18
20 января 2023 г., 11:00
Только после слов Эрела все вокруг зашептались. Снова стало шумно.
— Ты опоздал. — Сказал Акира с улыбкой и покосился на Камилу с Ходжем, что поднялись с земли, вставая перед Артуром.
— Прости, Мобери. — Махнув ему рукой, ответил Амато. — Я бы полюбезничал, но иначе Артур сейчас убежит.
— Сбегать - не моя натура, не так ли, Винс?
Амато усмехнулся, и его взгляд по пути к Артуру остановился на Эреле. Старший брат нежно улыбнулся, глядя на младшего. Кажется, что в одном взгляде его карих глаз можно было услышать тысячу слов, от привет до извини. Он видел в лицах стоящих по всей парковке своих прежних товарищей, и это вызвало у него приятные чувства. Винс видел, что все его помнят, но не торопятся бросаться к нему. Когда их нынешний капитан и зам всё ещё среди них.
— Да? Кажется, это ты убежал, когда впервые убил. Помнишь свою сестрёнку? — Позади Амато возник парень, что делал затяжку сигареты.
Это был Эйден Рид или же Энди, бывший вице капитан Фениксов и лучший друг Амато. Его голубые, коротко стриженные волосы и татуировка на шеи в первую очередь притягивают к себе внимание.
— Ты ведь так пытался уберечь её от ошибок в любви, Рокси. Ты даже убил за неё. Но все твои старания насмарку. Ты ведь не знал, да? — Эйден сверкнул своими зелёными глазами, когда указал на него краешком сигареты.
Все лишь молча наблюдали, пребывая в замешательстве. Он точно не знал. Эйден усмехнулся и наклонил голову к другу.
— Что я не знал? — Артур раскусил конфету у себя во рту и нервно пережевал её, желая получить хотя бы незначительную часть расслабляющего наркотика.
— Твоя сестра. Красавица Айрис, родила двух сыновей от старого богатого деда, что помер. Затем снова вышла замуж за более молодого и богатого, а потом улетела в Европу бросив своих детей. Удивительно, что у такой розы гнилое нутро и острые шипы. Не знаю, как её жизнь там сейчас, но точно не сладкая. Жаль, что она не послушала тебя.
Артур нахмурился, но ничего не сказал. Айрис теперь совсем не его забота. Она отказалась от брата, когда сказала ему уйти. Единственный, о благополучии кого ему стоит теперь думать - это Нойманн, его единственный друг и семья. Амато поднял руку стоящим позади него людям, и те спокойно смогли свалить обессиливших Камилу и Ходжа.
Однако стоило им только приблизиться к Артуру, как тот, будучи с одной здоровой рукой, перерезал всем пятерым глотки. Тела в масках свалились на асфальт с глухим звуком. Эрел отвернулся, прикрывая Жаку обзор. Он считал, что Жак и так психически не стабилен после смерти Рики, и то, что сейчас происходит за его спиной, пошатнёт его ещё больше. Но когда Эрел повстречался глазами с возлюбленным, то увидел самый осознанный и спокойный взгляд. Жак кивнул ему и поднялся, намереваясь сделать шаг к Артуру. Он все ещё не закончил с ним.
— Ты правда думаешь, что сможешь меня достать? — Безумный смех разливается по парковке, и Артур смотрит на старого друга.
Рокс отвлечен. И это сейчас идеальный момент, чтобы прикончить его с одного выстрела.
— Что ты собрался делать? — Акира возник сбоку, хмурясь и надавливая ему плечо.
Жак поморщился, но не продвинулся.
— Уйди. — Ударив его по руке, приказал Жак.
— Не мешай нашему нейтралисту делать работу. Ты можешь все испортить и Артур сбежит. — Поджав губы, произнес Акира встав напротив Жака.
Жак напряжённо смотрел на него, пока не почувствовал, как Пегас из его руки был ловко выхвачен и поставлен на предохранитель. В голове он отругал себя за то, что был так не внимателен и не услышал кого-то позади себя.
— Спокойно, Дубачелло. — Эйден бережно передал Пегас в руки Эрела, ненадолго останавливаясь, глядя в глаза младшего Винса, затем снова на стрелка. — Хочешь проблем с законом? Мои люди твой выстрел в руку Ходжа замнут. Но что если кто-то узнает, что ты убил человека? Твоей карьере конец.
Жак смотрел в яркие глаза Эйдена, в его словах слышалась уверенность, а в тоне голоса было что-то такое, что заставило ему поверить. Жак сделал глубокий вздох, но продолжал смотреть на Артура. Его рука потянулась к плечу Акиры. Теперь он сжимает её сам. Он не может сейчас уйти, но он хочет видеть всё сам. Весь суд, что сейчас будет совершаться над Артуром.
— Ты знаешь меня также хорошо, как Энди или Рейсс. Мы все были друзьями, Артур... — Сказал Амато, начиная попытку переубеждения.
— Мы не были друзьями! — Рыкнул Рокс, слишком агрессивно реагируя на эти слова.
— Оу... Тогда казалось именно так.. — В нежном тоне Амато проступила печальная нотка, на его лице осталась мягкая улыбка.
— Ты, наверно, ещё не знаешь... — Подал голос Рокс, чем заставил Амато внимательно прислушиваться. — Но я убил Рики. Да, я убил её!
Глаза Амато удивлённо расширяются, рот открывается, но слова так и не находятся.
— Что? Теперь я всё ещё твой друг, Амато? Жаль, тело не успело обгореть полностью. Я бы собрал её прах и положил её в урну с красивым бантиком, а затем подарил бы тебе на день рождения!
Артур поднял руку с ножом, ухмыляясь, указывая на парня напротив.
— Артур... — Амато прикрыл глаза, делая глубокий вздох. — Ты окружён, твои люди схвачены, и ты натворил достаточно, чтобы я доложил на тебя. Ты угроза для крупных семей.
— Кто тебе дал права судить меня и выносить приговоры? Скажи мне имя этого смельчака, и уже завтра его не будет в живых! — Усмехнувшись, ответил блондин, опуская нож.
— Я нейтралист. Мне не нужно чьё-то покровительство. Я работаю сам на себя. И я имею собственную власть на этой арене. Однако, если тебе интересно, твою ликвидацию одобрили Фоксы.
— Какое мне дело до Фоксов? С мнением этих неженок давно никто не считается.
— Никто? А как же Моэ Нойманн и часть Миганов? Вас ничтожно мало, чтобы вы могли рисковать против нас. — Амато завёл руку за спину, указывая своим подопечным знак. Те мгновенно выстроились в кольцо вокруг Рокса. — Я знал, что наркотики не доведут тебя до добра, но я все ещё надеюсь, что в тюрьме тебя избавят от этого. Если тебе до сих пор не понятны основания того, почему я так поступаю, то я поясню, — Парень поднял палец, указывая им на Артура. Его белокурые пряди развивались о лёгкий тёплый ночной ветер. — Флорида раньше принадлежала отколовшейся части Миганов, но с недавних пор, а точнее со вчера, десяти вечера двадцати двух минут, она стала территорией клана Фоксов. Получив их разрешение, я имею полное право тебя убить, прямо на месте за тот беспредел, что ты устроил на их территории.
Артур нахмурился. Теперь он не выглядел так, будто его все это забавляло.
— Мне никто об этом не сообщил. — Убийственный взгляд метнулся по людям, обступившим его.
— Это уже не наши проблемы.
Эморри наверняка получил эту новость ещё вчера ночью, но он не удосужился тебе сказать.
— Нет! — Сорвался на крик Артур.
— Да. Тебя слили. — Амато стал подходить ближе.
Артур никоим образом не реагировал, и в скором времени Винс оказался близко к парню, аккуратно кладя руку на его плечо. Эрел, видя это, не желая того, вздрогнул, зная, какой Артур опасный, ему бы не хотелось, чтобы Амато получил травмы.
— Нет… — Артур шепчет и его взор направлен в асфальт под ним. — Он бы не поступил так со мной. Ты пудришь мне мозги, Винс.
— Что если это Эморри запутал тебя, ты не думал?
В ушах зазвенело, и все другие звуки вокруг были заглушены. Артур придавил руками уши, как будто имел возможность приостановить все этим.
— Что ты делаешь? — Послышалось вблизи.
— Морри… — Артур зажмуривается и когда раскрывает глаза, перед ним уже маячит силуэт, который через секунды делается чётким.
«Морри» - его так звали лишь самые близкие. Самый первый, кто его так звал – его мать, сестра, Артур, а затем и Сара.
— Артур. Взгляни на меня.
Артур поднял голову и посмотрел в чёрные глаза. Нойманн теперь стоит ещё ближе, наклонившись и сохраняя зрительный контакт.
— Всё в порядке? — Эморри немного стискивает его плечо.
— Да, всё в порядке. — Рокс сжимает собственные волосы в кулаке и делает несколько спасительных вздохов.
Артур не держит под контролем то, что говорит и делает. Лишь только когда Нойманн ласково улыбнулся, отстраняясь, он осознает, что уже видел это. Это его воспоминания.
— Ты давно не употреблял?
— Мг. Работы было много, особо не было времени. — Артур плюхнулся на кожаный диванчик.
Они находились в апартаментах Нью-Йорка лишь только вдвоём, потому что теперь они никогда не расставались. Артур сам не припоминает, в какой момент они стали друг для друга большим, чем просто партнёры по работе. Эморри внезапно присел напротив друга и передал ему незамудренный замшевый мешочек.
— Держи. — Сказал Нойманн.
— Что это? — Сероглазый потянулся за мешочком и открыл его.
Жёлтые леденцы.
— Тяжёлые наркотики очень усугубляют твое самочувствие. Я не хочу, что бы ты брал на себя их, поэтому я отыскал им замену. Лёгкий эффект, но по моим расчетам этого должно хватить, чтобы твоя ломка не наступала так скоро.
Артур посмотрел на Нойманна, замечая, что тот в своей обыкновенной домашней одежде, что случается изредка. Он выглядит непривычно в этом облике. Его покойная матушка и старшая сестра всякий раз учили его быть одетым с ниточки до иголочки, но в этот момент он смотрелся по-домашнему.
