Ты моя головная боль

      Девочка лет тринадцати, переминаясь с ноги на ногу, нервно поправила край своей школьной юбки, разглядывая своё отражение в открытой стеклянной двери. Сегодня её первый учебный день в новой школе.       То сжимая, то разжимая кулаки, она, глубоко вдохнув, глянула на учителя, что представлял её классу.       — К нам перевелась новая ученица. Для неё здесь всё в новинку, поэтому, я надеюсь, вы поможете ей освоиться.       Перевелась девчонка, вот же! Ученицы недовольно переглянулись между собой, вырисовывая у себя в голове образ новенькой. А вдруг красотка? С такой конкурировать за внимание мальчишек будет сложнее. А мальчики ликовали, желая поскорее увидеть её.       Именно тогда Мин впервые был вынужден обратить на неё внимание, когда девочку перевели в среднюю школу в середине учебного года. Лениво потянувшись за самой задней партой, Юнги с трудом разлепил свои сонные глаза.       — Проходи, представься классу. — поправляя съехавшие на кончик носа очки, проговорил учитель.       — Здравствуйте, — она вышла в середину класса и поклонилась, — я перевелась к вам из средней школы в Сачхоне, меня зовут Ли Саран.       Хлопки и громкие возгласы тут же утихли, стоило Саран зайти в класс. Новенькая-то отнюдь не красотка: высокая и полная, во всяком случае, крупнее, чем её одноклассники, волнистые волосы коротко пострижены и издали напоминали птичье гнездо, передние зубы были похожи, скорее на крольичьи, и лишь кожа её была настолько белой, что казалось, Саран светилась чистотой.       Местные красотки мигом начали перешёптываться меж собой, а мальчишки издавали чуть слышные смешки.       С интересом разглядывая своих новых одноклассников, Саран сразу поняла – издёвкам быть. Кто-то бросал на неё колкие взгляды, кто-то в открытую выражал к ней презрение, а кому-то было вовсе всё равно, в том числе и Юнги.       — Сядь за свободную парту, вон там, в конце, — учитель указал на место рядом с Мином и начал что-то чёркать мелом на доске. — Итак, начинаем урок.       Ли, усевшись поудобнее на стул, мило улыбнулась парню, но Мин лишь демонстративно хмыкнул на неё, зевнул последний раз в кулак и лёг на парту, лицом к противоположной стороне от Ли.

***

      Впервые за долгое время её пребывания в школе, Юнги заговорил с Саран, когда та в полном одиночестве восседала на подоконнике около его парты и что-то чёркала в своём блокноте, медленно болтая ногами. Остальные ушли в столовую.       Мин краем уха слышал, что её воспитывают бабушка и дедушка. Чтобы дать своей внучке должное образование, они вынуждены были переехать в город покрупнее. Куда делись её родители, Мин всерьёз не интересовался.       Ему и своих забот хватало.       Заметив приближающегося мальчика, Саран встрепенулась, складывая блокнот, в котором до этого что-то записывала, обратно в ранец, подтверждая догадку Мина о том, что села она напротив его парты не случайно.       — Привет!       Яркая улыбка с этими её кривыми зубами и светящиеся живым, неподдельным интересом тёмные глаза. Меньше всего она напоминала человека, у которой были какие-то проблемы в семье, скорее, это была самая обычная беззаботная девчушка, не видавшая в своей жизни никаких серьёзных потрясений.       Мин не удостоил её дружелюбный порыв даже кивком головы и молча занял привычное место у окна, раскрывая книжку с комиксами.       Ли поддалась немного вперёд, упираясь ладонями в коленки, чтобы разглядеть, что читает мальчик.       Диалог всё никак не клеился, поэтому девочка решила взять всю инициативу на себя и привлечь внимание её неразговорчивого одноклассника.       — А я недалеко живу, вон там! — она тыкнула куда-то в окно, где за густыми деревьями и новыми многоэтажками виднелся старенький девятиэтажный дом. — Часто тебя по вечерам из балкона вижу, когда ты с мячом играешь. Я, если честно, за тобой уже неделю слежу, вот и подумала, что тебе одному скучно бывает.       Мин перелистнул страничку.       — Мы же одноклассники, но... Ты же не шибко общительный, поэтому я о тебе ничего не знаю, — с долей грусти выговорила она, покачивая пятками и постукивая пальцами по коленям. — И подходить, чтобы познакомиться, было как-то неудобно: стеснялась я.       Снова послышался шелест страниц.       — Я, кажется, не очень понравилась классу.       Мин усмехнулся. То ли от слов Саран, то ли от комикса – непонятно.       «Не понравилась – это мягко сказано», — подумал мальчик, пытаясь сосредоточиться на тексте и картинках, но из-за болтовни Саран это выходило плохо.       От слишком общительной девчушки, рот у которой закрывался только в тот момент, когда она что-то жевала, шарахался весь поток. Ей даже нелепое прозвище дали – «пиявка», потому что приставучая. А вот учителя ценили её активность на уроках. Впрочем, ей потребовалось всего пару дней, чтобы осознать, что людей она раздражает и выводит из себя на раз-два, и она поменяла тактику. Теперь она не разговаривала в школе ни с кем, если к ней не обращались напрямую, и садилась, как правило, в самую дальнюю часть аудитории.       По большей части с ней не хотели дружить потому, что она некрасивая. Не хотели ровно до того момента, пока не выяснилось, что Саран довольно умная и хорошо училась. Тогда одноклассники стали просить её о помощи с домашкой и контрольными, а отказать она не могла. Дружить-то хочется.       — Ты только не подумай, что если я знакомиться не подходила, то совершенно о тебе ничего не знаю. Ты Мин Юнги, один из лучших учеников на потоке и состоишь в школьной команде баскетболистов. Не удивительно, что ты хорошо играешь, учитывая, сколько ты тренируешься. А вот в школе, я не понимаю, как ты всё успеваешь, как не гляну – ты спишь.       Снова шелест перевернутой странички.       — Ты ведь знаешь что-нибудь обо мне? — наивно поинтересовалась девочка. — Я вот рисовать люблю.       Её разговор прервал звонок на урок.       — Ладно, потом договорим, ты главное после уроков далеко не убегай, нам же по пути. В одном дворе живём ведь, — протараторила Ли, возвращаясь за свою парту.

