Оправдания...

      — Интересно, он их все-таки проклянет или так и будет орать? — поинтересовался Драко у сидящей рядом с ним Камиллы.       — Нет, проклясть сил не хватит, а вот орать ему ничто не мешает. — насмешливо ответила миледи.       Они сидели на развалинах фонтана в парке Малфой-мэнора и наблюдали за лордом Малфоем, который орал на рабочих.       С момента освобождения прошел месяц, доктор уже не так категорически настаивал на постельном режиме сиятельного лорда, чем Люциус тут же и воспользовался. Физически он восстановился быстро, хватило недели, а вот магическое ядро восстанавливалось гораздо медленнее.       Малфой-старший ходил, тяжело опираясь на трость (наконец-то этот атрибут аристократа выполнял свое прямое назначение) его качало от слабости и головокружения, но упрямства было не занимать. Люциусу просто необходимо было что-нибудь делать, его деятельная натура требовала заняться делом — восстановлением дома!       К счастью, сейфы семьи Малфой, оказались нетронутыми. Гоблинам все равно кто прав, кто виноват, они не вмешивались в дела магов — для них существует только клиент, а кто он — не важно, хоть сам дьявол. Есть ключик от сейфа? — пройдите и получите свои денежки! Нет ключика — до свидания! Даже новый министр, получил отворот поворот, впрочем, как и Темный Лорд когда-то (поэтому фигура лорда Малфоя оставалась неприкосновенной при Волан-де-Морте, хотя мстительный змей и отомстил Люциусу через Драко, поставив мальчишке метку!)       — Ну сколько же можно говорить?! Не туда несёте! Что за стадо идиотов! — разорялся лорд Малфой, его высокая статная фигура, тяжело опирающаяся на трость, была видна в разных концах замка. Стоит ли говорить, что под вечер Люциус валился от усталости, но свои походы в родной мэнор не прекращал.       Камилла и Драко не препятствовали этому, они только один разочек попытались запретить их, как тут же получили знатную истерику с заламыванием рук, швырянием мелких предметов в стены и даже скупой мужской слезой. Поэтому… чем бы дитя не тешилось*! Но оставлять Малфоя-старшего одного никто не собирался, так что леди Камилла и Драко регулярно сопровождали сиятельного лорда на борьбу с тупыми рабочими, строителями и архитектором. Кстати, последний сам бился в истерике от постоянных придирок заказчика, тогда как Люциус оставался абсолютно спокойным.       — Послушай, Кам, а он не сделает себе хуже? — вдруг спросил Драко, он очень волновался за отца.       — Кто ж его знает, Драко, целитель говорит, что ничего страшного, пусть работает, то есть гоняет тех, кто на него работает, хотя ты прав, надо бы нашему лорду побольше отдыхать. — Камилла, которую Малфои теперь называли просто Кам, нахмурилась. Они оба заметили, что Люциус покачнулся и едва не упал.       — Да, легче сказать, чем сделать. — недовольно пробурчал Драко, вначале они честно пытались помочь, но в ответ получили такую отповедь, что больше не решались вмешиваться, оставаясь простыми наблюдателями.       — Можно попробовать запереть его в спальне, — предложила Камилла — но он же, в бешенстве, разнесет все магией, потом свалится в обморок, потом обвинит во всем нас, а под конец будет изображать оскорбленное достоинство и объявит голодовку.       — Шах и мат. — Драко поставил локти на колени, и устало опустил голову на руки.       — Хотяяя… есть один вариантик. У меня в замке отличные подземелья, большие и, главное, экранированные от магии, их невозможно разнести. — предложила Камилла.       — Ты хочешь запереть моего отца в подземельях?       — Не то, чтобы запереть! — миледи вздохнула — Вообще-то — да, там несколько казематов, соединим их дверями, перенесем туда его покои, сделаем зачарованное окно и не отличишь от верхних комнат. Зато он сможет там отдыхать, не тратить магию понапрасну и спокойно восстанавливаться.       — А если и правда объявит голодовку? Будем кормить насильно? — Драко совсем не нравилась идея запереть отца в подземельях, но видя, как Люциус передвигается по развалинам, уже гораздо медленнее и тяжелее, чем раньше, он готов был согласиться.       — Если понадобиться — будем, есть у меня один метод, после него наш сиятельный лорд будет есть все, даже, ненавистную им, овсянку!       — Давай оставим это на самый крайний случай.       Люциус пропал из поля их зрения, он углубился внутрь мэнора, миледи и Драко тоже поднялись и неторопливо пошли за ним.       Где-то на втором этаже Камилла вдруг остановилась, она почувствовала отголоски очень знакомой магии. Отклонившись от первоначального маршрута, она медленно шла по этажу, касаясь рукой разрушенных стен, ее вел отпечаток магического фона. Около одной из бывших комнат миледи остановилась и вошла внутрь, знакомая магия окутала ее, Камилла закрыла глаза, наслаждаясь моментом.       — Это комната Северуса. — голос Малфоя-старшего вывел ее транса.       — Я догадалась.       — Как ты нашла её?       — Я почувствовала его магию, потом уже шла по следу, он привел меня сюда.       Люциус нахмурился, странно, этого не может быть, отпечаток магии в комнате сохранился только потому, что ее обладатель проводил там очень долгое время… годы! Нигде больше в огромном мэноре следы магии не сохраняются так долго.       — Пойдем, Камилла, нам пора. — Малфой не хотел бередить старые раны воспоминаниями, ни себе, ни ей.       — Да, пойдем. — они осторожно спустились по лестнице, уже стоя внизу женщина резко обернулась, ей показалось, что она заметила знакомую фигуру в черной мантии… она вздохнула, нет, показалось или скорее померещилось.