— Спасибо. — Артур немного улыбнулся, закидывая одну в рот.
— Но всё же постарайся принимать меньше, хорошо? А то загнёшься раньше времени.
Он улыбнулся, и это вызвало у Артура ухмылку в ответ.
— Парни, я приготовила ужин. Будете? — Сара выглядывает из дверного проёма и, убедившись, что все хорошо, показалась полностью.
— О, милашка Сара, ты дома. Умираю с голоду. Мы в сейчас придём!
Они улыбнулись друг другу, и она вновь исчезла.
Эморри был отпрыском побочной ветки клана Нойманнов. Он воспитывался как политический игрок, как спортсмен, но не как тот, кто должен убивать из-за власти. И для этого у него есть его лучший друг. Артур повернулся к Нойманну и уверенно вскинул голову.
— Пока могу радовать тебя и помогать, я не умру! — Сказал блондин.
Это было единственное обещание в собственной жизни, которое Артур кому-либо дал.
Вспышка
— Я убил Нану Оукли. Отец мне сказал так сделать иначе… Иначе он бы убил Сару. Она всё ещё у него… — Слышалось из другого конца телефона задыхающийся голос. Артур находился в этот момент во Флориде, а Нойманн совсем один в их квартире. Сара – самый невиновный цветок в этом мире. Но, к огорчению, цветок, об который вытирают ноги. Потомок Миганов. Никому ненужная женщина, обычная куколка с милым лицом. Эморри был единственным, кто захотел помочь ей и вытащил её из того ада, в котором она жила. И она была ему признательна, так, что готова была на все ради него. Поэтому так просто угодила в западню отца Нойманна, что упрятал её и ныне грозит ею жизнью. — Я куплю билет на ближний самолёт. Жди. Мы вытащим Сару. — Заявил Артур. Эморри – единственный к кому Артур был готов вылететь в любое время.Вспышка
Артур присаживается напротив Нойманна, что попивает виски в гостиной с абсолютной безразличным лицом. Его отец полностью сломал его. Сейчас перед ним был не его Эморри. — У Сары обнаружили опухоль… — Выдал Нойманн, впоследствии делая глотки виски. — Ей осталось полтора года. В лучшем случае… — Это не лечится? — Только если бороться, но шанс маленький и отец не позволит. Артур поджал губы. — Он сказал, что пока я не выиграю соревнования и не убью Моэ, я могу забыть о ней… — Продолжил Нойманн. — Он тобой манипулирует. — Артур зло шипит. — Разреши мне это сделать… Разреши мне убить твоего отца. Я сделаю это легко… Он ничего не почу… Нойманн встаёт с дивана, хватая Артура за грудки рубашки. — Не смей думать об этом! Он мой отец! Я не могу дать тебе убить его. Он единственный, кто остался… Мать, сестра, брат… Артур смотрит в чёрные глаза, из них текут горячие слезы. Нойманн содрогается, отпуская друга. — Прости! Я… Я не хотел на тебе срываться. — Нойманн отшатнулся, падая назад на диванчик, прикрывая лицо руками. Артур взглянул на друга и улыбнулся. В голове вновь промелькают воспоминания о том, как Эморри нашёл его, предложил дружить и дал ему цель к существованию. — Я уважаю твой выбор и не буду делать того, что ты не хочешь. Просто знай…. Если бы я убил его, твоя жизнь стала бы легче, и Сара была бы с тобой сейчас. Артур поднялся, и Эморри поднял на него свой напуганный взор. Он следил за тем, как Артур уходит. — Куда ты сейчас? — Покурю и… пойду дальше. — Улыбнувшись, заявил парень. — Нужно возвращаться во Флориду. Завтра у Дубачелло рейс. Всё как ты и говорил. Он действительно предсказуемый придурок. Это вызывает у Нойманна усмешку. Артур уходит.Вспышка
Эморри только возвратился домой после соревнования, в котором он прошёл дальше без проблем. — Как все прошло? — Спросил Нойманн, заходя в гостиную. — О, отлично! Но её было та-ак скучно убивать. Всё бредила про наши "дружеские узы"… — Артур рухнул на знакомый диван и замолчал на какое-то время, глядя в одну точку. Подметив на себе заинтересованный взгляд друга, он снова состроил привычное весёлое лицо. — Сдалась слишком быстро. Даже ногтя не вырвал, а уже отрубилась. Зато её тело так красиво горело! — Ты безумен. — Эморри усмехнулся открывая бутылку с вином, разлив его по бокалам, присаживается рядом с другом. — О, знаю! Малыш Аки оказался предателем. Грустно. Он мне очень нравился… — Артур осушил стакан, за секунду не поморщившись. — Ты просто хотел развлечься, а после убить его, так? Это твоё «Нравился»? — Да, он был забавным и хорошим учеником, я даже думал его не убивать. — Хихикнул Артур, ложась на диван, разглядывая ногти, под которыми застряла кровь рыженькой. — Отличная работа. Спасибо, Артур. — Эморри вновь улыбнулся, и Рокс ответил ему тем же. Эморри был смыслом его жизни. Он был тем, кого Артур защищал, за которого он был готов убить любого. Он дал Артуру имя. Кровавый Палач. Под этим именем его знал весь преступный мир Америки. Он дал ему кров, пищу и наркотики. Но при этом Эморри никогда не относился к нему, как к подчинённому. Артур всегда имел возможность уйти в любой момент, как захочет. И он был слишком умен для того, чтобы Уильям Нойманн мог его поймать, как Сару, и угрожать Эморри. На этом поле битвы они были вдвоём.Вспышка
Артур снова оказался на парковке, а перед ним Амато. — Ты думаешь, я тупой? — Раздался в тишине парковки отчаянный шёпот. Жак впервые слышал его голос таким дрожащим. Амато посмотрел на руку Артура, что схватила его запястье, сжимая до боли. Лицо Винса, несмотря на боль, оставалось непоколебимым. — Артур, у тебя ещё есть шанс снова начать жить. С чистого листа… И я помогу тебе в этом. — Ты ничего не знаешь, Амато. Ничего! Артур подался вперёд, сталкиваясь с лбом парня напротив, улыбаясь безумною улыбкою. Эйден на автомате дёрнулся в их сторону, но Амато остановил его, показав рукой, что всё в порядке, призывая его оставаться рядом с целью их защиты. — Ты не в себе… За тебя говорят наркотики. — Продолжал Амато, видя, как Артур горько усмехается. — Ты знаешь, что я от тебя хочу. Я хочу помочь тебе… и это правда. Я всегда хотел тебе помочь. — Не нужно мне помогать, тебя никто не просил! — Рыкнул Артур. — Ох, ты такая паршивая сучка, Винс. Ты строишь из себя милого добряка, но я то знаю, что в тебе доброты столько же, сколько во мне здравого смысла. — Рокс тихо хохочет, смотря в карие глаза напротив. — Я знаю, сколько ты убил, пусть и не своими руками. — Всё ещё меньше, чем ты своими. Так что из этого хуже? — Сразу отвечает Амато, вызывая у Артура ещё больше смеха. — А есть ли разница? — В тебе куда больше здравого смысла, чем ты думаешь. И власть, которую я сейчас получил, никак не поменяла меня. Я никогда не обижу того, кто этого не заслуживает. Всех, кого убили от моего имени, были самыми прогнившими подонками на свете. — Тон Амато становился более эмоциональнее с каждым словом. — Ты этого не заслуживаешь, Артур. Во всём виноват Эморри, запудривший тебе мозги. — Амато снова смотрит в серые глаза напротив, сжимая губы в тонкую линию. — Я пережил с Эморри достаточно дерьма за года нашей дружбы, и я знаю, что он не предал бы меня. Я также знаю, что ты не хочешь мне помочь. Я всем покажу ваши же карты! — Он резко отстранился от Амато, раскидывая руки врозь, игнорируя боль. — Я знаю, что тебе нужно! Твой план и план Фоксов! Я знаю всё! Сперва тебе нужно поймать меня на «законных» основаниях клановых семей, чтобы Нойманн не мог иметь власть над тем, чтобы вытащить меня из этого дерьма. Дальше ты бы по частям раскрывал все мои карты. Стал бы через кого-то другого резать меня на куски день за днём, пока я не выложу все наши планы! Я сам такой! И я знаю, как оно проходит. Я чёртов кровавый палач! На моих руках более ста душ!Но...! — Он развернулся к нему спиной, глядя на всех вокруг. Его взгляд на секунду задержался на Дубачелло. Они глядели друг на друга, прежде чем Артур снова повернулся к Амато. — Я настолько ценен для вас со всей информацией, что тебе проще переманить меня на свою сторону. Чтобы я все выдал по своему желанию. Однако ты понятия не имеешь, что Нойманн значит для меня куда больше своей собственной жизни! Я буду молчать, и всё самое тайное уйдёт со мной в могилу! — С этими словами его рука занесла нож. — Амато! — Эйден рванул в их сторону, но было уже поздно. Артур вонзил нож в свой живот. И с каждым нажимом все глубже вонзал в своё тело, прямо в жизненно важный орган. Он хорошо знал анатомию людей и куда нужно бить, чтобы быстрее умереть. Сначала он рухнул на колени, продолжая смотреть на Винса. — Я ни о чем не жалею… — Из рта Артура хлынула кровь, и он издал хрип, схожий на задатки смешка, прежде чем провернуть в себе нож на триста шестьдесят градусов. Из его глаз от ощущений боли хлынули слёзы, но он не проронил ни звука, кроме хрипа. — До встречи в аду… Амато. Артур улыбнулся окончательный раз, глядя в глаза Амато с ясным взглядом. Он умер самим собой. Именно таким был его взгляд без наркотиков. Именно такая искренняя улыбка была у этого парня. Амато не мог пошевелиться, когда смотрел на то, как Артур застыл в таком положении и кажется… Нет. Точно больше не дышал. Кровь растекалась под его ногами, доходя до белоснежных кроссовок Амато. — Амато! Ты слышишь меня? Он слышал Энди сбоку от себя, что тряс за его за плечо, пытаясь привести его в чувства. Это была не первая смерть, которую Амато видел, но первая гибель значимого для него человека. Его друга окутала ненависть и неправильная привязанность, и Амато не смог спасти его от этого. — Всё в порядке. — Перебивает он очередную попытку Энди до него достучаться. Он