Путь, цель и клятвы

И снова сон… На этот раз Изо в нем не как ребенок. Это не воспоминание далёких дней. Пред ним у сакуры стоит растрёпанный воробей, каким запомнился тот ему. Его единственный вассал, любимый всем сердцем, влюбленный в него с детской искренностью и с наивностью пытающийся это скрыть. — Госпожа, — поворачивается к нему Мион, слабо улыбаясь. Улыбка столь редкая на лице самурая, как безлуние на небе. — Сакура почти в цвету. Весна вскоре вступит в полную силу и засияет город новыми красками. Он помнит этот разговор. Он помнит, как тогда блось его сердце. Этот светлый образ Мион и нераскрывшихся розовых бутонов. Затем он помнит, как он скрывает взгляд за амигасой и только уши выдают смущенье. — Если хотите я могу набрать для вас цветов, как только те наберут силу… «Не наберёшь…» — проходит взглядом Изо по той площади, где миг последний видел самурая. Где синие глаза закрылись для него на много лет… — «возможно навсегда…» Идёт он дальше по дороге сна, минуя сакурой распавшийся образ. Он знает дорогу. Не в первый раз сон его этот терзает. Могила братская, тех, кто к свободе путь найти силился. Могила, что он нашел вместо дорогого друга. Рассыпались его надежды о радостном воссоединении. Слишком поздно пришел он… И не было толка теперь не от его титула, не от его господина. Все было тщетным — так ему тогда казалось. Смерть Мион подкосила его в те года. Он помнит неверие, совесть, вину… Он помнит отчаяние, скорбь, пустоту. Он помнит вопрос: «почему?». Но время шло дальше. Жестоко и беспощадно. Он продолжил быть вассалом Кодзуки, стал его клинком. Он креп, он становился сильнее… Он последовал за Одэном в море, за родины край. Он увидел жизнь такой, какой он не видел ее никогда. Нашел новых друзей, команду, семью… Он забыл. Он обрёл спокойствие. Пока не прозвучали те слова: — А имя «Мион» это женское или мужское?

***

— Что-то ты в последнее время вялый, Изо, — смеётся Виста у фальшборта, глядя в даль. — Нам скоро причаливать, а я не уверен стоит ли брать тебя с такими синяками под глазами… — Я в порядке. Просто сон все не идёт, — отмахнулся помощник командива. Думы его были заняты сейчас отнюдь не предстоящей встречей. Он битый месяц искал человека с листовки и каждый раз выходил не туда. Как будто и не было этой «Мион», как будто сам он придумал ее… — Скажи… А этот Валет, ведь, знает многих людей? — взглянув на мастера меча, спросил Изо. — Да, вполне… Он хитрый лис. Брокер до мозга костей, — немного подумав, произнес командив, — А… Ты хочешь про ту девчонку узнать, верно? — улыбка добродушия и понимания появилась на лице. — Мне надо расставить точки над «и». Понять наконец это друг мой ушедший или шутка судьбы, — сжав руки до боли, хмурясь снайпер произнес. — Меня устроят все ответы, кроме молчания. — Тогда нам стоит поторопиться и поймать этого Валета, — хохотнул понимающе Виста. — Каждый ответ должен найти свой вопрос. — Должен…

