Омут голубых глаз

— Безмозглая девчонка! — прокричала разъярённая женщина. — Для чего тебя отец учил всем этим приёмам, если ты его даже защитить не смогла?! На полу были видны капли крови, которые разлетелись по всему татами. Из открытого окна подул поток холодного воздуха. Вся побитая девочка съёжилась от холода, ведь она была только в одном тоненьком кимоно. — Мама, хватит! Этот демон был очень сильный!.. — Не смей перечить мне, мелкая и противная девчонка! — заткнув маленькую Хэруко, её мать замахнулась для очередного удара. — Я тебя воспитывала, я тебе жизнь обеспечивала, а ты… — Ма..ма… — пропищала малышка. Женщина нанесла сильную пощёчину. Следом послышался тихий всхлип. Из голубых глаз водопадом начали литься слёзы. В душе девочки осталась лишь одна боль и скорбь по отцу. Ватанабэ не понимала, почему мать стала с ней так обращаться и беспощадно хлестать её по щекам. Подобные перепалки начались со следующего дня после смерти отца. Он погиб от лап демона, защищая свою дочь. Эта тварь была сильна, даже папа Хэруко не смог справиться с ним, хотя он был очень опытным истребителем.

2 года назад

Тот день она помнит ясно. В очередной раз Акио с дочкой проводил тренировку. У девочки уже что-то начало получаться из её действий и она этому была несказанно рада. В ней просыпался огромный азарт, который ей помогал в улучшении новых навыков. Сердце каждого было наполнено счастьем. Душа Хэруко так и трепетала от папиной похвалы в её сторону. Никогда девочка не чувствовала себя так хорошо. Но вдруг, из леса послышался какой-то нечленораздельный звук. — Отойди в сторону, — приказал отец. Взявшись за катану, Акио начал искать источник этого звука. Тихо и аккуратно ступая по траве бывший мечник оглядывал опушку леса. Подобные визиты случались часто, так что глава клана Ватанабэ не беспокоился. Внезапно с крыши поместья ужасный демон бросился на отца. Из пасти этой твари текла кровь, видимо, мы были не первыми, на кого он напал. Развернувшись, отец блокировал атаку демона. Встав в стойку для исполнения второй каты, Акио совершил сальто в воздухе и с бешеной скоростью понёсся вниз к демону. — Ха-ха-ха! — прокричала тварь. — Меня такими приёмами не убьёшь! — демон отпрыгнул в сторону, попутно надсмехаясь над действиями отца Хэруко. Приземлившись, Акио развернулся для очередной атаки. Он был непоколебим. — Ничего! Найду другой способ прикончить тебя! — сделав выпад в сторону зверя, сказал истребитель в отставке. Всё было тщетно. Какие атаки не исполнял бы отец, их все до единой отражали. Но Акио не сдавался. Папа Хэруко никогда не сдавался. Падать духом для него не естественно. Бой шёл уже на протяжении двух часов, а подмога за которой выслали ворона, так и не появлялась. Отец уже начал уставать, но виду старался не подавать. Его атаки постепенно начали слабеть, а прочность блоков совсем улетучилась. Этим-то демон и воспользовался. Тварь не уставала, а становилась только сильнее с каждой минутой. Очевидно, что это и была способность его магии крови. — Слабак! — замахнувшись, демон нанёс смертельный удар. — Кха… — Акио попытался встать, но его серьёзное ранение в районе рёбер не позволяло ему подняться на ноги. Всё было кончено. — Н-Е-Е-Е-Т! — с диким воплем брюнетка бросилась к папе. По щекам юной девушки потекла маленькими струйками солёная вода. Тут-то подмога и появилась. Но Хэруко уже ничего не волновало. Мир остановился. Она больше ничего не видела кроме своего отца. Все мысли были только о нём. Девочка пыталась остановить кровотечение у единственного человека, который любил её, отдавая ей всё, что только у него было. Но ничего не получалось. Ранение было слишком серьёзное, чтобы что-либо предпринимать. Слёзы, которые вытекали из глаз