не смотрит на остальных вокруг и не думает, что за ним наблюдают, когда подходит к застывшему телу Артура. Амато присаживается, гладя в серые глаза напротив, из которых медленно уходили остатки жизни. Парень обнимает всё ещё тёплое тело. — Прости… — Из его глаз полились слезы, и он всхлипнул. — Прости, Артур. — Он сжал блондинистые пряди волос и прикрыл глаза, не слыша ничего вокруг. — Давай встретимся в аду или в следующей жизни. Тогда-то я покажу тебе, что значит быть друзьями… Амато сидит так ещё около минуты, после чего отстраняется и, подняв руку, ладонью закрывает чужие безжизненные глаза. Амато не знает, сколько прошло времени, прежде чем Энди снова стал звать его. Светловолосый отстранился от тела и отошёл на пару шагов, прежде чем оглянуться на работу его ребят. Вся зачистка была почти полностью произведена. — Сэр. — К ним подбежал один из его приближённых. — Все почти убрано и все люди Артура пойманы. Ходж и Камила доставлены в амбар для допроса. Члены Ахерон будут переданы в полиции. Капитан Фениксов согласился провести беседу со своими людьми об конфиденциальности случившегося. Амато мягко улыбнулся при упоминании младшего брата и кивнул, оглядываясь. Действительно, парковка почти опустела за то время, пока он прощался с Артуром. — Обращайтесь с ним почтительно. Мы захороним его за городом. Уберите кровь так, чтоб не было и следа. — Скомандовал Винс людям с носилками после секунд молчания. — Что насчёт Дубачелло? — Энди покачал головой. — А что с ним? — Амато оглянулся, находя того взглядом на прежнем месте. Один из его людей, что являлся медиком, пытался убедить Жака в сотрудничестве, чтобы извлечь нож и заштопать рану. — Отойди и не трогай меня! — Шипит черноволосый, отмахиваясь здоровой рукой. Компания из десяти человек стояла, кружив вокруг него, пытаясь уговорить. Как бы тому не было плохо, он продолжал смотреть на тело, что положили на носилки, накрывая с головой белой простынёй. Дубачелло потерял много крови и был жутко бледен, но все ещё не отключился. Амато двинулся к ним, и толпа из Фениксов и людей в чёрных плащах разошлись перед ним. Его взгляд сразу прошёлся по своим братьям. Он очень тосковал по ним и был счастлив, что с ними все в порядке. Один из его младших братьев был единственным, кого Жак сейчас подпустил к себе, держа его за руку, но при этом совсем не слушая, что он говорил. Все эти неизвестные люди вокруг, смерть врага на его глазах... Амато может понять его состояние, он уже встречал таких, как он. — Жак. Жак, посмотри на меня, пожалуйста. — Амато присел рядом с парнем и позвал его своим мягким голосом, который обыкновенно применяют для общения с детьми. Дубачелло обратил на него внимание и затих. Его голос был очень похож на Эрела, поэтому он крепче сжал ладонь своего парня, глядя на то, как выражение лица того меняется. Амато не глядел на брата, хоть и находился в меньше метра от него. Эрел же внимательно бегал взглядом по всему лицу старшего. Эрел ничего не сказал и лишь сжал губы вместе, когда почувствовал, как Жак сжимает его ладонь. Взамен того, чтобы задать тысячу вопросов своему брату, который пропал два года назад, которого он считал чуть ли не мёртвым и который вот так просто сидит прямо перед ним, он предпочёл прижаться губами к виску возлюбленного и прошептать что-то успокаивающее на ухо, от чего Жак выдохнул, и уже более осознанным взглядом посмотрел на старшего Винса. — Приятно познакомиться, — Мужчина снова улыбнулся. — Я на твоей стороне. Я не сделаю тебе больно. — Я знаю. — Мгновенно ответил Жак. В конце концов, именно Амато довёл Артура до самого отчаянного поступка в мире – самоубийства. Он не знал, намеренно или случайно, но это заставило его невольно уважать Амато, как того, кто избавился от их общего врага. Да Жак не убил его сам, но теперь это неважно. Смерть Рики была отомщена. — Отлично. Тогда почему бы тебе не принять помощь от моего медика? Мы не можем отвезти тебя в больницу, у них будет слишком много лишних вопросов. Жак глубоко дышал, и он правда чувствовал, как ему становится хуже, когда обмякал в руках Эрела, а тот встревоженно подхватывал его. — Хорошо... — Жак поморщился, отпуская руку Эрела, начиная вставать. Покачиваясь и облокачиваясь об сероволосого, ему это удалось. — Тебя проводят в один из моих фургонов. — Амато поднялся следом и кивнул медику, который подошёл, чтобы помочь Жаку облокотиться на него, но Дубачелло отказался от чужой помощи. Зелёные глаза метнулись к лицу Эрелу, смотря на то, как он пялится на старшего брата, но продолжает следовать за ним. Жак остановился и несильно толкнул парня в грудь. — Поговорите, пока меня не будет. — Сказал он на удивленный взгляд своего парня. Глазами он нашёл своих сестёр, которые мялись на месте, не уверенные, что им сейчас делать. Жак обещает серьёзно поговорить с Тео насчёт того, что он вообще их взял с собой. В отличие от Моники, они драться не умеют. — Вы. За мной. — Указал он на них, и те подбежали к нему, беря под руки, направляясь к фургончику. — А он крепкий. — Выдал Амато, смотря им вслед. — Да, это так. — Эрел усмехнулся. — Я буду готов ответить на все вопросы, но чуть позже, хорошо? Есть ещё немного работы, которую я должен закончить, чтобы потом быть свободным. Братья встретились взглядами, и на улице старшего расцвела мягкая улыбка. — Оу, да, конечно. — Эрел сразу качнул головой, замечая, что это встреча была странной. Они говорили так, будто ничего не произошло. — Здравствуй, Тео. — Амато помахал младшему Винсу, когда тот подошёл к ним. Две пары голубых глаз были обращены к нему, и они оба смотрели на него, как на драгоценную фамильную вещь из золота, которую когда-то потеряли, а теперь нашли. — Ай-ай-ай, не смотрите на меня так. Я чувствую себя виноватым… — Мужчина слегка посмеялся. — Чего вы так вымахали то? — Неожиданно для братьев Амато поднялся на носочки, обняв их. — Я рад снова вас видеть… — Прошептал он. Эрел сразу приобнял его в ответ, утыкаясь лицом тому в плечо. Амато почувствовал, как тот задрожал. — Я расскажу вам всё, обещаю. Младшие кивнули и Амато отстранился, все ещё глядя на них с нежной улыбкой. — Я приду к вам, как только разберусь со всем и очень много посплю. — Он слегка посмеялся и развернулся, находя голубоволосого, взглядом двигаясь в его сторону. — Брат! Послышалось позади, и мужчина остановился, разворачиваясь к ним полубоком, глядя на позвавшего его Тео. Солнце, что вставало позади них, стало окрашивать всю парковку своим светом. — С возвращением. — Сказал Эрел, утирая с лица слезы. Старший Винс удивлённо округлил глаза и кивнул, глядя на братьев. Он знал, что это означало. После того, как он сбежал, ему всё ещё можно вернуться в место, по которому он уже успел соскучиться. После всего случившегося он наконец-то был дома.***
Артур Рокс запомнился в его голове как парень, который всегда был навеселе, но стоило поймать его в одиночестве, то он видел разбитого и заблудившегося в себе подростка. Они познакомились в начале учебного года в университете, когда Амато учился на четвёртом курсе управления бизнеса. Тогда Фениксов ещё не было и в помине. Невзирая на то, что личико Артура выглядит на восемнадцать, Артур был всего на курс младше. Судя по учебникам, выданным новому соседу, он учился на айти специалиста. Знакомство их состоялось, когда в комнату общежития, в котором совместно жили Амато и Энди, подселили третьего человека. Он выглядел как чёртов ботан, когда явился к ним в рубашке, мятной жилетке и с круглыми очками. Он показался им тихим парнем, потому что тот не разговаривал с ними. Его почти всегда не было в комнате, так что Амато и Энди сделали вывод, что новый сосед – немного странный. Тот день, когда он и Артур впервые заговорили, запомнился Амато слишком хорошо. В этот день творился полный хаос, что охватил Цитадель, поскольку начавшая набирать популярность банда Ахерон пришла порешать с кем то дела, даже возможно затеять большее, чем просто драка. Амато уже слышал о них раньше. Эта банда оккупировала весь Орландо и от них не было ничего хорошего. Они имели такое влияние, что полиция пропускала все мимо ушей и не имела какой-либо власти что-то решить, хватая лишь подставных людей, чтобы не наводить на гражданских панику, делая вид, что они работают. По слухам, они держали в страхе ни один университет и даже школы, что Амато естественно не было по душе, потому что в одной из школ учился его младший брат. Он бы не пережил, если бы Ахерон что-то сделал бы с ним или другими детьми. Винс шёл из библиотеки, которая была отдельным корпусом, когда заметил, что большинство людей в панике бежали со стороны Цитадели. — Амато! — Послышался знакомый женский голос. — Рики. — Блондин насупился, глядя на то, как рыжеволосая подруга побежала к нему. — Всё очень плохо! Люди из Ахерон избивают любого, кто попадётся им под руку! Амато представления не имел, что происходит, но в его голове уже стала выстраиваться ужасающая картина, когда человек вышел из угла, хватая неизвестную студентку за волосы, волоча по земле. — Что вы творите? — Амато закрыл книжку, двигаясь в сторону того парня, который усмехнулся при виде его. Рики нахмурилась и сжала кулаки, готовая, если что, постоять за себя. Но она знала, что если с ней был Амато, то она будет в безопасности. — Беги, пока и твоей