Заблудшая душа

Сегодня нечисть вылезла из нор, Запахло духом смерти и тревоги. И все, что было в сказках до сих пор, Теперь ты точно встретишь на дороге. Кровавыми следами в темноте Запечатлен Хэллоуинский праздник. От страха будет икать в животе, А людоед, словно малыш-проказник К тебе домой придет и будет жрать Сначала шею, дальше — руки, ноги… И жадно твои кости обгрызать, А ты молись… но не помогут боги! Твои останки канут в пустоту — Ты будешь мертвым, как и вся планета! Зловещий крик нарушит немоту — Все прекратится с первым бликом света.

***

Сумерки спускались на землю, расползаясь густым туманом по каменным тропам. Мерцание свеч в тыквах с чудными рожами всколыхнулось от сквозняка распахнувшей двери, играя тенями бумажных фигурок в форме летучих мышей и ведьминских шляп. В преддверии Хэллоуина все начинают украшать свои дома различной мерзостью. Кто-то развешивает везде фальшивую паутину с пауками, другие же развешивают гирлянды на прилавках и деревьях, от чего оранжевые и жёлтые листья светились, придавая вечеру большей радости и атмосфере праздника, кто-то разбрасывает в своём дворе реалистичные части трупов, кто-то же ограничивается забавными тыквами и изображениями призраков и скелетов. В обычные дни в такое время бы не одна лампа на улице не горела и ни одного прохожего было невозможно встретить. Целая пустыня, либо же заброшенный городок после зомби апокалипсиса. А сейчас, прохода нет, всё забито людьми в праздничных костюмах. Город просыпается, время Хэллоуина. На наших пятеро ребят обвалился целый град эмоций. Весёлая улыбка незабываемого предвкушения отразилась на веснушчатом лице и прежде угрюмом лице вампира. Эмоции поражения появились на человеке-тигре, который всю жизнь провёл в приюте и не повидал такой красоты. Черты сладкоежки и ведьмы (которой только швабры нахватает) залились ожидающим весельем. На городской ярмарке была куча народу: взрослые, дети, подростки. Все веселились, кричали, то тут, то там слышались визги смельчаков, решившихся прокатиться на леденящих душу аттракционах, из циркового шатра доносились звуки той весёлой музыки, которая нередко играет в ужастиках про клоунов, дети крутили трещотки и взрывали шутихи с оранжево-чёрным конфетти, а около большой занавески «добро пожаловать» продавец в костюме Франкенштейна крутил сахарную вату всевозможных расцветок, но в основном — оранжевую. Хотелось разделиться и исследовать тут всё. Но пока ребята думали и неподвижно стояли несколько минут к ним подошел юноша лет двадцати, с пепельными волосами, в черно-белом костюме, белой повязкой на глазу, шляпой на боку головы и с очень довольной, запоминающейся для глаз мордашкой. —Вы что-то хотели? —спросила вежливо Акико. Ответа не последовало, а улыбка незнакомца растянулась до самых ушей. —Ни-ка-лай Ко-Ко-ль, —попытался прочитать Рампо имя на бейджике. И улыбка незнакомца преобразилась в легкой недоуменности, а после снова весельем, —Иностранец что ли? —Вообще Николай Гоголь. Ха-Ха. Верно подметил, Шерлок, я иностранец, —голос Николая был хриплым и казалось сам человек не был здоров… а что говорить о поведении, то оно менялось каждую секунду не внушая доверие, —Ваши костюмы великолепны! И так мої дорогі зустрічні, я тут вперше вирішив спробувати походить по такому чудесному городу как Йокогама и вот, наступил довгоочікуваний Хэллоуин. Не желаете вы побачити фокус? —Что? —Ацуши непонимающе склонился, пытаться разобрать слова Гоголя, это оказалось сложной задачей, даже невозможной, —Какие… и зачем нам ерши? —Ой, Тю, я думал вы не все японцы, —Николай сомкнул руки за спиной в замок и обсмотрел всех с ног до головы, —Я спрашиваю, хотите фокус? —Давай, —подал голос Дазай за спиной Николая. Чуя немного дернулся от внезапности и немного запинаясь повторил