мои лёгкие в твоих ирисах.

             говорят, «цветочная болезнь» прогрессирует стремительно быстро. джисон даже не представлял, что настолько.       когда он впервые почувствовал тяжесть в лёгких, решил, что это из-за сигарет и бросил курить. позже понял, что тяжесть никуда не делась, но курить снова так и не начал. дышать с каждым днём было тяжелее, отдышка была даже после слегка ускоренной ходьбы. вскоре появился кашель. джисон решил, что заболевает, но медицинское обследование не показало никаких патологий. доктор лишь спросил, влюблён ли джисон в данный момент, и рассказал про цветы, расцветающие в лёгких безответно влюблённого человека. джисон в ответ рассмеялся.       стало совсем не смешно, когда однажды ночью джисон проснулся от собственного кашля. в горле словно что-то застряло, не давая ему вдохнуть. джисон решил, что вот сейчас он и умрёт самой глупой смертью в собственной кровати, так и не став знаменитым рэпером в составе 3racha. а потом из горла что-то выскользнуло, и вдруг стало по-настоящему страшно. джисон понял, что действительно умирает.       на пастельно-голубой простыни лежали мелкие фиолетовые лепестки ириса.       «цветочная болезнь» – или, как её называли в интернете, «ханахаки» – в его мире была уже не такой частой, как раньше. она появлялась у тех, кто был безответно влюблён, как и говорил тот чудаковатый доктор, а ещё у тех, кто встретил человека, предназначенного ему кем-то (или чем-то) свыше. а цветы являлись подсказкой, по которой этого человека – соулмейта – и надо было искать. проблема заключалась в том, что люди умирали от удушья раньше, чем понимали, кто их родственная душа. поэтому соулмейты и стали редкостью. вымерли.       джисон плакал до самого утра. захлёбывался слезами, задыхался от лепестков, вспоминал статью в интернете, понимая, что ни в кого не влюблён, и хотел жить, как раньше. создавать музыку и писать тексты; не спать всю ночь, записывая в студии чана очередной трек; ходить на тусовки, целоваться с кем-то по пьяни, а утром делать вид, что ничего не помнит. джисон просто хотел жить.       к вечеру, прошерстив ещё миллион статей, он твёрдо решил, что найдёт этого своего соулмейта и сделает это как можно скорее. раз в его лёгких начали расти цветы, значит и в чужих лёгких они должны быть, верно? осталось только отыскать в своём окружении человека, что страдает от тех же симптомов, что и он. задача оказалась не самой простой. джисон потратил несколько дней, составляя список тех, с кем он познакомился незадолго до первых признаков болезни, а затем ещё несколько дней прошли в поисках всех этих людей, но никто из них не жаловался на ухудшающееся здоровье.       к концу списка размер и количество лепестков значительно увеличились. как и частота приступов удушающего кашля. времени у джисона оставалось так же мало, как и места для воздуха в его лёгких.       когда джисон выплюнул свой первый цветок, он был с чаном в его студии. он пытался записать свою партию, но закашлялся от недостатка воздуха. в горле жгло и саднило, а на ладони красовался цветок ириса. старший испугался настолько, насколько джисон устал. из-за приступов он почти не спал, из-за поисков почти не ел, и ни один из его друзей и знакомых не страдал «цветочной болезнью». джисон был рад и в то же время терял остатки надежды на продолжение его пока ещё недолгой жизни.       – знаешь, – начал чан после короткого и весьма печального рассказа джисона о растениях в лёгких и бесполезных поисках. – я не уверен, что это именно то, что тебе нужно, но… помнишь минхо? недавно он жаловался, что ему тяжело танцевать из-за проблем с дыханием.       джисон помнил минхо. минхо, с которым его познакомил чан на какой-то студенческой тусовке, хотя никто из них не являлся студентом. минхо, который в тот вечер слишком много с ним флиртовал. минхо, который поцеловал его после того, как забрал сигарету из его рук. минхо, который утром сказал «слушай, извини, но я как бы не гей». минхо, который, как оказалось, пришёл на тусовку со своей девушкой-студенткой. минхо, которого он с тех пор старательно избегал.       – м-минхо? – запнувшись, переспросил джисон. его уши заалели, когда в голове всплыли воспоминания о той ночи. – как мне его найти?       джисон снова закашлялся, роняя на руки фиолетовые цветы, запачканные мелкими алыми каплями. у джисона чертовски мало времени. а минхо был единственным, кого он не искал намеренно.       