Говорящий с призраками

      В общем, началось мое приключение с очередной просмотренной Питом «документалки». Одной из тех, где на суровую реальность пытаются натянуть всякие мистические штуки. И довольно-таки успешно — не считая Пита, кто-то же любит эти фильмы. Впрочем, неважно. Важно то, что вдохновленный историей, он подбил всю нашу компанию на поездку по Аляске, до заброшенного шахтерского городка Кенникот: полюбоваться сохранившейся четырнадцатиэтажной деревянной мельницей, а заодно проникнуться местной атмосферой. Думаю, в преддверии Хэллоуина не самый худший вариант; а может, и получше, чем нарядиться зомби-клоуном для очередного пати харда и попытаться склеить одну из веселых медсестричек Пирамидоголового. Однако, с каждой оставленной позади милей, я все больше и больше жалел, что согласился на эту авантюру, потому что путь от Портленда был неблизкий, а когда большую его часть приходилось тесниться вчетвером на заднем сиденье... окей, если уж совсем придираться, то втроем, четвертый — золотистый ретривер по имени Джек, вольготно развалившийся на наших коленях... то даже озвученная вначале Питом идея проехаться в кузове пикапа казалась не такой уж и безумной. Но приближалась моя очередь пересесть за руль, и поэтому я стойко терпел мохнатого друга, уткнувшегося влажным носом в ладонь. Не то чтобы Джек мешал, но иногда его было слишком много.       Не буду говорить, что пересечение границы с Аляской, помимо прохождения контрольного пункта, сразу стало заметным; просто потихоньку вдоль дороги вырос хвойный лес, став густым, сплоченным, более диким, вызывающим смутное беспокойство... не хотелось бы оказаться в таком лесу в одиночестве... А может, все дело было в надвигающихся сумерках или усталости, или всего вместе, но атмосферой я проникся. Спасибо, Пит! Первая остановка намечалась в Ток и пришлась очень вовремя: немного разгрузиться, залить бак и переночевать, благо мотелей хватало. Пит направил в тот, что был подальше от трассы — отдельно стоящие деревянные домики среди высоких елей — если и проникаться атмосферой, то по полной. Остального сюда не подвезли: на пару-тройку дней прикольно, потом наверняка нескончаемый день сурка для местных, разбавляемый дальнобойщиками и туристами. Хорошо, что мы из последних и уже завтра отсюда свалим. А пока можно размяться после долгого сидения, и заодно выгулять собаку.       — Я с Эммой, Сарой и Джошем. А ты, друг, отдельно с Джеком, — прервал Пит мои хрустящие по гравию шаги, вкладывая в ладонь ключ от домика.       — Вообще-то, это твоя собака, которая почему-то большую часть времени тусит со мной, — я не мог не поплеваться ядом, «радуясь» такому распределению.       — Пользуйся, пока есть возможность.       Увы, иногда Пит был просто невыносим, предпочитая не замечать доставляемых неудобств в угоду собственным желаниям. А я слишком дорожил нашей дружбой, чтобы бунтовать, поэтому мне осталось только скрежетать зубами, направляясь к своей временной обители. Зато Джек радовался за двоих и скакал вокруг, изредка бодая широким лбом под коленку. Что ж, ночь обещала быть веселой, но на удивление, я отлично выспался. Вот что значит широкая двуспальная кровать и мягкая подушка под головой, а не плечо друга. Даже Джек, храпевший рядом всю ночь, не испортил отдых. Как и разбудивший меня ни свет ни заря громкий звук клаксона. Но тут, вообще, возмущаться бессмысленно, я не диснеевская принцесса, чтобы просыпаться под пение птиц, хотя удивительно, вроде место тихое, и Джек ухом не повел, продолжая дрыхнуть. Непорядок.       — Слышь, мужик, ты живой? Пора вставать.       