***

      После урока, Мин молнией смахнул свои учебники в ранец и помчал со всех ног в гардеробную, чтобы Саран за ним не поспела. Слишком удручает ее болтовня.       «Оторвался!» — подумал Мин, пройдя довольно большое расстояние от школы. Скрывшись за зданиями, мальчик обернулся по сторонам – надоедливой Саран нет, сбавил скорость и позволил себе раслабиться.       Но через пару минут кто-то схватил его за плечо.       — Ну ты и метеор! — слишком внезапно, где-то из под бока, вылезла Ли, Мин даже подпрыгнул от неожиданности. — Я... Фух! Еле за тобой поспела!       Юнги обречённо выдохнул и сжал кулаки от злости на себя, потому что позволил себе сбавить скорость. Теперь придётся слушать эту надоедливую «пиявку» всю дорогу до дома.       — Я, кстати, долго думала, стоит ли догонять тебя после занятий, ты ведь умчался? Ты всё время такой мрачный, что немного пугает, а ещё непонятно о чём с тобой разговаривать. И вот я шла-шла, думала-думала, ну подойду я к нему, а говорить потом о чём? Всю голову сломала, ты же явно не из тех, кто погоду будет обсуждать, а материал из школы скучно, ну, вот и прихватила с собой книжку с историями всякими... Там картинок много, мне поэтому она нравится. Создаётся впечатление, что текста там меньше, да и с картинками интереснее.       Мин молчал, лишь продолжил шагать в сторону дома, ускорившись.       — Тоже, конечно, ненадежно, я же не знаю, любишь ты фантастику или ужасы. По лицу вообще иногда кажется, что я тебя достала.       Саран мечтательно всматривалась в облака, стараясь подстроиться под скорость Юнги.       «Что ж ты ко мне тогда прицепилась, раз кажется?!» — Мин лишь молча шагал домой, стараясь не обращать на неё внимания. Если он с ней заговорит, то Ли точно от него никогда не отстанет.       — Думаю, книги лучше оставить на потом. Во время перемен буду тебе рассказывать интересные, там, кстати, одна клёвая такая есть... Минут десят прошло, а она всё говорит, тогда мальчик понял, что она не заткнётся, пока язык в кровь не сотрёт, благо они уже были у его подъезда.       — Знаешь, мы ведь с тобой теперь подружились, да?       «Подружились?! Да мы только познакомились!!» — метал молнии Юнги про себя.       — Друзьям ведь дают прозвища! Думаю, «киса» тебе отлично подойдёт! — Саран хихикнула. — Ладно, до завтра, киса! — девочка развернулась на пятках и помчалась в припрыжку к своему дому, а Мин, раслабленно выдохнув, зашёл в дом.

