За подвиги надо платить

      Звон колокольчика над дверью оповещает о приходе нового посетителя. Стук каблука по деревянному полу заставляет привлечь к себе внимание. Бармен поворачивает голову, уже готовясь взять заказ, но тут же кривится в гримасе. Кэйя. –Доброго вечера, мастер Дилюк, – язвительно произносит мужчина, присаживаясь за барный стулик, напротив хозяина таверны. Чарльз, стоящий позади, будто прочитав мысли капитана кавалерии, решил удалиться в служебное помещение, перед этим сказав Дилюку, что уйдёт на перерыв. –Что будете заказывать? – слова про добрый вечер были пропущены мимо ушей, и Рагнвиндр решил сразу обслужить посетителя, чтобы тот побыстрее выпил и ушёл. –Выглядишь раздражённым, что-то случилось? – спросил мужчина, подпирая голову рукой. На лице играла улыбка, собственно как и всегда. Альберих был выше того, чтобы просто насладиться алкоголем и уйти, даже не поболтав. –Что будете заказывать. – На этот раз грубо произнёс бармен, выделив каждое слово, ставя вытертый пустой бокал на стол с заметным звуком, дабы показать весь свой настрой. –Какой же ты грубый, Дилюк, – с ноткой досады прощебетал рыцарь, беря бокал в руку и прокручивая перед глазами, – на ваше усмотрение. Хозяин таверны забирает фужер, разворачиваясь к стойке с разным алкоголем и, недолго раздумывая выбирает одну нетронутую бутылку. Пробка выскакивает из тары, и красная жидкость выливается в бокал. Долгого времени это не заняло, и фужер уже стоит перед Кэйей. Альберих ловко подхватывает бокал двумя пальцами и рассматривает вино, пытаясь угадать его название. Дилюк берет пару мокрых стаканов, протирая их сухим полотенцем, и ставив ко всем остальным. –Может, вас кто-то вывел из себя до моего прихода? – бармен останавливается на минуту, после чего начинает тереть бедный бокал более агрессивно. В яблочко. –Вас это не должно волновать, – капитан кавалерии усмехнулся, слегка отпив напиток. Видимо Дилюк еще не в слишком ужасном настроении, раз решил налить ему сладкое красное вино. Рагнвиндр вновь разворачивается, дабы поставить бутылку на место и ещё раз пройтись по названиям. Что угодно, лишь бы не продолжать диалог с гостем. Он не очень щедр на слова. –Может, тебе просто нужно расслабиться? – со спины Дилюка было видно, как тот напрягся, а когда развернулся так все догадки подтвердились. Мужчина поставив бокал и откинув полотенце, поставил руку на барную стойку, чуть ли не ломая бедное дерево. –Если вам так хочется, я могу лично проводить вас к выходу из таверны. – Грубым низким голосом проговорил бармен, цепляя взгляд рыцаря. На что тот продолжал улыбаться. –Как любезно с твоей стороны, может еще доведешь меня до дома? Я буду польщён, – винодел цокает, убирая руку, желая вновь приступить к своей работе, но если бы все было так просто. –Ты точно не девушка? – Рагнвиндр будто закипал как чайник, собирая все свои последние нервы в кулак и выдыхая. –Прости, что? – на лице мужчины читалось явное недовольство, да и не просто недовольство. Там прямым текстом было написано: «Скажешь еще что-то, твоя голова будет висеть на стене вместо оленьих рогов». –Ведешь себя так, будто у тебя начались менструации, – Альберих усмехается, прикрывая рот ладонью. Это была последняя капля. Дилюк срывается с места, хватая Кэйю за воротник, притягивая того ближе к своему лицу. Между мужчинами остаётся пару миллиметров. У Альбериха рефлекторно сжались губы, образуя тонкую ниточку. Улыбка на минуту пропала с лица, но не надолго. Рагнвиндр держал капитана кавалерии за грудки, одаряя своим гневным взглядом, не сулящим ничего хорошего. Он был похож на быка, которому показали красную ткань, а Кэйя на мотодора, злящего его. –Я засуну твой язык в бокал от вина, который ты пьешь, и заставлю глотать целиком, – почти шёпотом проговаривает хозяин таверны, чтобы это услышал лишь его незванный гость. –Какой ты неромантичный, Люк. Я думал ты предложишь занять мой язык чем-то другим, – с улыбкой на лице говорит Альберих, специально одаряя своего собеседника колкими