Ты моя головная боль

      С тех школьных событий и решением переехать из Тэгу в Сеул, чтобы определить болеющего дедушку в лучшую бюджетную клинику Кореи, прошло более трёх лет. Дедушка пошёл на поправку, а после они переехали в посёлок, недалеко от Сачхона, города, в котором они когда-то жили. Всё-таки, прожить в мегаполисе двум старикам с подростающей внучкой – та ещё задачка.       Раньше Саран никогда не задумывалась по поводу своей внешности. Её высокий рост, кривые зубы, избыточный вес и её причёска под мальчишку – всё это её устраивало, но ближе к пятнадцати годам, когда она впервые была влюблена и впервые отвержена, решила, что пора взяться за себя. Она прекратила объедаться сладкой бабушкиной выпечкой, стала носить брекеты, отрастила свои волосы и занялась спортом.       Стремление стать более худой и красивой вскружили Ли голову, мысли о её красоте вдруг стали навязчивыми настолько, что повлекло за собой проблемы со здоровьем. Пусть они и были не критичными, всё же приносили дискомфорт. Думать ни о чём, кроме красоты, она не могла ещё очень долгое время.       Не смотря на внешние изменения, Саран всё так же могла болтать с друзьями часами, любила читать книги и интересовалась различными науками.       Закончив школу на отлично, Ли решительно настроилась поступить в военный ВУЗ на медика. Нет, ей не нравилось военное дело, просто Саран до ужаса любила парней в военной форме медицину. Вскоре, Ли пришло письмо о её зачислении.       По фото из сайта можно было понять, что институт очень большой, у него своя библиотека, столовая, большие площадки для занятия спортом и общежитие, которое находится недалеко от главного здания. Общежитие смешанное, правое крыло — парни, а левое — девушки. Саран, как и большинство студентов, предпочла жить в нём. Собственно, выбора у неё не было: добираться каждое утро из посёлка было слишком долго, а снимать квартиру – дорого.

***

Нежные лучи восходящего солнца аккуратно выглядывали из-за горизонта, освещая собой самые тёмные участки вокзала. Она обожала раннее утро, когда сумрак сменяет рассвет, а трава мокнет от росы. Эта прохлада такая приятная, ни с чем не сравнимая. Ощущения настолько острые, что по телу бегут мурашки.       Нервно поправив край своего синего сарафана в отражении магазинной витрины, девушка ещё раз уткнулась в конверт с приглашением в ВУЗ.       — Ну что ж, счастливой учебы, — улыбка на лице дедушки стала ещё шире и теплее. Он поправил свой буннет¹, полностью накрывая его сверху и передал Саран её чемодан.       — Ты только кушай. Кушай побольше, вон как исхудала! — сказала бабушка, в голосе которой был слышен восторг, вперемешку с малой доли печали. Внучку они увидят ещё не скоро.       — Бабуль, дедуль, со мной всё будет отлично, вы только звоните. Хорошо? — прозвучало как-то сдавленно. У Саран от волнения и предвкушения чего-то нового пересохло во рту.       Прозвучал голос диспетчера, который оповещал о скором отбытии поезда Саран. Люди уже спешили в вагон. Ли вздрогнула, схватилась за ручку чемодана крепко-крепко и уже хотела развернуться в сторону поезда, чтобы скорее занять своё место в вагоне.       — Решила уехать, не попрощавшись со своими стариками? — вдруг выкрикнул дед, скрестив руки на груди.       Саран опомнилась. Она сразбегу уткнулась в родных, чуть не сбив их с ног. Как же она будет всё это время без них? Глаза противно защипало. Она взглянула на бабушку и дедушку и заметила, как в уголках их глаз скопились слёзы, но они продолжали улыбаться.       Девушке было больно видеть слёзы любимых людей. Хотелось всё бросить и остаться с ними.       — Эй, ну ты чего? Перестань. — бабушка утешающе гладила её по спине. — Беги, а то без тебя уедут.       Саран чмокнула их в щёки, последний раз обняла их и, собравшись с духом, пошла в сторону экипажа. Уже усевшись в салоне поезда у окна, она пригляделась и увидела, как машина её дедули отъезжает от вокзала, а сами старики смотрят на неё и машут на прощание.       К ней подсела миловидная девушка высокого роста, с хрупким станом. Саран, не скрывая интереса, стала её бесстыдно, возможно, нагло, рассматривать. Длинные каштановые волосы, которые, казалось, доходили ей до самого пояса, красиво спадали с плеч, густые реснички и брови чётко выделялись на её лице, красивая бронзовая кожа сияла, словно её поцеловало солнце. Быстро пройдясь глазами по девушке напротив, взор Ли остановился на её пухлых губах, что отдалённо напоминали бантик.       — Новенькая здесь? — Ли чуть несмело кивнула ей, не сводя, словно заворожённая, глаз с девушки напротив. — Понятно. Меня зовут Со Ынген, — она протянула руку в приветственном жесте.       — Саран, — крепко пожала ладошку той. — Давно здесь учишься?       Ынген отрицательно мотнула головой:       — Должна была быть на втором курсе военно-морской пехоты, но перевелась на военную медицину. Видишь вон там светленького в очках? Его зовут Намджун. — Парень был крепкого телосложения. Он внимательно листал книгу, беззвучно что-то проговаривая одними губами. — Когда возникнут проблемы с учёбой, смело обращайся к нему, — Ынген чуть повернулась в бок, указывая на весьма симпатичного парня, который увлечённо что-то обсуждал со своим соседом. — Вон тот кудрявый – Тэхен. Тоже был на втором, но с военно-морской перевёлся на сухопутные, теперь тоже на первом курсе. Главный тусовщик. Все свежие сплетни через него проходят. Он парень хороший, но сразу говорю, гей. — она кивнула в сторону девушки, что сидела рядом с Тэхеном. — Вон там Наби. Староста на старших курсах, подрабатывает в деканате. Она странная, но с ней лучше дружить, может прогулы не отмечать. — Наби напоминала вытянутую ровную палку с заумным видом.       Саран внимательно слушала и рассматривала людей, про которых рассказывала Ынген, не скрывая своего интереса. Глаза Ли сияли, а губы сложились в глухой «о».       — По приезде вместе заселимся в комнату. Я с комендантом договорюсь. — Со открыла форточку и закурила. — А ты что молчишь? Может, расскажешь о себе что?       — Ну-у, слушай...       Дорога предстоит долгая, но интересная. Кто как не Саран знает, как занять человека разговором?