ответ призрака. —Раз так, то смотрите и наслаждайтесь, —заманчиво произнёс незнакомец, походивший на клоуна и подошёл к своей тележке. Гоголь достал с одного отдела маленькие разноцветные шарики и переложил в карман. Шляпу он снял, до этого она казалась приклеенной к его голове только потому, что даже ветер не сносил её. Все внимательно наблюдали за его действиями, а именно как он несколько секунд проворачивал, разворачивал шляпу в руках и так он подбросил её вверх на что оттуда вылетели белые голуби. Ребята в том числе и призрак, как и некоторые люди по близи похлопали Гоголю. Николай обратно надел шляпу и выразительно присел как королевская особь. —Не плохо, —выразился Чуя, хотя ему больше понравилось чем обычное «не плохо». —Очень даже впечатляет господин Гоголь! —высказал Ацуши и Николай посмотрел на него ну уж очень голодным взглядом, который прикрывал улыбкой. Гоголь достал из карманов те шарики и стал перед всеми надувать. Они были продолговатой формы и весьма приметные для глаз, что ещё больше людей обращало на них внимания. И сделал из одной такой цветочек. —Прекрасной даме, —вручил он шарик Йосано. Акико уважительно поблагодарила его. Некоторые девушки рядом удивленно охнули и начали толпится со своими парнями рядом с Гоголем. —На этом всё дорогие встречные! Надеюсь вас всё понравилось, как мне эта леди в милой шляпке. Не хочу задерживать клиентов, до зустрічі! —попрощался фокусник и растворился в толпе. Все проводили Гоголя любопытным взглядом, а Эдогава смерил того лишь одним недоброжелательным взором и осмотрел друзей. Все были в хорошем настроении и начинали уже рассматривали территорию. Рампо изначально наметил себе два местечка: красно-белый цирковой шатёр с кривыми зеркалами и огромное, в гирляндах, чёртово колесо. И то, и другое было безумно привлекательным, а как его дурманили сладкие запахи со всех сторон, то ещё мучение. —Ну что ж, этот фокусник или клоун… да кто он там, был и правда не плох, —поделился Акутагава. —Что будем делать дальше? —Разделимся? —предложил Акутагава переминаясь с затёкшей ноги на ногу. И все положительно кивнули. —Я пойду сам посмотрю местность, встретимся у входа в восемь, —сказал Чуя, все согласились и он с глубоким вздохом пошёл к первой лавке, где продавались украшения. В виде серёжек пауков, тыкв, кольца змей или же куча шляп паутинок. —Я пойду с Рампо, а вы сами разбираетесь, только ничего не снесите тут в попытках убить друг друга. Пока ходите вместе, тут куча народу, не потеряйтесь, —критично сказала для них Йосано. Взяла Рампо за руку и как она заметила по его долгим оглядкам, он хотел кое-куда пойти и она тут же повела их на то чёртово колесо под заполненными радостью глазами Эдогавы. Ацуши и Акутагава посмотрели на друг друга, фыркнули и пошли в одну сторону на тир с обычными чёрно-белыми мишенями с мелкой секторизацией. —Не иди за мной, —твёрдо сказал Рюноске. —Я не иду за тобой, это ты идёшь туда же куда и я, —остроумно сказал Ацуши и на миг увидел удивление в лице Акутагавы. —Ладно, —остановился Акутагава и за ним Накаджима, —Что в этом случае предложишь, тигрёнок? Ацуши пропустил мимо ушей выражение которое ему не очень то и нравилось. Акутагава называл его ещё так со школьных годов, в классе так третьем, когда узнал что тот обожает черно-белых тигров и даже попросил родителей покрасить одну прядь в чёрную, чтоб быть рядом с любимым животным, а не стать им. —Во-первых я бы хотел сходить куда-то, где не так опасно и страшно, так что на аттракционы и на колесо я ни за что не подамся. И во-вторых я хочу в тир. Акутагава запустил руки в карманы и чуть-чуть сгорбился. Он так же само не хотел куда-либо идти как только если пострелять. Любви к оружию его научил отец, который был охотником и иногда брал маленького