Doorway

ГЛАВА ШЕСТАЯ

СОЖАЛЕНИЯ

Библиотека, центральная часть. Неизвестное время.

Библиотека в этом проклятом отеле - огромное просторное помещение с весьма привлекательной для любого ценителя книг архитектурой. Это место походило на кладезь знаний, где абсолютно каждый желающий мог в свободном доступе найти подходящую для себя книгу. Теплая, слегка тускловатая атмосфера поддерживала в библиотеке несколько зловещую атмосферу, а тени, откидываемые книжными полками, создавали жуткие образы. Этим местом владела та самая Госпожа, которую так назвала Раш незадолго до собственной гибели. Впрочем, женщина управляла всем отелем, так что библиотекаршей её точно язык не повернется назвать. Госпожа представляла собой весьма высокую женщину чуть больше тридцати лет с милым, притягивающим как магнит личиком. У неё до ужаса добрые, материнские глаза с приподнятыми под углом бровями и непринужденной улыбкой. При одном лишь взгляде на Госпожу создавалось приятное ощущение, вызывающее почти молниеносное доверие к ней. Женщина заплетала свои длинные кроваво-красные волосы в одну неровную косу, которая лежала у неё на плече, оставляя две выступающие пряди и челку чуть ниже бровей на свободе. В отличии от всех своих подчиненных, Фигура надевала всё тот же молочно-белый свитер с высоким воротником и накидывала поверх черный пиджачок, нося на ногах точно такие же брюки и коричневые сапожки с двумя застежками сверху. Как настоящая аристократка, Госпожа имела на руках чистые беленькие перчаточки, которые кажется никогда не снимала. Фигура умиротворенно сидела считай в своём главном офисе, усевшись на удобное кожаное кресло и уложив локти на стол, подписывая какие-то бумаги. На протяжении всего выполнения работы Госпожа что-то подпевала себе под нос, даже не открывая рот, будто бы это помогало ей в процессе дела. Кажется, не было чего-то такого, что могло пойти не так, как думала она. Но, к-сожалению, Фигура очень сильно ошибалась. Вдруг раздался негромкий скрип дверьми, вызвавший у матери заинтересованный взгляд, вынудивший её отвлечься от бесконечной макулатуры. Она услышала стремительный цокот каблуков, который становился всё ближе и ближе, прежде чем носящая их девушка не вышла изо высоченной книжной полки. Это Айз, её секретарша и по совместительству правая рука. Айз выглядела как зрелая девушка где-то двадцати пяти лет, у которой лохматые спутанные тёмно-синие волосы и гигантские мешки под глазами от постоянного недосыпа. Что уж там, работа не будет ждать, когда она выспится, потому подчиненная Госпожи смирно выполняет поручения и тратит на них даже больше времени, чем кто-либо другой. Нося на лице очки в круглой оправе, Айз также одета официальнее, чем сама Фигура: белая рубашка, красный галстук, черные пиджак, брюки и каблуки. Проще говоря, настоящая секретарша-трудоголик, обожающая выпить кружку горячего кофе и выполнить все задания к концу дня, невзирая на усталость. — Что приключилось, Айз? На тебе лица нет, – обеспокоенно, но всё с таким же спокойным лицом спросила Фигура, видя скорейшее приближение подчиненной в её сторону. — Госпожа! Госпожа! – быстрыми шагами подошла она, запыхавшись и придерживая под подмышкой планшет с какими-то документами. – Случилось неладное! — Что же, Айз? — Этот человек… этот человек, он, – секретарша не могла договорить то ли из-за невозможности вдохнуть полные легкие, то ли из-за страха, волной окутавший правую руку. — Тише-тише, успокойся, – мило произнесла Фигура, всё также всматриваясь в лицо Айз. – Вдохни полной грудью и расскажи, что такого могло случиться? Что этот человек сделал? — Он… он… он убил Раш, Госпожа, – наконец ответила она, еле захватывая кислород ртом. Сердце Фигуры пропустило удар, неровно екнув и вызвав у неё частицу страха. Буквально вся Госпожа покрылась долей скептицизма и сомнения насчёт слов своей секретарши, которая, впрочем, никогда не лгала ей и всегда была честна. Босс не отобразила никакой реакции на её слова, лишь опустив взгляд и задумавшись насчёт паренька, что смог сотворить такое с её сотрудницей. Подобное происшествие первое на её памяти, ранее такого никогда ещё не случалось, потому женщина так сильно заинтересовалась казалось бы очередной жертвой загадочного заведения. Наконец всем привычная рутинная работа приобретает несколько грандиозные и интригующие краски, похоже грядет нечто великое за всю историю отеля. Фигура за маской спокойного лица широко улыбнулась, желая встретить столь загадочного и по всей видимости сильного посетителя вживую, не через рассказы её секретарши. Пока что он единственный, кто смог вызвать интерес у Госпожи, а это значит одно… ему стоит быть вдвойне осторожным. — Не переживай на этот счёт, дорогая. Могу тебя заверить, с нашей подругой Раш всё будет в порядке, какой-то жалкий человечишка не мог ей навредить, – Фигура одарила Айз доброжелательной улыбкой. – Можешь спокойно возвращаться к своим делам, коих у тебя предостаточно. Я обещаю, что позабочусь о Раш и о нашем новом посетителе. Секретарша нервно кивнула, чувствуя несколько будоражащий настрой своего Босса, которую буквально переполняло желание поиграться с новоприбывшим пареньком. В отличии от убитой подчиненной Фигура не источала желания повеселиться с жертвой перед её убийством, отнюдь, она предпочитала честную и достойную смерть. Но кажется тут объявился какой-то червь, решивший, что ему всё дозволено и потому он лишил жизни её сотрудницу. Фигура такого терпеть не собиралась, потому теперь она начнет вести активное наблюдение за Захари, что не сулит ничего хорошего. Айз, всё также придерживая под подмышкой планшет с бумагами, устремилась прочь из загадочной библиотеки, искренне боясь Госпожу в таком состоянии. Лучше будет, если секретарша оставит босса наедине с её мыслями и более не будет мешаться под ногами, пока не появятся свежие новости. — Захари Гизмо… интересно, какой же ты на самом деле? – прошептала Фигура самой себе. – Раз уж ты действительно сумел ранить Раш, значит ты не такой уж и хиляк, как многие, кто попадал сюда. Жду не дождусь нашей встречи, мальчишка, ведь на ней я разорву тебя на кусочки. Кажется, сейчас Захари по-настоящему влип в неприятности.

