you're only mine

Неделя без Хенджина для Минхо казалась вечностью. Он никогда не чувствовал себя настолько раздавлено, как в эти дни. Он старался меньше думать о младшем, что получалось у него отвратительно. Несмотря на то, что Феликс обещал ему пару дней подождать, прошло уже немного больше, а зайти к Хвану всё ещё было нельзя. Минхо не может больше сдерживаться, он ждал неделю и дальше сидеть в этой неопределённости совершенно не хочет. Он достает из одного из ящиков не большой листочек и ручку. Поговорить с младшим он не может, но извиниться должен в любом случае, может это поможет Хенджину быстрее прийти в себя. Долго думать не пришлось, слова будто сами нарисовались на бумаге. Ли перечитывает письмо несколько раз, выводит в углу два сердечка и поджимает губы от волнения. По камерам он проверяет, где находятся два их гостя и спит ли сам Хенджин. Было бы слишком глупо врываться к Хвану, пока тот не спит, или при Джисоне. Когда Джисон с Феликсом уже оказываются в кровати, Минхо решает действовать. Он забирает из машины игрушку, которую купил для Хенджина ещё в первый день их разлуки. Руки трясутся от волнения, Ли делает два вдоха и немного успокаивает себя перед входом в комнату. Аккуратно он открывает дверь, пропуская свет из коридора в тёмную комнату. Он неуверенно заходит внутрь и пару минут просто стоит, подавляя в себе желание лечь рядом. Минхо оставляет игрушку на кровати, а письмо кладёт на тумбочку рядом и кидает на парня ещё один взгляд, закусывая нижнюю губу. Он действительно соскучился по Хенджину, но, если тот не готов его видеть, будет слишком неправильно лезть к нему сейчас. Хенджин просыпается около девяти утра, когда подлый солнечный луч проникает сквозь шторы и размещается у него на лице. Он не планировал просыпаться так рано, поэтому ещё минут тридцать возится на кровати и усердно пытается уснуть. Но, когда спрятаться от реальности у него все же не получается, Хенджин открывает глаза и понимает, что лежит лицом к лицу с плюшевым котом, который пристально смотрит своими бездонным чёрными глазами прямо в душу парня. Ничего не понимая, Хенджин садится на кровати и берет в руки это создание, которого раньше здесь определенно не наблюдал. Такие плюшевые коты в этой кровати не обитают, поэтому странно видеть нечто подобное рядом с собой. Несмотря на всю странность ситуации, Хенджин находит игрушку очень даже симпатичной и решает подумать над именем для неё. В это же время он осматривает комнату на наличие еще каких-нибудь странных вещей. Такой вещью оказывается белая бумажка на прикроватной тумбочке, открыв которую и прочитав первые строчки, Хван сразу понимает, от кого она и откуда взялся этот кот. «Хенджин, я знаю, что ты не хочешь видеть меня и тебе нужно время прийти в себя, но я, действительно, соскучился и хочу извиниться за всё, если как-то мог тебя обидеть. А я точно сделал что-то не так, раз всё это произошло. Я хотел бы быть рядом сейчас и извинился бы раньше, хотел сказать тебе эти слова сам, но Феликс не позволил мне этого. Надеюсь, тебе понравится твой новый друг, он не любит слезы, так что обнимай его и поскорее приходи в себя. Пожалуйста, не оставляй меня одного надолго. Прости меня, Джинни. Я люблю тебя и сделаю, всё, чтобы ты меня простил» Хенджин закусывает губу изнутри, не зная, как реагировать на такое письмо. У него внутри все перемешалось. Он так давно не видел Минхо, что теперь ему непривычно даже думать о нем, не то что читать от старшего письма. Ли много раз повторял, как сильно любит его, но почему-то сейчас Хенджин не мог просто пропустить это мимо ушей, как