***

      Солнце медленно опускалось вниз, подсвечивая снизу порыжевшие мягкие облака, расстелившиеся по горизонту. Лёгкий осенний ветер нежно гладил листья уже пожелтевших деревьев, разнося по улицам аромат последних в этом году полевых цветов.       Сегодня после школы, Ли заявилась к Юнги на тренировку с целой кучей книг. Дочитав очередную историю, Саран задумчиво провела ладошкой по своим коротким волосам на затылке и посмотрела вперёд, на продолжающего забрасывать в кольцо мяч и внешне совершенно не заинтересованного в чьей бы то ни было компании, Юнги.       — Я думала, история интереснее будет, — слегка осипшим от долго чтения голосом призналась девочка, — а она какая-то... занудная, что ли? Хотя в начале даже забавно было, когда злой тёмный маг был на кол посажен за жадность, а после смерти скандал в подземном царстве устроил. И если бы лис в последний момент не появился, я не знаю, чем бы эта история закончилась... Смешной этот маг немного, но общая мораль какая-то странная, что-то типа: надо искать и добывать силу и деньги любыми способами, не смотря на то, что придётся идти по головам.       Мяч глухим хлопком ударился о землю и угодил прямо в нос Мина, на что тот лишь тихо ойкнул и яростно откинул мяч в сторону.       — Он не силу искал, — нарушил тишину мальчик, на мгновение прерываясь и придерживая нос двумя ладошками, словно тот мог упасть, — он искал способ изменить своё предназначение, которое ему навязывали другие тёмные маги, и стать полезным, а злоба, что двигала им – лишь последствия.       — Я тоже об этом думала, но хотелось услышать что-то от тебя, поэтому не стала говорить, — разминала затекшую шею Ли. — Слушай, а ты не хочешь ко мне в гости прийти? Моя бабушка зовёт тебя на чай с пирогами, она сама их печёт.       «Пф, а тебе ли не всё равно, чего я хочу? Ты же всё равно сделаешь так, как сама захочешь!» — Юнги сморщенно нахмурился, едва не выбив себе пару пальцев от сильного удара.       — Вот и договорились! Скоро каникулы, двадцатого числа в семь я зайду за тобой, готовь парадный галстук!       «Да что ж ты такая неугомонная? Разве я просил об услугах?» — и снова мяч прилетел точно в кольцо.       — О-о-ой, я же совсем забыла! — хлопнула себя по лицу и принялась ворошить рукой в здоровом портфеле. — Бабушка, когда я только выходила во двор, просила передать тебе печенье и чай, его я, кстати, вчера вон в том ларьке купила! Когда я его прохладным попробовала – вкусный, но мне запретили его холодным пить, бабушка говорит, что горло разболится. — Юнги лишь закатил глаза. — Так вот попробовала я его теплым, и фу-у-у, гадость настоящая, другое дело домашний – и в холодном, и в горячем виде вкусный, особенно с сахаром! Странно, но магазинный не такой: химозный, что ли, хоть и дороже!       Мин сосредоточенно целился в кольцо.       — Моя бабушка раньше работала на заводе по производству домашних пирогов в Сачхоне, она знает более миллиона рецептов, представляешь? Хотя ладно, возможно, я приукрашиваю. Знаешь, дедушка говорит, что приукрашивать – грех, потому что это частичная ложь! А я вот не понимаю, почему, ведь, если не приукрашивать, будет не так уж и интересно, да? Так вот, я отвлеклась, как-то к ней на фабрику пожаловал сам Мэр, и та-а-ам...       Юнги уже сбился со счёта, сколько раз она сменила тему для разговора за этот час. Девочка крайне виртуозно прямо посреди рассказа меняла тему с одной на другую, и так же спокойно возвращалась к какой-нибудь третьей, о которой уже можно было и забыть.       — Киса, а ведь уже довольно поздно, — прервала сама себя девочка, складывая книги обратно в портфель и продолжая разглядывать «дружественную» мордашку мальчика, — я, наверное, домой пойду, темнеет, а дедуле не очень нравится, когда я поздно возвращаюсь, он иногда меня даже встречать выходит. Говорит, место новое, мало ли что, поймают какие-нибудь гады в тёмном углу и всё. «Пиши пропало», — цитирует дедушку Ли. — Как раз о «пропало», я недавно по телеку такой клевый документальный фильм видела про похитителей, там, короче...       — Ли Саран! — выкрикнул дедушка Ли в окно. — Пора домой!       —Ладно, я пошла, — кивнула она, соскакивая с трибун, — ну, до завтра, да?       В ответ она услышала лишь удары о мяч.       — Ты смотри, не переусердствуй, и доброй ночи, ну, это тебе на будущее, когда спать будешь ложиться. Ты же спишь по ночам? Или подушку швыряешь, продолжая тренировки? — захихикала Ли над собственной же шуткой.       Снова послышался голос дедушки:       — Саран!       — Иду, — крикнула она. Было видно, что уходить ей совсем не хочется, но выбора особо не было. Девочка махнула рукой, хотя Юнги в её сторону так ни разу и не посмотрел. — Пока!       «Интересно, а ночью она затыкается или продолжает трепаться?» — подумал мальчик, останавливаясь и присаживаясь на корточки возле кольца.       В горле ужасно пересохло, тогда мальчик укоризненно уставился на пакет с печеньем и чаем, решая, стоит его взять или нет. Пить хотелось ужасно, тогда Мин решил всё-таки испить его.       «Тёплый чай и правда не такой вкусный», — подумал мальчишка, вертя в руке бутылек. — «Фильм... Фильм... Фильм... О каком фильме она говорила?», — он замер, переваривая и осмысливая собственные думы.       Такой уровень жизнерадостности и назойливости ему и в кошмарном сне не мог явиться. Но, что странно, злости или раздражения от её присутствия он больше не испытывал.       Иногда Саран была настолько нещадно-раздрающей и необременённой чувством такта, что хотелось ей нахамить, но грубить ей — всё равно, что пнуть несмышлёного ребёнка, она же даже не поймёт, что произошло. Впрочем, игнорировать её, как выяснилось, тоже было той ещё задачкой.       Более того, выбранная девочкой история про мага и лиса оказалась для Мина интересной, интригующей, и он, волей-неволей, прислушивался и анализировал текст. Голос у Саран был приятный, читала она чётко, с интонацией, и в какой-то момент он поймал себя на том, что воспринимает её, как радиоприёмник, по которому идёт интересная передача.       «Да черт тебя дери», — её звонкий мелодичный голосок точно надолго задержится у него в голове.