***

Больница, палата Захари. Два года тому назад.

День за днём, минута за минутой. Время тянулось неимоверно долго, словно Захари суждено провести в больнице вечность. Он много что успел уже сделать: досчитать до тысячи, осмотреть всё своё окружение или просто обдумать тот или иной вопрос. Скучно вздыхая, Гизмо надеялся, что нудный процесс восстановления пройдет как можно скорее и его наконец выпишут. Вскоре дверь палаты отворилась и в помещение неспешными клацающими шагами зашёл врач, держащий в руках планшет и щёлкающую ручку в кармашке лабораторного халата. Доктор Хиллари часто посещал пациента, причём каждый раз был одинаков и цикличен, будто Захари попал в день Сурка. Он просто спрашивал отлеживающегося парня о самочувствии, приходящих воспоминаниях или что-то в этом роде. Проще говоря, врач старался выявить общее состояние своеобразного клиента. — Приветствую вас, мистер Гизмо, – томно произнес тот, подходя ближе и усаживаясь на мягкую сидушку стоящего поблизости стула. – Как ваше самочувствие? — Приемлемо, – сухо ответил парень, упираясь взглядом в потолок. – Доктор Хиллари, можно задать вам один вопрос? — Конечно. Что вас беспокоит? — Меня уже которые сутки терзает вопрос: как я здесь оказался? – увидев непонимающий взор лечащего врача, Захари принялся объясняться. – Я имею ввиду… что со мной произошло, что я попал сюда? — Так вы об этом, – Доктор Хиллари вздохнул, плавно моргнув и сжав планшет в руках покрепче прежнего. – Как бы сказать... Если говорить напрямую: вы стали жертвой жутчайшего ДТП, произошедшего накануне. Камеры видеонаблюдения указали на то, что вы тогда ехали вместе с вашей сестрой по Бэйкон-Стрит и тогда же изо угла выскочил пьяный водитель грузовика, который врезался в боковую часть вашего автомобиля, – увидев некоторый шок на лице пациента, врач тут же выставил перед собой руки, заговорив более нервно. – Но вы ведь живы, я думаю это главное. Хоть вы и потеряли в этой аварии ногу, зато остались живы! — А что насчёт моей сестры? – вдруг задал он вполне резонный вопрос. — Насчёт вашей сестры, хм, – доктор задумался на мгновение, замолчав. – С ней всё в порядке, правда она сейчас находится в совершенно другой палате. Не переживайте, в скором времени вы сможете увидеться и поговорить друг с другом. — Вот оно что, – вздохнул Захари, пока на его лице появлялась слабая улыбка. – Хорошо, что с ней ничего серьезного. Теперь моя душа спокойна. Когда наконец удалось покончить с нудным разговором врача и его советами, Гизмо смог обдумать всё вышесказанное. Кажется, что с каждым днём паззл всё больше выстраивается в цельную картину: парень вот-вот получит столь нужные ответы на все свои вопросы и наконец утихомирит жажду недосказанности. Правда его нога… Захари словно не замечал её отсутствие, ведь он не особо-то и двигался на протяжении всего времени. Возможно препараты, которые вводят в пациента не позволяют ему впасть в панику, ведь он чувствует себя как-то слабо и одновременно с этим умиротворенно. Одно понятно точно, это ДТП перевернет его жизнь с ног на голову и прежнего бытия уже не будет. Однако он всё ещё жив, а это главное. А раз он жив, значит сможет продолжать бороться с поставленными преградами.