Рюноске в лес, учил стрелять из оружия и рассказывал про все виды грибов и деревьев. —Я с тобой иду тогда, —произнёс Акутагава поникшим голосом, —Только не там, —болезненно поморщился он, косясь на детскую палатку с мигалками и снующими туда-сюда летучими мышами, издающими мультяшные звуки и время от времени запевающими песенки. —А может там? —спросил Ацуши и указал на другую лавку с более спокойной обстановкой, —Там и винтовки почти как настоящие. —Туда пойду, – охотно отозвался Рюноске. Ацуши, довольный собой, проследовал к стрельбищу за вампиром. Шум и крики вокруг уже порядком раздражали. Накаджима поздоровался с хозяином, Акутагава лишь кивнул и взял в руки тяжёлую винтовку, закинул её поудобнее на плечо и посмотрел сосредоточенно на мишень через прицел. Вдох, один, второй. Приторные запахи еды словно растворились, оставив воздух чистым и прохладным. Акутагава немного скорректировал направление. Восторженные крики людей с американских горок раздались в последний раз и как будто унеслись вместе с вагонетками куда-то вдаль. Он ещё больше прищурился. Кто-то словно покрутил колёсико громкости вниз, отключив визги детей, которым не купили очередную сладость с прилавка. Вдох. Прицел. Выстрел. Три быстрых выстрела за одно время и все идеально попали в одну и ту же вмятинку, оставленную первой дробинкой. —Да вы настоящий снайпер! —крикнул хозяин тира и похлопал в ладоши, —Если это всё… —Это не всё, —перебил Акутагава. С самого прихода он знал что для большого выигрыша как минимум нужно три попаданий, но решил что этого мало и наставил ружьё на одну большую мишень. Сжав зубы он ровно приметил цель и нажал на спусковой крючок. Негромкий выстрел всё же мерзко ударил по ушам. —В яблочко! —воскликнул хозяин в задорном костюме. Акутагава спокойно выдохнул, как груз с плеч и осмотрел то место, которое продырявил. —Какой приз полагается? —Давайте-ка посмотрим, —старик пошёл за занавес и принёс оттуда лист с записями и картинками. Одел очки, всмотрелся и присвистнул, —Ты, малец, первый за три года кто попал по всем и в саму цель. А цель это самая ценная награда… Что получается тебе очень повезло, сейчас сниму его… «Повезло, а как же, ему только спихнуть на везучесть, а не признать мой профессионализм» —горько подумал Акутагава, восхваляя себя. Оба парня наблюдали за метаниями хозяина тира, тот что-то искал в коробках, а после перестал и подошёл к стене. Оттуда, с самого верха он достал плюшевого белого тигра в чёрных полосках. —Вот твой приз, парень, —вручил старик игрушку Акутагаве и снова стал за прилавок ожидать посетителей. —Идём? —спросил Ацуши. —Ты же тоже хотел пострелять. —Я уже проголодался пока ты настраивался, я думал век пройдёт и ты не выстрелишь. —Пошёл ты. Они шли в неизвестном направлении, мельком глаза ища где тут можно купить что-то съедобное. Акутагава нёс игрушку за лапу с большим недовольством на лице и резко остановился. —Что такое? —устало спросил Ацуши, как будто это обыденностеть странных вещей персонажа по имени Акутагава. —На, —Акутагава бросил игрушку в руки Ацуши, —Она мне не нужна, да и тигров я не люблю. Ацуши ещё пару секунд удивленно смотрел на Рюноске. Из транса его вывел удар по плечу, кто-то врезался в него и посчитал нужным бросить оскорбление в его сторону. Тогда он и заметил как Акутагава давным давно медленно подходил к нему. —Идёшь или как? —с нажимом спросил парень в плаще. —Иду. Акутагава остановился, осмотрелся, снова засунул руки по карманам и пошёл дальше. Ацуши обнял двумя руками игрушечного тигра и догнал того. —Спасибо, —шепотом сказал Накаджима. Акутагава лишь надеялся как никто не увидел его улыбки. Возникшей ниоткуда как он утверждает все время в своих мыслях. Но сейчас он был полностью уверен, что причина тому живой тигр рядом с ним.

