Storgí sto Passíone

"Учтя золотой опыт, я делаю выбор".

***

Фуго никогда не сталкивался с ощущением "чуда" в своей жизни. Он никогда не чувствовал, будто происходящим руководили высшие силы. Однако сейчас, в коридоре знакомого ресторана, прямо перед поворотом в комнату, где обычно собиралась банда, всё казалось ему частью выдуманного сюжета. Тело было тяжёлым; ноги, напротив, словно ватные, совсем не держали; сердце его быстро билось. Сомкнув губы в тонкую полоску, Паннакотта взволнованно сглотнул. На его плечо мягко опустилась чужая рука. Фуго повернул голову к Джорно, на встречу с которым несколько дней назад он шёл, не зная, чего ожидать, с точно так же колотящимся сердцем и кровью, застывающей в жилах. Хотя самый очевидный — и самый страшный — ответ быстро приходил в голову, Фуго не хотелось даже предполагать, для чего другим мафиози было приказано разыскать его и доставить к "новому боссу".

***

В абсолютном неведении он тогда перешагнул порог кабинета. Окна закрывали плотные шторы. Джованна сидел за столом в большом кожаном кресле, облачённый теперь в костюм чёрного цвета. Лицо его, освещённое лампой, было серьёзно. В самом тёмном углу, около шкафа, стоял Буччеллати.       "Значит, они справились..." — окончательно утвердилось в голове Фуго.       — Присядь, — глазами Джорно указал на стул, стоящий по другую сторону стола. Паннакотта молча повиновался. Он был, пожалуй, достаточно умён, чтобы поспешно не высказывать лишнего. Однако Джорно сам задал вопрос:       — Фуго, ты знаешь, почему я позвал тебя? Тот молчал с полминуты, опустив взгляд.       — Вы убьёте меня? Почти ничего вопросительного не звучало в этой фразе, словно парень уже самостоятельно вынес себе приговор. Но в ответ он услышал лишь то, как открылся ящик стола, а после — звук пробки, покидающей горлышко бутылки. Паннакотта в недоумении поднял глаза.       — Ты сделал правильный выбор, Фуго, — с твёрдым спокойствием заговорил Джорно, заполняя бокалы багровым нектаром. — Ты умеешь здраво оценивать ситуацию и риски, взвешенно принимать решения. Я ценю это, — он подвинул один бокал в сторону собеседника, с лица которого не сходило удивление; Фуго, кажется, вовсе перестал дышать. — И я ценю то, через что мы прошли вместе. Я бы не хотел с тобой прощаться...       — Я буду только рад работать на вас! — не выдержав, с предыханием выпалил Фуго. Губы Джорно растянула добрая улыбка. Он тихо выдохнул через нос.       — Несмотря на благоразумие, тебе не достаёт решимости... Впрочем, послушай, мне хватит Буччеллати и Мисты под рукой, — Паннакотта невольно посмотрел на Бруно, который с участием поднял вверх ладонь и тоже улыбнулся. — Аббаккио пожелал остаться рядом с Буччеллати.       — Но что я тогда могу сделать? Джорно неторопливо сделал глоток.       — Есть задача, с которой именно ты справишься лучше всех. Видишь ли... — он секундно переглянулся с Бруно. — Мы приняли решение менять Италию через мафию, и это наш выбор. Но Триш была втянута в это случайно. Она имеет право на обычную, спокойную жизнь. Буччеллати настоял на том же в отношении Наранчи, хотя он долго отпирался.       — И...? — исступление уже почти сошло на нет во взгляде Фуго.       — Им нужна защита, — со всей своей серьёзностью Джованна посмотрел на Фуго исподлобья. — Уверен, ты понимаешь, почему. И кроме того, это лицо должно пользоваться исключительным доверием, — сердце собеседника на мгновение замерло. — Ты, как никто другой, сможешь оградить их от опасности, верно? Фуго молчал какое-то время, не в силах ответить. Но наконец сощурил глаза, улыбнувшись.       — Да, Босс.

***

И сейчас поддерживающее прикосновение этого человека даровало необходимую уверенность. Фуго решительно вошёл в комнату и — замер. Он не смог сделать больше ни шага. За столом сидели, как раньше, Наранча, Миста и Аббаккио, теперь в компании Триш. Они, кажется, говорили до этого, но Гигра громко вскричал, подорвавшись со стула, стоило гостю появиться:       — Охренеть! Фуго! Наконец-то!       — Привет, — радостно хохотнув, подключился Гвидо.       — А ну, иди сюда! — Наранча во мгновение ока оказался рядом, навалившись на плечо товарища, как вдруг — ударил его прямо в бок кулаком, рассмеявшись. — Как тебе такое, а?! Отойдя, он начал что-то быстро болботать.       — И станд Джорно сделал что-то просто, блин, невероятное! Да мы сами не поняли, что! Но это точно было охренительно! Фуго, ты не представляешь... — Наранча недоумённо замолк, обернувшись. — Эй... Эй, ты чего, братан? Я же вроде не сильно ударил. Я ж в шутку. Тихий всхлип прозвучал вместо ответа от Фуго, стискивающего изо всех сил зубы и сжимающего кулаки, пока по щекам катились слёзы. В груди у него никогда так не щемило. Его аметистовый взгляд был переполнен отчаянным счастьем спасения от неминуемого. Именно оно выплёскивалось сейчас наружу солёными каплями. Фуго так и не сказал ни слова. Он только схватил вдруг Наранчу, крепко прижимая к себе и шмыгая носом.       — Я думал... Никогда не увижу... — сдавленно шептал он сквозь слёзы. К ним подошёл Миста, положив на спину Фуго руку.       — Ну-ну, братан, полегче. Джорно, стоящий в дверном проёме, сдержанно улыбался. Он прикрыл глаза, с облегчением выдыхая, а спустя пару секунд тихо скользнул в коридор, решив оставить старых друзей наедине за эмоциями, которые и при великом желании никогда не поддадутся даже самой сильной воле.