***

Отвратительные лица, вычурная одежда и навязчивый гамон. Они входят незамеченными, неузнанными. По ним скользят лишь мимолётным взглядом, оставляя их в своем мрачном инкогнито, не видя ничего интересного. А зря… Очень зря. Изо думает, что коли взгляд их туп, то и душа скорее всего такая же. Эфемерные образы постепенно вырисовываются в дурно пахнущую реальность греха и отчаяния. Месте, куда не смотрит ни Ками, ни Бог, ни кто-либо другой в кого верят. Здесь нет веры. Здесь царствует порок. Множество рабов закованы в цепи… Здесь ими торгуют как рисовыми пирожками. Существа, которых и людьми не назовешь — тут и там сбывают товар различной степени гнили. Им чужда всякая честь и совесть… Это место душит гордого вассала Кодзуки. Слишком зловонно. Слишком грязно. — Я надеюсь это мы так не оставим, верно? — голос равнодушен, но накама знают этот тон. — Не оставим, — усмехается Виста, взирая на ребенка в цепях. — Даже потому, что это наша территория, йой, — хмыкает Марко. — Валет явно нарушил уже с десяток договоренностей с отцом. Стрелок щурится. Словно от света солнца. Но боле его лицо не меняется. Взгляд полон скуки, словно все, что происходит вокруг постановка дешевого театра. Фарс, что не может существовать вне сна. Наконец доходит группа до здания огромного, Изо дворец напоминающего. Не вычурно, но явно дорого оно стоит, богато. Только гадать возможно какова его цена и не только в деньгах дело… сколько душ ушло нельзя сказать. «Прогнил тот мир, где чей-то вольных дух — валюта, » — дверь перед ними отвалилась. — Валет вас давно ждёт, — им кланяется слуга. — Отлично, — словно знал, смеётся Виста. — А то мы уже боялись, что придется идти наугад! — За мной пожалуйста… Их повели. Переглянулась мельком вся команда. Знали? Неужто есть предатель? Иль крысы их заметили как только они в город заявились? Не важно… — Лот 203! Подвеска из сокровищницы семьи Нефертари! Начальная цена — миллион белли! — проходят они мимо пышных залов. — Лот 28. Мальчик раб, пять лет. Полукровка минк! Начальная цена — пятьсот миллионов белли! — Я вижу бизнес процветает, йой, — спросил ведущего Марко. — Господин Валет работает непокладая рук под покровительством вашего отца, — бесцветно ему отвечает проводник. — Покровительством, да? — смеётся Виста. — Это надо будет обсудить… И наконец к дверям их привели роскошным. Махнули заходить, пристав к стене. Марко открыл дверь… За ней огромные хоромы. Обшиты стены золотом и шелком, махровые ковры и бархатные диваны. В глаза бьёт красный с черным. Но не в этом интерес. Валет был узнан всеми сразу. Сидел он, как король в своем высоком кресле, одетый как бриллиант с иголки, в мундир расшитый явно не стеклом… А на полу лежал мужчина. Очки, пиджак… Ну, вылитый учёный. — О… Вы пришли, мои дорогие друзья! — встал сразу же Валет. — Прошу, прошу, проходите, располагайтесь… Не волнуйтесь по поводу этого мусора, его сейчас уберут! — махнул он на мужчину. Только ближе можно было обнаружить, что побит тот. — Нет… Я… — прохрипел учёный. — У нас была сделка. Это важно! Я не могу уйти ни с чем! — Ну, что за глупый человек, — закатил глаза мужчина. — Сколько тебя ещё нужно побить, чтобы ты понял. Ты ничего от меня не получишь… Совсем ничего. — Но книга… Она все же у вас? — кряхтя, поднялся ботаник. — Да даже если и у меня, то что толку? — рассмеялся Валет. — Твоего самурая уже скорее всего повязали, а сам ты не можешь даже защищаться… — он фыркнул, — Все. У меня важный разговор… Уведите, — махнул рукой охране. — Подожди-ка, подожди, Валет, — влез Виста в разговор с усмешкой. — Что за книга? И что за человек? Мне любопытно! — Да, так, мелочи… — в ответ усмешка от Вальта. — Не мелочи, йой, — вышел вперёд Марко. — Это территория нашего Отца, — скрестил тот руки, — И если твой рынок ещё можно тут простить, то вот обман ученого Охары — нет. У нас с ними соглашение. — Охары? Ты из Охары? — кося под дурочка спросил Валет у мужчины в очках, — Ох, как неловко… Только вот, — и усмехнулся. — Теперь это не территория Белоуса. — С чего это? — воскликнул в возмущении один из новичков в команде. — С того, что я разрываю договор, — хлопнул в ладоши негодяй. — И вы теперь не гости. Миг и из всех щелей появились люди в масках. — Надо же, засада, йой, — лишь хмыкнул Марко. — Уверен, что потянешь, а, Валет? — Вас пять, а нас тут сотни, — высокомерная усмешка. — К тому же не хотите же вы, чтобы мирный пострадал? — достав из своего жилета пистолет, направил на ученого его Валет. — Ты будешь иметь дело со всем флотом Белоуса, — серьезно Виста напомнил. — Если в заложниках из вас у меня будет хоть один, то нет, — все быстро поняли к чему идёт. — Ваш папочка отдаст за вас это место быстро… — Подлец, — лишь подытожил Изо. — Подлец иль нет, но что у вас, а что у меня? Вы готовы сражаться с сотней сильнейших наемников? И в этот миг дверь за кулисами была выбита с ноги, а пистолет ножом влетевшим разбит был, спасая жертву от коварной пули. — Сотня была… — на свет к ним вышла дева в амигасе. — Осталось… — окинув комнату глазами она с усмешкой произнесла, — двадцать пять…