дочери, смешались с кровью столь любящего её папы. Упав на колени, Хэруко припала к телу своего наставника, друга, а также по совместительству отца. — Па-па… — сквозь плач говорила девочка. — Я…я подвела тебя!.. Я н-не смогла тебя защитить… — Тише… Кх…тише. Всё в порядке… Зато ты жива, ну не чудо ли?.. — улыбнувшись своей самой искренней улыбкой, которую его дочь так любила, сказал Акио. — Рано или поздно это могло произойти, такова жизнь истребителя. — Узнаю своего отца — грустно улыбнулась Ватанабэ-младшая. — Помни меня, и я всегда буду рядом! — Акио закрыл глаза и ушёл на вечный покой. — Как же мы без тебя будем… — слёзы потекли ручьём. Сердце девочки сжалось из-за накатывающей волны боли. Глаза заполняла непроглядная пелена. — По…почему так?.. Почему этот демон покусился на отца?! — схватившись за рукоять катаны папы, Хэруко начала сносить всё на своём пути: деревья, кусты, камни. Всё что препятствовало ей, было разрублено на мелкие куски. Отчаянию разъярённой девушки не было предела. Злость бурлила в Ватанабэ. В глазах опасно сверкал костёр ненависти. Попадись ей под лезвие что-нибудь живое, она не пощадила бы и его. Катана с бешеной скоростью носилась из стороны в сторону, разрубая всё что только представлялось взору ненавистницы демонов. Пред Хэруко возвышался столетний дуб. Его могучие ветви раскидывались в разные стороны. Его величие и то, что он прожил столько лет, поражало. — Дыхание Неба. Четвёртый стиль. Буря в небе! — пять чрезвычайно быстрых дугообразных ударов смогло срубить это величественное дерево в считанные секунды. Тогда-то её сила одарённого и пробудилась. Одна лишь ярость читалась в её действиях. Сил больше не было. Казалось, она срубила не половину своего родного и любимого леса, куда она любила ходить за ягодами в детстве, возвращаясь домой с полными малиной и земляникой корзинками и с хорошим настроением на весь оставшийся день, а сотни лесов. Хэруко заполнило болезненное и удушающее ощущение бесполезности, беспомощности. Хрупкое тельце содрогнулось. Боль растекалась по всем частям души, ужасное чувство заполнило организм. Истошный крик вырвался из уст девушки: — Ненавижу! Чтоб они все только подохли!.. — солёная вода хлынула из глаз юной охотницы. Дрожь пробирала тело. Она потеряла самого дорогого ей человека, даже не попытавшись его спасти. Вина нахлынула на брюнетку, заполоняя весь её разум. Повалившись на мокрую от утренней росы траву, Хэруко свернулась калачиком. Казалось бы — для чего или же для кого она теперь существует? Она осознавала, что прежней поддержки отца не будет, а останется только жгучая ненависть матери. Слабость в клане Ватанабэ не прощалась. Только её папа был верен тому, что её силы станут могущественны, просто нужно было подождать. Листва тихо шелестела, а птицы пели своими прекрасными голосами. Луч солнца упал на лицо многострадальной девушки, заставив открыть её выразительные голубые глаза с васильковым отливом. Слабый аромат любимого дерева донёсся до мечницы. Этот весенний запах издавала недавно распустившая свои цветы вишня. Её красивые ветви раскинулись в разные стороны. Сквозь слабо колышущиеся листья и цветы сакуры можно было увидеть ярко-синее небо, очи мечницы были такого же цвета, как и небеса. На красивом личике появилась еле заметная улыбка. Безмятежность ненадолго выместила отчаяние. Хэруко очень близка к природе, поэтому она смогла хоть и успокоиться. Окружающая её обстановка хорошо действовала на неё: пение соловья навевало ей тёплые воспоминания о прекрасных вечерах с отцом, во время которых они собирались на этой поляне и учились играть на старенькой гитаре, которая послужила причиной восхитительного настроения для многих людей. К сожалению, Акио не смог научить