подружке не досталось! — Отозвался второй. — Закройся, я не спрашивал тебя, что мне делать. Я повторюсь, — Амато остановился напротив, убирая книгу в рюкзак. В те годы он был достаточно красноречив, чтобы закрывать рты опасным людям. — Что вы делаете на территории Цитадели? Мужчина напротив рассмеялся и откинул от себя девушку на землю, чьи длинные волосы держал на намотанном кулаке. Амато сбросил с плеч сумку, отслеживая за каждым движением напротив. — Пришли начистить рожу одному уроду, а эта малышка добавка для нас! — Прохрипел мужчина. — Малой, ты что-то не вдупил, а? Я преподам тебе урок, выблядыш, чтобы не раскрывал больше рот на хозяина. Амато встал боком к мужчине в стойку киба-дачи сжав кулаки. И стоило тому просто подойти к парню на метр, как в лицо прилетает тяжёлая пятка кроссовка, снося мужчину на землю. Амато ждёт пару секунд, прежде чем убедится, что тот вырубился и не поднимется. Удар был мощным и из носа бессознательного мужчины хлынула кровь. Он не стал задерживаться на нем и подбежал к девушке, которая все ещё сидела на земле плача. Рики побежала следом. Амато помог девушке подняться. — Ты как? — Он взглянул на её лицо и узнал в ней первокурсницу. — Розе, верно? Подруга Эрела. — Да… — Наконец смогла она что-то выговорить, заправляя тёмные локоны за ухо. — Спасибо. Большое спасибо… — Всё хорошо. Тебе стоит уйти в безопасное место, поняла? Ты не знаешь где Эрел? Девушка покачала головой. — Я видела его в той стороне. — Она указала на цитадель, где, кажется, и была самая горячая точка. — Хорошо. Рики, идите в безопасное место и не выходите, пока все не закончится. Девушка уверенно кивнула, и Амато рванул в сторону цитадели. Ему сейчас было важнее всего найти своего брата и защитить. Он нашёл младшего благодаря чуду. Тёмная макушка первокурсника сливалась со всеми прочими, но знакомые воинственные крики Энди, около которого был Эрел, мгновенно привлекли внимание Амато. Их положение было ужасным. Парней окружило около пятнадцати человек. Энди вряд ли бы их всех удержал в одиночку. Эрел не был так хорош в драках, чтобы достойно помочь Эйдену. Энди нахмурился, когда отбил удар очередного Ахеронца и побежал в их сторону, кидаясь в самое пекло. Цель Винса была добраться до них. В ушах стучало, и в лёгких будто не хватало воздуха. Сквозь эту толпу дерущихся было невозможно протиснуться. Он услышал чей-то безумный, пробивающий до дрожи смех, когда, наконец, вырвался из толпы к кольцу людей, окруживших его брата и друга. Он взглянул на то, что осталось от этого кольца, и впал ещё в больший ужас. Все пятнадцать человек валялись на земле, истекая кровью. Парень, что расправился со всеми ими, стоял к Амато спиной, вдавливая чью-то голову в землю, что-то насвистывая, покачивая трубой в руке, с которой стекали капли чужой крови. Артур повернулся к нему: потрепанные волосы, безумный взгляд и кровь на лице. Амато был в шоке, увидев соседа в таком свете. Он не видел его около трех суток, которые он не появлялся в комнате. И вдруг он предстал перед ним в таком виде. — Эй, ублюдки! Я ёбнул эту суку! Как его? Ходж? Проваливайте, пока я не уебал вас всех! Вы - жалкая толпа хуесосов! — Артур указал на толпу трубой и кинул её в них. Она пролетела прямо над головой Амато, и капелька крови попала прямо на кончик его носа. Когда труба упала перед ногами Ахеронцев, как косточка, Артур убрал ногу и наклонился, что-то прошептав Ходжу на ухо. Лишь спустя год, припоминая и прокручивая в голове этот момент, он смог понять, что Артур сказал Ходжу. Тогда Ахерон не был под влиянием Нойманнов или Миганов. Они были независимой бандой. Артур был там, дабы преподать Ходжу урок и заключить с ними сделку о покровительстве, поскольку это крупно помогло бы Эморри заиметь свою частичку власти, независимой от отца. — Как думаешь, это будет долго продолжаться? — Спросил Эрел, глядя на пустые улицы вокруг цитадели. Даже внутри стен никто не ходил. Прошло уже несколько недель, но все всё ещё боялись выходить после того, что случилось. — Не знаю. — Амато тяжело выдохнул и, развернувшись, посмотрел на младшего брата. Его сердце сжалось, когда тот взглянул на него с печалью во взгляде. Его брат только окончил старшую школу и поступил на первый курс. Эрел всегда был чувствительным, а после сотни просмотренных сериалов об веселой подростковой жизни студентов, он был крупно разочарован, когда столкнулся с жестокой реальностью. Все опасались выходить на улицу, никто друг с другом почти не разговаривал, и никто никому не доверял. Вечеринки не устраивались. Это было самое тяжело время, которое Амато запомнил. — Ладно, я пойду. Загляни ко мне вечером. — Эрел провел руками по тёмным волосам, после чего развернулся, скрываясь за дверью. Эрел проживал один в своей комнате, и у него не было много друзей. Амато мог понять, что тому сейчас скучновато. — Я знаю, что делать. — Послышалось позади. Амато сразу вновь повернулся, глядя на неожиданного гостя на крыше Цитадели. Артур стоял с лёгкой улыбкой. После той ночи его стиль в одежде поменялся. Он стал одеваться в уличном стиле и перестал носить свои очки. На нём была лёгкая куртка, так что ему был не страшен ветер, который резко обдул их. Артур прошагал под его внимательным взором, вставая рядом, доставая из кармана конфету. — Что это? Леденец? Поделишься? — Амато слегка улыбнулся, протягивая руку. Тогда он не заметил, как уголок рта Артура дёрнулся без намёка на улыбку, а сам парень вскинул брови. Глядя в глаза Амато, Артур подкинул леденец в воздух и поймал его ртом. — Это была последняя. Амато хлопал глазами, пока Артур хохотал. Винс заметил постепенно расширяющиеся зрачки. — О, я понял… — Винс отвернулся, опираясь на перила руками, глядя на пасмурное небо. — Даже ничего не спросишь? — Спросил Рокс, пока на его лице медленно расползалась широкая улыбка. Ему нравилось смотреть, как глаза Винса мечутся из стороны в сторону. — М? Нет… А надо? Просто... Знай, что я не одобряю такое. — Амато сжал перила в руке, слыша лёгкий смех, прикрывая глаза. — Спасибо, что помог Энди и Эрелу в тот день. Если бы не ты, они бы не отделались парой ушибов. — Всё в порядке. Я не дал бы их в обиду. — Причмокнув, ответил Артур, глядя вниз. — М? Почему? Артур слегка улыбнулся, глядя на Амато в ответ. — Потому что они важны для тебя. Они смотрели друг на друга достаточно для того, чтобы Артур ткнул в его лицо пальцем и отвернул от себя. — Смотри. — Приказал он. — Что ты видишь? Амато смотрит на университет и улицы. — Пустоту. — А здесь? — Он схватил его подбородок, поворачивая в сторону внутренней части Цитадели, перед этим пересекаясь с ним взглядами. — Тоже пусто... — После этих слов Винс вернулся глазами к Артуру. Блондины смотрели друг другу в глаза, пока один из них не отпустил подбородок другого. — Есть вариант, как обезопасить это место. — Заявил Артур, отводя взгляд от порозовевших щёк Винса. — Как же? — Воодушевлённо спросил он. — Если я тебе все скажу, будет неинтересно. Подумай сам, а я тебя направлю. Амато согласно кивнул. Артур взял его ладонь и под изумленный взор второго указал вдаль, прямо на яркую вывеску кафе в форме Феникса. — Люди в этом месте подобны фениксам. Амато поджал губы, больше обращая внимание на то, какая ладонь Артура теплая. Но неожиданный голос заставил его снова вернутся в реальность и слушать, что тот говорит. — Сколько бы раз на вас не нападали, и как бы вы не были напуганы, рано или поздно вы подобны фениксу, восстаёте из пепла. Раз никто не поможет, нужно вновь восстать. — Дать самим отпор? — Амато улыбнулся подобно солнцу и повернул голову к Артуру. Рокс взглянул на него краем глаза и отпустил его руку. Парень развернулся на пятках. Запихнув руки в карманы, он неторопливыми шагами направился к выходу с крыши. — Самим дать отпор… Спасибо, Артур! Спасибо тебе! — Прокричал Амато ему вслед, когда единственный луч солнца пробился сквозь тучи, освещая цитадель. Именно тогда он осознал, что необходимо собрать свою банду, чтобы обезопасить свой университет и ближайшие районы. Фениксы появились именно благодаря идее Артура, которую он подал Амато. Многие шли к ним добровольно. Неважно, кто ты, парень или девушка, твоя помощь всегда потребуется. И когда они впервые отдали хороший отпор пришедшей группе людей от Ходжа, слава о них разлетелась по городу, и многие присоединились даже из соседних университетов, старших школ и просто добровольцы, которым тоже не нравилось влияние Ахерон. Амато и Энди стали вместе управлять новой империей, которую они построили. Благодаря им большинства районов города смогли спокойно дышать и наслаждаться жизнью, как раньше, потому что знали, что днем и ночью за их мирной жизнью приглядывают Фениксы. Амато предлагал Артуру быть ещё одним вице-капитаном поскольку он был тем, кто подал ему идею, но Артур отказался. Всё следующие пол года проходили в ежедневных заботах. По началу Амато и Энди вертелись как белки в колесе, но когда вся система была построена, они могли, наконец, выдохнуть и позволить работе идти самой. Цитадель подобно сердцу, застучала в своём ритме, внутри она ожила, а снаружи расцвела. Люди улыбались, общались друг с другом и спокойно ходили по улицам. Большего для счастья Амато и не нужно было. Эрел стал заводить новые знакомства, и его жизнь в университете постепенно