Глава 11.
7 ноября 2017 г., 23:52
Я медленно разлепляю свои глаза и замечаю, что лежу не на своей кровати и даже не в своей комнате, а на диване в гостиной. В голове бегали тысяча мыслей. Снова закрыв глаза, я попыталась «на свежую голову» проанализировать все, что произошло за последние несколько часов. Я поворачиваю голову и замечаю рядом мило спящего Амира.
Внезапно, я поняла одну очень важную вещь. Вчерашний вечер был самым лучшим в моей жизни. Этот вечер я провела в кругу самых любимых и близких людей. Внезапно в дверь кто-то постучал и, сонно потирая глаза, еще не до конца проснувшаяся, я пошла открывать. Кто в утро Нового года может придти? Проходя мимо зеркала, я увидела свое отражение и испугалась саму себя. Сонное лицо, на голове настоящий хаос… чего не скажешь о комнате. То же самое творится и с гостиной. Но не обращая на это все внимание, я повернула ключ в замочной скважине и открыла дверь. Это была мама:
— О, Господи, Зара! Ты что, еще не проснулась? — Мама удивленно смотрит на меня, — подай мне зонтик, он в шкафу, — Я открываю шкаф, достаю черный зонт и протягиваю ей, — спасибо, детка. И да, дома приберись, посуду помой и приготовь ужин. Хотя, ужин можешь не готовить… — Мама как-то странно смотрит на меня, как будто разговаривала с ребенком. Я сразу же заметила это по ее тону… Такое чувство, будто я снова вернулась на полгода ранее, — пока, дорогая, — она одарила меня своей фирменной улыбкой, которой завидовала половина Сан-Франциско и в спешке села в поджидающее ее такси.
— Пока, — прошептала я и, закрыв дверь, шумно выдохнула. Я повернулась, чтобы подняться в свою комнату и привести себя в порядок, как наткнулась на кого-то. И этот кто-то оказался Амир.
— Доброе утро, — улыбается он.
— Доброе, — отвечаю я. Он все так же внимательно смотрел на меня. Я подняла голову и взглянула на парня. Я заметила в его глазах капельку грусти, которую он тщательно старается скрыть от меня. Я хочу узнать правду, но я уверена, что он мне ничего не расскажет, поэтому спрашивать смысла нет, — Мама оставила уборку дома на меня, — грустно отозвалась я.
— Я помогу тебе.
— Правда? — усмехнулась я, внезапно представив его со шваброй в руке и ведром.
— Что? — спросил Амир.
— Если бы Мелани и Али только видели тебя со шваброй в руке… — Я не договорила, залившись своим заразительным смехом.
— В таком случае, мне лучше уйти, — сказал он, все еще смеясь.
— Ты обещал мне помочь, — возмутилась я и, взяв валяющуюся на полу подушку, кинула ему в лицо. Но он все равно смеялся, кинув подушку куда-то в угол, — ну ладно, я лучше пойду приведу себя в порядок, — говорю я и поднимаюсь.
— Я буду на кухне, — сказал он, провожая взглядом мой исчезающий силуэт.
Приняв горячий и расслабляющий душ, одевшись и приведя себя в порядок, я спустилась и отправилась на кухню. То, что я там увидела, удивило меня, и я застыла в дверях, наблюдая за тем, как Амир готовит. Завершив готовку, он обернулся и увидел с улыбкой поглядывающую на него меня.
— Ты готовишь? — спросила я, удивленно улыбаясь.
— В последний раз я готовил индейку в тысяча девятьсот девяностом году, — улыбнулся он в ответ, — я тогда пообещал подменить Делю в ресторане и денек поработал в место нее поваром. А это блюдо я приготовил для тети Анджелы.
— Очень интересно… что еще я о тебе не знаю?
— Твой завтрак на столе, — сказал он проигнорировав мой вопрос.
Я повернула голову и, увидев на столе пачку с кровью, мое состояние медленно начало меняться. Сердце бешено колотилось, глаза уже кроме крови ничего не видели, а мой разум будто покинул меня. Я подошла к столу и, взяв пачку с донорской кровью, которую неизвестно откуда достал Амир, потому что запасы в холодильнике закончились, залпом выпила. Мне стало хорошо. Очень хорошо… Я стала чувствовать себя лучше и энергичней, чем несколько минут назад.