свою дочь играть на струнном инструменте, но зато у них осталась память о тех временах, когда они сидели там в обнимку, в попытках изучить новые аккорды. Когда малышка Хэруко наловчилась играть одну несложную мелодию, она потом ещё на протяжении недели бегала к маме и папе, прося их достать гитару с тёмного чердака, темноту которого она боялась, для того чтобы она насладилась игрой незамысловатой песни. На самом деле, Хэруко очень позитивный и весёлый человек. В детстве в поместье семьи Ватанабэ всегда был слышен заливистый смех маленькой девчушки. Энергичный ребёнок всё время бегал по всему дому, ища новых приключений. Девочку интересовало всё новое: вот белка прыгнула с одного дерева на другое, а тут пробежал косой зайка мимо кустов боярышника. Природа завораживала, хотелось остаться здесь навсегда, было желание слиться с лесом и стать одним целым, не заботясь о людских заботах. Ностальгия накрыла девушку приятными воспоминаниями. Некоторые были плохие, а некоторые хорошие. С ранних лет Акио учил дочку различным приёмам тесно связанными с их родовым дыханием Неба. По наследственности оно передаётся каждому ребёнку клана Ватанабэ, но не все способны полностью им владеть. Лишь раз в 10 лет рождается ребёнок с невероятно сильными способностями. Ватанабэ как раз таки была одна из одарённых детей. Но к сожалению, её способности никак не проявлялись. Сколько бы юная мечница не старалась, у неё ничего не получалось. Дни шли, а прогресса практически не было. Но она не переставала упорно тренироваться и в конце концов, Хэруко смогла выучить первую кату. Ей далось это с огромным трудом, поэтому и она, и отец были очень рады её достижению, а вот мать была недовольна, ведь как это одарённый ребёнок к 12 годам не смог научиться выполнять только первую кату?! Её мать в свои 10 лет уже исполняла без единой ошибки целые 4 каты, хотя она была совершенно обыкновенным ребёнком. — Ну что за позорище?.. — всегда говорила мать-ненавистница — Вот я в свои годы… — Тише, Казуми. Ты же и сама видишь, что ей это далось с огромным усилием. — Акио попытался успокоить жену. — В этом то и проблема, что с трудом. Она ведь одарённая! — прикрыв рукой лицо, проговорила мать Хэруко. — Не понимаю почему ты так спокоен по этому поводу… Ведь она и так уже запорола всю честь нашего клана. — Понятно всё с тобой. Я пойду к дочери, если хочешь, приходи. Только не порти ей настроение своим возмущением, пожалуйста. — приобняв свою любимую, сказал Акио и ушёл в сторону комнаты маленькой дочурки. Когда отец и по совместительству наставник младшей Ватанабэ подошёл к двери, он услышал тихий плач. По его спине табуном пробежались мурашки. — Только не!.. Перед взором Акио была подобная картина: его дочь лежала на футоне, завернувшись калачиком. Маленькое тельце под одеялом дрожало. По всей комнате были разбросаны различные документы. Видимо, Хэруко не просто узнала про то, что говорила её мама, а увидела все письма, которые писала Казуми, когда та узнала о прогрессе и успехах дочери в заучивании техник, приёмов и кат. Сердце главы семьи сжалось из-за подобной картины. Он всегда максимально старался делать так, чтобы его дочь только радовалась и никогда не чувствовала грусти. Акио не хотел повторить ошибку своих родителей. А теперь всё рушилось прямо перед его глазами… — Тише..