делал раньше. Для него слова старшего перестали быть пустым звуком и неясно почему. Из-за слов Феликса или, может, Хенджин успел соскучиться. Видимо, он уже и забыл, какой Минхо. Его пугает тёплое чувство, которое расползается по всему телу, после прочтения таких искренних и, будто, наполненных болью строк. Несмотря на это, он вновь чувствует себя обязанным даже за такой обычный подарок в виде игрушки. Хотелось лично поблагодарить старшего, а заодно и обсудить с ним это письмо. Хенджин и до этого понимал, что им необходимо поговорить, но каждый раз откладывал эти мысли в дальний ящик, надеясь, что как-нибудь потом будет действовать по обстоятельствам. Вот только тянуть уже некуда, терпение Минхо на исходе и Хенджин это прекрасно понимает. Еще немного, и не он будет контролировать ситуацию. Хенджин еще раз берет в руки кота и внимательно смотрит на него, слегка улыбаясь. Обнимать подарок от Минхо оказалось чуть менее неловко чем самого Минхо, но Хенджин быстро привыкает и следующую ночь уже засыпает вместе с мягким котом под боком. Минхо долго сдерживает себя, чтоб не пройти в комнату к младшему без его разрешения, получить которое он ещё не успел и вряд ли смог бы получить в ближайшее время. Его терпение, к сожалению, не вечно, да и с последнего его визита, когда у Хвана появилась новая игрушка для объятий, прошло уже почти два дня. Минхо знает, что поступает неправильно по отношению к младшему, но всё равно идёт в сторону спальни. Он надеется на крепкий сон Хенджина, ведь испортить всё одним своим действием не хочется, но и держать себя вдали от парня уже нет никаких сил. Тихонько приоткрыв дверь, Минхо входит в комнату и подходит к кровати. Он слегка улыбается, когда видит, что Хван лежит в обнимку с игрушкой. — Джинни, прости меня и за это тоже… — шёпотом говорит Ли и забирается на кровать. Он со спины обнимает младшего, ложась рядом, и прикрывает глаза, чтоб насладиться этими несколькими минутами. Он не хочет делать что-то большее, лишь соскучился по ощущениям, что Хенджин рядом. Минхо слишком привык к этому за время, что они проводили вместе. — Как же я скучаю… Что мне сделать, чтобы ты меня простил… — спрашивает он скорее себя, надеясь, что парень рядом мирно продолжает спать и ничего не слышит. Хенджин долго не мог уснуть, поэтому, когда услышал звук открывабщийся двери, замер и постарался притвориться спящем. Ему не было особого дела, кто посреди ночи решил проверить его, он был слишком загружен собственными мыслями. Но осознавать, кем является этот ночной гость, оказалось куда страшнее, чем он думал. Услышав знакомый голос, Хенджин практически перестаёт дышать. Он, кажется, начинает слышать собственное сердце, которое норовит выпрыгнуть из груди. Минхо ложится рядом, а Хенджин старается не потерять сознание и чувствует, как от страха душа покидает тело. Он никак не ожидал, что старший заявится к нему посреди ночи так еще и с извинениями. Видимо, слова Феликса о том, как мучается Ли, абсолютная правда, потому что голос старшего звучит и правда обречённо и очень уставше. Но на удивление, вопреки своему страху, Хенджин не ощущает сильной опасности, находясь в объятиях Минхо. Он лишь напуган таким внезапным появлением старшего после долгого перерыва. Да и Хван все ещё не знает чего ожидать от Ли. — Отпусти меня домой, хён… — совсем тихо отвечает Хенджин, продолжая лежать с закрытыми глазами и все также не двигаясь. Он говорит это, желая лишь проверить реакцию Минхо. Интересно, какой ответ от него можно получить спустя все эти события. Сам он все еще мечется в своих желаниях. Вернуться