so hold me tight (or don't).

но не делай вид, что хоть на миг забывал обо мне. не притворяйся, что забыл меня. мы воюем нечестно. Вегас заключает со своей стаей нечто вроде пари. Оно ничем не подкреплено, никакими рукопожатиями и клятвами, но само падение в глазах таких отбросов Вегас не переживёт и лучше умрёт от позора. Они посмели в нём усомниться, поставить на одну ступеньку с таким же неудачником, как и Кинн, который не способен удержать рядом с собой кого-то надолго. Излюбленных методов выставления себя в лучшем свете у Вегаса не так уж и много, но зато они проверенные временем, кучей парней Кинна и стопроцентно рабочие. Начинает Вегас с самого простого: узнаёт личную информацию. И уже здесь сталкивается с первыми трудностями. Парни Кинна никогда не отличались особым умом. Ну не притягивались к нему противоположности (за исключением, видимо, Пита). Соцсети, такие же хихикающие компании сплетников, пара нужных вопросов учителям, и вуаля, готов портрет нынешнего любовника Кинна. Про Пита никто ничего не знает. Даже его полное имя Вегас цепляет из журналов посещения. Поиск в интернете не выдаёт ничего - один закрытый профиль в твиттере, больше похожий на случайное совпадение. Преподаватели пожимают плечами и не добавляют нового. Отзывы одногруппников такие же никакие. Вегас кипит от злости, не понимая, за что ему ухватиться. Что Пит за психопат такой, если о нём знают все, но при этом не знают ничего? Стоящей находкой для Вегаса становится разве что расписание параллельного потока. Несколько раз он поджидает Пита у кабинета после пар, но караул оказывается неудачным. - Ой, а он ушёл раньше, - Пом, прехорошенькая малышка, ростом Вегасу достающая куда-то до пупка, удивлённо прикрывает рот ладошкой. - У нас сейчас зачёты, а он очень хорошо учится. Пишет минут за двадцать и сваливает. Вегас терпеливо пережидает дни зачётов, ловя себя на мысли, что бесполезно тратит драгоценное время. Но когда он видит Пита с учебниками в руках, спускающегося с лестницы к выходу, то решительно встряхивается и рысцой направляется к нему. - Привет, - тепло улыбается ему Вегас, будто видит самого любимого на земле человека, вставая прямо у него на пути. - Хочешь, подвезу до дома? Пит ловко маневрирует в сторону, обходя Вегаса как неожиданное препятствие. Ожидаемо. Вегас следует за ним, заложив руки за спину и кружа вокруг, как хищная акула. Пит лавирует между ним и потоком людей умело, никого не задевая, в отличие от активно орудующего локтями Вегаса, оттаптывающего ноги всем встречным. На выходе из университета Вегас ловит Пита за запястье и, не встречая особого сопротивления, уволакивает за собой в сторонку, подальше от галдящих студентов. Шум людских голосов и самый разгар весны становятся неплохим фоном для разговора. Как во всяких романтических мангах. Пит молчит, поджав губы, и смотрит вниз, на руку Вегаса на своём запястье. Вегас невольно усиливает хватку. Сломай ему косточки. Они будут приятно хрустеть. Сбрасывая наваждение, Вегас мотает головой и рьяно моргает. - Ты в порядке? - тихо спрашивает Пит, как будто ему действительно есть какое-то дело. Свободной рукой он прижимает к груди книги, и выглядит прям как настоящий ботаник. Не хватает только очков. Вегас медленно растягивает губы в улыбке. - Так что? Тебя подвезти? - Вряд ли тебе захочется ехать два часа на мотоцикле. Вегас отпускает его руку, делает шаг назад и скрещивает руки на груди. - Откуда ты узнал про мотоцикл? Почему два часа? - Тебя очень легко прочитать, Вегас, - Пит не стесняется называть его по имени, чем неимоверно Вегаса злит. - Твои действия предсказуемы. Придумай что-нибудь новенькое. Удиви меня, - взгляд у него прямой и открытый, забирающийся прямо под кожу, в пустоту под хрупкой оболочкой, и Вегасу становится некомфортно. - И мы переспим? - уточняет он. - Раз уж настолько меня легко прочитать, то и конечную цель ты уже знаешь, Пи-ит, - он бросает имя издёвкой, растягивая гласные, но оно звучит неожиданно приятно. - Может да. Может нет, - безразличный ответ. - Может, я слишком верен Кинну и не хочу его предавать. Он