Тише… — нежно поглаживая тёмную макушку, приговаривал папа Хэруко. — Мама тогда не в серьёз говорила, она просто была очень сильно уставшая из-за работы, ты же ведь помнишь, как она допоздна висела над документами?.. — успокаивал свою дочь Акио. — Но ведь это было 3 года назад, а эти письма написаны за полгода до этой работы. — тихо проговорила девочка. — Не надо меня успокаивать, пап. Я и так об этом давно думала. Отец был в ступоре, теперь он чувствовал себя виноватым перед своей дочерью. Он и правда забыл, что она у него такая сообразительная. Наверное, Хэруко теперь всегда будет искать подвох в его словах. Ведь он её обманул. Не сказал всё как есть. — Я так виноват перед тобой. — понурив голову сказал Акио. — Да ладно тебе. На твоём месте все бы так поступили. — отстранённо сказала Ватанабэ младшая. С удивлённым взглядом отец одарённой мечницы посмотрел в её сторону. В её интонации никогда не было такого тона… Его дочь всегда была жизнерадостной, позитивной и милой девчушкой. Этот день и стал переломным моментом для Хэруко. Её жизнь тогда разделилась на "от" и "до". Проходило очень много времени, а радость к обладательнице дыхания Неба не возвращалась. Одна лишь услада в её жизни была — новые и новые познания в искусстве истребления демонов. Но её натура смягчилась после проведённого Рождества вместе со своим отцом. Тот день был прекрасен. У этого праздника есть три аромата: имбирь, мандарины и тёплая дружба между отцом и дочерью. Тогда отец Хэруко подарил ей первую собственную металлическую катану. Это был ненастоящий клинок Ничирин. Он не мог убить демона, но зато с помощью этого оружия можно было сражаться и защищаться. Больше ей не надо было искать папу, чтобы попросить его достать лестницу на чердак и найти деревянный муляж орудия охотников. Она могла самостоятельно тренироваться и улучшать навыки истребителя. А вот дочурка Акио подарила ему кулон с маленьким вставленным рисунком его, мамы и младшей дочери. Эту подвеску отец всегда носил с собой. И тут Хэруко будто молнией ударило. — Кулон! — она не могла допустить, чтобы единственное, что осталось у неё от отца, попало не в те руки, а то есть в руки матери, которая так и метила на этот кулон. В спешке подхватив отцовскую катану, сталь которой переливалась на солнце различными красками, девушка побежала в сторону родового поместья Ватанабэ. — Надеюсь, что я успею… Быстро преодолевая лес, Хэруко направлялась к телу недавно погибшего отца. Перепрыгивая стволы срубленных деревьев во время её приступа ярости, будущая мечница услышала негромкий шорох. — А? — обернувшись на звук, она заметила небольшую семейку колючих ежей. Вот один малыш отстал от своих братьев и сестёр. Но заботливая мама не бросила его. Она подбежала к своему детёнышу, подтолкнула сзади и ныне не спускала с него своих чёрных глаз-бусинок. — Даже животные заботятся о своих детях — с некой печалью прошептала голубоглазая. — Не то что моя мать. — постояв так минуту, наблюдая за милой картиной дружной семьи, Хэруко оторвала свой взгляд от этого завораживающего зрелища и побежала дальше. Всё-таки её ждали неотложные дела. Если она не успеет, то все её надежды на сохранение памяти о дорогом человеке разлетятся в прах. Ещё пару шагов — и она будет на территории поместья. — Успела. — девушка стёрла пот со лба. Бездыханное тело отца уже было совсем холодным. Было больно видеть и признавать реальностью подобное, но вещь надо было забрать. Акио просил позаботиться об этом кулоне после его возможной смерти, поэтому она так рвалась выполнить его просьбу. — Всё. — теперь памятный подарок отцу был повешен на тонкую шею девушки. — Как же так?.. — в резком порыве грусти Хэруко прижала украшение к сердцу. Непонимание в душе молодой Ватанабэ забилось в яростной агонии. Гнев вновь заполонил весь разум озлобленной на такую неудачу в её жизни брюнетки. Но в этот раз порыв получилось остановить нормализацией дыхания. Белые тучки-барашки медленно плыли по небу в неизвестном направлении, изредка пропуская ласковые лучи светлого солнца. — Как красиво... — присев рядом с недавно умершим родителем, произнесла Хэруко. Протянув аккуратную