домой, к родителям, было бы просто прекрасно. Но вот Хван уже не уверен, что способен оставить Ли навсегда. Определенного дома в Сеуле у него больше нет, он понятия не имеет, что случилось с его последней квартирой, а это место уже не кажется таким угнетающим и опасным. Тяжело осознавать это, но Хенджин принял это как факт. Минхо, кажется, перестаёт дышать, совершенно не ожидая услышать ответ на свои слова. Руки сами медленно убираются от младшего, а Ли садится на кровати. В голове эхом отдаются слова Хенджина, но ответить строго «нет», как он делал это всё время, не получается. Минхо молчит пару минут, осмысливая суть сказанной фразы. — Может… Подумаешь ещё, чего ты хочешь? — голос Ли заметно дрогнул, но четкого отказа не последовало. Старший всё ещё практически не дышит, будто боясь спугнуть Хвана этим. Услышав отрицательный ответ, Минхо нервно выдыхает и опускает голову. Глаза становятся влажными, он вновь замолкает на некоторое время. — Тебе правда так плохо со мной? Я просто… Если ты так этого хочешь… Феликс с Джисоном утром едут в город… Я пойду, прости меня ещё раз, — по голосу старшего становится понятно, что тот вот вот заплачет. Минхо не может спокойно формулировать мысли из-за чего запинается, обрывая предложение одно за другим. Ему одновременно и хочется, чтобы Хенджин его простил и был рядом, и он не видит другого решения этой проблемы. Скорее всего, Хенджина утром здесь уже не будет, он точно не пойдёт в полицию, но и в этот дом по своей воле не вернётся. Минхо снова останется один, и осознание этого бьёт по вискам. Ли выходит за дверь, прислонясь к ней спиной с обратной стороны, и дает волю эмоциям, уже и не стараясь сдерживать слез, но по прежнему не издавая ни звука. Хёнджин не думал, к чему могут привести его слова. Он в немом шоке садится на кровати и смотрит на дверь, за которой только что скрылся старший. До него не сразу доходит, что произошло. Все случилось так внезапно и, кажется, его проверка зашла куда-то не туда. Он впервые слышал, как Минхо плачет. Хенджин был абсолютно уверен в этом, ведь такой голос невозможно подделать. Медленно к Хвану начинает приходить осознание, а вместе с ним и муки совести. Ему становится ужасно от того, что кто-то страдает по его вине. И почему-то факт, что этим человеком является Минхо, только сильнее давит и заставляет жалеть о сказанном. Эта ситуация долго не даёт покоя Хенджину, и засыпает он лишь под утро. Как бы Хенджину ни хотелось уснуть и не проснуться, этому желанию не суждено сбыться. Около десяти его будит Феликс и сообщает ему о том, что на сегодняшний день он остаётся один. То есть наедине с Минхо. Это и радует Хенджина, и пугает одновременно. За эту мучительно долгую ночь он пришёл к выводу, что уже вполне готов к разговору со старшим. Осталось лишь понять, готов ли Минхо к этому разговору. Хван ожидал, что Ли сам придёт к нему, когда Феликс и Джисон наконец-то выйдут за пределы дома, но этого не происходит. Этого не происходит и через час, и через два после ухода ребят. Тянуть время дальше становится уже невозможно. Совесть пожирает Хенджина изнутри, и именно она подталкивает его выйти из комнаты и направиться к обители Минхо. Хенджин почти бесшумно подходит к кабинету Минхо и замирает у самой двери. Не так просто решиться на серьёзный разговор. Особенно после вчерашнего. У него буквально трясутся коленки. Хенджин не хотел так сильно ранить старшего, и он уж точно не ожидал, что тот заплачет. Хвану иногда казалось, что старший робот, имеющий лишь ограниченное количество эмоций. Однако это оказалось не так и теперь Хенджин в