|| Hold me down ||

      Хёнджин сидел на кухне, держа в руках горячий лавандовый чай и обжигая им чувствительные подушечки пальцев. Он пытался не выдавать свою тревожность, от этой странной до жути ситуации. Сопоставляя все имеющиеся факты, вывод всё равно оставался лишь один, и ох, как же он не нравился парню. Его глаза метались от одной мужской фигуры к другой, не до конца осознавая, почему директор школы находится в одной квартире с его лучшим другом. —Что ж, полагаю нет смысла больше скрывать, — Бан Чан отставил свой стакан на стол и скрестил руки на груди, гордо поднимая голову и встречаясь взглядом с поникшим Хваном. — Мы с Ликси живём вместе и уже долгий промежуток времени, но.. Хёнджин, пожалуйста, ты не мог бы сохранить это в тайне? — Кристофер излучал около себя ауру уверенности, но эта маска довольно быстро дала трещину и уже через секунду он сидел на коленях около ног парня с опущенной головой. — Если кто-то об этом узнает, то не только я могу потерять работу, но и Феликс может серьёзно пострадать, поэтому я прошу тебя.. — Президент! — Хёнджин быстро убрал керамическую чашку в сторону и подался вперед, поднимая мужчину с такой унизительной позы на ноги вместе с блондином, который также быстро среагировал и подхватил соседа под руки. — Вам не стоит так унижаться передо мной, я никому ничего не собираюсь говорить, успокойтесь. — Прости, что скрывал от тебя подобное, Джинни.. — Ликс стоял с опущенными в пол глазами, не зная на что смотреть и куда себя деть. Он нервно перекручивал стальное кольцо на указательном пальце, некогда подаренное Хваном, и поджимал уголки своих пухлых губ. — Я правда хотел тебе рассказать, но всё никак не решался. Думал, что ты можешь как-то неправильно понять или отреагировать.. — Так, а теперь послушайте меня оба, — Хёнджин прокашлялся, набрал воздуха в лёгкие, мысленно извинился перед директором за свой не совсем вежливый тон и на выдохе продолжил. — Давайте мы с вами успокоимся и поговорим об этом чуть позже, чтобы на эмоциях не сказать чего-то лишнего, хорошо? От того, что вы живёте вместе, моё отношение к вам не изменится: я всё также буду твоим лучшим другом, Феликс; я всё также буду уважать вас, президент Бан. Правда, это не меняет того факта, что я сейчас нахожусь в замешательстве.. — Думаю, что Ликс сам тебе всё расскажет, когда ты будешь готов. А пока, я вынужден вас оставить и заняться своей работой, — Кристофер развернулся и начал уходить в направлении своей комнаты, напоследок кидая мимолётный взгляд, который так и кричал: «дальше выкручивайся сам», в сторону блондина.       В комнате вновь воцарилась тишина. Хёнджин не знал, как он может разрядить обстановку и что вообще стоит говорить сейчас. Хочет ли он узнать правду? Да, но готов ли он к ней? Хвана переполняли эмоции, которые он никак не мог взять под контроль. Его ароматный чай уже совсем остыл, пока парень всё же удосужился попробовать его. — Лавандовый чай очень полезен для здоровья, — прерывает тишину Феликс, подсаживаясь к Хёнджину на соседний стул. — Я слышал, что он оказывает седативное действие на организм и поэтому я часто пью его, когда не могу уснуть.. Также помогает расслабиться и снять напряжение, нам сейчас это очень даже кстати. — Что? — Хван непонимающе посмотрел на блондина, а затем на свою кружку, в которой плавали лепестки фиолетового цветка, окрашивая напиток в соответствующий цвет. — Извини, я что-то совсем запутался. Понимаю, что это странно, но почему-то ощущаю себя немного неестественно, не могу описать. Вроде должен сначала выслушать твою историю и только потом делать выводы, но на душе как-то очень погано. — Если бы я был на твоём месте, то думаю, что реагировал бы точно также, — Ликс неуверенно положил руку на чужое плечо, слегла постукивая по нему подушечками пальцев. — Думаю, что сейчас самое подходящее время, чтобы рассказать тебе всё как есть, Хёнджин. Я пойму, если после этого ты начнёшь смотреть на меня несколько иначе, но, пожалуйста, пообещай мне, что ты выслушаешь меня до конца. — Ладно, я готов, — Хёнджин повернулся лицом к блондину, подпирая височную область рукой и стараясь максимально сконцентрироваться на чужих словах. Внутренний голос так и кричал, что он совершенно не готов и всё ещё не отошёл от появления Кристофера в его поле зрения, а тут, из-за своей оплошности, ему придётся узнавать про чужие проблемы. — Только давай договоримся, что если тебе будет слишком тяжело рассказывать, то мы прервёмся, идёт? — Да, хорошо, спасибо за понимание, — Ли не любил говорить о своей жизни и если бы был шанс избежать этого разговора, то он бы с радостью так и сделал. Говорят, что искренность в людях очень ценится и без