ладонь к облакам, грустная девушка как будто бы пыталась найти ответы на все её вопросы у закадычного друга, который скрывался уже там, за небесами, за облаками. — Бедняга. — молодой паренёк из отряда истребителей одарил потерявшую своего отца печальным взглядом. Многим знакомо это раздирающее чувство утраты кого-то дорогого. — Надо ей помочь! — один из охотников хотел уже окликнуть девушку. — Стой. — остановил своего знакомого юноша лет тринадцати. Он был самый молодой в отряде. — Дай ей время обдумать всё. — А… Тогда ладно. В это время юная Ватанабэ прокручивала в голове все проведённые моменты с отцом. Конечно же нельзя было вспомнить каждое мгновение. Их было огромное множество. Очень сильно Акио любил девочку и трепетно относился к ней. Он всегда говорил: «Ну как же не любить такое чудо, как моя дочь!» Как бы Хэруко не хотела ещё вот так посидеть, подумать обо всём, не беспокоясь о происходящем вокруг себя… Но надо было вставать. Вставать и бороться. Бороться за справедливость и за смерть всех до единых демонов. Медленно встав, брюнетка посмотрела в сторону мечников. В её глазах читалась боль, но уже было не так грустно, она смогла смириться с этим. Она неторопливо направилась к охотникам. От усталости подкашивались ноги. — Не...могу. — уставшая девушка медленно начала падать. Перед глазами всё мутнело. Она ничего не чувствовала: ни рук, ни ног. Последнее, что получилось услышать, так это встревоженные голоса молодых пареньков из отряда. Свет утреннего солнца нежно ласкал лицо спящей Ватанабэ. Тёмные локоны были хаотично разбросаны по всей подушке. Ветер слабо дул из окна. — Ммм.. — тихо промычала недовольная Хэруко, перевернувшись на другой бок. — Подъём! — ворвалась в комнату злобная мать. Сорвав одеяло с дочери, которая наконец-то могла спокойно провалиться в желанный сон, она начала кричать ей уже прямо в ухо. — Тебе повторить надо?! — Уже встаю, — опершись на обе руки, Хэруко попыталась встать. Резкая боль в ногах не позволила это сделать. Не стоило вчера весь день носиться по лесу… — Ты не понимаешь моих слов? Или ты оглохла? — нависая над дочерью, Казуми задавала один вопрос за другим. «Поспать нормально не дают.» — пронеслось в голове сонной Ватанабэ. Её не волновало, как она оказалась в тёплой кровати, а не на холодной земле. Появилось старое доброе чувство выгорания, из-за надзирательства матери. Раньше, вместе с ней всеми домашними делами занимались брат Ивао и сестрёнка Тоши. Старший брат занимался уборкой на чердаке и в подвале, а сестра мыла посуду и занималась делами на кухне, готовила еду, осенью ежедневно собирала урожай с её собственной мини-грядки, грядка всегда была ухожена, растения поливались вовремя. Хэруко протирала все окна и зеркала в доме, время от времени прибиралась в гостиной. Но с возрастом они уехали. В начале брат шутник Ивао уехал в город, чтобы устроиться на хорошую работу, а за ним заботливая и любящая сестра Тоши. Эти времена, когда все собирались за старой книжкой в уютной комнате у камина, уже давно не были в жизни Хэруко. Её любили, как младшую сестру, всегда заботились и приглядывали за ней, поэтому первые дни без брата и сестры были пустыми, холодными, безжизненными. Серость дней стала уже чем-то обычным для юной мечницы. Увидеть задорный блеск в её потускневших от тоски глазах был уже чем-то невозможным. Прошло уже несколько лет с того дня. А характер мечницы становился только холоднее, но зато с каждым днём она становилась более искусной истребительницей. Она могла исполнять все каты без единой ошибки. Её талант проявлялся не по дням, а по часам. Ей пришлось отстраниться от мира сего, закрывшись в себе и в вечных тренировках. Отец из её жизни ушёл уже давно, а за ним и мать. Казуми так