фразами, на что тот лишь улыбается кончиком губ. –Так сильно хочешь занять свой бескостный язык? Только сейчас Рагнвиндр заметил, что они ведь были в таверне не одни, и это действие явно не осталось незамеченным. Мужчина отпустил воротник рыцаря, слегка отталкивая того, снова беря в руки полотенце. Некоторые посетители начали перешёптываться, но получая гневный взгляд бармена тут же прекращали. –Ты пришел в таверну, чтобы вывести меня из себя? – Кэйя вздыхает, ставя на половину наполненный фужер обратно на стойку. –Вы слишком большого о себе мнения, Полуночный герой. Мне просто нравится выпивка, – Дилюк цокает, разворачиваясь. Его последняя надежда, это Чарльз, вернувшийся с перерыва, но видно мужчина как на зло не очень хочет выходить из служебного помещения. Синевласый оглядывается. В таверне слишком много людей. Если он продолжит свои неуместные попытки флирта ничем хорошим это не закончится, и его правда просто напросто выгонят из таверны. Поэтому стоит действовать. –Люк. Хозяин таверны даже не сомневался, что прекращать диалог Альберих не собирался, поэтому просто снова повернулся к тому, закатывая глаза. –Что? –Я хочу поговорить с тобой. Про орден бездны, – Рагнвиндр останавливается, подымая бровь, выражая свой интерес, – но здесь слишком много ушей, смекаешь? –И что же ты предлагаешь? –Подымемся на третий этаж и там поговорим, – бармен кидает свой взор на лестницу, а потом снова на собеседника, желая что-то сказать, но его перебивают, – и не говори, что не можешь оставить стойку, у тебя есть Чарльз.

***

      Рагнвиндр мягко приземляется на красную кожу, расслабляясь, позволяя себе лечь на спинку дивана, расставив руки по бокам. Нога капитана кавалерии юрко проскальзывает между чужих бёдер, а вторая еще стоит на полу, беря на себя роль держателя равновесия. Взгляд хозяина таверны метается вниз на извращенное колено, которое так спокойно слегка надавливало на зону между ног, отчего мужчина сжал губы, не опуская головы. –Нравится, когда моя нога здесь? – проговаривает рыцарь, слегка поёрзав коленом из стороны в сторону, на что получил лишь хмурое личико, – понял, понял, молчу. Ловкие руки скользят вверх по одежде, зацепляя первые пуговицы, расстегивая черный сюртук, отодвигая воротник в сторону. Только белая рубашка мешает Кэйе кинуть взор на эту прекрасную белую шею, поэтому он решает и с ней расправиться. Расстегнув две верхние пуговицы, Альберих стягивает рубашку по плечу, открывая вид на ключицу. Проходит пальцем по мягкой коже, заставляя Дилюка покрыться лёгкими мурашками. Капитан кавалерии наклоняется к плечу, аккуратно целуя. Совсем нежно, чтобы не спугнуть или не сделать чего-то лишнего. Рагнвиндр поворачивает голову в другую сторону, слегка наклоняя, тем самым разрешая его исследовать, и рыцарь не упускает этот шанс. Мужчина проходится поцелуями вверх к шее, оставляя за собой некую дорожку. Позволяет себе немного больше, и опускается вниз. Хозяин таверны громко дышит, из-за чего грудь вздымалась больше обычного. Чтобы исследовать тело дальше, приходится расстегнуть еще несколько пуговиц, и в итоге Кэйя решает расстегнуть сразу все. Пока что он снял только сюртук, оставляя на бармене рубашку, отодвигая ее в стороны открывая вид на животик и грудь. Кое-где были парочка шрамов, по которым Альберих, провел рукой, ощущая другое строение кожи. Некоторые были от ожогов, которые Люк сам себе случайно оставил, а некоторые от орудия врага. –Кто со стороны посмотрит, не скажет, что ты обладатель Пиро стихии. – усмехается рыцарь, трогая ожог, оставленный из-за несовладания с огнем. –Я бы не дал никому посмотреть. – на отрез отвечает мужчина, слегка сжимая красную кожу, который был покрыт диван. –Ха-ха, так значит я исключение? Капитан кавалерии, стягивает с себя белоснежную шубу, скидывая на сюртук, лежащий рядом, дабы не мешалась. Вырез на груди Кэйи давал обзор на смуглое декольте. Этот шлюший вырез часто подбешивал нашего бармена, заставляя протирать стаканы и наливать алкоголь агрессивнее