заслужил спокойную жизнь. Пит словно отчитывает Вегаса, читает ему занудную нотацию о праведной жизни. Но ему и так хватает извечных отцовских мудростей, и выслушивать какого-то там задрота Вегас не собирается. Растеряв всякий настрой, он круто разворачивается на пятках и уходит, ожидая победных смешков в спину. Пит провожает его долгим, задумчивым взглядом. * Второй способ завоевать чьё-то сердце: дорогие подарки. Да, в элитной школе таким мало кого удивишь. Но: Пита спонсирует Кинн, это Вегас тоже узнал из студенческого досье, прокравшись в деканат. Ну, не совсем Кинн, а его семья, но зачем Танкхуну или Кимхану заниматься такой ерундой? Методом исключения остаётся средний сын главной семьи, подкидывающий деньжат своему новому парню. Пит не выглядит бедным, но и назвать его богатым тоже нельзя. Ни люксовых часов, ни сумки из крокодильей кожи, ни машины. Да, понятно, Кинн не фанат подарков и щедрых ухаживаний - очередной плюс в копилку Вегаса - но хоть что-то для поддержания статуса он мог бы сделать. На фоне роскошного, одетого с иголочки Кинна, Пит выглядит его бледной тенью. В спонтанном порыве Вегас скупает всё, что кажется ему подходящим. Массивные золотые часы. Тоненькую серебряную нить браслета. Дорогущий шёлковый галстук (такими удобно связывать руки, и Вегас облизывается, представляя— нет). Последней коллекции кошелёк. Бриллиантовые запонки. Вегасу бы хоть раз Пита увидеть не в мешке из-под картошки, а в нормальной одежде, а лучше потрогать, и получилось бы подобрать какой-нибудь костюм на выход. От мысли о том, что хоть одним из его подарков Пит будет пользоваться на глазах у Кинна, Вегас довольно жмурится. Он просит упаковать вещицы в хрустящие разноцветные пакетики и к каждому подбирает пышный букет. По одному подарку в день - не так уж и много, но достаточно, чтобы постоянно напоминать о себе. На учёбу Вегас слегка забивает. Натренировывает себя выискивать бесформенную фигуру Пита в толпе и живёт почти по его расписанию. Подговаривает ту же Пом прилюдно вручать подарки, желательно в столовой, а если не получается, то сразу после окончания пар. Пит принимает их безо всякого удивления, как должное, даже не заглядывает внутрь. От букетов он избавляется сразу же, и Вегас следует по цветочному пути из хрустящей обёртки, покоящейся в мусорках. Цветы не виноваты, хочется сказать ему. Как-то оправдать свои действия. Отчего-то он и сам ощущает себя таким же нарядным и брошенным, и это чувство вызывает дискомфорт в животе. Вегас ведь отдалённым уголком разума знал, что Пит будет поступать именно так, и смысл удивляться происходящему? Судьба остальных вещей остаётся неизвестной. Пит ими не пользуется, и да, Вегас тщательно за ним бдит. Обращает внимание на запястья, на шею, и с досадой не обнаруживает там ни часов, ни браслета, ни галстука. Ассортимент редеет, и закидывание Пита предметами роскоши заканчивается спустя пару дней. После пар Вегас так же ловит его за запястье и утаскивает подальше от любопытных глаз. На этот раз в пустой кабинет. Пит высвобождает руку, вывернув её, наверное, до вывиха, и садится за стол. На это место падает больше всего солнечного света из окна, и танцующие в воздухе пылинки создают вокруг Пита светящийся ореол. Невыносимо красивое зрелище, думает Вегас. И встаёт у окна так, чтобы его падающая тень затемнила Пита. - Ну как? - самодовольно вопрошает. Пит отчуждённо пожимает плечами. - Не впечатлило. - Куда ты дел... - Вернул в магазин. Ты забыл выложить чеки. Не забыл. Обычно Вегас специально оставляет доказательства цены в пакетах, тем самым показывая свою щедрость. Он открывает рот, чтобы ляпнуть о деньгах, но вовремя прикусывает язык. Окей-окей, пай-мальчик Пит, оставь себе все баты. Вегас припомнит о них в самое подходящее время. - Ты бы хоть цвет мой любимый узнал для начала, - Пит рассеянно крутит в руках ремешок от сумки. - И цветы, на которые у меня нет аллергии, например. Тогда не пришлось бы их выкидывать. Своей безжалостностью он загоняет Вегаса в тупик. Неприятно. В тугой узел на горле связываются слишком много факторов: Кинн, свора недо-друзей, собственная гордость. Отступить сейчас - признаться в собственной немощности. Уступить Питу. Вегас мрачно думает, что лучшей местью будет влюбить его в себя, выебать и бросить в тот же вечер, вычеркнув из жизни навсегда, но спотыкается на первой же ступеньке. - И какие же? - Вегас кривится. Он не собирается запоминать эту информацию, но хотя бы может использовать её в своих интересах. Пит встаёт со стула. - Подумай, Вегас. У тебя это всегда хорошо получалось, - и он уходит из кабинета. Отчего-то Вегас чувствует себя разбитым. * Стресс Вегас сбрасывает тремя способами. Алкоголем. Скоростью. Сексом. Последовательность не так важна. Иногда все три вещи складываются в чудесную композицию и раскрашивают вечер яркими красками. Клуб настраивает на нужную волну. Музыка громкая и бьёт по мозгам басами; коктейли не состоят наполовину изо льда, а на оставшуюся - из палёного синтетического конфиската; миловидных мальчиков на танцполе полным-полно. В "Дыме и зеркалах" Вегас бывал до этого и не раз, но никогда ещё охота на развлечения не была такой удачной. Он вылавливает из скопления потных человеческих тел нечто хлопающее ресницами и почти в стельку пьяное. Парнишка с радостью закидывает руки Вегасу на плечи и тычется насквозь пропитанными алкоголем губами в щёку, оставляя на ней смазанный поцелуй. - По-тан-цу-ем? - по слогам выговаривает незнакомец и взмахивает длинными ресницами. Полутомный взгляд сработал бы, будь он чуть трезвее. Вегас отворачивает голову в сторону, не давая парнишке чмокнуть себя. - Будь хорошим мальчиком, - просит с наигранной улыбкой, - обойдёмся без поцелуев. Глупое хихиканье в ответ. Вегас на секунду думает, не остаться ли им вдвоём тут, тем более что Нок - может, Нод, может, как-то ещё, уточнять бессмысленно, - едва стоит на ногах и повисает на нём всем телом. Вегас придерживает его за талию, но даже при этом Нок увивается вокруг него, трётся обо все доступные места и совершенно неслучайно накрывает его пах ладонями. - Пожалуйста? - голос его льётся сиропом, и от такого количества сахара Вегаса тянет блевать. Он грубо протаскивает его через толпу отрывающихся в искусственном тумане людей, стиснув за запястье, к запасному выходу. Мальчишка повизгивает от боли, а к моменту, когда они оказываются на свежем воздухе, видимо, трезвеет окончательно. - Здесь холодно, - капризно морщится Нок, - и воняет, - тычет наманикюренным пальцем в кучу чёрных мусорных пакетов. А то трахаться в сортире было бы прикольнее и ароматнее. - Зато нет людей, - бормочет Вегас, отчасти уже жалеющий о своём поспешном решении. Нок картинно потряхивает запястьем и дует на него. Красные полосы от пальцев Вегаса на белой коже выглядят заманчиво. Перед глазами проносится какая-то знакомая картина - чьё-то запястье - но быструю мысль отгоняет Нок, вжимающий его в стену и мокро пробегающийся по острым граням челюсти языком. - Продолжай, - мурлыкает Вегас, не испытывая совершенно ничего. Ему нужно не так уж и много, чтобы завестись. Горячее тело и нужный настрой. Нок отлично олицетворяет первое. Со вторым проблемы. Разумом Вегас где-то не здесь, но сосредоточиться не получается. Не хочется. Он склоняет голову набок, и Нок послушно вылизывает открывшуюся шею. На холодном ветре слюна подсыхает и неприятно стягивает кожу. Всё-таки стоило по-быстрому перепихнуться в сортире или позволить отсосать себе там же. Нок развратно стонет за них двоих, и Вегасу хочется заткнуть себе уши. Несмотря на то, что он не проявляет никакой инициативы, мальчишка продолжает бодро исследовать его тело, лезет руками под футболку и умело поигрывает с сосками. Вегас устало выдыхает. Не интересно. В какой-то момент он вспышкой осознаёт, что имел в виду Пит. Нок отлипает от него, отталкивает рукой и, пошатываясь, спиной пятится назад. Вегас со скукой следит за ним, за тем, как тот капает слюной на ладонь и тянется другой рукой к его ширинке. Вегас не настолько пьян, чтобы видеть происходящее как в замедленной съемке, но изображение вокруг двоится и подрагивает. - Ты блять что, импотент? - вдруг с