— Легче? — слышу голос Амира, доносящийся из кухни.
— Легче… — шепчу я пытаясь привести дыхание в норму. Я оглядываюсь вокруг и понимаю, что пора бы уже прибраться.
Я отмываю стол от липкого пятна от сока. Протирая стол, я заметила телефон. Он не мамин и не Амира. Видимо его вчера забыла Мелани или Али. Я положила его на рядом стоящую тумбочку, которую я протерла несколько минут назад, и снова принялась протирать стол. Повернув голову вправо, увидела, что Амир с пола убирает фантики от конфет, которые вчера съела Мелани. Какая же она сладкоежка! Не может прожить и день без двух вещей - это конфеты и крепкое кофе.
— Я убью Мелани, — сказал Амир и выпрямился, — как можно было съесть столько конфет? И куда вообще идет все то, что она съедает?
— В мозг, — усмехнулась я.
Достаточно долго мы еще убирались в гостиной, затем я поднялась на второй этаж. Теперь осталась только кухня. Я взяла в руки ведро с тряпками, швабру и пошла в ванную. Я спускаюсь вниз и замечаю Амира на кухне, протирающего бокалы. Я медленно провела взглядом по всему помещению, а затем посмотрела на брюнета.
— Молодец, — говорю я.
Закончив протирать бокалы, он подошел ко мне с тарелками. Немного посмотрев на меня, он поставил посуду на стол, и мы начали расставлять все на свои места. Я снова посмотрела на Амира. У меня голове всплыли фото и досье Эммы Харрис Уайт. Я довольно часто думала о ней и думала о том, чтобы все рассказать Амиру, но я так и не решилась. Он не разрешит мне докопаться до истины.
Тарелки мы ставили аккуратно и тихо, поэтому в полной тишине мы слышали лишь наше дыхание. Внезапно я вспомнила нашу с ним первую встречу и даже не заметила, как начала улыбаться, глядя в пол.
— Чему улыбаешься? — голос Амира вернул меня на землю из размышлений. Я резко подняла голову и внезапно врезалась в парня, который обернулся ко мне. Интересно, это какой раз за сегодня я врезаюсь в него?
— Да так… — Я продолжала улыбаться, — Задумалась.
— Мы закончили, — сказал он и положил последнюю вымытую тарелку на полку. Я выдыхаю и кидаю полотенце на стол.
— Мама будет довольна.
Внезапно в дверь кто-то постучал, и я побежала открывать. Спиной ко мне стоял приятель Мелани и брат Амира — Али. Я узнала его по густым черным волосам, но сделала вид, что не узнала.
— Чем могу помочь? — спросила я как можно милым голосом. Тот сразу же обернулся.
— Привет. Вчера я у тебя оставил свой мобильный. Он должен быть на столе.
— Да-да, я нашла его. Сейчас… — Я возвращаюсь в гостиную и на тумбочке замечаю его телефон, — держи, — я протягиваю ему телефон. Он натянул на себя милую улыбку и, взяв телефон, опустил глаза.
— Эм… Амир… он здесь? — спросил он.
— Да. Проходи. Он внутри.
— Нет… я лучше пойду, — Не успела я моргнуть, как его передо мной не оказалось. Вот ко всему почти привыкла, а вот к внезапному исчезновению привыкнуть все еще не могу. Весь в брата! Я закрыла дверь и, вернувшись к брюнету на кухню, встретилась взглядом с ним. Казалось, он улыбался победной улыбкой. О чем он на этот раз думает?
— Это был Али, — сказала я.
— Знаю, — ответил он все еще улыбаясь, — он хочет поговорить со мной.
— Откуда ты знаешь?
— Он мой брат. Я его знаю в тысячу раз лучше, чем он сам себя.
— Так позвони ему и пригласи к нам, — предложила я.