***

      Так продолжалось неделю.       Юнги приходил на площадку, а там на трибунах в позе лотоса уже сидела она.       Конечно, Мин мог сменить место тренировок, но... он не был уверен, что у него для этого есть действительно веская причина. Он не любил отступать или уступать.       Она, судя по всему, тоже.       Возможно, Мин сам был виноват в том, что она не отставала. Возможно, он зря в тот самый первый день позволил себе заговорить с ней. Скорее всего, она восприняла это как сигнал к тому, что контакт возможен, нужно лишь время.       Наблюдая за ней, мальчик понял, что Саран, несмотря на некрасивую внешность и легкомысленное взбалмошное поведение, далеко не глупая девочка. Она была чрезвычайно эрудированна и подкована в любом вопросе и охотно делилась этой информацией со всеми желающими. И с нежелающими тоже. Ей нравилось рассказывать что-то, и она умела подать информацию так, чтобы самый отъявленный балбес понял и заинтересовался. Несмотря на это, всё же контакт наладила она в классе не со многими.       И в один прекрасный день она пропустила занятия в школе. Юнги мог бы это проигнорировать, если бы не тот факт, что и на тренировочную площадку, в последствии, она тоже не пришла.       И этот прекрасный день, внезапно, стал очень скучным и мрачным. Его больше ничто не отвлекало от тренировки. Не отвлекало от мрачных раздумий. Не отвлекало от самого себя.       На душе скребли кошки...       Он, вообще, по натуре своей не паникёр, но что-то заставляло его тревожиться.       Тогда Мин решил действовать незамедлительно.       Последний урок уже закончился. Мальчик, дождавшись заветного звонка, собрал свои принадлежности и метеором вылетел из школы, не сбавляя темпа, бежал в сторону дома Саран.       Вот он уже стоит напротив её двери и ритмично нажимает на кнопку дверного звонка. Секунда, Три, минута. Никого. Тогда Мин начал тарабанить в дверь.       — Саран? — он прильнул вплотную к двери, прислушиваясь. — Саран... — И тут она распахнулась, на пороге стояла растрёпанная Ли.       — Ты чего расшумелся? Что... — но договорить она не успела, Мин притянул её к себе и крепко обнял. — Эй, ты чего?       Раньше Юнги даже не здоровался с ней, не позволял себя трогать, а о том, чтобы обниматься и речи быть не могло. Но сейчас он стоял так непозволительно близко, прижимая её за плечи к себе, что Саран могла слышать его размеренное дыхание. Этот приятный жест был слишком неожиданным, что привёл Саран в легкий ступор.       — Это ты чего? Почему исчезла, ничего не сказав?       — Юнги, я заболела. На следующей неделе я снова вернусь в школу. Бабушки и дедушки сегодня весь день не будет, проходи, мне тебе столько нужно рассказать...! — она затащила его в дом, захлопнув дверь, а у Мина камень с души упал.       Кажется, Юнги привязался к ней быстрее, чем успел это осознать.