Торчать над растворимым кофе не под теплым одеялом не хотелось, поэтому мы пошли от противного: вышли с Джеком на прогулку. Свежо, немного морозно, красиво — самое-то, чтобы окончательно проснуться, бездумно проникаясь атмосферой теперь уже при свете зарождающегося дня. Правда, далеко проникнуться не получилось, потому как из-за деревьев появился Он. Повел ушами, не сводя с меня глаз. И сказал:       — Гав.       На вас когда-нибудь гавкал олень? На меня никогда до этого времени.       — Ты серьезно? — Если бы из леса на меня вышел кто помощнее и побольше, да обгавкал в придачу, может, я бы и испугался. Но сейчас было и смешно, и удивительно. Я никогда не видел оленя вживую, причем так близко, что мог рассмотреть шерсть на рогах. Шерсть на рогах. Я никогда не видел шерсть на рогах. Я никогда не видел гавкающих оленей. Да я и подумать о таком не мог. Это вам не единорог для юной девственницы. И слава Богу! Не хотелось бы хранить невинность до двадцати трех лет, чтобы увидеть гавкающего оленя.       — Ав... ав... Гав, — заволновался тот. Он не стоял на месте, но и не уходил, явно защищая кого-то. Чтобы не смущать больше животное, я отступил, утаскивая с собой тихо рычащего Джека.       А у домика ждал еще один сюрприз.       — Поехали, — вяло махал рукой Пит с пассажирского сиденья. Остальные расположились сзади. Собранные и готовые ко всему (я надеюсь), несмотря на то, что выглядели не лучшим образом. Наверняка, вместо того чтобы отсыпаться, отрывались всю ночь по полной. А значит, до следующей ночевки я за рулем. Что я могу сказать?! Круто.       — Я встретил оленя.       — Молодец. Владелец держит здесь парочку домашних, — совсем не удивился Пит.       — Он не был похож на домашнего.— Можно подумать, я разбираюсь в оленях, но почему-то мне казалось, что домашний вел бы себя спокойнее. Хотя кто знает.       — Значит пришел к подружке. Поехали.       — Умираешь, как хочешь нормальный кофе?       — Типа того, — скривился Пит. — Поехали.       Воодушевленный столь необычным утром... во всех смыслах... я рванул как мог по грунтовой дороге. И даже не обматерил вылезшего передо мной из-за деревьев мотоциклиста. Место, видать, такое... на оленей богатое.       — Недалеко стоянка для мотоциклов, — пояснил Пит. — Если хочешь, можно заехать и посмотреть.       Кажется, здесь было повеселее, чем казалось на первый взгляд. Но мне уже не терпелось отправиться дальше. По шоссе, вдоль густо стоящих стройных елок, до первого ближайшего среди них просвета, где спряталась от дорожной суеты небольшая кофейня. С друзьями я не пошел. Больше всего мне хотелось сейчас выкурить сигарету, подумать немножко, посмотреть как просыпается мир. Как тает под набирающими силу солнечными лучами настоявшийся за ночь холод. Почувствовать...       — Привет. Сигаретой не угостишь? — Пока я дымил, закрыв глаза и наслаждаясь непередаваемым ощущением утренней свежести напополам с табачным дымом, ко мне подвалил невесть откуда взявшийся мужик. Примечательный не только своим появлением, но и внешностью. Можно сказать, он был красив. Но не той рафинированной красотой сверкающих белозубой улыбкой суперменов. О, нет, дело было в чем-то другом. В глазах, светящихся изнутри живым огнем? В общем образе, притягивающим внимание и даже источающим опасность? Типичный плохой парень, на первый взгляд... а вот на второй... было что-то не желающее укладываться в это определение. Я достал недавно открытую пачку. — А зажигалки не найдется?       Найдется. Я отдал ему и зажигалку.       — Виктор, — он протянул руку, источая добродушие, но глаза... мне даже стало не по себе.       — Майкл. — Но стоило только пожать протянутую руку, как напряжение в его взгляде ушло, растворившись в искренней улыбке.       — Мне пора, — он подмигнул и как-то резко завернул за припаркованный рядом трейлер, откуда, взревев мощным двигателем, вырулил на мотоцикле. Остановился, прокричав: — Еще увидимся. — И был таков.       Да это тот олень, которого я встретил ранее — узнал его по мотоциклу — и который только что увез мою зажигалку и мою пачку сигарет. Черт! Какие-то странные здесь люди. И олени. Гавкающие. Видимо, я недоспал. Рациональное мышление взяло верх, как и всегда. И никакие приближающиеся Хэллоуины не могли убедить меня в сверхъестественном. Даже если сейчас из кафе вышла парочка зомби... Ко мне приближались друзья... Хотя нет, в зомби я все же поверю.       — Едем? — уточнил я на всякий случай, слишком измученно они выглядели.       — Едем, — сверкнул глазами Пит, мгновенно оживая. — Вперед, навстречу приключениям. Ты за рулем.       Да кто бы сомневался...       Дорога. Но уже без спешки. Сидящий рядом Пит извернулся, чтобы более-менее нормально видеть друзей и комментировать происходящее сзади. Сара дурачилась: держа в правой руке мячик, дразнила Джека, который в свою очередь, старался этот мячик отобрать. Джош, которому больше всего доставалась от этой возни, лишь лениво отмахивался, когда Джек пытался вовлечь и его в игру, шутливо прикусывая за плечо. Несмотря на столь шумное соседство, Эмма умудрялась причесываться, и ей почти удалось завязать свой любимый хвостик сверху, как особо рьяно прыгнув за мячом, Джек выбил расческу из ее рук. Джош охнул. А завладевший мячом Джек, скаканул к Питу.       Все разом заголосили: Эмма и Джош возмущенно, Сара и Пит восторженно. А я молчал, только сейчас осознав, как это здорово — ехать с друзьями. Смеясь, наблюдать спереди за этой возней в зеркале заднего вида, или самому тесниться вчетвером сзади; вернее, втроем, держа на коленях развалившегося Джека. И ехать, ехать бесконечно...       В никуда...       — Здесь где-то озеро должно быть, — встрепенулся Пит, обнимая довольного, улыбающегося во всю пасть, Джека. — Давайте сделаем остановку.       Никто возражать не стал. И под руководством друзей, сверявшихся с картой, я съехал с дороги. По лесной тропинке озеро нашлось быстро — блестело темно-серой гладью за деревьями. И, прихватив пару теплых одеял, мы направились к нему. В отличие от ребят, я не стал подходить к самому берегу, и поплотнее запахнув куртку, присел у огромного камня. Почему-то мне хотелось посмотреть на них со стороны. На то, как радостные Пит, Эмма, Сара и Джош носятся вдоль берега, пытаясь поймать то ли друг друга, то ли Джека, пытающегося куснуть каждого...       Очнулся от щелканья зажигалки. Щелк-щелк... Щелк-щелк...       Видимо, я устал сильнее, чем думал, раз уснул, привалившись к холодному камню. Хорошо хоть сразу догадался постелить под задницу одеяло. На втором сидели друзья. У самого берега. Тихо сидели, словно чего-то ждали... Например, когда загорятся сложенные в костер ветки...       Щелк-щелк... Щелк-щелк...       — Хреновая у тебя зажигалка. — Я промолчал. Обычная зажигалка, купленная на заправке. — Не хочет работать.       — Зачем тогда брал?       — Чтобы помочь тебе разжечь костер.       Сгоняя остатки сна, я вытер лицо, глаза. Уже темнело. И костер был как нельзя кстати. Но почему Виктор? И как он нас нашел? Следил? Все это начинало нехило так напрягать. И этот странный тип, и щелканье несчастной зажигалки, и молчание ребят...       В ладонь уткнулся мокрый нос. И я вздрогнул.       