обычного. Дело даже не в самой одежде, а в том, кто её носит. Дилюка раздражало, что сэр Кэйя позволял смотреть всем прохожим и коллегам на этот вырез. Может, для того это было нормально, но Рагнвиндр считал это неподобающим поведением, и в край не хотел признавать, что ему тоже нравилось смотреть на это декольте. –Если вдруг захочешь, я могу открыть больше, – проговаривает Альберих, подцепляя пальцами край воротника, чуть оттягивая в сторону. Хозяин таверны сглатывает слюну, но лицо остается также невозмутимым, – только скажи. –Открой. – твердым тоном просит Дилюк, говоря это, словно приказ, и Альберих не смеет ослушаться. Решив не медлить и сразу взять быка за рога, рыцарь полностью снимает одежду сверху, перед этим расцепляя все украшения. Пожалуй, на нем было слишком много лишних красивых аксессуаров. Форма летит к сюртуку и шубе, уже ложась не очень аккуратно, как предыдущая одежда. Рука Рагнвиндра скользит к смуглой груди, нежно ощупывая. Мужчина трогает бусинку сосков, а тело капитана кавалерии знатно напрягается, в ближайшее время рискуя не удержать своего хозяина. Руки у Люка были теплые, Кэйя немного не привык к такому. В отличие от своего партнера, от него всегда веяло холодком, даже в такие моменты. Альберих уже не выдерживая, убирает колено, заставляя бледную руку упасть обратно на диван, и приземляется на колени горе-любовника. –Ноги немного устали, ты ведь не против? – интересуется рыцарь, немного елозя, дабы подобрать более удобную позу. Бармен лишь хмыкает, немного не зная, куда теперь деть руки, поэтому кладёт их на чужие бедра, все ещё прикрытые штанами, полностью обтягивающими стройные ноги. Кэйя лишь усмехается, беря чужую ладонь, снимая перчатки. Проводит пальцем по складкам на руке. Кожа была довольно грубая, но все равно теплая, что и стоило ожидать от владельца двуручного меча. Капитан кавалерии прислоняет ладонь к лицу, легонько потершись об неё щекой, а затем даря невесомый поцелуй каждому пальчику. –У тебя кинк на руки или мне кажется? – произносит бармен, слегка смущаясь от такого обращения. Последним кто так трогал его руки, был его верный меч, – чувство, будто ты вот вот меня съешь. Рыцарь усмехается, завидев для себя такую реакцию немного остроумной. Выдыхает, даря последний поцелуй мизинчику, возвращая руку обратно на свое бедро. –Только на твои. – мурлычет Альберих, слегка поерзав на месте. Решив больше не медлить, мужчина тянется руками к ширинке штанов партнёра, но его на удивление останавливают, от чего Кэйя поднимает удивленный взгляд на Дилюка, повернувшего голову, закрывая лицо красными прядками. –Ты можешь, – Рагнвиндр останавливается, видно слегка смущаясь того, что он собирается сказать, – еще немного растянуть момент. –О-хо-хо! Неужели тебе так нравятся мои ласки, м? – ухмыляется капитан кавалерии, на что получает лишь недовольное бурчание. – Что чтоо? Я тебя не расслышал. –Да нравятся. Доволен? – ворчит бармен, смотря в яркий глаз василькового цвета, что так пристально за ним наблюдал, – ты ведь сам предложил, в этом нет ничего такого. –Я и не осуждаю тебя. Просто услышать такое из твоих уст слаще самого вкусного вина в твоей таверне, – восклицает Альберих, растягивая слова, приведя такое яркое сравнение. Обладатель крио стихии тянется рукой к алым волосам, заплетённым в тугой хвост. Видимо, Дилюк свои волосы совсем не жалеет раз так безжалостно их завязывает. Ловкие пальцы проходятся по прядкам, трогая пышные волосы. Рагнвиндр краем глаза следит за действия прохвоста, одаривая чужое запястье горячим воздухом. Смуглые пальцы поддевают резинку, натягивая ее Люку на руку, чтобы потом не потерять в недрах дивана, и красные волосы, слегка задержавшись в состоянии хвоста, рассыпаются по плечам, ластяясь в чужих руках. Кэйя проводит рукой по чудесной шевелюре. Волосы были мягкие, и явно не соответствовали твердому образу Полуночного Героя. –Каким шампунем ты пользуешься? – интересуется рыцарь, на что получает взгляд, будто говорящий: «Ты сейчас серьезно?» –Портишь