превращалась в то, о чем он мечтал. За последнее время Рики, Амато, Энди и Артур хорошо сблизились. Артур стал больше проводить времени в новой компании, и она ему нравилась. Они узнавали друг о друге шаг за шагом, и этого было достаточно. В один из дней, за месяц до исчезновения лидера и вице-капитана Фениксов, Амато поступило интересное предложение. Сами Фоксы заметили его, предлагая сотрудничество. Они видели в Фениксах потенциал на что-то большее. Фоксы хотели сделать из них не просто группу людей, защищающих свои районы, а официально целую группировку под их покровительством. Это якобы дало Амато силу и достаточно влияния, чтобы защитить весь город в будущем. Винс планировал отказать, поскольку они не те, кто должны ввязываться в криминальный мир. Они всего-то простые люди, которые защищают свой дом и не более. Однако постепенно до него стали доходить необычные сплетни, и они были связаны с Артуром. Мол, он связан с Ходжем и постоянно ходит в их логово. Амато не верил до самого конца, пока лично не проследил за Артуром. Тот встречался с Ходжем и его новой пассией Камилой каждый месяц, в один день, в одно и то же время. Они преклоняли перед ним колено и говорили, не поднимая глаз. Артур что-то шептал им, безумно улыбаясь. Тогда-то Амато и понял, что дело куда серьёзнее, чем он думал. Артур оказался не тем, за кого себя выдавал. Он следил за всем изнутри и технически крутил Фениксами, как ему было удобно, ведь Винс всегда сообщал и советовался с ним насчёт всего, что с ними связано. Парень только закончил собирать свои вещи и всё, что он взял, это был один рюкзак вещей. Эйден вошёл слишком не вовремя. — Куда ты? — Парень оглядел собравшегося Амато и заметил, что в открытых шкафах не было вещей. Блондин сжал губы в тонкую линию. — Эй, Амато, ответь, черт возьми! Ты же не домой? Я знаю это... — Энди схватил его за грудки кофты, заставляя задрать голову и посмотреть себе в глаза. — Прости, я должен уйти… Энди, позаботься о Фениксах. — Амато отцепил его руки от себя и метнулся к двери, выбегая. Эйден рванул следом за ним. Он поймал блондина, и они оба повалялись по траве, прежде чем Амато стал тяжело дышать, даже не пытаясь выбраться из-под друга. — Ты совсем ебнутый?— Хрипит Эйден, и в его голосе слышно много гнева. — Ты самый конченый человек в моей жизни. Ебаный ты хуй, Винс. Амато молчит какое-то время, после чего смеётся, да так сильно, что начинает забавно хрюкать. — Спасибо. — Сквозь смех отвечает он на оскорбления. — Чё ржёшь? Идиот! Ты правда думал... Амато замер, когда друг поставил обе руки по бокам от его головы. — Ты правда думал, что взвалишь всё на свои плечи и уйдёшь? Хуй тебе! Я пойду с тобой, Амато! Пойду с тобой и в огонь и воду! И мне плевать, как ты лично думаешь. Просто сиди здесь и жди, пока я соберу свои вещи, а затем мы вместе пойдём туда, куда ты скажешь. Он поднялся с друга, и Амато уселся на траву, разглядывая лицо парня под лунным светом. Его зелёные глаза необыкновенно выделялись в темноте. Амато поджимает губы и чувствует, как глаза наполняются влагой. — Всё потом… — Наказал Эйден. — Скажешь мне, что произошло потом. Не рыдай, ты мужчина. Амато согласно закивал головой, потирая глаза. Он не стал уходить. И порой сейчас он задумывался, чтобы он делал, если бы ушёл тогда, не дождавшись его? Амато пришлось принять самое тяжелое решение – принять предложение Фоксов в одиночку. Со всем напряжением. В одиночку он бы не справился. Так Фениксы получили официальный статус банды в криминальном мире, получили финансирование от Фоксов. И самое главное... Фоксы дали ему возможность заработать опыта и набраться сил. Дали возможность выбрать собственный путь, за что он был им признателен. Он решил, что защитит Орландо. А для этого ему необходимо работать не только с криминальной стороной, но и с законной. Только благодаря работе Амато Ходжу постоянно вставляли палки в колеса, и он не мог делать вылазку на Цитадель больше, чем раз в полгода. Даже на расстоянии он припер их к стенке достаточно сильно, чтобы дать Фениксам восстановится. — Ого! А как вы передали то письмо, в котором указывалось, что Тео станет следующим капитаном? — Эрел покачивался на стуле. Тео скептически провел по нему глазами, ведь знал, что тот и так знает, но ему просто интересно послушать версию старших. — Я и так собирался об этом сказать. Не перебивай! — Энди фыркнул, но не мог не улыбнуться при виде Эрела, что как ребёнок, воодушевлённый историей, внимательно слушает каждое слово. — Так вот… — Продолжил Энди. После того, как они уехали, Фениксы ничего не почувствовали. Ведь система была построена так, дабы всё действовало само собой, без лишнего вмешательства рук лидеров. Но долго это продолжаться не могло, и, в конце концов, Ходж разузнал о том, что Амато и Энди пропали. Фениксы находились в настолько беспомощном состоянии, что нападения стали совершаться всё чаще и чаще. Ахерон кушал куски районов день за днем, снова сея в них своё господство. Энди, что естественно, следил за всем, обнаружил, что что-то не так, когда круг безопасности на карте снизился до ничтожно малых районов вокруг университета. — Что будем делать? Мы не можем позволить ему снова это делать. — Эйден смотрел на планшет и свою карту, в то время как Амато работал с другой задачей, но сразу отвлёкся на Энди, когда речь зашла про Цитадель. — Им необходим лидер. Кому я могу довериться? — Амато смотрит на карту и хмурится. — Тео. Мы сделаем его капитаном. — Тео в старшей школе. Он не сможет управлять Фениксами, находясь там. — Сказал Эйден, передавая Амато бумагу и ручку. — Тогда… Эрел? Других вариантов нет. Я больше никому не доверяю. Я думаю, он сможет продержаться год, пока Тео не займёт его место. — Сказал Амато. Набрав чей-то телефон, он зажал его между ухом и плечом, начиная писать письмо. После короткого звонка и завершения написания письма он кивает Энди, передавая конверт: — Поезжай во Флориду и дай его Рики. Скажи передать Эрелу. Времена для Цитадели были напряженными, и Фениксам нужен был кто-то с железной хваткой, логикой и спокойствием. Эрел был слишком эмоциональным и вряд ли бы смог держать контроль над таким количеством территорий. Тео же был не по годам умен и собран. Амато знал, что если возложить это именно ему, то всё будет хорошо. Поэтому Эйден нашёл Рики и дал ей письмо, сказав, чтобы она передала его Эрелу. Девушка была счастлива, что с ними все в порядке и пообещала никому ничего не говорить. Внутри письма не было личной подписи Амато, но лишь по одному слогу написания. Эрел знал, что это он, это его почерк. Из-за того, что бумага была подписана старой датой, он подумал, что это было написано ещё задолго до исчезновения. Поэтому слепо продолжал думать, что с его братом случилось что-то ужасное. Уже спустя месяц после того, как Эрел взял управление на себя они могли увидеть улучшение. Территории перестали убавляться, сохраняя баланс на протяжении года. Как только Тео выпустился, то он стал капитаном на пару со своим замом Марко, и дела Фениксов значительно пошли в гору. — И что мы имеем сейчас? — Гордо улыбаясь за работу брата спросил Эрел. Энди повернул голову к Тео, и тот кивнул, прикрыв глаза на мгновение. — Ты тоже хорошо держался свой год. — Похвалил Тео старшего. — Мы вернули большую часть территорий, сделав их безопасными. Когда месяц назад я узнал, что вы собираетесь вернуться, я стал работать ещё усерднее. — Подожди…Что? — Эрел хлопнул по столу руками, вставая с места. — Ты сказал, что знал, что они вернуться? Как это понимать? Тео удивлённо взглянул на Эрела. — А... — А? Это твой ответ? — Ну, я узнал о том, что они собираются вернуться месяц назад, когда я поговорил с Мобери тогда в больничной палате. Мы обговаривали схему безопасности территорий, чтобы обезопасить продвижение Жака и остальных. Мы обсудили все планы, и тогда же он упомянул некого Цитрина, который скоро завершит присоединение Флориды в часть территорий семьи Фоксов, а затем вернётся разобраться с Ходжем раз и навсегда. Я спросил, знает ли Мобери его настоящее имя, и тогда он сказал, что его зовут Амато. Выслушав самую оправдательную за всю его жизнь речь от Тео, Эрел лишь расстроенно пискнул. — Почему ты мне не сказал? — Сероволосый отчаянно уселся на пол, держась за стол. Тео на это не ответил и лишь покачал головой. Эйден рассмеялся. Наблюдать за ними двумя было куда интереснее, чем на разные схемы в кабинете, которые он наблюдал на протяжении двух лет. — Вы молодцы. Мы гордимся вами. — Да… Но я бы не сделал это все в одиночку, если бы не Марко ничего бы не поменялось. Всё было бы куда сложнее. — Марко? Это тот парень с красными волосами? Вы стояли спина к спине во время драки. Тео согласно кивнул, и уголки его губ слегка дернулись вверх в мимолётной улыбке. Эрел уплыл на пол и вовсе, кажется, пуская то ли слюни, то ли слезы. — Хорошо, надеюсь, сегодня мы познакомимся. Он, кажется, отличный парень, раз стал вице капитаном. — О, вы найдёте общий язык. Знаете, вы похожи своим красноречием… — Сказал Эрел, за что получил пяткой по плечу. Эйден откинулся на спинку стула и посмотрел в панорамное окно кухни, которое выходит на задний двор. — Нынче вокруг много скрытых гениев… — Пробормотал про себя Энди, но младшие услышали его. — Что они там делают? — Эрел поднялся, заглядывая туда