же умерла из-за нападения демона. Хоть Хэруко и не так любила свою маму, как папу, но всё же мечница нуждалась в ней и в её простом присутствии, чтобы не казалось, то что она не осталась СОВСЕМ одна. А теперь у неё никого не осталось. Только поместье служило ей напоминанием, о когда-то во всю процветающей семье. Старый пёс помогал не унывать и не опускать руки. С ним нельзя было соскучиться. Несмотря на его возраст, он проказничал как малое дитя. — Какой же ты всё-таки дурашка, — приговаривала Хэруко, нежно поглаживала тёмно-серую шерсть верной собаки. С тех времён Ватанабэ практически не изменилась. Только стала ещё сильнее, красивее и спокойнее характером. Она была невысокого роста, но изящной девушкой, имея очень даже хорошие формы. У неё были тонкие черты лица, аккуратный нос, пухлые губы и выразительные голубые голоса. Сегодняшнее пробуждение далось ей с трудом. Из удобного футона никак не хотелось вылезать, но пришлось себя заставить — тренировки не ждали её, надо было учиться и учиться, трудиться и трудиться, стремиться и стремиться. Направившись в сторону кухни, девушка напевала какую-то весёлую песню. — Надо будет приготовить завтрак мне, накормить Рембо, сходить в лес за лекарственными травами и ягодами, потом потренировать четвёртую кату… Ещё генеральная уборка сегодня… — нервно перечисляла Ватанабэ. Сегодня ей придётся потрудиться, чтобы успеть доделать все дела по дому. Быстрым движением младшая Ватанабэ подхватила сковородку, достала куриные яйца, поставила посуду на плиту и начала колдовать завтрак. Рембо заинтересованно смотрел на свою хозяйку, почувствовал запах еды и радостно залаял, виляя хвостом. — Скоро, скоро, — ласково отозвалась Хэруко. Её готовка всегда всем нравилась, те блюда, которые она готовила, были изумительными и оригинальными на вкус. На сковородке скворчала яичница для неё, а в тарелке размораживалось мясо для пса. — Всё! — довольно сказала девушка и поставила миску с говяжьим мясом для пса. — Вот теперь можешь кушать. Приятного аппетита тебе! Голодный пёс набросился на еду с большим энтузиазмом, а за ним и мечница приступила к трапезе. Приготовленная еда, как всегда, была прекрасна. Готовить её научила старшая сестрёнка Тоши, вначале Хэруко с трудом давалась готовка, она считала это дело слишком сложным и муторным, а затем её затягивало и увлекало в мир кулинарии. Ей всегда нравилось экспериментировать с продуктами, придумывая новые и уникальные рецепты. — Как вкусно, — поражалась своей же готовке прикрывшая глаза от удовольствия Ватанабэ. — А тебе нравится, Рембо? Пёс обернулся на своё имя, и дружелюбно гавкнул в ответ. В его глазах читалось обожание и доверие к его хозяйке. Он был очень благодарен ей, так как очень давно его она же и спасла. День был дождливый, но надо было отправляться в город. Шестилетняя Хэруко весело шагала по дорожке, держа крепкую руку старшего брата. Нужно было поторопиться, иначе они не успеют на рынок вовремя. Вдруг послышался жалобный писк. — Погоди, братик! Надо посмотреть кто это. Может ему нужна помощь! — маленькая девочка направилась в сторону кустов. — Стой! Это может быть демон! — попытался одёрнуть свою сестру Ивао. Он всё-таки беспокоился за свою бесстрашную сестрицу. — Да какой демон может быть в полдень! — обернулась голубоглазая малышка. Аккуратно раздвинула колючие ветки Хэруко и заметила маленький трясущийся комочек шерсти. Животное всё дрожало, вся шёрстка у него промокла насквозь. — Ой. Это же щенок! — протянула свои руки к собаке девочка. Осторожно подняв его, она показала бедное животное брату. — Смотри, какой хороший! Давай возьмём его домой, ему надо помочь! Мы же ведь не оставим его в беде. — Ладно. — потёр виски брат, измучено смотря на небо. «Мама