атмосферу. – грубо отвечает бармен, слегка сжимая чужое бедро, заставляя мужчину сверху томно выдохнуть. –Понял, понял. Потом спрошу. – усмехается капитан кавалерии, убирая руку от волос, плавно переходя с них на лицо. Ладонь останавливается на чужой щеке слегка поглаживая. Дилюк позволяет себе расслабиться и утонуть в той нежности, которую ему сейчас дарят. Большой палец трогает розоватые губы. Немного покусанные. Альберих разглядывает чужие уста, любуясь тем, как Рагнвиндр позволяет делать с собой такое. Если бы ему вчера сказали, что он завтра сможет потрогать Полуночного героя, он бы сказал, что тот человек сумасшедший. Бармен переводит взгляд на чужую ладонь, переходя с нее на подбородок, губы, повязку, глаз. Рыцарь замечает внимание к себе и отвлекается от чужих уст, посмотрев в ответ. Капитан кавалерии тянется ближе, очень медленно, словно боясь этого действия. Дилюк закусывает губу, и в следующие секунду быстро прислоняется к чужим губам, производя небольшой чмок. Также быстро отстраняется, не веря, что сам сделал такой первый шаг. Кэйя широко открывает глаза от удивления, но времени не теряет. Одна рука перемещается на затылок партнера, а другая так и остаётся на щеке, лишь слегка съезжая вправо. Мужчина моментально целует Рагнвиндра, слегка прижимая к дивану. Этот поцелуй был более грубый, чем предыдущий милый чмок. Руки Люка подымаются на чужую талию, от чего Альберих слегка вздрагивает, ведь как уже и было сказано, ладони у него до жути теплые. Рыцарь целует жадно, не давая минуты отдышаться. Без приглашения вторгается в чужой рот, и на удивление, его там радушно принимают. Дилюк окончательно закрывает глаза, позволяя вбиваться в себя языком. Обладатель пиро глаза бога пытался не отставать от бешеного темпа, и отвечал на поцелуй как мог. По комнате разлетелись звуки причмокивания, и легкого трения одежды, из-за того, что на месте в такой момент было усидеть очень трудно. Все таки воздух стал кончаться и Кэйя отстранился первым, громко выдыхая. Мужчина уткнулся в плечо, возвращая дыхание в нормализованное состояние. Рагнвиндр откинул голову на спинку дивана, сглатывая. Хотелось поцеловать любовника еще раз, но Люк сегодня скуп на первые шаги, поэтому с трудом сдерживает непонятно откуда взявшуюся безграничную любовь к самому прекрасному созданию на земле, сейчас сидящему прямо у него на коленях. Кэйя усмехается, убирая руку с затылка, опираясь на чужие плечи. Бледные ладони все ещё сжимали талию рыцаря, легонько ощупывая пальцами ребра. Альберих подымает голову, заглядывая в искусанные губы, которые он пару секунд назад так жадно целовал. Рыцарь выпрямляется в спине, наклоняя голову в разные стороны, издав тихий звук хруста. Хозяин таверны все еще борется внутри со своими чувствами, смотря куда-то в потолок. Взгляд капитана кавалерии падает вниз на чужие штаны, к которым ему так и не позволили прикоснуться. Он расстёгивает ремень, после чего принимается за пуговицы с молнией. Дилюк очухивается от своих философских мыслей, подымая голову со спинки дивана, направляя взгляд вниз на чужие руки возле паха. Мужчина замечает чужой взгляд, поэтому подымает голову вверх, сталкиваясь с любовником носами. Усмехается и продолжает в таком положении расстёгивать чужие штаны, будто специально тренировался делать это с закрытыми глазами, но зачем, Рагнвиндр спросит позже. Бармен слегка смущается от улыбки своего незваного гостя, поэтому приподняв лицо, чмокает того в нос. Когда они успели с такого холодного обращения и неуместного к контексту флирта перейти к телячьим нежностям? Кто знает. Поняв, что собачка уже дальше не идёт, Кэйя опускает голову вниз, чтобы случайно не сделать больно своему горе любовнику. Взгляд Альбериха цепляется за яркий голубой цвет, бросившийся в глаза. Рыцарь в удивлении поднимает правую бровь. Не может же быть у такого строгого мастера Дилюка голубое нижнее бельё. Чтобы снять брюки приходится привстать, что конечно не остается без возмущенного вздоха. Руки ложатся на бока, и парой