крепко обнял Александру, утыкаясь носом в её волосы. Но Морган не нуждалась в словах. Будучи эмпатом, она чувствовала всё, что происходило с ним. – Тео, я одного понять не могу, почему ты скрывал это? – перевела тему Морган, тем более что ей был очень интересен ответ на этот вопрос. – А что я должен был сказать? «Я знаю, что ты почти жена моего лучшего друга, но я по тебе с ума схожу». Так что ли? – А зачем ты придумывал несуществующую любовь? – Алекс смутилась, но всё же продолжила. – Я её не придумывал, – возразил тот, – я просто не говорил, кого люблю. – Но ведь я неоднократно тебя спрашивала… – Девочка моя, да не мог я сказать, понимаешь? Просто не мог! – Нотт чуть отодвинулся и теперь напряжённо всматривался в глаза Александры. – Сегодня сбылась моя самая заветная мечта, но я боюсь даже думать, какая последует расплата! И боюсь я не гнева отца или Тёмного Лорда, а того, что ты отвернёшься от меня! Вы с Драко… вы моя семья! – Мы очень дорожим твоей дружбой, Тео, – только и могла сказать Морган. – Да уж, – хмыкнул Теодор, – Малфой видимо рехнулся… Алекс, что мы будем делать потом? – задал он вопрос совершенно другим тоном и с надеждой посмотрел на подругу в ожидании ответа. – Не знаю, дорогой, – разочаровала его Морган, – мы решили не портить себе жизнь раньше времени и подумать об этом после. – Почему Драко пошёл на это? – Потому что я не знала, что твою любовь можно использовать, как рычаг давления, – честно ответила Александра, не заботясь, какое впечатление произведут её слова. Почему-то она была уверена, что Теодор поймёт её правильно. – Давно он знал о твоей любви? – С самого начала, – смущённо ответил тот. – А когда было начало? – уточнила Морган, с улыбкой наблюдая за другом. – Лет в семь. – Ты серьёзно? – в шоке от услышанного, воскликнула она. Конечно, Алекс никогда не «читала» своих друзей, с уважением относясь к неприкосновенности их личной жизни, но должна же она была заметить хоть что-нибудь! – Но ведь… – Когда ты расспрашивала меня о девушке, которую я люблю, я говорил правду, – перебил Нотт, беря руки Алекс в свои. – Сначала мы были детьми, но потом… Я не мог видеть рядом с тобой Драко… Правда, надо отдать твоему жениху должное, он прекрасно понимал, что я чувствую, так что старался не демонстрировать свое право на тебя перед моим носом… Можно я останусь у тебя? – без перехода спросил Теодор. – Конечно, – спокойно отозвалась та. – Мало того, что уже поздно, так ты же ещё и выторговал себе право стать моим временным парнем… У тебя неделя на монополию моего общества. Выйдя из душа, Алекс задумчиво остановилась перед кроватью. – Тео, а как мы будем спать? – смущённо спросила Морган, отчаянно краснея. Первый порыв чувств смог смягчить неловкость, но после привычного дружеского разговора Алекс снова чувствовала себя не в своей тарелке рядом с Ноттом. – Я не уверена, что мы оба сможем контролировать себя во сне… – Чего ты боишься? – тут же подскочил он к ней. – Я привыкла спать с Драко и… прости, – поспешно замолчала Алекс, видя какую реакцию вызвало напоминание о Малфое. – Всё в порядке, ты привыкла спать с Драко, я знаю это. Но чего ты боишься? – Хм… я буду закидывать на тебя ноги-руки и… – Принцесса, расслабься, – Теодор с нежностью поцеловал Александру и, взяв её лицо в ладони, добавил: – Доверься мне, всё будет хорошо. Морган понимала, что выхода у неё в любом случае нет, поэтому покорно позволила Теодору отнести себя в постель. – Тео, прости, что я спрашиваю… – Спрашивай, – подбодрил тот, когда она смущённо умолкла. – Тогда, с любовным зельем… Алекс снова замолчала, понимая, что ответить на этот вопрос Нотту будет чрезвычайно сложно, и не торопила его. Наконец, после долгой паузы, он поднял глаза, и Александра поразилась тому, что увидела: твёрдый взгляд, уверенность в себе… Это настолько не вязалось с тем, что она видела ещё минуту назад, что она непроизвольно вздрогнула. – Всё хорошо, любимая, – проведя рукой по её волосам, Нотт с пронзительной нежностью смотрел на подругу. – Я же знал, что не нужен тебе, что ты не можешь хотеть меня… – Но, Теодор… – Тихо, – прижавшись губами ко рту Алекс, он грустно улыбнулся, – не спорь. Когда ты сказала, что любишь меня, я думал, у меня сердце разорвётся, – признался Теодор, – но я почти сразу же понял, что ты бы никогда мне этого не сказала, поэтому и заподозрил неладное… – Как ты смог сдержаться? – Принцесса, пойми, я столько лет сдерживался… Да, я с ума по тебе схожу, но, в первую очередь, ты моя лучшая подруга, а уже потом девушка, которую я люблю. Ты бы никогда мне не простила, если бы я воспользовался тогда ситуацией! – Наверное, ты прав, – тихо подтвердила Алекс. – Давай