Картина маслом

Они ещё немного постояли молча глядя друг на друга. Зонтик схватил Пика за руку и потащил за собой. По винтовой лестнице поднялись довольно быстро, за считанные минуты. Оказавшись на вершине башни Пик застыл в изумлении. Отсюда открывался потрясающий вид на всю Зонтопию. Под небольшой площадкой огражденной стеной, был огромный купол – зонт. Сверху было хорошо видно, что сам замок не очень большой, но достаточно высокий. Единственная башня которого возвышалась над домами. Дорога, что вела к замку, сверху просматривалась очень хорошо. Вдали мелькнули две чёрные точки, и вскоре скрылись из виду. Буквально через минуту на дороге показалась вытянутая серая фигура и вскоре исчезла за поворотом. — Это Алебард, — уверенно заявил Зонтик. — Снова ушёл... Затаив дыхание, король вглядывался в лицо смотрящего в даль Зонтика. Где-то на границе сознания, Пик ощущал необходимость обнять его. Он не думал о том, как отреагирует Зонтик, плохо или хорошо, то что он собирался сделать, он просто хотел прижать к себе того, кто подарил ему радость в этот день. — Сейчас ты увидишь самое прекрасное, — произнёс Треф вглядываясь в даль. Отсюда самый лучший вид. Зонтик почти не смотрел на Пика. Он поглядывал то на небо, где солнце, уже огненно-красное, очень быстро спускалось к горизонту, то на крыши домов. На высоте воздух свежий и тёплый, а вокруг тишина. Темнеет быстро. По крышам домов скользят лучи оранжевого света, и крыши загораются янтарным блеском. Зонтик стоит неподвижно, сцепив пальцы в замок, смотрит на закат и даже не моргает. Пик заметил, что он увлёкся, и не обращает внимания на него. Не раздумывая, Пик приобнимает за плечи Зонтика и, они вместе смотрят в даль. Оказывается, что Зонтик с самого начала был совсем не против. Он спокойно прижался щекой к плечу Пика. И даже, когда солнце уже совсем зашло и только далеко за городом горело красное зарево. Зонтик продолжал стоять, позволив Пику обнять себя и второй рукой. Там, где ещё несколько минут назад небо было красным, разлилось множество красок – от фиолетово-малинового до золота и бирюзы – и медленно перетекает в сумерки и в ночь. Загорается в окнах свет, над южными воротами встаёт большая немного желтоватая луна, одна за другой появляются звёзды, а по земле медленно стелится туман. Пока они стояли, прижавшись друг к другу, любуясь дотлевающей зарёй, луна уже поднялась довольно высоко, и железные крыши под ней блестели голубым цветом... — Ну как, не разочарован? — спросил Зонтик. Пик лишь молча мотнул головой. Зонтик смотрел на него своими большими голубыми глазами, в которых отражалась луна. — Значит, ты потратил энергию на это? — обратился Пик к нему мягким, почти ласковым голосом. — Ну-у... да, — тихо и с запинкой ответил Зонтик. — Чтож, не зря, — сказал Пик, а потом вздохнул. — Ох, Зонтичек! Как бы я хотел сейчас, чтобы мы оказались в реальном мире. — Тебе здесь не нравится? В Карточном Мире. Почему? — поинтересовался Зонтик, разглядывая лицо Пика и наблюдая за его реакцией. — С чего ты взял? Просто я м-м-м... Карточный Мир? У нас есть генераторы, но надолго ли их хватит. Ромео уже всё просрал. Как ни посмотрю, он всегда с бабами, все в побрякушках, с утра до ночи бездельничает. Не мудрено, что от него ни слуху ни духу. Не удивлюсь, если он отправился за помощью к бубновым. Габриэль может и тупой, но не жадный, а насчёт Данте ничего не могу сказать. — Может всё-таки отпустишь, или мы так и будем здесь стоять? — Да-да, конечно, — разжал руки Пик. Поправил ему воротник рубашки и отступил на пару шагов назад. — Думал, тебе холодно. Ты так прижался ко мне, вот я и решил, что ты замёрз. — Да, и правда, холодновато какой-то, — ответил Зонтик. — Ты такой тёплый... Пик уставился на него в оба глаза. Одного возраста. Почти одного роста, Зонтик всего-то на полголовы