последовательных движений штаны скользят вниз по бледным ногам, останавливаясь у обуви. Наконец-то приземлившись обратно на теплые бёдра, Кэйя зациклил свой взгляд на боксерах. Голубые, с ярко-жёлтыми уточками, чей черный глазик и оранжевый милый клювик так и говорили, о добром сердце их носителя. Тихиий смешок вырвался из уст. Хозяин таверны, еще не понимающий в чем дело, смотрит на партнера, пытаясь что-то прочитать в его выражении лица. –Почему ты смеёшься? – спрашивает мужчина, а рыцарь все не унимался, продолжая тихонько хохотать, прикрывая рот ладонью. –Ты сам выбираешь себе бельё, или Аделинда? – Рагнвиндр все ещё не догадываясь в чём обстоит дело, переводит взгляд на свои боксеры, и только сейчас до него доходит что он надевал вчера вечером. Большинство нижнего белья было мокрое, из-за того, что его забыли вовремя постирать, и пришлось выбирать из небольшого списка. Дилюк будто стал большой серой тучей. И умеет же Альберих постоянно портить момент. Бармен слегка с некой злостью пыхтит, что-то бурча под нос, заливаясь небольшим румянцем. –Не каждый день планируешь заниматься любовью с кем-то знаешь ли. – капитан кавалерии ещё немного смеется, после чего вытирает небольшую скатившуюся по щеке слезинку. Выдыхает, пытаясь придти в себя, после чего всё ещё с улыбкой на лице смотрит на покрасневшего мужчину, теперь немного считая себя виноватым. –Да ладно тебе, у меня тоже есть разноцветное нижнеё белье, тебе перечислить? – Рагнвиндр цокает, закатывая глаза. Смотрит на чужие штаны, уже даже не представляя, что рыцарь мог себе купить. –Нет, спасибо. – отрицает мужчина, решив для себя, что обязательно узнает, но попозже, какие сер Кэйя покупал себе боксеры и на какой случай. Ловкие пальцы капитана Ордо Фавониус скользят по бледной ноге, задевая приятный пушок. Ладонь проходится по бедру, поднимаясь выше, останавливаясь у резинки нижнего белья. Дилюк слегка затаивает дыхание, будто боясь вдохнуть, кладя свою руку поверх чужой. Альберих не удивлен, что его снова останаливают, и лишь поднимает взгляд. –Сними свои штаны тоже. – мужчина усмехается от того, как сильно бармен хочет, чтобы они были на равных. Будто боится какого-то подвоха. –Не бойся, Люк, ты ещё успеешь увидеть мой член. Просто дай мне наконец-то подрочить тебе черт побери, – с лёгкой ноткой хрипоты в голосе произносит кавалерист, и бледная рука, расслабляясь, открывает путь к действиям. Кэйя поддевает резинку боксеров пальцами, медленно приспуская белье, чтобы успеть каждый миллиметр запомнить. Пушистые красные волосы на лобке, кожу покрывшуююся мурашками. Рагнвиндр скользит взглядом по чужой руке, сжимая ярко-красную кожу дивана. Рыцарь проводит указательным пальцем от основания члена до самой головки, выбивая из алой копны волос томный вздох. Улыбается сам себе, уже еле усаживаясь на коленках, но чувство, что если он сейчас предложит сменить позу, то окончательно потеряет весь момент. Легонько берет в руку половой орган, двигая рукой вверх вниз на пробу, дабы помочь маленькому другу встать во все оружии. Хозяин таверны уже начинает жалеть, что распустил волосы, ведь они как назло начинают мешаться, прилипая к спине и плечам. Из уст вырывается горячий воздух, заставляя температуру в комнате наколяться, пока рука Кэйи усердно делала свое дело. Казалось бы, Дилюк не подросток, чтобы его заводила любая мелочь, но сейчас вид смуглой руки на своём члене, которая так старательно пыталась сделать приятно, заводила до чертиков. Люк прислонил ладонь ко лбу, убирая мешающие пряди. Глаза сами слегка прикрывались, и мужчина позволил себе расслабится. Альберих был рад, что цель его плана достигнута, и Рагнвиндр весь в его руках, но собственная эрекция в узких штанах не давала покоя. Казалось куда еще хуже? Но с каждым движением руки, вздохи стали появляться не только у аловласого. Рука на члене наращивала темп, быстро скользя, и иногда задевая большим пальцем головку, что не оставалось без внимания её обладателя, из чьих уст в такие моменты вырывались