неё не может быть близких взаимоотношений, но что если в точности наоборот — искренность равносильна миру без красок, такая же скучная и серая. Почему? Потому что все привыкли надевать маски и менять их когда угодно, приукрашивая свои личности и закапывая настоящих себя. Никто не верит искренним людям, все ищут в них какие-то подвохи, пытаются ранить и заставить замкнуться в себе. Феликс также был загнан в эти рамки общества, хотя глубоко в душе продолжал надеяться, что если однажды в его жизни появится человек, который будет готов принять его настоящего, без отвратительной фальши, то он уже его никогда не отпустит. — Хах, с чего бы мне стоило начать.. думаю, это началось лет пять назад, когда я был вынужден переехать из Австралии сюда, в Корею. Язык я знал плохо, из-за чего мне было трудно влиться в учёбу и это стало первой проблемой, вставшей передо мной. Моим первым другом стал Чонин, который общался со мной очень долгое время через переводчик, так стыдно.. но кажется, его это совсем не смущало. Через год я улучшил свои навыки корейского и в то же время перешёл в среднюю школу, где каждый день был для меня словно пытка.       Феликс протяжно простонал, закрывая тяжёлые веки и массируя их подушечками пальцев. Он решил сделать небольшую паузу, дабы обдумать свои последующие слова и не сказать чего лишнего, да и от основной сути отходить не хотелось. Хёнджин внимательно слушал, не торопил и не задавал встречных вопросов, хотя наверняка хотел. Он осматривал впереди сидящего парня, которому было нелегко раскрывать перед кем-то свою душу, ловя себя на мысли, что он сейчас очень похож на беззащитного маленького котёнка, загнанного в угол. — В средней школе я подвергался постоянной критике и всё из-за моей не совсем корейской внешности. Первое время на это было легко не обращать внимания, ведь рядом всегда находился Ян, но когда нас разделили по отдельным классам — всё мигом треснуло. Защищать меня было некому, давать сдачу я не мог в связи с воспитанием и поэтому просто терпел, ждал, когда всё это закончится. В год, когда я бросил учёбу, Чонин и я снова оказались в одном классе. Он так поменялся: стал следить за своей внешностью, обзавёлся друзьями, даже начал учиться играть на гитаре, хоть раньше и ненавидел музыку. Мне казалось, что пока вокруг меня всё цветёт, я вяну. У меня не было увлечений и уж тем более свободного времени на это, потому что с головой уходил в учёбу, — Феликс запрокинул голову на спинку дивана, открывая глаза и изучая белый потолок, словно никогда в жизни его не замечал. — А вот потом я узнал, что бизнес моих родителей закрыли. У нас было довольно большое кафе, популярное в кругах туристов и поэтому мы никогда не думали, что что-то подобное может произойти. Об этом никто не знал, только я и Крис, который впрочем выписал мне «академический отпуск» на неограниченный срок, за что я премного ему благодарен. Однако, когда я вернулся в Австралию, то застал лишь чёрные руины на месте семейного бизнеса. Следствие выявило, что из-за небольшого замыкания разгорелось всё здание, унеся с собой жизни моих родителей, — глаза Ликса наполнялись прозрачной солёной жидкостью, что вот-вот была готова скатиться вниз, оставляя после себя неприятные липкие дорожки. Хёнджин, конечно же, заметил это, но не нашёл в себе силы обнять Феликса и сказать ему, что всё будет хорошо. Нет-нет-нет, это наверняка прервёт его рассказ и поэтому надо лишь покорно ждать.. — В наследство я получил дом, на который моя семья копила всю жизнь. Это так обидно, мы там даже не успели пожить все вместе из-за моей учёбы, не сделали так много вещей вместе. Со временем я всё же решил вернуться в Корею, но восстановился на учёбу не сразу. Денег не было и поэтому я пошёл искать подработки. Раньше квартиру оплачивали родители, а теперь приходилось мне самому, это было так тяжело. В итоге одним вечером ко мне в магазин пришёл директор. Он был удивлён не меньше меня такой глупой встрече, предложил пожить у него, так я и согласился. Если бы не Кристофер, то я бы наверняка продолжил слоняться по паркам, в поиске удобной лавочки. В школе до сих пор никто ничего не знает, ни о том, что я до сих пор подрабатываю в свободное время, ни о том, почему я не появлялся на учёбе такое долгое время. Вот, впрочем, такая грустная история.       