ступоре. Сделав глубокий решительный вдох, Хван стучится в дверь и приоткрывает её так, что видно лишь половину его лица. Вся эта напускная решительность мигом испаряется, и Хёнджина хватает лишь на то, чтобы на половину зайти в кабинет и топтаться у двери. — Хён, я… вчера. То есть сегодня... Ты так быстро ушёл, я даже не успел объясниться.,— Хенджин запинается и пытается вспомнить хоть что-то из заготовленного, из того, что так хотел сказать. Но все слова как назло вылетели из головы. Минхо поднимает взгляд, когда слышит голос Хёнджина. Это кажется совсем нереальным, он точно сходит с ума, потому что младший хотел уйти, он, определённо, должен был уйти утром вместе с его друзьями. Первая была мысль, что это галлюцинации от недосыпа или количества выпитого кофе, но всё слишком реально. — Боже. Прости меня, я не хотел делать тебе больно, правда. Это было так глупо. Ты, наверное, сейчас злишься на меня. Я понимаю, ты имеешь на это полное право, я ведь тебя обманул и... но я... Я в общем-то не ушёл. Вот, — Хенджин быстро тараторит, опустив взгляд и подняв его только на последнем слове, и полностью заходит в кабинет. Лишь сейчас он замечает жуткий беспорядок, который совсем не присущ чистоплотному Минхо. Хван хмурится, когда чувствует запах сигарет. Он не знал, что Ли курит. Да и в целом вся обстановка говорит о том, что Минхо, как и его кабинет, в ужасном состоянии. Хенджин вновь пугливо опускает взгляд, когда сталкивается глазами со старшим, и молча ждёт от него какого-то ответа. Минхо дослушивает Хëнджина, но осознание его слов приходит лишь через минуту шока. — Ты… Я ведь позволил тебе уйти. Почему ты остался? Ты же хотел этого с самого начала, — глаза старшего вновь слезятся, и он опускает взгляд, чтобы Хван этого не видел. — Ты должен был уйти, но остался, я не понимаю. Ты решил поиздеваться напоследок или правда не хочешь уходить? — внутри Минхо только что поселилась надежда на то, что Хван останется с ним по его воле, а не потому что Ли его посадил на цепь. Не дождавшись ответа на заданный вопрос, Минхо встаёт со своего места и подходит чуть ближе к Хвану. Хёнджин окидывает испуганным взглядом старшего, когда тот поднимается со своего места и идёт к нему. Это было слишком внезапно, Хван не ожидал. Он делает шаг назад, практически упираясь спиной в стену, и хочет что-то ответить, но не успевает. — Джинни. Пожалуйста. Не оставляй меня, скажи, что ты не уйдёшь вообще. Прости меня за всё то, что я сделал за это время: за похищение, и за ту комнату, и за те несколько дней, за всё. Я не смогу без тебя, Джинни… Я вчера допустил возможность твоего ухода, но, прошу… — Минхо не договаривает, берёт младшего за руки и опускается на колени. — Я очень сожалею, что тебе пришлось страдать из-за меня, прости, прости, прости! Я больше не буду, только не уходи… Видеть Минхо, да и в принципе кого угодно на коленях перед собой оказалось слишком неловкое и даже шокирующее зрелище. Пару секунд Хенджин не может прийти в себя и только смотрит на старшего, изумленно хлопая глазами. У него даже слова все перепутались, из-за чего не получается из себя выдавить ни фразы. Это и не удивительно, не каждый день перед ним стоят на коленях и вымаливают прощение. — Хён, зачем ты так, — Хёнджину кажется, что это слишком жестоко по отношению к нему. Какое железное сердце он должен иметь, чтобы спокойно смотреть на это… Хван на дрожащих коленках опускается на пол. Так, чтобы они с Минхо были на одном уровне. — Я же здесь, хён. Я не ушёл. Смотри, я совсем рядом. — у Хенджина дрожит голос. Он отпускает руки старшего и берет его лицо