***

Комната «0018», северное крыло. Неизвестное время

Глаза принялись потихоньку разлепляться, прежде чем Захари почувствовал необъяснимую горечь во рту. Упирая руки в пол, выживший слегка поднялся и осмотревшись убедился, что он находится в весьма безопасном месте. В коридоре этого отеля, а не в той комнате, где ему предстояло совершить немыслимое. Перейдя в сидячее положение, Гизмо прижался спиной к деревянной стене и склонил голову вниз, переполняясь мыслями и вопросами. Значит он когда-то попал в жуткое ДТП вместе со своей сестрой и ему чудом удалось уцелеть, правда вот одно тут не складывалось точно. Его нога. Доктор Хиллари произнес шокирующие слова: «Хоть вы и потеряли ногу», причем он сказал это столь просто, будто это тоже самое, что выкинуть мусор. Возможно врач думал, что Захари уже обнаружил отсутствие конечности, а возможно мужчина попросту не отличается умом среди своих коллег. — Нога… но она же у меня есть, – парень не смыкал взгляда с нижней конечности, после чего тут же приподнял штанину и оглядел её со всех сторон. – Не протез, это точно. Тогда что это всё значит? Вдруг в голове появилась одна не шибко весёлая, даже можно сказать горькая теория насчёт смерти Гизмо. Что, если он каким-то образом погиб и теперь оказался здесь, на другой стороне? Запустив руку в светлые волосы, он почувствовал табун мурашек, разбушевавшийся на спине. Кажется, всё сейчас так странно и непонятно, а ответы он получает маленькими порциями. И то, они ни на что не наводят. Были и мысли насчёт затянувшегося кошмара, правда есть одно но: всё слишком реально. Если это простой сон, то почему Захари чувствует всё иначе? Боль воспринимается как боль, а наслаждение как наслаждение. Как и подобает настоящему миру. Гизмо прекрасно понял одно: он не получит ответы, пока не найдет выход из злосчастного отеля. Иначе никак, другого пути из запутанного клубка тайн не отыскать. — Я в глубокой заднице, – откинув голову назад, с усмешкой произнес он. В этой усмешке не было ничего веселого. Скорее наоборот, он чувствовал не стихающую боль и горькость внутри себя. Захари также вспомнил про ту самую сестру, до которой ему кажется и вовсе не было никакого дела. Вероятно она сейчас рыскает в его поисках, вероятно она и вовсе положила на брата большой болт. Говоря честно, парню не до этого. В данный момент времени ему необходимо думать о собственном благополучии, нежели задумываться насчёт кого-то иного, даже если это родной человек. Томно вздохнув, Захари уложил руки на стену и попытался подняться вверх, дабы продолжить путешествие по проклятому отелю, как вдруг он почувствовал острое жжение у себя в груди. Схватившись за область сердца и стиснув зубы, парень издал протяжный хрип и тихо рухнул на колени, ведь ноги не могли его удержать. Раш. Это имя прозвучало столь оглушительно громко в его голове, что уши и вовсе заложило. Картина её горящего тела и нечеловеческих криков застыла перед лицом выжившего, отчего ему ещё сильнее поплохело. Парень почувствовал, как к горлу подступает противная смесь поглощенной еды и кислотного, раздражающего внутренние стенки желудочного сока. Бросившись на пол и встав на четвереньки, из его рта в то же мгновение водопадом выстрелила мерзкая