тихие стоны. Дилюку уже успело показаться, что хватит ещё пары движений и стона кавалера, чтобы кончить, пока не заметил чужое лицо. Кэйя был с полуприкрытыми глазами, и своей обычной улыбкой на лице. Хотя нет, улыбка была немного другая. В этот момент резко захотелось поменяться позициями. Надрочить этому парню так, чтобы потом не мог съязвить ни одной шутки. Напряжённая рука наконец отпускает бедный диван, и хозяин таверны тянется к чужому подбородку, заставляя смотреть на себя. Альберих в небольшом недоумении, из-за чего надрачивания по члену слегка замедляются, но ненадолго. Ведь его утягивают в грубый поцелуй. Рагнвиндр целуется хорошо, особенно в таком состоянии. Кэйя не успевает отвечать, лишь открывает рот, позволяя буквально трахать себя языком. Рука лениво ходит по члену, а сам рыцарь издает тихие мычания. Альберих выпрямляет спину, ощущая вторую руку партнера у себя на талии. Мужчина напирает все больше, и в итоге ухватывая рыцаря за запястья валит спиной на диван. Кэйя удивленно хлопает глазами, ощущая скомканую одежду под собой. Рагнвиндр устраивается между чужих бедер, немного стягивая кожаные штаны вниз, чтобы открыть себе доступ к половому органу. Оттягивает резинку нижнего белья, позволяя члену выйти наружу, что сопровождается вздохом нижнего. Хозяин таверны придвигается еще ближе, и оба члена соприкасаются. Берет в руку, начиная надрачивать одновременно обоим. Альберих хватается одной рукой за спинку дивана, пока другая просто свисает вниз, не в силах поднять голову. Теплая рука, двигающаяся по члену, наконец приносила долгожданную разрядку, и мужчина просто прикрыл глаза, вздыхая при каждом толчке. Дилюк ускорял движения, уже не замечая ничего вокруг, желая просто получить оргазм. До такого состояния он редко доходил, хоть правильнее сказать, никогда не доходил. Его так дурманит только Кэйя. Еще пару толчков и Альберих изливается в чужую руку, а вибрация, проходящая по члену, подталкивает и второй орган к разрядке. Семя остается в руке, кое-где попадая на живот. Рыцарь часто дышит, потихоньку расслабляя руку, так сильно сжимающую спинку дивана. Кажется на нем останутся следы от вспотевших пальцев. Рагнвиндр снимает резинку с запястья, завязывая волосы в неаккуратный хвост, чтобы хотя бы временно не мешались. Смотрит на своего кавалера, пока тот находит в себе последние силы подняться, и заглянуть в огненные глаза в ответ. Кажется, бармен еще не устал. Кэйя первый устремляется к губам напротив, затягивая мужчину в очередной поцелуй, обнимая руками. Дилюк кладёт руки на полюбившуюся талию, и они снова падают на диван, но на этот раз в обратную сторону, и кажется, кто-то ударится затылком об подлокотник.

***

–Посмотрите кто пришёл! – слышится звонкий голосок за одним из столиков за таверной, и его обладатель явно Венти. Кэйя, завернув за угол, движется к столику, за которым его уже ждут двое его знакомых. Венти поднимает стакан с вином, тем самым приветствуя друга, пока Розария лишь одаряет своим обычным взглядом. Значит, рада видеть. –Долго ты конечно, мы уже думали уходить, – Альберих присаживается за стол, забирая подготовленный для него бокал с алкоголем, отпивая немного вина. –Месяц выпивки за твой счёт. – монотонным голосом проговаривает монахиня, что рыцарь даже давится напитком, откашливаясь. –Месяц? Мы же на неделю договаривались, – возмущается Кэйя, пока бард посвистывает, сложив ноги одна на другой. –Нам обошлось больших трудов вывести мастера Дилюка из себя знаешь ли, он сказал, что больше вообще нас не впустит! Так что мы жертвы, – саркастично пропевает Венти, ставя пустой стакан на стол с заметным грохотом, – но ладно, так уж и быть, сделаем тебе скидку по старой дружбе. Не месяц, а четыре недели. –Это ведь одно и тоже... – Альберих понимает, что спорить уже бесполезно, и что его кошелек в этом месяце потерпит большие затраты. –За подвиги надо платить. – съязвительно шутит Розария, что для нее довольно странно, и даже кажется улыбается, перекрывая улыбку бутылкой с вином.