же, и его дыхание замерло в тот же момент, когда его глаза наткнулись на две фигуры во дворе. Оба парня тяжело дышали после первого раунда, но уличная жара и солнце не мешали им вести бой. Жак был слишком привлекательным в шортах и растянутой майке своего парня, с хвостиком на голове. Эрела завораживает то, как он выливает на себя целую бутылку воды. Капли, смешиваясь с потом, стекают по его шеи и телу. Это было чертовски горячо. — А ты хорош для раненого. — Амато ухмыльнулся, и Жак ответил ему острой улыбкой. — Ну что, ещё раунд? Я не согласен с ничьей. — Спросил Амато. Черноволосый смахивает со лба капли воды и пота, а затем встаёт в боевую стойку. — Не болтай и нападай. — Жак ухмыляться, когда прочитывает чужое движение ноги, летящей ему в лицо, и блокирует её, хватая ногу руками сбоку. Но Амато не растерялся. На его лице возникла улыбка, прежде чем он оттолкнулся своей единственной ногой на земле, зависая в воздухе, прежде чем его нога прилетает в чужой живот. Жак болезненно шипит, когда Амато грациозно приземляется на ноги. — Разве у нас не условный контакт? — Жак лишь на секунду приложил руку к боку, но затем вернулся в стойку, делая пару ударов руками, от которых Амато отскакивал. — Это так, но разве мы станем сильней, если не будем действительно бить? — Амато мягко улыбался, уворачиваясь от ударов и радуясь, когда Жак не уступал ему, блокируя удары в ответ. Амато знал, что Жак одним ударом ноги в полную силу сломал Артуру руку. Поэтому блондин понимает, что Дубачелло действительно действует по принципу дружеского спарринга. Если бы они бились на серьёзе встал бы вопрос, кто из них вышел бы живым. Жака восхищало то, как двигается Амато. Он словно танцевал вокруг него, совсем не утруждаясь делать резкие движения, будто давая Жаку подумать, прежде чем ответить, что, конечно, тому не нравилось. — Бей во всю силу! — Выдаёт черноволосый, когда снова делает удар кулаком вперёд. Его руку отбивают в сторону, точно также делая и со второй. Жак разворачивается на месте, занося ногу в резком ударе. Его нога останавливается в миллиметре от лица Амато. Тот успел схватить её, удерживая двумя руками. Он видел, как брови его хмурится, а руки подрагивают. Значит, Жак сделал все правильно. Удар был сравним по силе тому, что он нанёс Артуру. Было заметно, что Амато было сложно его удерживать. Он вернул свою ногу в прежнее положение, делая удар левой по плечу. К удивлению Жака, Амато не заблокировал этот удар, но и удар не был таким сильным, чтобы навредить тому. Эрел внимательно наблюдал за спаррингом, и это выглядело очень интересно. Он не сомневался в силе Амато. Он был одним из сильнейших, кого он знал, и того, кто учил его драться. Амато с самого детства посещал тренировки по карте, поэтому к своим двадцати четырём он так хорошо натренирован. — Каким стилем пользуется Дубачелло? — Энди прищурился, смотря за их движениями. — Хм… Он никогда не говорил, да и я не думал, как он дерётся. Главное, что умеет. — Эрел покачал головой. — Думаю, это Сават – французское боевое искусство. Классический Сават был школой уличного боя без каких либо ограничений. В профессиональных кругах он слишком мягкий и больше похоже на игру младенцев. Однако Жак добавляет ко всему некоторые движения кикбоксинга и тяжёлую силу, тем самым делая из Савата не бессознательное махание ногами, а новое сильное боевое искусство. — Заявил Тео. Эрел протянул восхищённое «о». В общем, везде одно махание ногами, но смотрится это сильно. — Не думал, что ты интересуешься боями. — Выдал Энди, и Тео снова покачал головой. — Не то чтобы… Просто я знаком с парой людей из Фениксов, что тоже практикуют эти стили боя. Я бывал на спаррингах, которые они устраивали, оттуда и узнал. Эрел вновь посмотрел на то, как Жак блокирует удар. По сути, Эрел никогда даже и не спрашивал, откуда Жак умеет хорошо драться. Эрел вообще мало чего знает о прошлом Жаке. Как он рос, как оказался в Америке, как подружился с Йеном? Было куча вопросов о его жизни, которые Эрел с удовольствием бы спросил, но опасается, что Жаку не понравятся его вопросы. — Это может продолжаться долго. Пора заканчивать. — Выдал Амато, смотря в зелёные глаза напротив. Такой смелый и бросающий вызов взгляд. Его брат выбрал себе партнёра, сильного духом и телом. Он может им гордиться. Амато подбирается к Жаку в самую плотную лишь по счастливой случайности, потому что тот был очень внимательным и не подпускал его к себе. Но сейчас их окликнули. Из-за этого Жак на секунду утратил концентрацию. Этим Амато и воспользовался, вцепившись двумя руками в него. Жак, однако, быстро пришёл в себя, цепляясь в него в ответ, но было уже поздно. Амато подбил его ногу, а второй рукой надавил на больной участок перебинтованного плеча, от чего Жак болезненно простонал, с глухим ударом падая на спину, благо искусственный газон на дворе был мягким. — Я победил! — Амато поднял руки вверх, улыбаясь и радостно скача вокруг Жака, пока тот не присел, прикосаясь к плечу. Жак лишь наблюдал за тем, как перепуганный Эрел подбежал к нему и уселся рядом, расспрашивая о самочувствие. — Я в норме. — Жак качнул головой. К удивлению, он не стал обвинять в нечестности Амато или Эрела за то, что отвлек. — Что-то случилось? — Пора ужинать. Вы слишком долго тут находились. Солнце уже зашло. — Эрел стянул со своей шеи полотенце и стал вытирать пот со лба Жака. — Утомился? Сделать тебе сегодня массаж? Жак слегка улыбнулся и согласно закивал, прижимаясь к плечу сероволосого, принимая его заботу. Амато смотрел на них с нескрываемой нежной улыбкой. — Ты чего тут ребёнка ломаешь? — Энди возникает позади Амато. Старший Винс показал большой палец вверх. — Я никого не ломаю! Просто я уже устал и решил схитрить. Спасибо, что помогли, а то, думаю, меня бы тут уложили. Старость не радость, спина подводит. Амато опёрся об Энди и состроил страдальческий вид. — Хитрый лис. — Глупый кролик. Энди на это засмеялся, и Амато вместе с ним. Голубоволосый посмотрел на Жака, который поднялся и повёл своим плечом. — Ты в порядке? — Да, все хорошо. — Не перенапрягайся, а то хуже будет. — Меня и так временно отстранили от тренировок по стрельбе. Если я совсем не буду что-то делать, мои руки отсохнут и отпадут. Амато посмеялся и похлопал того по здоровому плечу. — Мне нравится твоя настойчивость! А сейчас, семейство, возвращаемся в дом. Скоро ваши друзья придут, верно? О, я хочу встретиться с этими героями как можно скорее! — В его глазах словно появились звёздочки. — Тео! Давай я помогу тебе! — Амато забежал в дом быстрее всех, скрываясь в кухне, в которой Тео уже несколько часов возился с готовкой. Не то, что бы они парились над этим их «семейным ужином». Жак предложил Тео что-то заказать, но тот лишь отрицательно покачал головой и приступил к готовке самостоятельно, оправдываясь тем, что Марко будет жаловаться на «не домашнюю» еду. — Ты в душ? — Слышится позади. Эрел приобнимает его за талию одной рукой, видя, что тот завис, глядя на кухню, в которой слышатся разговоры троих парней. — Да. — Прозвучал ответ. — Хочешь присоединяйся. — Бросает ему Жак, слегка ухмыляясь и не оборачиваясь, идёт наверх. Раньше, ходя здесь, он мог часто путаться, ведь дом относительно большой и куча коридоров. Однако теперь, когда он прожил здесь вместе с остальными две недели, Жак знает каждый уголок. Раньше Эрела в этом доме ничего не держало. Тео был достаточно самостоятельным, чтобы жить один, и был не тем, кто творил бы всякие глупости. Поэтому Эрел мог спокойно жить в вечно шумной цитадели в окружении сотни знакомых. Но теперь, когда его старший брат вернулся, у Эрела было куча вопросов к нему. Их за один день было невозможно разобрать. А ещё есть возлюбленный, который нуждается в уходе за раной. Сероволосый решил остаться дома. Жак думал, что останется в Цитадели, в то время как Эрел выразил желание вернуться ненадолго домой. Но Эрел просто схватил его под руки, поволок с собой. Жак был тихим и никогда не мешал им троим, иногда и вовсе проводя целые дни после пар во дворе дома, просто тренируя удары на груше. Амато хороший человек. Он очень добрый, его голос всегда мягкий и ласковый, но в нужные моменты он может становиться твёрдым и требовательным. К примеру, когда они совместно тренируются на заднем дворе, Жак его раззадоривает, подначивая атаковать первым и выдавать все свои козыри. Конечно же, его сразу за этим ловят. Амато хороший боец и заслуженный противник. С ним весело тренироваться. Нижнее белье отправляется в грязную корзину сразу после того, как туда же полетела пропитаная потом одежда. Жак стоял напротив зеркала, когда разматывал бинт вокруг плеча, смотря на зашитый порез и огромный синяк. Шрам останется точно, но с этим ничего не поделать. Он наносит защитную плёнку поверх, дабы не намочить его, а затем уже включает воду, ступая ногой в кабинку. В дверь стучат. Вздохнув, он хватает полотенце, наматывая на бедра. Пересекая ванну, он щёлкнул замком и только потянулся к ручке двери, как её уже открыли. Эрел вошёл внутрь, вновь защёлкивая замок двери. Черноволосый недоуменно на него смотрит. — Ты что, серьёзно пошёл со мной мыться? — Да. Ты же сам предложил. — Эрел улыбнулся, и Жак вздохнул, прежде чем махнуть рукой. Эрел действительно воспринял это так, как он сказал. — Прогонишь меня? — Эрел