будет ругаться… Но не могу же я сестре отказать.» — подумал Ивао. Так и оказался Рембо в доме семьи Ватанабэ под присмотром маленькой девочки. За недолгое время его смогли привести в норму, его шерсть стала красиво блестеть, как у здоровой собаки. Никто и не догадывался, что пёс будет породы овчарка, все думали, что он был простой дворняжкой. — Так. Теперь надо в лес. — девушка встала и начала собираться. В лес практически ничего не надо было брать, только корзинки для трав и ягод, воду и еду. — И вот это. — девушка положила несколько онигири в корзинку и направилась в лес. За сбором ягод и лечебных трав Хэруко и не заметила, как пролетели отведённые на прогулку два часа. — Как так?.. Что-то я загулялась. — растерянно сказала она, подхватила все собранные лекарственные плоды и поспешила домой. Пропускать ежедневные тренировки она никак не могла. Не хотелось упускать возможность насладиться этим прекрасным ощущением непрерывного движения, не прерывая последовательность действий. Бой — это прекрасная вещь, за многие годы поняла Ватанабэ. Со спокойной душой ты можешь выпустить накопившуюся злость, гнев, непонимание, отчаяние, зная, что терять уже нечего. Хотелось предаться этому страстному танцу нападения или же твёрдой, непробиваемой защите самого же себя, зная, что твоё будущее в твоих же руках. Хотелось ощутить это мимолётное чувство, когда ты властвуешь над этими противными существами. Отомстить им за всё хорошее — вот чего так рьяно хотела Хэруко, но считала, что всё ещё не готова, всё ещё недостаточно навыков, опыта… Быстрыми шагами мечница отправилась к поляне отведённой для тренировок, подхватила когда-то подаренную отцом катану и в припрыжку побежала на самотренировку. Время проходило, а молодая охотница и не уставала, в её глазах был виден огненный азарт, который разжигал целое пламя эмоций. Хотелось ещё большего, ещё и ещё Одиночной тренировки было мало, ведь ей нужен был опыт в совместном бою, но она пока не могла позволить себе такую роскошь. Хэруко была твёрдо уверена, что пока она не достойна такого уровня сражения. Исполняя и повторяя различные каты дыхания Неба, истребительница демонов заметила, как красиво сегодня небо, его голубизна напоминала добрые глаза папы, облака были похожи на мягкий характер любимой сестры, а яркое солнце возбуждало воспоминания о задорных каламбурах и шутках брата… На душе почему-то стало так грустно. Вроде она пережила этот период, когда из-за одиночества кошки на душе скребли. Хотелось сделать с собой кое-что непозволенное, но боль приходилось преодолевать, воздерживаясь от столь заманчивого соблазна. Было невыносимое желание наконец-то увидеться со своим отцом и по сей день, но нужно было терпеть. «Самоубийство совершают только слабые» — очень давно в какой-то книге прочитала Ватанабэ-младшая. За тренировкой девушка совсем забыла о реальном времени, а на улице уже стемнело. — Гав! — взволнованно лаял Рембо. — Гав! — А? — мечница посмотрела в сторону пса. — Что такое? Повеяло запахом крови, металлический вкус сразу же начал ощущаться на языке. Противное рычание мешало как-либо соображать. Сразу же вспомнились те самые моменты смерти отца и матери. — Только не это… — прошептала Хэруко. — Рр-р-р-рр. — звуки становились громче. — РЕМБО, БЕГИ!!! — будущая охотница подхватила старый отцовский клинок Ничирин. Но было уже поздно. Когтистая лапа замахнулась, демон выдал зверскую ухмылку. — Давно я не лакомился животными… — и начал терзать тёмную тушку пса. Послышался тихий скулёж. — НЕТ!!! — перед глазами девушки начало всё рушиться. — НЕТ, НЕТ И НЕТ!!! — Дыхание Неба. Первый стиль. Пушистые облака! — охотница сделала клинком перед собой быструю круговую косую черту, срубая голову отвратительного