спать. – Спи, любимая, и ни о чём не беспокойся. Обняв девушку, Нотт долго лежал, всматриваясь в её лицо, стараясь запомнить это мгновение и отгоняя от себя мысли о том, чем придётся расплачиваться за эти минуты счастья, но ни о чём не жалел. *** Алекс проснулась от ощущения, что кто-то на неё смотрит. Не спеша открывать глаза, она восстановила в памяти события предыдущего вечера и чуть не застонала. Видимо, на её лице что-то отразилось, потому что не прошло и секунды, как она услышала голос Нотта. – Прости меня, – шёпот Теодора заставил её резко сесть в кровати и внимательно присмотреться к другу. Весь его облик выражал крайнюю степень отчаяния. – Доброе утро, – словно не замечая его состояния, жизнеутверждающе поприветствовала Морган. – Ты выглядишь не слишком счастливым, проснувшись в постели девушки своей мечты. Догадываясь, какой разброд сейчас царит в душе лучшего друга, Алекс всеми силами пыталась сделать вид, что ничего особенного между ними не произошло, и они вполне могут нормально общаться. Не для того они с Драко согласились на эту авантюру, чтобы стать несчастными. И Александра дала себе слово, что приложит максимум усилий для того, чтобы Нотт получил не сожаления и чувство вины, а то, к чему и стремился: возможность насладиться общением с любимой девушкой. – Спасибо, – облегчённо вздохнул Нотт и робко улыбнулся. – Подъём, Теодор, нас ждёт завтрак, – довольно бодро вскочив с кровати, Морган отправилась умываться. Когда она вышла из ванной, Нотт всё так же сидел, завернувшись в одеяло. – Алекс, можно я подожду тебя здесь? – неуверенно спросил он, краснея и отводя взор. – Ты собираешься голодать? Тео, если ты сейчас боишься попасть на глаза Малфою, то потом будет ещё сложнее, – жёстким тоном предупредила Александра. – Ты права, – нехотя кивнул Теодор. – Ладно, я быстро. Морган шла на завтрак, на первый взгляд, в одиночестве, но присутствие невидимого Теодора она чувствовала каждой клеточкой тела. Нотт молчал, но то и дело норовил прикоснуться к любимой девушке. Не то что бы это было неприятно, но Александра предпочла бы, чтобы тот этого не делал. Пройдя к своему месту за столом, она кивком поприветствовала Малфоя, а потом и однокурсников, и сосредоточила внимание на полупустой тарелке. Закончив завтрак, Морган подошла к слизеринскому столу и, как ни в чем не бывало, обратилась к лучшему другу: – Пойдём, прогуляемся. Погода вроде как нормальная. Драко, ты с нами? Нотт сидел с отвисшей челюстью, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Малфой тоже посмотрел с недоумением, но смог сохранить хотя бы внешнее самообладание. – Ты считаешь это хорошей идеей? – Почему нет? – переспросила Александра и жёстко добавила так, чтобы её услышал только Драко: – Не забывай, дорогой, что это была твоя идея. Оба парня молчали, предоставляя друг другу возможность отвечать, и Алекс разозлилась. Нежелание принимать на себя ответственность было свойственно большинству людей, однако сама мисс Морган была лишена выбора очень давно, поэтому привыкла принимать решения и нести за них ответственность. Нахмурившись, она плюнула на чувства парней и резко спросила: – Короче, Тео, ты пойдёшь со мной? – тот робко кивнул, не глядя на друга, и поднялся из-за стола. – Ну и отлично, – резюмировала Алекс. Кивнув Малфою, она попрощалась: – Увидимся. Выйдя в молчании из школы, Теодор заговорил только тогда, когда они отошли от замка метров на пятьдесят, и убедился, что вокруг не было ни души. – Зачем ты с ним так? Ты же прекрасно знаешь, что он ревнует… – Это его идея и, вообще, ты наш друг… Я что, не могу пригласить лучшего друга на прогулку? – Принцесса, ты поняла, о чём я! – Я – да. А вот остальные не должны понять, поэтому наше поведение не должно отличатся от обычного, – пояснила она. – Тео, расслабься и просто получай удовольствие. *** На занятиях Александре пришлось нелегко. Так уж повелось, что с первого курса на всех совместных уроках со Слизерином она сидела с Малфоем, и теперь парень получил прекрасную возможность, не привлекая ничьего внимания, с любопытством ученого наблюдать за поведением невесты. Как бы уверенно ни вела себя девушка при Теодоре, всеми силами пытаясь продемонстрировать, что все хорошо, однако обмануть будущего мужа ей не удалось. – Перестань так на меня смотреть! – Как «так»? – удивленно переспросил Малфой. – Будто ты никак не можешь решить, что ты больше хочешь сделать: поцеловать меня или ударить. – Ты очень хорошо меня знаешь, – печально улыбнулся слизеринец и отвернулся. – Не бойся, ни то, ни, тем более, другое, я не собираюсь делать. Я понимаю, что тебе нелегко выносить сейчас мое общество, так что обещаю, что до конца этой недели, буду