масса, павшая на пол и оставляющая на ковре отвратительного вида след. Живот начал словно сдавливаться, а грудь адски гореть, пока Захари сильно рвало вниз от жуткого воспоминания. Прекратилось это лишь через пару секунд, когда Гизмо наконец перестал блевать на пол, либо же внутри него попросту всё закончилось и уже было нечем это делать. Вытерев рот, выживший продолжал пялиться вниз, вспоминая жуткую маньячку, преследующего его какое-то время. Кажется, парень должен возрадоваться скорой кончине его противницы, но всё не так просто. Его грезила вина за содеянное. Вина, которую он понять не в состоянии. Захари сотворил ужасное деяние по отношению к девушке лишь с целью защитить себя и спастись. Тогда почему же он чувствует себя так подавленно? Монстр непринужденно говорила о том, как убьёт Гизмо. То ли жестоко, то ли безболезненно. Факт остается фактом, Раш не изменила своего решения и всё равно собиралась лишить выжившего жизни и шанса на хорошее будущее. — Она сказала, что это их удел и если его ослушаться, тебя убьют… я ведь мог склонить её на свою сторону. Мы могли выбраться отсюда вместе, без убийства друг друга... — За…Захари! Пре-прекрати это! Прошу! М-молю тебя, За-хари! Её жалобный вой вызвал у Гизмо сверлящий шум в области висков, вызывая у него тихое затянутое шипение и зажмуренные глаза. Парень молил о том, чтобы вина за содеянное и эта внутренняя боль прошли как можно скорее, но это вряд ли будет. Может Раш и не человек, но она по-прежнему живое разумное существо, которое Захари лишил жизни. На глаза потихоньку наворачивались слёзы сожаления. До чего докатился Гизмо, что ему пришлось кого-то убить? Самозащита мощный аргумент в этом вопросе, хотя от него легче не становилось. Парень по-прежнему чувствовал тяжеленный груз вины на собственных плечах, который мог опустить его на пол и раздавить в кровавую труху. — Почему… почему ты заставила меня это сделать? – его вопрос прозвучал тихо, хоть парень и желал его прокричать на весь коридор. – Неужели мы не могли объединиться и сбежать отсюда?.. Внезапно его осенило. Глаза сузились до предела, пока на руках выступали вены от нагрянувшей неумолимой злости по отношению к одному существу, которое судя по всему и является тем, кто заварил всю здешнюю кашу. Госпожа. Раш и другие подчиняются ей. Именно она отдает им приказ убивать людей в чертовом отеле. Именно она виновна во всём случившемся. Брови сильно нахмурились, а пальцы крепко сжались в кулаки, впиваясь ногтями в ладонь и слегка карябая на них кожу. Стиснув зубы, Захари вдруг процедил сквозь них: — Я убью тебя, мразь… убью за всё то, через что ты меня заставляешь проходить… убью за всё то, что ты сотворила в этом ебучем месте… убью за то, что ты сделала со мной! На последней фразе его голос непроизвольно сорвался на гремучий крик. Парня буквально переполняла испепеляемая ненависть к Госпоже, с которой ему в будущем предстоит встретиться. Он обещал самому себе, что их встреча будет незабываемой, ведь на ней он самолично изничтожит эту адскую тварь, вынудившую его проходить жуткое испытание в почти что заброшенном отеле. Видимо теперь-то начинается настоящая борьба. Борьба Захари с Госпожой.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