ниже. Бирюзовые, едва достающие до плеч волосы. Голубые, почти синие глаза. Аккуратный овал лица. Милашка – нежный, хрупкий мальчик. По незнанию его можно спутать с девушкой. Жаль, Зонтик не девушка. Что за бред? Едрён батон! Как можно о таком думать?! — Пик? — А? — Идём гулять, говорю, — повторил Треф и протянул ему руку. — Ты ведь не передумал? — Эээээ... Впервые, Пик не нашелся с ответом. Он стоял опустив голову, стараясь не смотреть в глаза. — Уже поздно. Просто... Думаю, это плохая идея, — пробормотал Пик, растеряв свою уверенность. — Ну, тогда можешь остаться у меня, — ответил Зонтик, даже не обращая внимания, как двусмысленно это прозвучало. — У тебя? — Пик почему-то не уловил основную мысль. — Эм-м... Что-то не так? Да? Нет, ну а что? Конечно, уже поздно. Ты бы видел утреннюю зарю!.. Это так красиво. С первыми лучами солнца королевство оживает. Заря – самый волшебный момент, — заметил Зонтик, глядя куда-то в даль, и Пик так и не понял, в королевскую спальню его приглашают или в гостевую. Ему хотелось бы уточнить этот момент, не имеющий никакого смысла. Он не собирался оставаться на ночь, несмотря на всю заманчивость предложения. Но Зонтик поспешил с ответом. — Комната для гостей готова, но ты можешь занять мою комнату. У меня большая кровать. — Кровать... Пик вспомнил свой сон, в котором Зонтик прыгал на его кровати, и всё то, что было дальше. Тогда, этот странный сон занимал все его мысли. Пиковый Король нахмурился, не понимая, почему его так беспокоит этот сон. Зонтик ничего не знает о его снах, но тогда почему ему так неловко перед ним. Треф тоже явно был смущён, о чем говорили его сцепленные в замок пальцы и опущенная голова. Но вскоре холод ночи вызвал в теле Зонтика ощутимую дрожь, вытесняя дурные мысли. Зонтик обхватил себя за плечи, съёжившись, как озябший птенчик. Мечтал ли он оказаться в тёплых покоях, или в тёплых объятьях, Пик не мог знать наверняка. Раскинув руки, обхватил дрожащее тельце, крепко прижал к себе. — Спасибо, так намного лучше, Ваше Величество, — пролепетал Зонтик не поднимая голову, но Пик ничего не ответил. Если до этой попытки согреть бестолкового валета, который даже не подумал одеться потеплее, Пик только воображал как прижимает его к себе, то теперь он это чувствовал. Король ощущал, как Зонтик старается прижаться сильнее, просунув холодные ручки между своей и чужой грудью. — Зонтик? — Что? — Мне всегда нравились твои волосы. Они выглядят так... превосходно, — неожиданно выдал Пик и запустил пальцы в пряди Зонтика, заставляя его откинуть голову. — Мне тоже нравятся твои волосы, в особенности рожки. Это так мило, — выдохнул Треф, понимая, как банально это звучит, но как на зло, ляпнул, что первое на ум пришло. — Тебе никто об этом не говорил? — Нет. Ты первый, — ответил король и провел пальцами по коже головы, вызывая мурашки по всему телу. — Пик... — выдохнул Зонтик, и почувствовал, как волна жара окатила его тело. Король не дал ему сказать больше ни слова. Он осторожно взял лицо валета в свои ладони и с нежностью провëл большими пальцами по щекам, а потом, втянул в страстный французский поцелуй. Трефовый валет закрыл глаза поддаваясь искушению, чувствуя себя маленьким мотыльком, которого манит пламя свечи. Он постарался расслабиться и не думать ни о чем. Он чувствовал приятное тепло, исходящее от короля, который нежно сжимал его плечи. Зонтик застонал, отпуская напряжение последнего времени и выпал из реальности, отвечая на поцелуи. Пик жадно его целовал прикрыв глаза, изучая языком рот Зонтика. Губы парня были невероятно мягкие и податливые. В такой ротик хотелось войти не только языком. Подумав об этом, Пик сдавленно простонал испытывая сильное возбуждение. Зонтику больше не было холодно, внутри всё вспыхнуло огнём. Что такого в том, что он позволит себе… им… получить немного