подошёл ближе, останавливаясь на несколько секунд, прежде чем приобнять того за талию, коротко целуя в шею. По телу Жака прошла дрожь, и он уставился в голубые глаза. Руки черноволосого проходят вверх, хватая Эрела за обе щеки. — Не прогоню. Действуй осторожно. Первым делом я пришёл сюда нормально помыться. — Предупредил его Жак, ухмыляясь. — У тебя слишком бурное воображение, Жак. Я не собирался творить непристойности. Ты такой извращенец! — Эрел отпрыгнул от него, вставая в такую позу, как если бы девчонка прятала свои прелести. — Правда, что ли? — Жак фыркнул и развернулся, направляясь в душевую, перед этим показательно сбросив полотенце с себя. Наверно, он слишком безжалостен, когда так делает. Эрел мог изредка позабыть, что Жак часто играет с ним без намёка на реальные действия, но часто тот напоминает себе об этом, когда, как девственник, мнется на пороге душевой кабинки. Жак знает, что сероволосый всегда внимателен к нему. Любой не такой, как надо взгляд, и Эрел бы сам вылетел из этой ванны, не подходя к нему ближе, чем на десять метров. Когда Жак уже намылил волосы, он услышал, как в кабину заходит Эрел. — Чёрт, почему вода такая горячая? — Сам ты чёрт. — Жак слегка усмехается, когда Эрел приобнимает его сзади, кладя голову на здоровое плечо и протягиваясь к переключателю, чтобы настроить воду до умеренной температуры. Жак продолжал намыливать голову, в тот же момент ощущая чужие пальцы, вплетающиеся в его пряди. Черноволосый расслабился и запрокинул голову, прикрывая глаза. — Где ты научился драться? — Прозвучал отражающийся от стен голос. Эрел прощупывает почву. То, насколько эта тема безопасна. Жак делает глубокий вздох. — Друг Наны. Норман - хороший мужик, только бьёт больно. — Он тебя бил? — Обеспокоено спросил Эрел, когда закончил намыливать его голову и теперь приступил к телу, осторожно проводя мочалкой по спине. — Ничего такого… В смысле, это было только во время тренировок. В воспитательных целях, наверно… В первое наше занятие я сломал палец на ноге. Но это всё цветочки по сравнению с методами воспитания Джосселина. Эрел повернул его к себе лицом, проводя мочалкой по груди, при этом прикасаясь так, словно вообще боялся его трогать. Жак на это закатил глаза и надавил его ладонь, призывая быть смелей. Эрел пытался представить, сколько Жаку приходилось себя мучить ежедневными тренировками, на которых он получал такие увечья, а после со сломанными пальцами был вынужден часами стоять напротив мишени неподвижно? Тогда... Какие наказания терпел от родного отца? Эрел посмотрел на поврежденное плечо, проводя кончиками пальцев вблизи к ней. Жак подметил его задумчивость, поэтому, недолго думая, обнял своими руками его за шею. Наконец Эрел взглянул в зелёные глаза напротив, замерев на месте. — Не думай. — Отдаёт он указание, и Эрел хлопает глазами, а затем согласно кивает, за что получает одобрительный поцелуй. — Ты такой сентиментальный. — Отстранившись, заявил Жак, проводя пальцами по чужой шеи. — Ничего я не сентиментальный. Просто… Всё, что касается тебя, не может просто быть ничем. Жак не смог сдержать лёгкую улыбку и снова подался вперёд, сливаясь с ним в поцелуе. Он выдаётся мягким, без лишнего напряжения. Лёгкий поцелуй, передающий настроение друг друга. Жак оторвался от него, когда Эрел стал слегка смеяться. — Прости… Просто твои ушки так мило обвисли. — Ушки? — Жак развернулся к зеркалу внутри кабинки, глядя на произведение искусства, которое Эрел вылепил на его голове до этого. — Ты… Эрел продолжал хихикать. — Идиот… Целуйся с закрытыми глазами, если не можешь сдержать смех! — Выругался Жак на французском. — Что? Я понял, там было обзывательство. Пожалуйста, говори на английском. — Он выдал милую улыбку. — Однажды я устрою день, когда я буду говорить только на французском. Это будет твоим наказанием. — Ты сейчас не выглядишь как тот, кто раздаёт угрозы. После этих слов в лицо Эрела попадает сильный напор ледяной воды. Жак не знает, были ли слышны эти визги с первого этажа. После того, как они вышли, Жак дал Эрелу помочь ему нанести заживляющую мазь и перебинтовать плечо. Однако этого было недостаточно, поэтому сейчас он тащил зеленоглазого на своей спине весь путь со второго этажа до кухни. Жак слышал разговор и музыку. Значит, остальные уже приехали и знакомятся. — Шагай быстрей, коник. Мы опаздываем на вечеринку. — Да, сэр. — Отзывается Эрел, останавливаясь затем, чтобы подкинуть Жака повыше и поудобней, поддерживать за икры сильных ног, которые так привлекали сероволосого. Эта поездка была выгодна для обоих. Жак обвил одной рукой его шею, а другой подпер свою голову. — Всем привет. — Выдал Эрел, когда они вошли в столовую. Своим необычным положением привлекая внимание. Йен и Марко дразняще присвистнули. — Ну всё, Эрел окончательно загнулся. — Ничего подобного. — Мы видим. Жак, ты любишь позу наездницы? — Сказала Джанетт, тыкая Акиру в бок. Парень проигнорировал её, когда соскочил с чужой спины. И пока Эрел не успел выпрямиться, он остановил его, шепча на ухо: — Чуть позже награжу тебя за хорошую поездку. — Сказал он и отстранился, как ни в чем не бывало, присаживаясь на свободное место. — Так осторожней… — Проговорил входящий в столовую Амато, ставя на стол последнее из приготовлений. — Хей, Тео, ты взгляни, весь стол забит. Мы сделали это! — Сказал Амато выходящему из кухни Тео, снимающего фартук. — Дай пять! Старший Винс поднял руку и Тео ответил. Джанетт пискнула, подбегая к Тео и Амато, рассматривая этих двоих со все сторон. — Вы действительно похожи! Вы видели? Он ответил на «дай пять». Тео, это ты? Он окинул её взглядом и просто кивнул. — Ты должна быть Джанетт, да? Сестрица Жака. — Встрял Амато. — Верно! Приятно познакомиться. — Они оба энергично пожали друг другу руки. — Амато! — К парню подбежала красноволосая, которую парень сразу узнал, несмотря на смену имиджа. — Розе. — Амато приобнял девушку. —Ты похорошела. — Правда? Спасибо. Он мягко улыбнулся ей, а затем оглядел комнату. — Энди! — Позвал того Винс. Энди вошёл в столовую, подняв бровь. — Здесь никогда не было так людно. Жесть. Эйден только подошёл к Амато, как заметил приближение к ним. Взгляд пал на высокого парня с красными волосами, что не отрывал от них глаз всё это время. Энди первый протянул руку для знакомства. — Эйден Рид. Бывший вице-капитан Фениксов. Но ты можешь звать меня просто Энди. — Приятно… — Выдал красноволосый, протягивая руку в ответ пожимая. — Марко Хельм. Нынешний вице-капитан. — Вы так ужасно официальны. — Амато похлопал Энди по плечу и улыбнулся, глядя на Марко. — Марко. Спасибо, что позаботился о Тео и Фениксах. Красноволосый глядит на искреннюю улыбку, и даже он не может удержаться, поэтому кивает головой и ретируется на своё место, что делают и все остальные. Их двенадцать, но стол всё равно сумел вместить всех разом. Йен улыбнулся, приобнял рядом сидящую Монику и стукнулся с Жаком кулачками. Весь ужин проходил в тихой обстановке и на непринуждённые темы. После ужина Жак и Эрел вымыли посуду, и прибрали стол, а когда вернулись, остальные уже смеялись и, кажется, выпивали что-то для настроения, играя в настолки. — Почему всё это похоже на дом престарелых? — Сказал Жак, упираясь бедром об косяк двери. Эрел смеётся, приобнимая его, глядя на все это. — Возможно, потому, что в компании появилось два старика. Они пытаются показаться хорошенькими, так ведь? Жак улыбнулся, качая головой. — Мне нужно поговорить с Амато. — Собираешься идти по своему плану? — Эрел поджал губы. Они смотрят друг другу в глаза несколько секунд, прежде чем Жак согласно кивает и двигается в сторону Амато. Эрел и сам знал весь этот план, который они обсуждали друг с другом несколько дней подряд. Сероволосый вздыхает, когда присаживается рядом с Йеном, принимая бутылку пива. Все медленно, но замечают переговоры между Жаком и Амато, тут же замолчали, прислушиваясь. Акира и вовсе напрягся, будто уже знал, что скажут, и был готов к любым действиям, чтобы остановить Жака от безрассудства. Жак хотел, чтобы все они знали, что он хочет. Возможно, поразмышляв все вместе, они найдут самый оптимальный вариант исхода событий. Жак сел напротив Амато и с лица старшего Винса сошла беспечная улыбка. — У меня к тебе разговор. — Начал Жак. — Слушаю. — Амато закинул ногу на ногу, скорее всего, он уже понимал, о чём пойдёт речь. Энди, сидящий позади друга, моментально открыл заметки в своём планшете. Словно знал, что это что-то важное и потребуется фиксация слов. Эти двое настоящие профессионалы. — Я хочу встретиться с главой Фоксов. — Сказал Жак. В комнате повисла гробовая тишина. Он не мог прочитать по взору Амато, что он думает. Но он видел, что занесённый стилус над клавиатурой в планшете Энди завис. Он насупился, но ничего не говорил, дожидаясь слов Амато. — Зачем тебе? — Блондин поднёс к лицу пальцы, проводя указательным по губам, при этом пристально рассматривая каждое видоизменение в выражение лица черноволосого. — Что ты задумал? Жак слышал, как кто-то перешептывался на заднем плане. Его взгляд метнулся к Эрелу, который сидел, попивая пиво с закрытыми глазами, слушая разговор, в то время как Йен пытался вытянуть из него хоть что-то. Жак продолжил: — Я хочу через них добраться и встретиться с Моэ Нойманном. — Ты с ума сошёл!? — Акира хлопнул ладонями по