в ладони, смотря прямо в глаза Минхо. Он сам изо всех сил старается не заплакать, замечая тёмные круги под глазами Ли и его усталый, замученный взгляд. — Звучит безумно, но я долго думал и правда решил остаться. Может нам всё-таки стоит попробовать? Хён, если бы я не простил тебя, меня бы здесь сейчас не было, — Хенджин гладит Минхо по голове, продолжая смотреть в его мокрые от слез глаза. — Я подожду тебя в комнате, если не будешь спорить, может даже заслужишь обнимашки, — тихо говорит Хван на ушко Минхо, будто это какой-то секрет, и старается улыбнуться. Ему хочется чем-то порадовать Ли и хоть немного улучшить его состояние. — Иди пока умойся, я никуда не исчезну. Минхо поднимается на ноги и послушно идёт в ванную, чтобы выполнить поручение младшего. Чтобы хоть немного взбодриться и прийти в себя, он решает принять душ и только под струями воды понимает, что только что произошло. Он бьёт себя по голове, но старается быстрее успокоиться, чтобы Хван не видел его в таком состоянии. Синяки под глазами, конечно, ему не скрыть, но хотя бы смыть слезы и извиниться, что допустил такое, он может. Минхо стучится в комнату и медленно приоткрывает дверь, заглядывая туда лишь просунув голову. — Джинни, извини за то, что было несколько минут назад. Ты не должен был видеть меня в таком состоянии, такого больше не повторится, — Минхо опускает голову и выглядит очень виноватым, хотя по факту ничего не произошло, он не решается отойти от двери. Лишь после разрешения подойти к Хенджину он делает пару шагов и садится на кровати. — Ты правда простил меня за всю херню, которую я сделал по отношению к тебе? Я не понимаю, почему ты не ушёл, как только выпал шанс это сделать. Ты ведь боишься меня, и всё это время только хотел уйти. А сейчас ты здесь и даже предлагаешь объятия. Я спятил, а ты моя галлюцинация, да? — Ты, определенно, спятил, но не думаю, что я галлюцинация. Если хочешь, можешь даже потрогать меня, я достаточно реален, — слегка улыбаясь, Хенджин берет руку старшего и кладёт себе на плечо, чтобы тот убедился в его реальности. Хван садится поближе к Минхо и тянет его на себя, чтобы он не ютился на краю, как какой-то бедный родственник. Все же он заслужил объятия. Хенджин немного неловко обнимает старшего и кладёт голову на его плечо. В душе ему ужасно неловко и даже немного тревожно, но конечно же вслух Хенджин ни за что не скажет этого. — Тебе не за что извиняться, хён. Я же все понимаю и не собираюсь осуждать за это. Эмоции нельзя держать в себе, ты ведь не робот какой-то. Если честно, это именно то, о чем я хотел поговорить с тобой, — Хенджин замолкает ненадолго, чтобы обдумать то, что хочет сказать. Ему сложно даются эти серьёзные разговоры, поэтому он действует скорее интуитивно. — Я много размышлял, и дело в том, что за всё время моего пребывания здесь я не узнал тебя ни на грамм больше, чем тот же Феликс, который знает тебя неделю. Это сильно расстраивает меня. Ты не открываешься мне, хотя хочешь, чтобы я доверился, но для меня ты всё ещё загадка. Как же ты не понимаешь? Я не могу каким-то чудом испытать симпатию к человеку, который не показывает мне себя настоящего, который скрывается за маской. Помнишь, когда мы ехали в машине, ты рассказывал, какая музыка тебе нравится? Мне очень запомнился этот момент, ты тогда говорил искренне, не пытался соврать или показаться лучше в моих глазах. От тебя это было неожиданно. Я бы хотел чтобы такого было больше. Чтобы ты прямо говорил, что тебе нравится, а что не нравится, чтобы показывал свой настоящий характер, каким бы ужасным он ни был, чтобы ты был