Джек. Хоть кто-то определенный. Осязаемый...       Я прижал к себе Джека, зарываясь дрожащими руками в мягкую шерсть. В детстве у меня была любимая игрушка. Белый медведь по имени Тедди. Ничего экстраординарного, необычного и супер выдающегося. Не все мальчики любят машинки и солдатиков. А я Тедди любил настолько сильно, что таскал с собой повсюду. И Питу как-то это надоело. Он решил его у меня отобрать. Не знаю, что он дальше с ним собирался делать. Наверняка, он и сам не знал, ведь это было на эмоциях. А я свое просто так не собирался отдавать. Разгорелась схватка, каждый пытался перетянуть игрушку на себя... Мы тогда чуть не рассорились насмерть. Решающую роль в том, чтобы простить Пита, сыграло то, что он сам испугался, когда у Тедди лопнул, не выдержав, шов, и из бока полезли поролоновые внутренности. И как мы ни пытались засунуть их обратно, они лезли и лезли...       Тедди спасла мама. Она зашила бок, предварительно собрав весь его богатый внутренний мир обратно. И все стало как прежде. И с Питом мы помирились...       А сейчас я чувствовал себя тем самым медведем, только вместо поролона наружу лезли воспоминания. И как ни старайся, как ни пытайся засунуть их обратно, они все лезли и лезли...       Потому что эту дыру не заделать ничем.       Хоть я и пытался.       Жалобно вздохнул Джек, укладывая голову на мои колени. Ты прав, друг. Я погладил лобастую голову. Пришло время.       Кажущийся зловещим в свете костра Виктор кивнул, словно в подтверждение моих мыслей. Уложил поближе к огню упавшую на край костра ветку, и поднялся. Подойдя, протянул зажигалку.       — Отпусти их, Майкл.       Да... Я водил пальцем по шероховатому корпусу, временами цепляя колесико. Обычная дешевая зажигалка с заправки. Знал, что просто тяну время, но все равно крутил в руках эту несчастную зажигалку. Начинать тяжело. Надеюсь, потом станет легче.       Первой я кинул в огонь расческу, вернее то, что от нее осталось — обгоревшую деревянную ручку. Эмма поднялась с одеяла. Улыбнулась мне, поравнявшись, и зашла в воду. От Джоша и Сары сохранилась лента с мгновенными фото, которые они сделали в кабинке незадолго до катастрофы. Я провел большим пальцем по счастливым лицам. Все время вместе. Всегда. И сейчас не исключение. А Пит... Он положил руку мне на плечо и, ободряюще сжав, успокоил:       — Я все понимаю. — И я не удержался, притянув друга к себе. Застыл так, держа его в объятиях... хоть в последний раз... пока рядом не заволновался Джек, толкая лбом ноги. Пит похлопал меня по спине. — Пора.       Потрепал Джека по голове и спустился, растворяясь в озере. А я остался сидеть на берегу и смотреть на догорающий костер, глотая горькие слезы. Сидеть до полного понимания — я остался один.       В ладонь уткнулся мокрый нос, напоминая о себе. Разве это один?..       Не решившись ехать ночью по лесу, переночевал на заднем сиденье в обнимку с одеялами и теплым Джеком. В путь отправились рано. Вот только далеко уехать не успели. У дороги стоял черный мотоцикл.       Я остановил пикап.       — Не хочешь прокатиться со мной? — похлопал по рулю Виктор. — Позавтракать где-нибудь?       — А Джек? — Выпалил даже не подумав. Я что серьезно сейчас? Серьезно рассматриваю предложение этого странного типа?       — Посадим спереди. — Виктор пожал плечом. — Делов-то. Тем более ехать недолго.       Джек оживился. Уставился на меня выжидающе, вывалив розовый язык. Вот ведь любитель еды и приключений.       Я огляделся растерянно. А чего терять?! Отогнул солнцезащитный козырек и вытащил из кармашка фотокарточку с улыбающимися лицами друзей.       — Поехали.