держаться на расстоянии. – Спасибо, родной, – тяжко вздохнув, грустно поблагодарила Морган, заканчивая разговор. – Не за что, – ехидно улыбнулся Малфой. Неловкость чуть уменьшилась, однако недостаточно для того, чтобы Морган смогла почувствовать себя комфортно. Гриффиндорка то и дело отвлекалась, теряя концентрацию и сбиваясь на мысли о двусмысленном положении, в которое она сама себя загнала. Некоторое время оба шестикурсника занимались составлением рунного заклинания, но Драко первым не выдержал, снова начав бросать на Александру долгие задумчивые взгляды, и очередной такой «осмотр» девушка встретила в упор. – Что ты пытаешься высмотреть? – не выдержав, с недовольством поинтересовалась Александра. – Я рад, что наша затея удалась, и Теодор ожил, – вполне спокойно отозвался парень. – Драко, – после долгой паузы, Алекс все же решилась задать волнующий её вопрос: – Ты сможешь не возненавидеть Теодора? Я даю слово, ничего лишнего между нами не будет. – Милая, это наш с тобой выбор, за что же мне ненавидеть Нотта? – А меня? – отводя глаза, прошептала Морган. – А тебя я люблю, – просто ответит слизеринец, успокаивающе улыбнувшись невесте. Классифицировать чувства Драко у гриффиндорки не получалось. Слишком многое было смешано в душе жениха, чтобы ей удалось вычленить из этой каши главное. Драко ревновал, но не так, как это было с Барти. Злился, что невеста проводит время с другим, но совершено иначе, чем год назад, когда она встречалась с Майком. Боялся за их дальнейшие отношения, но при этом самоуверенно не считал Нотта соперником. Волновался и за неё, и за друга… И ещё целое море чувств, бушующее в душе Драко, но надежно скрытое ото всех, кроме невесты, под маской надменного Слизеринского Принца. Сама Александра даже не знала, что ей думать обо всей этой ситуации. Она не жалела, что согласилась с планом Малфоя, потому что не только очень дорожила дружбой с Ноттом, но и желала ему только добра, но одновременно, если бы пришлось снова предстать перед выбором – стопроцентно отказалась бы. После ужина, Александре не удалось сразу же сбежать в свою комнату, и она была вынуждена задержаться в общей гостиной, чтобы Поттер смог удовлетворить свою потребность в дружеском общении. Беседуя с Гарри, Морган с неудовольствием наблюдала за Уизли. Рыжий гриффиндорец, никого не стесняясь, прямо посреди общей гостиной лапал Лаванду Браун, а та довольно хихикала в ответ. – Гарри, это давно началось? – кивнув в сторону парочки, спросила девушка. – В субботу. Ты же сбежала с квиддича и пропустила все самое интересное. Лаванда накинулась на Рона прямо в гостиной, так что теперь они вместе, – с насмешливой улыбкой пояснил Поттер. – Это, конечно, замечательно, но, может, они найдут более уединенное место? – Ладно тебе, – отмахнулся гриффиндорец, – пусть развлекаются. – Знаешь, Гарри, я не ханжа, но лично мне неприятно смотреть на то, как они лижутся… К тому же, ты мог бы поберечь нервы Гермионы и донести до рыжего, что факультетская гостиная – не самое подходящее место для секса. – Хм, ты права, Гермиона спокойно смотреть на это не может, – признал парень справедливость её слов. – Только Рон сейчас вряд ли кого-нибудь послушает. – Наверное, ты прав… Я пойду к себе, – посмотрев ещё раз на Уизли, Алекс встала с кресла. – Спокойной ночи, – попрощался Поттер, возвращаясь к своему домашнему заданию по Чарам. Открывая двери в свою комнату, Александра почувствовала обнимающие её руки, но не успела возмутиться, поскольку услышала шепот Теодора, обдавший её ухо горячим дыханием: – Это я, Принцесса. Каждый вечер все повторялось в точности. Алекс не знала, куда девать глаза от смущения, пока Нотт её раздевал и ласкал её тело. Зато потом, ей приходилось брать инициативу в свои руки и отодвигать свои чувства на задний план, тормоша Теодора и не давая парню погружаться в пучину самобичевания и угрызений совести. Но сегодня отработанный сценарий дал неожиданный сбой. Теодор не прятал взгляд – напротив, он не спускал глаз с гриффиндорки, словно в попытке запомнить каждый жест, каждое слово… – Тео, что с тобой? – не удержалась она от вопроса. – Ты сегодня ведешь себя странно. – Я всегда буду любить тебя, – глухо пообещал юноша, прижимая её к себе. – Просто помни об этом, ладно? Это никогда не повторится, я знаю, но не забывай о моей любви. – Ты как будто прощаешься, – с легким беспокойством глядя на юношу, Морган отстранилась, чтобы видеть его глаза. – Что произошло? – Все хорошо, – неубедительно сказал Нотт. – Тео… – Молчи, – целуя Александру в губы, Теодор заставил её лечь на спину, наваливаясь сверху, – сегодня ты принадлежишь мне, и я хочу, чтобы ты навсегда запомнила эту ночь…