человеком, а не, как я уже сказал, идеальным роботом. Просто будь собой. Я не ушел, потому что захотел поговорить с тобой, подумал, что ты можешь измениться. Не хочу тебе врать, на самом деле я все ещё сомневаюсь в своём решении остаться, но, может, у тебя получится сделать так, чтобы я больше не думал об этом. Всё в твоих руках, хён. — Ты понимаешь… Феликс. Он если и исчезнет из моей жизни, мне будет всё равно, а тебя терять я не хочу. Не хочу тебя спугнуть или вызвать отвращение из-за своего характера. Феликс мне никто, и им же останется, хотя, вроде как, его можно назвать другом, — последнее слово выходит слишком неуверенным и непривычным для Минхо. — Он сам говорит, что мы друзья. Я всегда говорю тебе правду, и ты знаешь обо мне достаточно, чтобы не разочароваться. Я никогда не врал тебе и не буду врать, — Минхо утыкается носом в шею младшего и старается не заплакать снова, вдыхая его естественный запах. Ему не совсем понятно, чего хочет младший, ведь, по его словам, ему нужно узнать плохие стороны Минхо, чтоб остаться, но это бессмысленно. — Я просто не хочу, чтобы ты уходил. Я сделаю всё, чтобы ты был счастлив со мной, но если я расскажу и покажу тебе всё, ты сразу захочешь уйти. — Опять ты меня не слышишь… Ты не понимаешь, чего я от тебя хочу. Я буду счастлив, если ты перестанешь так думать о себе и своём характере. Ты пытаешься быть самым лучшим для меня, но выходит наоборот, — Хван начинает раздражаться из-за того, что старший снова пропускает его слова мимо ушей и остаётся при своём неправильном мнении. — Думаю, обнимашек на сегодня достаточно, — Хенджин делает недовольное лицо и выбирается из объятий Минхо, отсаживаясь от него к изголовью кровати и вместо парня обнимая плюшевого кота. Он, как и Ли, скучал по тактильному контакту и сейчас, когда находился в его объятиях, действительно, наслаждался их теплотой, но Минхо снова его расстроил. Из-за этого желание доказать старшему свою точку зрения сильнее желания обниматься. — Мне недостаточно того, что я уже знаю. Разве ты не понимаешь? Я хочу, чтобы мы стали ближе. А для этого я должен знать о тебе намного больше чем знаю сейчас. Если ты хочешь, чтобы у нас что-то получилось, тебе придётся начать доверять мне, — Хенджин уже не знает, как донести до Ли свою мысль. Он устал повторять одно и то же в очередной раз и все равно оставаться неуслышанным. — Я не привык отворачиваться от людей из-за каких-то плохих черт их характера или странных фактов из их биографии. В человеке всегда есть и хорошее, и плохое, это нормально. Исключительно чёрное и белое бывает только в фильмах про супергероев. Мне не нужен идеальный, пойми уже… — Но я просто не хочу повторять то, что уже было… Не хочу допускать прошлых ошибок, — даже упоминание прошлого даётся Ли сложнее, чем при разговоре с Феликсом. — Какие ошибки ты имеешь ввиду? Если это как-то связано с твоим прошлыми отношениями, я буду рад послушать. Ты прекрасно знаешь о моем бывшем, а я о твоём нет. Это не честно, — Хенджин цепляется за слова Минхо, понимая, что, как всегда, во всем виноват неудачный опыт в прошлом. Может, это откровение станет отправной точкой их сближения… — Если расскажешь мне, я позволю тебе уже сегодня лечь спать со мной на одну кровать. Можешь даже обнимать меня всю ночь, — у Хвана не получается сказать это, смотря на старшего, поэтому он прячется за плюшевым котом и почему-то смущается собственных слов. — Джинни, — Минхо хотел возразить и утаить историю своих прошлых отношений от младшего, но так он лишь сильнее отдалит от себя Хвана. Он вновь опускает взгляд и выглядит слишком неуверенно