— Я обязательно приглашу, — с ноткой веселья произнес он, — Но не сейчас…
***
Перед моими глазами появляется вспышка. Яркое солнце светит в глаза. Издалека слышу знакомый женский голос. Я оборачиваюсь и вижу большой двухэтажный и довольно красивый домик. Я делаю несколько шагов и вижу, как навстречу мне идет до боли знакомая девушка. На ней белоснежное шелковое платье. Блестящие длинные волосы, ветер сдувает по сторонам, придавая ей еще более изысканности. Я вглядываюсь и понимаю, что это Эмма. Она улыбается заразительной лучезарной улыбкой. Она подходит ко мне и протягивает руки, а я моментально тяну к ней свои, и наши руки почти соприкоснулись, но внезапно я почувствовала, что меня кто-то хватает за талию и тянет назад. На лице девушки я больше не вижу радости. В них теперь виднелась страх, боль, ненависть, злость… — Нет! — кричит она и падает на колени, — Я ее мать! — Я словно уже переживала этот момент раньше, — Зара! Я открываю глаза и привстаю. Я осматриваюсь вокруг и замечаю, что все еще ночь. Голова невыносимо болит. Такое ощущение, что я выпила три бутылки виски. Что же это такое? Я снова вижу сон, и снова он про Эмму Харрис Уайт. Кто же эта Эмма? С меня достаточно, пора узнать правду! Утро. На часах половина девятого. Я оставила маме записку о том, что я ушла с друзьями гулять, а сама поехала в тот самый особняк. И, так как я знала дорогу, мне было не трудно дойти до пункта назначения. В саду не было ни души, наверное все внутри. Своими трясущимися руками я повернула ручек и открыла дверь, с опаской выглядывая в коридор. Никого нет. Медленными, но уверенными шагами, я вошла внутрь. Издалека услышав грубый мужской голос, я сначала растерялась, но заметив рядом дверь, не задумываясь, вошла туда и прикрыла дверь, чтобы меня не заметили. — Вызовите врача ей! Я устал от ее криков! — Хорошо, босс! — Несчастная женщина… Зачем он только держит ее здесь? Я бы давно убил ее. Голоса отдаляются и я спокойно выдыхаю. Открываю дверь, никого нет, значит можно выйти. Я поднимаюсь по лестнице вверх и оказываюсь в длинном и узком, при этом плохо освещенном коридоре, где множество дверей. «Что же делать? Куда дальше идти?» — думала я, пока не услышала нежный женский голос. Откуда он издавался, я не имею понятия, и чтобы узнать, решаюсь открыть все двери по очереди. Первая комната — это рабочий кабинет. Вторая была спальня в пастельных тонах, с огромной кроватью, украшенной множеством подушек. Третья комната была заперта. Я открыла четвертую дверь, и в нос ударил до боли знакомый мне запах, и сразу же по всему телу пробежались мурашки. В комнате было темно, шторы были задернуты, и почти ничего не было видно. Я слышу еле слышный стон и он из этой комнаты. Я вхожу в комнату, рукой провожу по стене, пытаясь нащупать включатель, но его почему-то не нахожу. Решив не обращать на темноту внимание, я сделала несколько шагов и оказалась по середине комнаты. Снова слышу глухой стон, но на этот раз, я точно знаю откуда он издается. На большой двухместной кровати спиной ко мне сидит худой силуэт. Она расчесывает волосы и смотрит на пустую стену, как на картину. Я подхожу ближе, дотрагиваюсь до ее плеча и в этот момент меня будто ударяет током, и мое тело немеет. Я чувствую, что еле стою на ногах, но изо всех сил стараюсь побороть это состояние. Ее голова медленно поворачивается, и я вижу неотчетливое лицо незнакомки. — Верните дочь… — прошептала она, — верните дочь… верните дочь… — Я глотаю ком в горле. Это тот самый голос. Голос из моего сна, — Верните дочь… — Кто Ваша дочь? — спрашиваю я. — Верните дочь… Верните дочь… — повторяет она. «Бесполезно» — подумала я. Что бы я у нее не спрашивала, она не ответит мне. Я чувствую, как она накрывает мою руку своей. Настала