столу, вставая с места от удивления. — Поздравляю. У нас в компании появился ещё один психически больной человек! — Моника похлопала в ладоши и рассмеялась, глядя на картину перед собой. Марко поддержал её смешком. — А кто это? — Айлин обеспокоенно положила ладонь на спину брата, пока тот продолжал смотреть в глаза Амато. — Это двоюродный брат Эморри, молодой глава клана Нойманнов. — Попытался объяснить Акира и стал обеспокоенно ходить по комнате. Энди покрутил стилус в руке делая несколько пометок. — Допустим… — Амато махнул рукой. — Что ты собираешься делать, когда встретишься с Моэ? — У меня есть кое-что что я собираюсь обговорить лично с главой Фоксов. Тебе я рассказал причину. Разве этого недостаточно? Они смотрели друг другу в глаза, пока блондин не вздохнул. — Что-то ты не договариваешь, Дубачелло. — Я и не скрываю. — Жак… Ты должен понимать, что не каждый встречается с ним глазу на глаз. Я должен знать, что это будет стоить того. — Его голос снова стал мягче, и он нежно улыбнулся, будто объяснял ребёнку устройство мира. Дубачелло на это закатил глаза и отвёл взгляд. — Я хочу поговорить с ним об поддержке с их стороны, которая поможет мне встретится с Моэ. Если мне удастся встретиться с Моэ, то убить Эморри мне будет легче. После этих слов он взглянул на Акиру. Тот остановился и резко взглянул на него. Он помнит про просьбу Госпожи Сары и думает, действительно ли Жак собирается проигнорировать её просьбу в пользу мира. — Выложу Моэ все как есть. Думаю, он будет не против избавиться от соперника руками того, кто этого хочет. Никого не останется вопросов о том, почему его убили. Даже у второй половины Миганов. Амато был потрясён. Его выдали приподнятые брови и оленьи глазки, но он не выглядел так, как будто его пугает то, о чем Жак говорит. — Откуда ты знаешь, что сейчас у Миганов внутриклановый раздор?... — И что половина из них переметнулась на сторону Эморри, представляя угрозу Моэ, основной ветви Миганов, Фоксам, а также они в шаге от подписания договора с Французской мафией? Энди позади блондина нахмурился и посмотрел на Жака, направив на него кончик стилуса. — Мне это не нравится. — Прошипел он. — Он лишком много знает для обычного парня. — Спокойно, Энди. — Ласково сказал Амато и посмотрел на того через плечо. — Всё хорошо. У него стальные яйца и он хочет вершить историю. Давай выслушаем его. Жак благодарно кивнул Амато. — Так откуда ты об этом знаешь? — Амато снова повернулся к нему. — Знаешь, кто такая Сара Миган? — Предполагаю, кто-то из Миганов? — Неуверенно спросил Амато. Значит, никто о ней не в курсе. Не удивительно, ведь если бы кто-то о ней знал, то её бы уже искали и убили при любой возможности. Но она в безопасности в Калифорнии. Если бы её поймали, то Моэ не отпустил бы её. Она носит ребёнка Эморри, и малыша убьют, не успей он сделать первые вдохи. Жак не хочет, чтобы это произошло, поэтому о ней нельзя говорить. — Значит, неважно. Она мой информатор. — Черноволосый отмахнулся, надеясь, что Амато не станет спрашивать о ней больше. Жак кинул взор на Акиру. Тот нервно грыз ногти, отвернувшись, смотрел в панорамное окно, делая вид, что что-то разглядывает в темноте. — Во что ты снова ввязываешься, Дубачелло? В какое дерьмо ты втягиваешь нас снова, когда только все стало спокойно. — Марко раздражен и непрерывно поглядывает на Эрела, что сидит за столом напротив него. Жак что-то не договаривает, но это "что-то" определённо знает Эрел, который в случае неудачи в планах мог стать подстраховкой им всем. Насколько затея Жака опасна? Опасна ли она им всем или кому-то конкретно? Акира, не выдержав молчания, подаёт голос, посмотрев на черноволосого: — Ты понимаешь, что собираешься развязать межклановую войну? Жак какое-то то время просто молчит, начиная чувствовать себя откровенно плохо. В груди становится тяжело дышать, но он упорно старается контролировать то, что чувствует. — Она уже идёт. Я лишь стану тем, кто даст толчок к её завершению. — Отвечает он розоволосому. — Это безумие! Жак, я не могу позволить тебе в это ввязаться! — Акира двинулся в их сторону, но его остановила чужая рука. Эрел схватил его и посадил на свободное место рядом с собой. Дубачелло лишь безэмоционально смотрит в его глаз и видит, как тот осекается, как только не получает никаких эмоций в свою сторону. — А что мне ещё остаётся? — Жак усмехнулся. — Сначала ты не хотел, чтобы я убил Артура. Я его и не убил. А теперь такая же история с Эморри? — Жак покачал пальчиком и поцикал. — Нет, Мобери, ты мне указывать не будешь, понял? Мои дела только мои, а не человека под именем Акира Дубачелло де Сент-Моро. Не вмешивайся и сиди тихо. — Грубо произнёс он, отчего все остальные в комнате почувствовали тяжёлое напряжение. Акира раскрыл рот от удивления и возмущённо запыхтел. — Ты…! Ты рылся в моих вещах?! — Оу, да… Извиняться не буду, братишка. — Жак резко поднял руку, когда Акира хотел что-то сказать, но как только тот увидел этот жест, используемый Джосселином, мгновенно замолчал. Джанетт удивлённо прижала к рту ладони, переглядываясь с остальными по комнате, пытаясь понять, знал ли об этом ещё кто-то. Но, судя по всему, никто, кроме Жака, не знал до этого момента. — Если Эморри не остановить, он обретёт такую мощь, что одолеет сначала всех Миганов, затем своего брата, а потом Фоксов. — Продолжил Жак, чем вернул Амато на землю от своих мыслей. Взгляд Дубачелло обратился к Тео, а затем и Марко. — Нет Фоксов - нет Амато. Нет Амато - нет защиты Орландо и доброй половине из нас можно арендовать место на кладбище. А я этого не хочу. Я не дам ему снова отобрать у меня ещё кого-то. Не позволю ему даже смотреть в вашу сторону… — Жак с силой сжимает кулаки. Учащенно дыша, он с силой зажмуривает глаза. Сразу после звёздочек возникает картина из воспоминаний. Юноша стоит напротив мишени, держа пневматический пистолет. Он стоит тут уже долго, возможно целый час, два или три, пытаясь отточить мастерство. Его руки подрагивали и никак не могли замереть, от чего он бесился, но продолжал упорно стоять на месте, не понимая, что этим делает ещё хуже. Его коленки также подрагивают из-за обильной тренировки по боксу с дядей. Из его ступней течёт кровь, поскольку дядя бил его палкой по ступням за каждый слабый удар. Из две сотни ударов были правильными всего сорок. Это на десять ударов больше, чем на прошлой неделе. И Жак должен был бы радоваться, но он не мог. — Норман совсем тебя измучил… — Послышался женский голос. — Этот старый идиот. Я поговорю с ним, иначе он не оставит от тебя и живого места. — Она развернулась, чтобы снова уйти, чтобы заступиться за своего мальчика. Но Жак остановил её. — Нет! — Голос юноши разноситься по амбару эхом. — Если это сделает меня сильней, я не сдамся и вытерплю всё! Жаку четырнадцать и его голос только совсем недавно окончательно сломался, что присуще для мальчиков. Теперь он звучит громче и намного смелее. Но для Наны Жак всегда звучал громко и смело, независимо от его возраста, это была его прекрасная черта. Женщина останавливается, а затем неспешным шагом возвращается. Она обеспокоенно встаёт рядом с юношей. Жак значительно подрос, так что теперь он на пару сантиметров выше неё. Её мальчик растет и начинает цвести. Нельзя, чтобы его одолела ненависть в столь юном возрасте. — Жак… Достаточно. Посмотри на свои ноги. Тебе больно стоять и идёт кровь. Остановись. — Нана… Женщина поднимает взгляд от его ног и смотрит на профиль юноши, замечая его твёрдый взгляд. — Я докажу… Я докажу всем, что бросать меня. Что делать меня их врагом была их самая большая ошибка. Эта ненависть жила в нём ещё до того, как убили Нану. Это была ненависть от брошенности и беспомощности. Теперь Жаку плевать, он больше не хочет быть беспомощным. Он знает, что Нойманн так просто его не оставит. Он убьет всех, кто ему дорог, пока Жак сам не исчезнет из этого мира. Может ли Жак посметь дать снова себе страдать? Он стремительно моргает глазами, вновь видя перед собой столовую и голоса, что постепенно становятся более чёткими. Жак снова чувствует, что может дышать. Ему стало легче, поэтому он резко поднимает голову, чем заставляет остальных вздрогнуть от неожиданности. Эрел протянул ему бутылку воды, которую Айлин принесла из холодильника. — Самоотверженно. — Проговорил Марко, качнув головой. — Но тебя никто не просил нас защищать. — Марко! — Розе пихнула его в бок. Амато содрогнулся и напрягся от этих слов. Они все ещё эхом отдаются в его голове со дня смерти Артура. Кажется, он знает, что сейчас чувствует Дубачелло. — Что? — Красноволосый недовольно проворчал и откинулся на спинку стула, утомленно потирая переносицу под очками. — Эй, Амато… — Эйден обеспокоено прикоснулся к плечу друга. Тот положил свою ладонь на его и несильно сжал, после чего сделал глубокий вздох. — Хорошо. — Амато улыбнулся. — Я поговорю с ним и организую встречу. — Амато? — Энди удивлённо обернулся, глядя на затылок друга, чувствуя, как его руку все ещё сжимают. — Я помогу тебе… — Продолжил блондин. — Но ты понимаешь, что всё будет зависеть от того, как ты умеешь убеждать. Убеди его в выгоде своего предложения. Жак согласно кивнул. — Отлично. — Амато развернулся и с улыбкой взглянул на друга, который все ещё не мог поверить в то, что они это делают. — Энди! Закажи нам два билета в Южную Каролину.