для него. — А мы можем дальше обниматься сейчас? Мне так не хватало тебя… — получив согласие, Минхо садится ближе к Хвану и обнимает его. Так намного спокойнее, нет ощущения, что Хенджин прямо сейчас рассыпется, исчезнет или уйдет. Только вот с чего начать рассказ он совершенно не знает. — Мои прошлые отношения… Его зовут Кихëн, познакомились мы ещё в школе, чуть позже начали отношения, которые длились четыре с половиной года. Это были мои первые и единственные отношения до тебя. Всё шло хорошо, пока однажды после работы я не нашёл записку, в которой было расписано, что во мне не так. Единственное, что его держало рядом со мной это деньги, и сейчас он нашёл мужика получше. Меня променяли на другого. Из-за некоторых недостатков выбросили как ненужную игрушку? Я, правда, его любил, давал ему всё, что ему нужно, доверял, а получилось так. Я не хочу сказать, что ты похож на него, и не сравниваю ни в коем случае, я просто… Я боюсь, что разочарую тебя, и ты уйдёшь точно также. Сегодня ночью, как только ко мне пришло осознание, что тебя уже не будет здесь на утро, я не мог сосредоточиться ни на чем. Я думал, что просто всё опять испортил, — Минхо сильно нервничает и, кажется, его сердцебиение может слышать даже Хенджин. Он прикрывает глаза и лишь сильнее прижимает младшего к себе, пытаясь контролировать себя. — Зачем тебе нужна была эта информация? Истории о моём прошлом это самое паршивое, что только может быть. — Не правда, твоё прошлое это очень важная часть тебя, нет причин скрывать его, тем более от меня, — Хенджин садится удобнее. Выслушивать извинения Хван уже устал. — Я уже говорил: мне хочется узнать тебя. Нет ничего страшного в том, что теперь я узнал немного из твоего прошлого, я не стал относиться к тебе хуже и не разочаровался в тебе. Я рад, что ты рассказал мне это. Но не говори, что ты не сравниваешь меня с этим твоим Кихёном. Может ты этого не осознаешь, но твои действия говорят сами за себя. Ты боишься, что я поступлю так же, поэтому хочешь казаться идеальным, контролируешь меня, даже к лучшему другу ревнуешь, — Хенджин смотрит на Ли, чувствуя как тот жмется ближе, и нежно стирает слезинки с его лица. Ему ужасно больно видеть Минхо в таком состоянии, но это то, что сейчас необходимо старшему. Он слишком долго держал все в себе, да и не будь Ли так разбит, вряд ли Хвану бы удалось вытянуть из него хоть какую-то информацию. — Он не мой. Давно не мой и моим никогда не будет. А мне этого и не надо. Я давно отпустил те чувства, у меня есть только ты, — Минхо не хочет слышать о Кихене ничего, он не знает даже жив ли он, в этом просто нет необходимости. Это просто человек из прошлого, который оставил после себя много боли и комплексов. — Мы можем закончить на этом разговор? Я не думаю, что тебе нужно знать что-то большее. По крайней мере сейчас. — Минхо устраивается поудобнее в объятиях младшего, оказываясь уже в лежачем положении. — Я думаю, мне нужно знать всё о тебе. И как видишь, я всё ещё остаюсь здесь. Нет ничего плохого в том, чтобы открываться мне. И мы ещё вернёмся к этому позже, — Минхо не слушает слова Хвана до конца. Он слышал лишь первое предложение. За всё это время он практически не спал, поэтому объятия парня и удобная кровать действуют на него как лучшее снотворное. Хенджин гладит старшего по волосам, когда замечает, что тот его не слушает, и слегка улыбается. За эту неделю он впервые чувствует себя спокойно. Никто бы и подумать не мог, что так будет рядом с Ли. Позже ему придётся убедить Джисона в том, что это было его желание, и им с Феликсом можно уехать, но это потом.