чан сглотнул, заметив кровь в уголке губ джисона, опустил взгляд на наручные часы, а затем сказал тише, чем планировал:       – он должен быть на третьем этаже в зале для практики.       сердце джисона лихорадочно билось о грудную клетку. он думал о том, что возможно, минхо его соулмейт; что минхо абсолютно точно этому не обрадуется; и возможно, джисон хотел бы оказаться его соулмейтом. но джисон всё ещё не хотел умирать.       джисон нашёл минхо сидящим на полу танцевального зала и держащимся за грудь.       – блядские ирисы, – громко и недовольно выплюнул минхо, прежде чем заметил джисона, неловко стоящего в дверях. – чего тебе?       джисон пялился на блядские лепестки ириса, некрасивыми пятнами лежащие на светлом паркете, и думал: совпадение ли? минхо, нахмурившись, поднялся и подошёл ближе.       – эй, чего вылупился, спрашиваю?       джисон встрепенулся. этот минхо был грубым.       – о, прости. я, эм, джисон. хан джисон. я работаю с чаном, он познакомил нас на какой-то студенческой тусовке, если помнишь, мы тогда ещё… – джисон запнулся, снова прокручивая ту ночь в мыслях, и решил не упоминать об этом. – не важно, в общем, мне кажется, что ты мой, эм… я не был уверен, но увидел лепестки и теперь думаю, что…       – хватит тараторить, – раздражённо бросил минхо, сжав переносицу. – что тебе там кажется? я твой кто?       джисон неловко поджал губы и опустил взгляд, тяжело сглатывая то ли ком от волнения, то ли очередной цветок. попытался прочистить горло, но бросил эту затею, побоявшись, что снова будет приступ, и тихо сказал:       – я думаю, что мы, возможно, соулмейты.       – возможно, соулмейты? – минхо усмехнулся как-то уж слишком насмешливо. джисон отвернул голову, заламывая дрожащие пальцы за спиной. в груди болезненно потянуло. – и с чего ты это решил? дай-ка угадаю, твои любимые цветы – ирисы? какое совпадение, до недавних пор я тоже их любил.       до недавних пор. джисон резко повернулся, сощурив глаза. раздражённо шагнул к минхо, отступившему назад, не ожидая такой перемены в поведении незваного гостя.       – действительно, совпадение. потому что я люблю чёртовы орхидеи, а у меня все лёгкие в твоих блядских ирисах!       джисон не понимал, почему вдруг так разозлился, но не хотел терпеть беспочвенные нападки. он уже сомневался в их предназначении друг другу, но они не узнают правду, пока не попытаются принять это. а джисон не знал, как это происходит. ни в одной прочитанной им статье не было однозначного ответа.       – моих ирисах? да я видел тебя всего раз в жизни, с чего бы мне…       минхо не договорил. потому что джисон вдруг начал задыхаться. он осел на пол, сжимая горло, пытаясь сделать хотя бы крошечный, но вдох. джисон знал, что рано или поздно это случится, но очень надеялся, что всё же поздно. чёртов цветок всё-таки застрял в горле. и это была последняя стадия перед удушающей смертью.       минхо опустился рядом, растерянно похлопывая джисона по спине, не зная, как ему помочь. наблюдать, как человек, пусть и до глупого странный, умирает, и чувствовать себя беспомощным было хуже всего. однажды он уже столкнулся с этим, и второго раза ему не хотелось.       джисон вдруг закашлялся. на пол упал окровавленный крупный фиолетовый цветок блядского ириса. джисон жадно глотал воздух, а минхо неожиданно для самого себя облегчённо выдохнул. им обоим чертовски повезло.       – хорошо. допустим, мы соулмейты. как это проверить?       – я не знаю.       джисон не без труда поднял голову, заглядывая в лицо напротив покрасневшими глазами, полными слёз. охрипший голос заставил сердце минхо болезненно сжаться. оба понимали – жизнь джисона стремительно заканчивалась. и минхо был его последним шансом на спасение.       взгляд минхо бегал по лицу джисона, пока не остановился на капле тёмной крови, стекающей по подбородку. не осознавая, что делает, он мазнул по чужой коже большим пальцем, стирая кровь, задевая и губу. джисон бы задержал дыхание, да только его и так почти не осталось.       минхо наклонился вперёд, сталкиваясь с сухими и покусанными губами джисона. в поцелуе ощущался вкус металла и что-то совсем родное, но словно забытое. минхо казалось, что ни одна из его подружек не целовалась так хорошо; что в его жизни в принципе ничего лучше ещё не было. а джисон льнул к нему, тянулся, как к спасательному кругу, цепляясь за его плечи. минхо нежно поглаживал мягкую кожу щёк джисона, растирая влажные дорожки слёз.       в груди обоих расцветали цветы, но даже сквозь поцелуй оба чувствовали – дышать стало легко.