отвращением шипит Нок. - Извращенец ебучий. Он натурально сбегает, оставляя Вегаса там. Не возбуждённого, а словно пережившего пытку. Он возвращается в клуб, стягивает с барной стойки чей-то коктейль - прогорклый бурбон обжигает горло, - и показывает фак в ответ на возмущение бармена. Нок уже на танцполе и обхаживает очередного качка в обтягивающей майке. Вегас намеренно проходит между них, врезаясь плечом в бугая и нарываясь на скандал. Но эти двое оказываются слишком увлечены собой и сливаются в страстном поцелуе за его спиной. Вегас вываливается из прокуренного помещения через главный вход и хлопает себя по карманам в поисках никотиновой отравы, заворачивая за угол и направляясь к своему красному мотоциклу. Сигарету он находит быстро и суёт её между губ сразу же, а вот зажигалка, кажется, проёбана где-то в клубе. - Здесь нельзя курить. Вегас поворачивает голову на источник звука. Меньше всего на свете он ожидает увидеть здесь Пита. Пита, который выглядит иначе - с зачёсанными наверх волосами, в узких джинсах и... что, кроп-топе? Серьёзно? Неверящим взглядом Вегас скользит по узкой талии и представляет на ней свои ладони. Вау. Будь они незнакомцами, Вегас бы даже признал, что Пит в его вкусе. Не будь Пит парнем Кинна и отдайся в первый же день, было бы проще. Вегасу не хотелось бы медленно, с наслаждением распороть каждый его шов и распотрошить до пуха и набивки. Пит щёлкает зажигалкой прямо у него перед носом, и горький дым забивает Вегасу ноздри. Он на автомате делает вдох и надрывно кашляет, вытаскивая сигарету и зажимая её в пальцах. - Какими судьбами? - хрипит Вегас, выкашливая остатки дыма из лёгких. - Я с Кинном. Ах да. Точно. - И с Танкхуном, - зачем-то добавляет Пит, будто оправдывается. - Он невыносим и мне требуется отдых. Они молчат. Вегас, опершись на мотоцикл, ждёт, пока в руке догорит сигарета. Пит, запрокинув голову и что-то высматривая в небе, играется с зажигалкой под мерный металлический аккомпанемент. - Почему мы просто не можем начать встречаться, - тихо выдыхает Вегас, беззвучно, надеясь, что его не услышат. Азарта не осталось. Пит почти смешал его с грязью. Ни один из будущих бывших Кинна не относился к нему с таким пренебрежением. Вегас привык быть лучшим, любил, когда ему не приходилось прилагать для этого усилия. Маленькие победы в череде сплошной жизненной неудачи. Пит выбивается, как тоненькая нитка, способная расплести сложнейшее ажурное кружево. - Мы можем. Вегас вздрагивает от неожиданности. Пит как будто улыбается. Не победно, не с вызовом, а очень-очень грустно. Падающий с неоновой вывески цвет раскрашивает его пятнами, окутывает его рябью, превращая в оцифрованную голограмму. Протяни руку - и она пройдёт через его эфемерность насквозь, оставив сплошные помехи. - Начинать стоило именно с этого, Вегас, - голос у него мягкий и успокаивающий, таким надо петь колыбельные. - А не с попыток затащить меня в постель. Пит близко настолько, что Вегас растерянно успевает насчитать у него под правым глазом две родинки и ещё одну на щеке с другой стороны. У него красивая форма губ, и такие будет приятно целовать, Вегас откуда-то знает это наверняка. Но он лишь топает ногой в такт еле слышному басу из клуба и вопросительно склоняет голову набок, готовый слушать дальше. - Я предлагаю тебе сделку. Мы сходим на пять свиданий, - Пит показывает растопыренную ладонь. - Почему пять? - любопытствует Вегас. - Мне хватило бы и одного, - и выдаёт самую обольщающую улыбку, на которую только способен. Очень тяжёлый вздох. - Этого вполне достаточно для того, чтобы... - на секунду Пит сбивается, словно в спешке заменяет одно словом другим, - узнать друг друга лучше. Я сам выберу места. Если будешь паинькой и справишься, то я подумаю, - он не уточняет, о чём, оставляя огромное пространство для фантазий. - А как же Кинн? - запоздало спрашивает Вегас, мгновенно заглотивший наживку и готовый согласиться на безумную идею. В мерцающих глазах Пита плещется что-то непонятное. Тоска. Смирение. Он кисло корчится, словно кто-то капает ему на язык ледяной сок лайма. - Он не узнает.