Завядший

Геральт проснулся утром от толки трав Мириной на кухне. Он обнаружил себя сидящего на скамье у кровати с бардом. Ведьмак быстро мазнул грузной ладонью по лбу — гораздо холоднее, чем вчера — и поднялся на ноги с хрустом спины. Мирина посмотрела на него исподлобья, высыпая в чашу травы. — Что это? — Геральт скептично посмотрел в посудину. — Лекарство. — но вы уже дали. Мирина посмотрела за его спину, слегка хмуря брови. — я всё-таки, сделаю ещё. — с ним точно всё в порядке? — Он скрестил руки на груди, грозно щурясь. Травница слабо хихикнула на это под нос. — я склоняюсь к тому, что он будет громко и много кашлять. А ведь он бард, я права, милсдарь? Ведьмак уклончиво хмыкнул. — и как же звать барда? — Лютик. Мирина охнула, кладя руки на грудь. — не тот ли самый? Ведьмак вновь уклончиво хмыкнул. — и почему же такой ведьмак как Вы, пасёте такого барда как он? Не надоедает? Геральт невозмутимо молчал и Мирина хмыкнула. — а что насчёт оплаты? — женщина слабо улыбнулась, помешивая лекарство. — Есть работа? — есть. К старосте иди. Дом его у харчевни нашей. Давай-давай, я барда не трону. Геральт недоверчиво посмотрел сначала на неё, а потом на спящего Лютика поодаль и снова уклончиво хмыкнул. — Ладно, — и стал подходить к сложенным у стены мечам и сумке. Женщина улыбнулась, отворачиваясь к миске. Ведьмак же ушёл, тихо прикрыв подгнивающую ветхую дверь избы. Что ж, недостаточно тихо, ведь со стороны кровати послышалось бормотание. Мирина выдохнула и повернулась на звук. — А Геральт, собственно, где? — послышалось вязкое и сиплое от Барда, который удивлённо смотрел на женщину перед ним.