Степень доверия

      Однажды ему нахамил один парень. Стивен спешил в госпиталь, чтобы провести очередную очень сложную операцию, как какой-то придурок решил перебежать дорогу прямо перед его Ламборджини. Стрэндж успел, скрипели тормоза, мощная машина с гулом затормозила, оставляя на асфальте полосы от шин. Парень начал орать на Стрэнджа, но тот просто поехал дальше. Через несколько часов именно этого человека привезли в госпиталь — он все же нарвался на машину в попытке перебежать дорогу в неположенном месте. Куча травм, среди которых субдуральная гематома. Думал ли Стрэндж о том, что этот человек знатно полил его грязью, когда входил в операционную? Даже если и думал, то это ему было не так важно, как жизнь этого человека. Даже если это была карма — это не было делом Стрэнджа. Его дело — операция на головном мозге этого хама.       Стивен вспомнил об этой давней истории, когда думал о том, почему Эшли решила помогать Ванде, после того, как ведьма с ней поступила. Она просто была таким человеком. Привыкшим помогать тем, кто нуждался в помощи, и не важно какие отношения у них были до этого. В какой-то степени, такая позиция восхищала Стрэнджа, но с другой — пугала тем, что Эшли могла пострадать в очередной раз, а он не имел права так поступить.       — Ванда будет искать Америку, — в этот раз Эшли начала разговор первой. Она села на ступеньку рядом со Стивеном и шикнула от боли в спине, которая нарастала с каждым часом. Стрэнджу совершенно не нравились эти шиканья, так как он представлял чем они могут обернуться.       — Уже ищет, — тихо ответил маг, уставившись перед собой. Он отследил ее с помощью одного из артефактов, знал, что она хотела проникнуть в лондонский храм, но надежная магическая защита этой святыни, как и остальных, не дала ей этого сделать. Все же Стивен не растерял ни одного своего навыка, — но пока мы тут — вы обе в безопасности, — заверил он, хотя не знал надолго ли это.       — Может хотя-бы попробуем… мой план? — Вудсен тверда в своих намерениях. Возможно, если помочь Чавес сконцентрироваться, то поиски не будут такими долгими, как мы можем предполагать.       Она не хотела чтобы кто-то страдал. Ванда, в ее понимании, заслужила быть счастливой, как и другие люди. И сейчас у них был весьма реальный шанс сделать ее счастливой. Тогда она, возможно, успокоится. Сможет снова стать счастливой и заботливой мамой для своих сыновей.       Стивен шумно выдыхает. Он не считал этот план полным провалом, так как понимал насколько важна тренировка в подобном случае. Возможно, у него получится помочь Америке в столь короткий срок. Да, все это было очень опасно, но если есть мир, в котором два маленьких мальчика потеряли своих родителей и нуждаются в поддержке и заботе, то может в самом деле стоит дать Ванде возможность заботиться о них.       — Ладно, хорошо, мы попробуем, — обещает он, посмотрев на Америку, которая задремала на диванчике, укрытая пледом из бордового бархата, — но сейчас меня больше беспокоит твое состояние. Ты уверена, что в порядке? — осторожно спрашивает Стрэндж, плавно опустив руку на ее спину. Все же магические способности дают некоторое преимущество в диагностике.       — Вы… вы можете убрать руку? — тактично просит Эшли, так как любое, даже самое мягкое и легкое прикосновение доставляло сильнейшую боль. Раньше такого не было.       — Тебе плохо? — его взгляд становится обеспокоенным. В голове практически сразу появляются варианты возможных осложнений травмы Эшли, которые могут проявиться даже спустя столько лет. Вудсен коротко кивает, стиснув зубы, так как боль продолжала нарастать, — мне нужно, чтобы ты приподняла кофту, — вежливо говорит Стрэндж, но она тут же мотает головой, — Эшли, все в порядке. Я ничего не делаю. Просто посмотрю, — обещает он, — но если это то, о чем я думаю — то тебе может понадобится экстренная медицинская помощь.       Он не хочет ее пугать, но это в самом деле самая мягкая формулировка, которую он смог придумать. Операция, которую он проводил итак была отчасти экспериментальной, пару вещей они с Кристиной и во все делали первый раз, так что лучше было перестраховаться. Стивен не мог потерять ее, не мог допустить того, чтобы она снова утратила возможность ходить. Ванда могла проклясть ее, вызвав регресс полученных в ходе магического обучения навыков. Эшли всхлипывает, но все же соглашается приподнять кофту. Стивен хмурится — спина выглядит не очень. По всей длине позвоночника появились синяки. Складывалось впечатление, что она сильно ударилась спиной и это вызвало группу внутренних гематом.       — У тебя были удары спиной? — спрашивает он, едва касаясь спины кончиками пальцев, но Эшли практически кричит от боли. Она резко кивает, вцепившись пальцами в ступеньку. Все ее тело было напряжено, — тебе срочно нужно в больницу, — констатирует он.       — Но я должна… должна помочь, — шепчет Эшли, посмотрев на Стивена. Пока ее спину никто не трогает то боль не чувствуется так остро, хотя она продолжает чувствовать сильный дискомфорт.       Стивен снова хмурится. Он понимает ее желание помочь, ведь это была ее идея, она хочет нести ответственность. Стрэндж прокручивает в голове варианты, которые могли на время купировать болевые приступы, чтобы выиграть хоть немного времени. Он не видел смысла в том, чтобы отговорить ее от участия в предстоящем мероприятии, ведь она упрямая, такая же, как и он. Если даже Стрэндж запрет ее в Санктуме или в больничной палате, Эшли найдет способ сбежать и полезет на рожон, совершенно не думая о последствиях.       — Ладно, — шумно выдыхает он, — используем медикаментозную блокаду через спинномозговой канал. Это поможет на какое-то время, но как только мы закончим — сразу же в больницу, — идея безумная. Ее спина — одна большая гематома и выбрать удачный участок для введения иглы будет не просто. К тому же, сейчас у них далеко не больничная обстановка, так что у него всего один шанс, чтобы не убить ее.       Эшли согласно кивает. Ей плевать, что именно он собирается сделать — она должна быть там, должна дать Ванде шанс. Стивен кивает в сторону одной из комнат, параллельно думая о том, какие препараты из имеющихся могут ей помочь.       — Ты уверена? — еще раз спрашивает Стрэндж, смешивая необходимые препараты. Эшли снова кивает. Она доверяет ему, — я уже говорил о том, что это будет чертовски больно? — Стивен все еще надеется на то, что она передумает и он тут же сдаст ее Палмер или другому, хоть немного квалифицированному врачу.       — Плевать, — она стаскивает с себя толстовку и забирается на стол, который был застелен чистой пеленкой, — просто закончим с этим, хорошо?       Стивен не считал ее безумной. Безумцем был он, ведь согласился на это. Если бы он был тем человеком, который проводил сутки в стенах госпиталя спасая жизни, то никогда бы не пошел на это. Он выбрал бы более безопасный метод, скорее всего — обширное оперативное вмешательство, чтобы нейтрализовать очаги кровотечения. Скорее всего, именно этим он и займется, как только они разберуться с Вандой. Стрэндж отмечает, что Эшли хорошо держится и ему удается ввести необходимые препараты без особых проблем.       — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, помогая ей сесть. Стрэндж обеспокоен ее состоянием. Пока Вудсен лежала, у него был шанс осмотреть ее спину лучше и эти гематомы выглядели очень ужасно. Да, она могла ходить, а значит сам позвоночник, как и спинной мозг в относительном порядке. Но на долго ли?       — Все в порядке, — заверила она, — я справлюсь. Тебе не о чем беспокоится, — кажется, что это чуть ли не первый раз, когда она обратилась к нему на «ты».       Стивен подходит к ней ближе. Она слишком отчаянная. Возможно, это его и привлекает. Кристина бы не пошла на такой риск, она отказалась бы от идеи, но Эшли не она. Стрэндж смотрит на нее с заботой и с беспокойством.       — Как только мы закончим — сразу же в больницу, — еще раз напоминает Стивен, условия их сделки.       — Хорошо, — Эшли натянуто улыбается. Она согласна на любые усилия, лишь бы воплотить свой план в жизнь. Даже если ей станет еще хуже, даже если она снова не сможет ходить, даже если она умрет. Все это будет зря, если Ванда так и останется безумной, помешанной на идее вернуть своих детей. Говорить Стрэнджу о том, что что готова умереть ради своей идеи, Эшли не хотела, так как понимала, что он сочтет ее сумасшедшей. Вместо этого, она воспользовалась тем, что он стоит достаточно близко к ней и обняла его, прижимаясь к Стивену голым торсом, так как не успела натянуть кофту назад.       — Ты очень дорога мне, я не хочу чтобы тебе стало хуже, — с сочувствием произносит Стивен, опустив руки на ее плечи, так как не хотел доставлять лишний дискомфорт. Наклонив голову, Стрэндж касается губами ее макушки, — не дай мне потерять тебя, Эшли.