***

Ждать очередь десять минут было то ещё мучение. Люди двигались медленно, то вообще толпились. Кто-то падал, кто-то психанул и ушёл от греха подальше. Шарик который Гоголь подарил, Йосано до сих пор несёт и принесла аж до самого чертового колеса. Рампо предлагал его подарить какому-то ребёнку не получившим подарок. Но Акико оскорбленно фыркнула и сказала что подарки не передаривают. Опять же после несколько минут молчания, которые казались для Рампо ужасно гнетущими. Он начал весь внутренне дергаться в ожидании момента, когда они, наконец, отдадут билетики контролёру. Когда время ожидания подошло к концу, они залезли внутрь. Эдогава проверил надёжно ли закрыта дверь, и расслабленно откинулся на спинку небольшого диванчика. За окном было по прежнему то ещё людское море. Поэтому оба принялись рассматривать кабинку. Кабинка как кабинка. Металлический пол был покрыт легко моющимся резиновым ковриком с ребристыми полосками, в которые в дождливую погоду могла собираться вода, стекавшая с обуви посетителей. Под диванчиком Йосано валялся свежий попкорн, видно прошлые посетители не очень любят чистоту или же были заняты немного другим делом. Прямо над диванчиком с полусодранной наклейки лукаво улыбалась молодая Бритни Спирс. А на потолке над дверями кто-то чёрным маркером нарисовал сердце, пронзённое стрелой и написал имена между которых плюс. Рампо ещё раз посмотрел наружу: они поднялись уже метров на пятнадцать-двадцать. Он медленно выдохнул и снова откинулся на спинку диванчика, захотел попробовать начать разговор. —Я понял, что это было плохое предложение передаривать подарок, ты можешь не злиться? Акико подняла на него глаза и непонимающе выгнула бровь. —Я не злюсь. —Если так, то почему за всю дорогу не сказала ни слова? —Я не об этом… —она сделала глубокий вздох, —Чуя меня беспокоит, мы так ждали Хэллоуин, а сейчас он ведёт себя странно и очень растерянно. Рампо только хотел расслабиться, что его слова никак не задели девушку, но тему о Чуе он пытался не затрагивать весь вечер. Да, он и так заметил, что что-то в нем не так. Но все люди не могут быть всю жизнь одинаковыми, рано или поздно их что-то сломает и это известный для него факт. —Это же Чуя. Мы не можем предугадать все его действия и контролировать каждый его шаг. —Да, знаю. Но как друзья разве мы не должны спросить его как он? Рампо приложил палец к подбородку и задумался серьезно. Сейчас лучше ответить самое рациональное и предсказуемое, лучше уж так чем разводить ссору на пустом месте. —Думаю, если он захочет поговорить, он поговорит, —спокойным тоном произнёс Эдогава, без нотки сомнения, какие прятал далеко в себе. Уверенность, убеждённость и решительность. —Ты прав, —решила не подводить Акико в четкости слов и подсела к Рампо, —Ты как всегда прав, Шерлок.

