Mute

Гарри понравилось играть в волшебные шахматы, даже не смотря на то, что он проигрывал каждую партию. Даже тогда, когда Драко изо всех сил старался позволить ему выиграть. Ему было все равно, что он проиграл, он был только рад, что ему разрешили с кем-то развлечься вместо того, чтобы либо спрятаться в шкафу, либо заняться делами по дому. Драко был рад видеть улыбку на лице Гарри, хотя его губы были потресканы, и из-за этого улыбка выглядела так, будто он насильно растягивает их, но не в каком-то смысле, где он специально заставлял себя улыбаться, а как будто он нечасто делал это раньше. Драко напомнил себе, что у Гарри было не так уж много поводов для улыбок, и пообещал себе, что будет дарить ему каждый день что-то, что обязательно будет поднимать ему настроение и искренне улыбаться. – Как ты думаешь, в каком доме ты будешь? – спросил Драко после того, как Гарри проиграл в двадцать пятый раз. Ему нравилось играть с Гарри, но им, возможно, придётся начать играть во что-нибудь другое, чтобы Гарри не приходилось каждый раз проигрывать. «Дом? В смысле, где я буду жить?» – спросил Гарри, выглядя смущённым. Хагрид рассказал ему довольно много вещей, но ничего о домах. – В смысле, в каком доме в Хогвартсе ты будешь. Их четыре: Слизерин, Гриффиндор, Хаффлпафф и Равенкло. Слизерин – это тот, в который я, вероятно, поступлю, но нас часто называют злодеями, потому что тёмные волшебники из нашего дома привлекают много внимания. В Гриффиндоре также много тёмных волшебников, но никто этого не замечает, поскольку их считают домом героев. Хаффлпаффцы милые; это один из немногих факультетов, которые не ненавидят Слизерин. Они преданные, заботливые и понимающие. Когтевранцы, как правило, умны, но на самом деле им нравится узнавать что-то новое, даже если это не имеет никакого отношения к учёбе или если они очень быстро это забывают, – объяснил Драко, надеясь, что Гарри не выберет Гриффиндор, хотя он бы поддержал его, не смотря ни на что. «У меня нет никаких идей, где бы я мог оказаться… Как ты думаешь, куда я попаду?» – спросил Гарри, которому никогда не давали возможности изучить себя настолько, чтобы понять, где его место, всегда заставляя просто делать то, что ему говорят. – Я думаю, ты мог бы выбрать любой факультет, но я надеюсь, что ты попадёшь со мной в Слизерин, – сказал Драко, избегая взгляда Гарри, скрывая своё смущение от этого заявления разметкой шахматной доски. Гарри не понимал, что Драко был смущён, поэтому он помог сложить и убрать на место шахматную доску и фигуры. Он был не очень хорош в понимании эмоций – его собственных или других людей. Гарри был намного быстрее и аккуратнее в уборке, чем Драко, и это не осталось им незамеченным, но он не хотел говорить Гарри не делать этого, поэтому он решил, что сейчас он будет просто не спускать с него глаз. За ужином Гарри почти ничего не ел. Он лишь попробовал, не желая показаться грубым, но его тело просто не позволяло ему есть очень много, не чувствуя себя при этом больным. Малфои не заставляли его есть больше, чем он мог, но они сказали домашнему эльфу по имени Добби, чтобы ему приносили еду всякий раз, когда он проголодается. – Эй, Гарри, ты знаешь какие-нибудь маггловские игры, в которые ты хотел 6ы поиграть? – спросил Драко, когда они все собрались в главной гостиной. Повсюду был изысканный серый цвет, зелёные диваны и кресла, чёрные подушки и детали на стене. «На самом деле я не знаю ни одной маггловской игры», – написал Гарри, держа бумагу слегка дрожащими руками. К счастью, пергамент был толще бумаги, поэтому это было не сильно заметно. – О, хорошо, мы можем сыграть во что-нибудь ещё, – сказал