тишина. Мои глаза уже привыкли к темноте, и теперь я могу увидеть больше. Она подносит мою правую руку к своей щеке, затем целует и гладит своей рукой. — Холодная… — шепчет она, — холодно тебе. — Кто Вы? Как Вас зовут? — спрашиваю я. В ответ слышу лишь молчание, — Вас зовут Эмма Харрис Уайт? — Ты… — Она отпустила мою руку и медленно встала с кровати. Теперь мы с ней были лицом к лицу. Она невысокая, чуть выше меня. Я заметила, что она подходит ко мне. Я отхожу назад, пока не натыкаюсь на стенку. Женщина поворачивается к справа стоящему шкафу и, открыв его, что-то достает. Я могу заметить на ее лице легкую улыбку, которая сразу же сползает. Она поворачивается ко мне и протягивает мне что-то прямоугольное, похожее на шкатулку. — Что это? — спрашиваю я. — Возьми, — говорит она. Я беру ее у нее и подношу к груди, — запомни… два, пять, ноль, восемь, один, девять, девять, шесть. — Что это значит? — Уходи… — Пожалуйста, скажите хотя бы как Вас зовут? — Уходи! Слышу мужской голос и шаги, доносящиеся из первого этажа. Чтобы не попасться, я выбегаю, захожу в комнату напротив и закрываю за собой дверь. Это еще одна спальня. Сколько же их в этом особняке? Шаги усиливаются с каждой секундой, и вот они уже здесь. Слышу хлопок двери напротив, значит зашли в комнату к ней. Я подхожу к окну и немного раздвигаю шторы, чтобы лучи солнца осветили комнату, и я смогла посмотреть на предмет, который мне дала женщина. Это, как я предполагала, оказалась небольшая коричневая шкатулка. Внутри лежат несколько предметов бижутерии, одно очень красивое нежное кольцо с маленьким бриллиантом и несколько черно-белых фотографий. На одном из фото изображена маленькая пятнадцатилетняя девочка, на второй, фото той же Эммы, около двухэтажного дома. Совпадение или нет, не знаю, но этот дом тоже из моего вчерашнего сна. Теперь я уверена в том, что эта женщина — Эмма Харрис Уайт. А вот на третьей фотографии изображен тот, кого я действительно не ожидала увидеть. — Папа? — Я сглатываю ком в горле. Что делает фотография моего отца у Эммы? Что сама Эмма тут делает? И что значат эти цифры? Вопросы снова льются как водопад на голову. Я поворачиваю фото отца, но с обратной стороны ничего не написано. А вот на четвертой фотографии была изображена Эмма в свадебном платье. Я заметила, что правая часть фотографии разорвана. Кажется, это сделала она. Но почему? Из комнаты Эммы доносятся ее же крики, и в течении нескольких секунд они внезапно прекращаются. Открывается дверь, и я снова слышу шаги, которые постепенно исчезают. Я засовываю фотографии и кольцо с бриллиантом в карман джинсов. Шкатулку закрываю и подношу ближе к груди, чтобы он не упал. Открываю дверь и, убедившись, что никого нет, выхожу, за собой закрывая дверь. Почти на цыпочках, медленными шагами, спускаюсь по лестнице и оказываюсь на первом этаже. Входная дверь открыта, значит, в саду кто-то есть. И я была права, так как услышала шаги. Я бегом прячусь за округленной стеной и, затаив дыхание, жду, когда они исчезнут. — Большой папа сказал, чтобы мы отправили ему ту девчонку. — У нее какая сила? — Читать мысли… будьте осторожны с ней. Голоса наконец-то исчезли. Спокойно выдохнув, я вышла из своего «убежища», но оказывается, я сделала ошибку и попалась. Передо мной стоит Дерек собственной персоной. Высокий и мускулистый мужчина в черной футболке. На его лице я не вижу никаких эмоций. Ни удивление, ни злости, совсем ничего. — Так-так-так… кажется, у нас гости, — На его лице тоже нет ни капли эмоций. Сердце снова забилось в сверхбыстром ритме, и мне становится очень страшно. Я подорвалась со своего места и быстро выбежала из этого несчастного особняка. Я бежала и даже не оборачивалась, но все напрасно. Ворота были закрыты и выйти я не смогла.