***

Чуя метался с прилавка к прилавку в поисках чего-то привлекательного. Дазай невесомо ходил рядом, всё время капризничал и уставал больше чем можно предполагать о призраках. В конце концов они остановились возле лавки украшений и мелких декораций для дома. Очередь была огромной, но почти никто ничего не покупал. Красиво, но дорого, ничего нового. Чуя легонько вздрогнул когда до него дотронулась чья-то рука, и чья-то это была неживая. Прикосновение было настолько осязаемым, что никто бы и не нашёл различий между живым и смертным. Всё-таки веснушчатый слишком залюбовался вечерней суетой. —О-о-о! Ну и сколько мы теперь простоим, а? Шляпник коротконогий, —передразнивает тоненьким голоском Осаму. Вроде взрослые, а всё равно ссорятся время от времени. —Заткнись ты уже, черт бинтованный, —Накахара пока умело делал вид что разговаривает с кем-то из людей рядом. Дазай не ответил, только тяжко вздохнул и отвернулсяв в поисках чего-то занимательного. Посидеть на сухом асфальте не помогало, он мог просто провалиться под землю, закрыть глаза и зарыться в свои мысли тоже нет. За всю дорогу они оба выяснили, что Дазай чувствителен только с Чуей. Никто не мог до него дотронуться, а просто проходили сквозь него. «Неприятное ощущение, даже неописуемо, но это как будто тебя каждый раз по-настоящему сильно бьют, но никто не обращает внимания и синяка нет» —твердил призрак. Вот так вот и они проводили большую часть времени не зная куда себя деть. В установленное время уложиться было запросто, так как великих планов на день не было. Дазай опять обернулся, вздохнув полной грудью обсмотрел продающиеся материалы. Обычные игрушки которые почти везде были на продаже, сладкие печенья в виде приведений, брелки с чёрными котами, жуткие кольца и магниты с крабами на которых остановился его взгляд. —Смотри сюда, какие классные магнитики с крабом! —у Дадзая в глазах сверкала безумная веселость, как и обычно. Что-то в нем иногда пугало, но Чуя предпочёл не обращать на это внимание. —Опять тридцать пять. Магниты как магниты, прекрати действовать мне на нервы. Хотел бы я от тебя скорей избавится, —Чуя накрыл лицо ладонью и дотошно громко вздохнул и выдохнул. —Ладно, тогда что на счёт того кулона в виде кристалла с расплывчатой краской внутри? —Быстро же ты переключаешься с одного на другое, —Накахара зикинул руки в карманы и развернулся к Осаму, который миленько хлопал глазками, —Нет, —улыбка с лица Дазая преобразилась в жуткую печаль, —Найди лучше Акутагаву и других, мне нечего делать тут. Дазай сгорбился, фыркнул, развернулся и умчался сквозь толпу людей. Конечно Чуя хотел сделать ещё одно дело, про которое в ближайшее время не расскажет никому. Спустя минут двадцать призрак вернулся с отправной точки и доложил человеку о местонахождении всех его друзей. Но тут, за все время Чуя решил немного развлечься и купил зефир у какой-то старушки. Он вытащил пачку из-за спины и протянул Дазаю. На лице нежити разыгралась победная улыбка. Они сошлись на мнении идти к самому началу ярмарки, мирно ожидать всех остальных. И так стояли двое в тени дерева у ворот, наблюдая за приходившими и уходившими людьми. Оба ели зефир с узором спиральки и цветом белый с оранжевым. —Получается всё, что присваивается тебе как и эта пачка зефира, становится невидимым для всех остальных? —увлечённо спрашивал Накахара. Его все больше и больше удивляли факты про призрачного шатена, хотелось за эту ночь узнать как можно больше. —Именно так, —дожевывая ещё одну штучку ответил Дазай. —Вот как оно работает… —погрузился в свои мысли Чуя и отвёл неосознанно взягляд на граффити на стене в виде часов. Вот он и вспомнил кое-что, что хотел сделать для Дазая. Так