демона. Ватанабэ подбежала к своему верному псу, приподняла его морду и посмотрела в доверчивые глаза. — Потерпи немного… Я не позволю умереть ещё кому-то дорогому для меня. — Хэруко опустила голову. — Всё хорошо… Я рядом… Тихо-тихо-тихо… Пёс скулил от боли, но рядом со своей любимой хозяйкой, вот так слушая её ласковый голос, было уже и не так больно. Псу было приятно, потому что последние мгновения своей жизни он проводил с ней. Прошло несколько минут, Рембо закрыл свои глаза и ушёл на вечный сон. — НЕНАВИЖУ!!! — охотница замахнулась кулаком и ударила им по камню средних размеров, от чего он треснул. По земле начал тихо капать дождь. Он забарабанил успокаивающим звуком по крыше поместья. Смена погоды смогла потушить в очередной раз возгоревшуюся свечу гнева. Развернувшись, Хэруко провела предупреждающую прямую черту клинком о том, что рано или поздно она поквитается со всеми демонами существующими в этом мире. Ватанабэ подняла тело своего верного пса и отнесла его к могилам матери и отца. — Думаю, тебе здесь будет лучше спаться. — девушка взяла лопату для выкапывания похоронной ямы. Закончив со всеми остальными делами, брюнетка направилась в спальную комнату. Постельное бельё оказалось не постиранным, поэтому ей пришлось по ещё одному кругу идти в ванную. — Когда я уже спать смогу… Не хочет мне Бог давать никакого покоя… — нависла над тазиком для стирки одежды и белья уставшая Ватанабэ. Из-за её вечных трудов над своей техникой дыхания, у охотницы на демонов начали появляться заметные синяки под глазами. Скромной косметики, которая была у девушки уже не хватало. Ну ей было во общем-то без разницы, всё равно она живёт одна. — Ха-ха-ха — устало посмеялась Хэруко. — Я уже сама становлюсь похожей на какого-то демона… — девушка начала расстёгивать пуговицы на тренировочной форме. Несколько движений руки — и одежда слетела на пол. Появилась замотанная бинтами упругая женская грудь. За время мучений во время извечных тренировок её грудь немного уменьшилась. Рука потянулась к бинтам. Аккуратно потянув за ленту, в зеркале показалась исхудавшая девичья фигура. Её ключицы неестественно выпирали для здорового человека. — Надо что-то с этим делать, — девушка проводила рукой по своему худому телу. — Одна кожа да кости… Закончив осмотр самой себя, Ватанабэ пошла в спальню, взяв с собой постиранное бельё для постели. — Наконец-то… — медленно застилала футон Хэруко. — О-о-ох… Девушка завалилась на кровать, пытаясь выкинуть все лезущие в голову неприятные мысли. Усталость смогла выместить всё, что только можно было, давая понять о её существовании. Всё начало расплываться в непонятную и абстрактную картину. Медленно девушка проваливалась в долгожданный сон. Перед глазами появлялись разные и приятные картины для души, вызывая у засыпающей Ватанабэ очередные воспоминания. В полудрёме, ей нравилось прокручивать хорошие моменты проведённые с семьёй. Через некоторое время Ватанбэ-младшая смогла заснуть. Сон был необычный, скорее даже странный. В этом сне у спящей было десять сестёр и пять братьев, мать относилась к ней с трепетом и обожанием, она восхваляла каждое её действие, как какой-то подвиг. Только отец был с естественным для него характером. Снилось ей, как вся огромная семья идёт в лес на пикник. Младшие сёстры бегали вокруг Хэруко, докучая ей своим ноем о том, что у них та-ак сильно болят ноги, что они наверное не смогут уже больше никогда ходить, хотя они прошли только четверть пути. Старшие братья обидно дразнили её, обзывая «заботливой мамочкой», а как и всегда спокойный отец отгонял этих назойливых, как мух сорванцов. Оставшуюся ночь девушка могла расслабиться. Сон завлёк в свою манящую бездну, укутывая мягким одеялом безмятежности.