удовольствия? Что такого, если сейчас, здесь, он готов переступить через многое, лишь бы почувствовать себя наконец-то желанным? И не важно, что скажет Алебард. Он имеет на это право. Он это заслужил. Размышляя об этом, он высвободил руки зажатые между их с Пиком телами и обхватил его талию. Чёрные глаза Пика широко раскрылись. — Ты сводишь меня с ума, — выдохнул Пик Зонтику в губы, прижимая его к себе со всей нежностью, которая, казалось бы, была ему не свойственна. — Я даже представить себе не мог, что в тихом омуте черти водятся... В поблескивающих в лунном свете голубых глазах, устремленных на него, вспыхивали опасные огоньки. Завороженно глядя в них, Пик пытался понять, что заставляет его не противиться объятиям. Желание овладеть им, сделать его своим, как в мокрых снах, которые пробудили все эти чувства. Всё-таки он какой-то необычный, этот Зонтик, отличается от остальных клонов... Прежде чем Пик сумел понять, что именно необычного в этом милом мальчишке, он ощутил необыкновенную силу его рук, крепко обнимающих его, и вдруг понял в чём дело. Даже если бы Зонтик не вцепился в него так сильно, он всё равно покорно ждал бы пока его отпустят. У него не было желания вырываться из его объятий. Это было даже приятно и чертовски возбуждало. Зонтик и сам не знал чего хотел от Пика, и был немного удивлён тем, что получил. Нежность и агрессивность – нелогичное, противоречащее сущности Пика поведение. Может, Пику свойственно проявлять и то, и другое? Лёгкие, ласкающие прикосновения тонких пальцев вытеснили из сознания Пика все мысли. Он теряет над собой контроль! Он раньше и понятия не имел, что возможно настолько завестись от одних только поглаживаний и лёгких прикосновений. Он смотрел на манящие приоткрытые губы, которые хотелось искусать, тонул в глазах-омутах от которых взгляд не оторвать. Зонтик шумно дышал, глядя глаза в глаза. Ему вдруг стало не важно, узнает Алебард или нет. Главное, что Пик рядом, и такой... как в его снах. Такой, как всегда хотелось. Зонтик голову откинул, шею подставляя под поцелуи, в животе словно бабочки запорхали, а перед глазами поплыл туман. Поцелуй в шею, в плечо, горячие губы оставляют мокрые дорожки. Тело пронизывает мелкая дрожь, когда Пик всасывает его кожу, чтобы оставить лёгкий след на ней, а затем ведёт короткую дорожку из поцелуев вверх, доходя до уха, нежно покусывает мочку и снова возвращается к губам. Зонтик немного оступился, но Пик удержал его за плечи, и снова поцелуи, ступеньки... полумрак... Жарко, одежда мешала. Пик на секунду оторвался, стащил рубашку с Зонтика, бросив её куда-то в сторону, стащил с себя плащ и водолазку. Прижались друг к другу нагими телами. Кожа Пика горячая, руки сильные. Зонтик в себя пришёл уже на кровати – подушка на краю кровати, они по пояс голые. Зонтику было приятно и немного стыдно, так откровенно от него ещё никто не млел. Зато он сам балдел, отдаваясь горячим рукам и рту. Пик целовал и гладил его везде: шею, грудь, живот. От щекочущего ощущения Зонтик тихонько хихикал. — Я люблю тебя, Пик, — хихикнул Зонтик. Пик замер, вглядываясь в лицо Зонтика. Полузакрытые глаза, улыбка на припухших губах… Милый ангелочек лежал на постели раскинув руки, тихонько хихикая. — Что ты сказал? — Я люблю тебя. Пик закусил губу. Хорошее настроение испарилось как будто его и не было. Зонтик вновь прикрыл глаза и приоткрыл рот в ожидании поцелуя. Пик тяжело сглотнул. Через секунду он уже стоял на ногах, облачаясь в плащ, а затем нетвëрдой походкой направился к двери. — Прости. Уже слишком поздно. Мне надо идти. Меня ждут... Да и тебе пора спать. Спокойной ночи, — произнёс король накидывая капюшон и, резко развернувшись, покинул спальню, не дав валету даже слова сказать. Зонтик остался лежать на постели, ничего не понимая. Если король решил уйти, догонять его бессмысленно.