Драко, прежде чем слегка ахнуть от того, что ему в голову пришла идея, которая заставила его глаза буквально засветиться от предвкушения. – Или я мог бы научить тебя варить несколько зелий! Мой крёстный - учитель зелий в Хогвартсе, так что будет хорошо, если ты будешь уже кое-что знать. – Ну-ну, Драко, не делай ничего опасного или слишком сложного. Помни, это первое зелье Гарри, – сказал Люциус строгим тоном, смотря свысока на светловолосого мальчика, сидящего на подушке на полу рядом с Гарри. – Я знаю, но я хочу сделать что-нибудь весёлое, – сказал Драко, надув губы, заставив свою мать подавить смешок. – Тогда почему 6ы тебе не сделать что-нибудь простое и весёлое? – предложил Люциус, и уголки его рта приподнялись в улыбке из-за выходок сына. – Почему 6ы тебе не составить список зелий и не позволить Гарри выбрать, какое из них он хочет? – предложила Нарцисса. Драко нетерпеливо кивнул и побежал вверх по лестнице, заставив своих родителей вздохнуть. Никто никогда не вставал между Драко и его зельями. – Извини за это, Гарри, Драко любит зелья. Он, вероятно, прав, что было бы неплохо знать, как готовить зелья, но не чувствуйте себя обязанным сделать это сегодня, особенно, если дело сложное, – сказал Люциус, потирая в раздражении переносицу, но его тон был любящим. – Мы должны подумать о том, чтобы раздобыть тебе перо, которым ты сможешь писать в воздухе, – сказала Нарцисса, больше для себя, чем для Гарри, который выглядел совершенно потерянным. – Это будет означать, что тебе не придётся покупать слишком много пергамента. – Я вернулся! – крикнул Драко, слегка запыхавшись, когда он ворвался обратно в комнату. Его волосы на этот раз не были идеальны, а пергамент в его руках был покрыт почти неразборчивыми каракулями, придававшими тексту изумрудный оттенок из-за чернил, которые он хранил в сундуке у своей кровати. – Драко, дорогой, это не короткий список, – сказала Нарцисса; её тон показывал, что она знала, что спорить бессмысленно, но всё равно была раздражена своим сыном. – Дай мне взглянуть. Драко подошёл к матери гораздо медленнее, чем когда ворвался в комнату, явно не желая отдавать ей список. Как только пергамент был у неё в руках, он оказался намного длиннее, чем раньше. Драко вытащил расчёску из своей мантии и начал поправлять волосы, пытаясь перестать нервничать. – Кстати, Гарри, это вся одежда, которая у тебя есть? – спросил Люциус, в то время как Нарцисса вздохнула, осознав, сколько ещё зелий было в списке. Гарри кивнул, боясь, что это был неправильный ответ, но это действительно было единственная одежда, которая у него была кроме школьной мантии. – Завтра ты сможешь надеть что-то из старых мантий Драко, большинство из них не ношены, и мы можем просмотреть несколько разных дизайнов и цветов и сделать заказ того, что тебе понравится. Гарри понятия не имел, что делать. Он едва знал этих людей, но они были так добры к нему, позволяя ему оставаться с ними, давая ему еду, покупая ему «подарки» и одежду. Наверняка здесь был какой-то подвох? Что-то, что они хотели, чтобы он сделал для них? Но до сих пор они не сказали ничего подобного, так почему же они были так добры? – Драко, дорогой, почти всё это не так просто, особенно для новичка, – сказала Нарцисса, наконец закончив читать список. – Гарри, я бы порекомендовала тебе сделать третий, он самый простой. Гарри и Драко вместе вышли из комнаты. Гарри держал в руке список. Маленький мальчик не заметил, как короткая волна тепла окатила его, когда Нарцисса наложила на него подробное диагностическое заклинание. В следующую секунду перед ней появился новый кусок пергамента, длиннее, чем список зелий Драко.