Снег в октябре

Чем дольше длится плавание в открытых морях, тем больше зачастую устаёт экипаж, даже если морские приключения то, чем ты горишь и что тебя манит — усталость всегда берёт своё. — Мы прибыли в Инадзумовский порт! Отбросить якоря! Возглавляет кто-то из матросов и Казуха улыбается, смотрит на ранее закрытый край от путешественников и видит, как кроме темно-алых лепестков клёна здесь распускается все большая и активная туристическая жизнь, для Путешественников из далёких краёв, и это несомненно радует. Бэй Доу хлопает его по плечу, кивает головой в сторону спуска, и Кадзуха мягко улыбается, и поднимается с пола, отряхивая одежду. — Гуляй, но не теряйся слишком надолго. — Как скажите, капитан Бэй Доу. Кадзуха улыбается, спускаясь с палубы вслед за моряками и встречая тут же старых знакомых из клана Камисато. Надо же, это неожиданно приятно. — Какая честь. Каэдэхара прикладывает руку к груди и главный управляющий смеётся: — Ну что ты так, мы же не чужие люди, не стоит так официально. — Согласен с Томой, — Аято кивает, складывает руки вместе и слегка прикрывает глаза, — некоторые личности рассказали, что сегодня у тебя праздник жизни, это так? Тома ставит руки на талии, смотрит на Аято, и на то, как профессионально ему удаётся лгать — ведь, конечно, это не он вспомнил об этой дате вчера вечероми только потому что это предподнесли как: а в курсе ли уважающий себя господин Камисато у кого из его друзей день рождение в скором времени? И нет, совершенно точно, это не Аято перерыл около двадцати папок с документацией, чтобы не опозориться, пока этот кто-то лишь театрально вздыхал от комичности ситуацию — как же легко манипулировать людьми. — Да, вы абсолютно правы, господин Камисато. — Как официально. Аято закатывает глаза, после чего Кадзуха смеётся, прикрывая ладонью улыбку и пожимает плечами — какой есть, таким стоит любить и жаловать. И его здесь действительно жалуют, ведь не смотря на обыденную рутину на него обращают внимание и здороваются — отдают честь или просто улыбаются. Аратаки Итто со своей бандой убегает вновь от Кудзё Сары, прячется за Аято и Томой, будто это правда сможет его спасти, хочется спросить где же его столь прославленная банда, но где-то слышатся крики и просьбы их не бить. Ах-ах-ах, мелодия ветра подсказывает, что это ничем плохим не закончится, поэтому стоит оставить на самотек. Владелица «Фейерверков Наганохары», так же известна как «Королева праздника лета» ярко улыбается, здоровается и очень ярко поздравляет Кадзуху с его праздником, спрашивает о предпочтениях в фейерверках и подмигивает, говоря, что к вечеру всё будет готово. Ведь фейерверки лучшего всего видны в ночной темноте, яркие огоньки, что рассыпаются на сотни частиц и заставляют следить за каждым отдельно и за цельной картиной одновременно. Встреча с Божественной жрицей с острова Ватацуми донельзя удивительная, а генерал и её правая рука, что врезается в самого Каэдэхару, когда пытается незаметно сбежать от госпожи Яэ Мико заставляет улыбнуться и потрепать его по волосам — и поверить на слово, что его очень рады видеть, а не тому, как он мотыляет своим хвостом. Мисс Камисато улыбается, когда встречает гостей у входа на территорию клана и говорит о том, что о Кадзухе сегодня столько народу говорит, и тот лишь отсмеивается, говорит, что это не о нём, а о экипаже в целом. Ему говорят, что он скромничает и Кадзуха пожимает плечами. День плавно перетекает в вечер, который Кадзуха проводит с близкими знакомыми и друзьями в поместье Камисато: рассказы о путешествиях и услышанные с разных стран песни то, чем легко их заинтересовать и это не может не радовать. Бэй Доу ожидает его на главной площади, смотрит на луну, что уже покоится на небе и на то, как небо чисто усыпаное звёздами — непривычное явление для этого региона до сих, от чего она ухмыляется, ожидая спокойную неделю для отправления обратно. — Хорошая ночь равна хорошему знаку для предстоящего будущего, не так ли? Кадзуха всегда кажется тише воды или травы, от чего заставляет мимолетно задуматься, кто подошёл, а после рассмеяться капитаншу. — Ты определённо прав! О предстоящем будущем, к слову! Кадзуха клонит голову в бок, а после следит за тем, куда указывает Бэй Доу ладонью и не успевает обернуться, как его резко обнимают и со звуком удаляющихся каблуков слышно: — Маршрут перестроен, явись после рассвета. Кадзуха моргает, с непониманием смотрит на фигуру, что на него напрыгнула, а после улыбается и обнимает его так же нежно и крепко в ответ. — Хэйдзо, собственной персоной, надо же. — Ты весь день занят кем-то другим, пришлось отпрашивать тебя у капитана! С днём рождения! Хэйдзо его отпускает и вручает в руки красиво упакованную коробку, и улыбается совершенно невинно — если там что-то с какого-то места преступления, то Кадзуха предпочитает надеяться, что это не приглашение пожить в участке с несколько недель. Но в коробке оказывается шарик, в котором виднеется маленький декоративный клён и что-то, что напоминает снег. — Ты говорил, что обожаешь снег! Что во время него всё затихает и ничто не может потревожить твой сон, так что, считай, я своим подарком буду защищать тебя от кошмаров на расстоянии! Хэйдзо гордо улыбается, складывает руки на талии и смотрит на завороженный взгляд парня. — Напоминает, знаешь, снег в октябре. Невозможное явление, но такое красивое. Спасибо, я буду хранить это. Кадзуха улыбается, кратко целует детектива в губы, и после отстраняется со смешком. Они сидят на лестнице у главной арки города смотря на то, как яркие огни вырисовывают различные фигуры на ночном небе и как опадают искрами в безкрайное море, расстворяясь в нём насовсем. У всего есть своё начало и свой конец, а что между ними уже каждый сам выбирает свои действия и какие огни будут светить у него. Хэйдзо ведёт танцевать, когда ветер играет с листьями деревьев и Кадзуха улыбается, держа его за руку и знает, что они оба счастливы быть огоньками в жизни друг друга.