что, он осторожно достал телефон, время было девять часов вечера. Через минут двадцать все должны были подойди к воротам и по их общему плану, должны были обходить дома со словами «Сладость или Гадость?». Чуя осмотрелся, рядом чтоб их можно было заметить — никого. Он посмотрел на Дазая, тот дожевал оставшийся зефир и выкинул пустой пакет в мусорник. Зачем если его никто не увидит? Конечно, чтоб совесть была чиста как и экология потустороннего мира. —А ты это… в своём мире как-то питаешься? —чуть сгорбившись спрашивает Чуя. —А. Нет. Ну я лично нет, вкус чувствую, сытость нет. Вроде так… а ты что волнуешься за моё здоровье? —издевательски спосил Дазай. —А как же, просто вдруг отравить тебя захочу, вот и спрашиваю на будущее. —Эх, Чуя, времени ещё куча. Я могу прицепится к тебе на всю жизнь и не отлепится, —хихикнул Дазай, убирая с плеч упавший листик с дерева. —Это если уже я захочу, —уставше произнёс Чуя, доел оставшуюся вкусняшку и следом выбросил пакет. Наступила тишина. Накахара её первым решил нарушить, опять же вымученно вздыхая и доставят из кармана штанов — маленькую бархатную коробочку. Дазай обратил внимание и любопытно разглядывал действия Чуи. —Дазай, не задавай лишних вопросов, я просто решил сделать подарок на память, —стыдясь собственных слов сказал рыжий и открыл коробочку. В коробочке лежало то самое колье, о котором призрак упрашивал человека. Дазай сразу не сообразил, а просто стоял столбом глядя на украшение, пока не подул сильный ветер, чуть не забирая шляпу. Он принял подарок, разглядывая переливающийся чёрный кристаллик. С тяжёлым вздохом радости он одел его и теперь колье автоматически принадлежало ему. Чуя никогда никому ничего не дарил, за исключением себя, побаловать чем-то дорогим после хорошего дня. На несколько секунд он так растерялся и смотрел как Дазай крутит украшение в пальцах, увлечённо разглядывает и одевает так, будто это колье сделано из хрусталя. Когда взор карих глаз обратился на Накахару, то Чуя решил показать кое-что ещё. И он, взял какую-то цепочку на своей шее, которую сразу Дазай не заметил. И выразительно покрутил в пальцах такое же колье, только красного цвета. —Парное? —удивленно спрашивает Дазай, в ответ беззвучный кивок, —Оно же наверно дорого стоило. —Может, а может и нет. В любом случае я не обеднею купив его, —Чуя отпустил руки в свои длинные рыжеватые волосы, торчащие из под шляпы и прислонился к рядом растущему дереву. —Ты много зарабатываешь? —поинтересовался Дазай, сверкая счастливой улыбкой. —Не то чтобы много, но прилично. —Кем работаешь? —Хм. Я помогаю родителям в бизнесе и получаю из этого. Не совсем работа, но безработным меня не назовёшь. —Золотой мальчик значит… —Что? —переспросил Чуя не веря ушам. Его никогда не устраивало это прозвище, начиная с самого детства, в начальной школе мальчик из параллели узнал о его не бедном происхождении. И прикалывался каждый раз над Накахарой, как только видел его, пока не получил фигнал под глазом от рыжего, —Повтори. Дазай молча отвернул голову наблюдая за снующими по городу людьми. Они оба стояли в тени, даже если присмотреться, человека тут не увидишь, не заметишь. —Просто ты везунчик, я похоже, завидую тебе, —голос шатена, ломкий и стылый, разве что льдинками не разлетался. Подул лёгкий ветер и пошли мурашки по коже, Чуя это заметил, а Дазай продолжал равнодушно наблюдать за прохожими. —Не пойму о чем ты. —Нет, ты понимаешь, —съязвил больше от бессилия он, —Прости. Кажется, пазлы в голове Накахары стали потихоньку складываться воедино и он решил задать встречный вопрос. Жемчужные глаза обратились на призрака. —Почему ты покончил собой? Дазай поставил ноги немного дальше, опёрся на дерево и спустился по нему вниз, сев на холодную землю, подогнув под себя ноги. Хрустнул костяшками пальцев и что-то невнятно произнёс. Чую передернуло от такого звука, для него —мерзкого. —Сам не знаю, —решил поддаться Дазай откровениям, терять нечего уже, ведь никто кроме Накахары не видит, не слышит, если не захочет, а кто захочет? Правильно, никто, —Хотя, может знаю. Важную роль в жизни у людей производит их окружение, друзья, родственники, семья. А у меня ничего из этого не было. Меня просто выбросили на улицу загород, в пелёнке с биркой на ноге. Я жил сам, никто не опекал. Дома как такового не было. Бордель, свинарник, жалкие трущобы и дыра — вот как можно описать это место. Просто существовал. Были люди которые разрешали пожить у себя, я же ребёнок, но и этого было мало, для их сочувствия. Даже бездомные псы презирали мою сущность и набрасывались как только я появлялся. Ах да… были у меня друзья, правда, однажды в злополучное утро я проснулся от выстрелов и оказалось, что всех моих перебили, а я остался один живой… Вот так я примерно в пятнадцать перебрался в Йокогаму, —Дазай горько усмехнулся, пытаясь не поднимать глаза на Чую, чтоб не дай бог увидеть что-то вроде сочувствия, которое ему давным давно не нужно, —Я просто устал и не видел смысла во всем этом. Что жизнь, что смерть, нигде нет должного умиротворения. «Просто устал? Просто так? И всё?» —пронеслись слова призрака как колокол в голове Чуи. Это было сверх его понимания, он не повидал такой жизни с другой стороны и кажется это просто сказка, но даже такому как Дазаю не нужно было врать. Ему не стоило ничего своих откровений. Однажды, показав свою слабость, ты собственноручно показываешь близкому кругу людей, куда стоит бить. Чуя, рассуждал долго, переваривая всё услышанное. От рассказа Осаму на душе остался странный осадок. Было не просто представить такой образ жизни, как он в один миг просыпается утром, видя первое это голову кого-то из друзей рядышком. Он и правда золотой мальчик, если уж родился в окружении родителей, сытый, в доме с тёплом, без постоянного страха и напряжения. Его одолела жалость, но это не то, что стоит показывать. Стоит просто принять это как ещё один факт про призрака. —А как же службы опеки над детьми? —Говорю же, меня даже в мире не было, я не причислен к живым, только к мёртвым. Родился точно не в больнице, может где-то в переулке, от какой-то дешевой шлюхи. —Мне не понять, впрочем ты и сам знаешь, но я попытаюсь хотя бы, —Чуя отстранится от дерева подходя ближе к Дазаю и спустился к нему на корточки. Карие глаза были порожнему отведены в сторону. Поэтому Накахара присел рядом и приобнял того, опуская свою голову на плечи призрака, —Осаму, ты не жалеешь о своём конечном поступке? —Вроде как нет, —ответил шатен и опустил свою голову, на голову рыжему человеку, —Сложно сказать. Договорив, они сидели и молчали, крепко обнявшись. Дазай несколько секунд перебирал волосы Накахары, густые рыжие, немного кудрявые, слегка растрёпанные и с приятным ароматом, дурманящим голову. Дазай опустил взгляд на Чую и понял, что тот заснул, подогнул его голову поближе и поцеловал в макушку. Чуя на самом деле не спал. Но об этом решил промолчать и дать возможность спустить тому всё с рук. Но всегда ли стоит руководствоваться здравым смыслом и логикой, когда дело доходит до людских предрассудков? Правильный ответ: Нет! Дазаю это было нужно. Всего лишь забота, вот в чём нуждается любой человек. Так почему вместо неё мы часто находим отвержение наших чувств? Все мы просто хотим быть кому-то нужными. Жизнь научила через боль, не дав урока как с ней справляться. Искренняя, но горькая улыбка поразила призрака в ночь Хэллоуина.