Феликс приподнял уголки губ вверх, формируя слабую улыбку, и повернулся лицом к Хвану. Его мокрые глаза переливались от искусственного освещения. Рассказ окончен, теперь Хёнджин должен что-то сказать или сделать, но он боится. Ликс сейчас кажется ему ещё более хрупким, чем раньше. В его душе находятся миллион осколков от треснувшего сердца, что продолжают разрезать плоть и формировать новые раны. Хёнджину грустно, что такой светлый человек проходил всё это время через подобное совсем один и он всё ещё не сломлен, находит в себе силы двигаться дальше, удивительно. — Мне так жаль, что тебе пришлось пройти через всё это в одиночку, — Джинни обнял Ликса, аккуратно прижимая его к своей груди и нежно поглаживая спину. — Я благодарен, что ты поделился со мной своей историей, это помогло мне узнать больше о тебе, Феликс. Пожалуйста, обращайся ко мне в любое время, если вдруг тебе понадобится помощь, ладно? — Хван получил одобрительный кивок от Ли, который также обнял в ответ мужскую фигуру, и продолжил молча сидеть с ним, дав возможность избавиться от всего того негатива, что Феликс копил всё это время.       Время шло предательски быстро. Кристофер продолжал сидеть в своей комнате, не издавая там ни единого звука. Было ощущение, что он вообще ушёл из дома настолько беззвучно, что никто и не заметил этого. Феликс начал постепенно успокаиваться. Боль, что копилась все эти месяцы в его душе, наконец, утихла и уже не доставляла того дискомфорта, как ранее. Он чувствовал облегчение, благодарность к Хёнджину за то, что тот смог выслушать, принять всю ситуацию и разделить страдания вместе с ним, а не бросил его в одиночестве копить всё это дальше в себе.       Хван обдумывал всё сказанное Ликсом в своей голове. Ему захотелось сделать что-то такое, что бы помогло им обоим отвлечься, расслабиться и здорово провести время, не думая ни о чём; забыть на мгновение все свои проблемы и просто наслаждаться компанией друг друга. Хёнджин не любил чувство ответственности, которое наваливалось на его плечи, но.. сейчас это ощущалось как-то совсем иначе. Что же изменилось? Ему, наоборот, хотелось ощутить это на себе, позаботиться о Феликсе в такое трудное для него время. — А что если мы с тобой прогуляем завтрашние занятия? — резко сказал Хван, сомневаясь в правильности своего решения. — Я знаю, что завтрашний день очень важен для нас из-за подготовки к экзаменам, но может вместо этого пойдём слоняться по городу, без какой-то определённой цели, заходя в магазины, что привлекут наше внимание и просто делать что-то странное, не обращая внимания на окружающих? — глаза Хёнджина сверкали от своей гениальной идеи. Он видел подобные сцены в кино и всегда хотел повторить их, но всё никак не мог найти повода. Сейчас было самое время для чего-то несвойственного, что поможет отвлечься полностью и вновь почувствовать себя живыми, ощутить тот самый вкус молодости, который только начинается. — Либо мы можем.. — Мне нравится, — перебивает Феликс и встаёт на ватные ноги, которые уже успели отечь от длительного сидения на одном месте. — Я согласен, но предлагаю сбежать после первого урока, идёт? Его будет лично контролировать Кристофер и будет неуважительно, если я не приду на него после всего, что он сделал для меня. — Без проблем, только не проболтайся, иначе потом проблем не оберёмся, — Хёнджин встал следом, потрепал чужие светлые волосы и искренне рассмеялся. — Удивительно, два лучших ученика прогуливают учёбу. Никогда бы не поверил, что такое реально случится. Набирайся сил за ночь, Феликс, нас ждёт очень насыщенный день!       На утро, Хван проснулся полным сил. Он всю ночь прокручивал разные варианты событий, которые могут произойти и так не смог решить, какой сценарий его устраивает больше: после длительной прогулки продолжить откровенные разговоры в баре за чашечкой соджу, а может вообще спрятаться в большом торговом центре и гулять там после закрытия? Вариант, что всё пойдёт не по плану даже не рассматривался. Хёнджин прихорашивался перед зеркалом всё утро. Он никак не мог решить, зачесать волосы назад, либо сделать как обычно; как вообще нравится Феликсу? Наконец остановившись на своём привычном образе, Хван надел идеально выглаженную школьную форму и покинул территорию дома, направляясь к месту назначения, где его наверняка уже ждёт Минхо и злится на очередное опоздание.       Урок проходил быстро, благодаря большому объёму информации и президенту Чану, который умел грамотно преподносить тему и концентрировать внимание на предмете, без желания отвлечься или зависнуть в телефоне. Феликс сидел на передней парте, внимательно всё слушая и записывая, в отличии от Хёнджина с Минхо, которыe предпочли вместо учёбы играть в крестики нолики на самом дальнем ряду. Хо заметил, что сегодня Хван ведёт как-то себя через чур странно. Вроде алкоголем не пахнет, лишь каким-то лёгким одеколоном, так в чём же тогда причина? Его это раздражало, вся эта скрытность и секреты, которых ранее между ними никогда не было. — Ха, я снова выиграл! — на ухо шепнул Хёнджин и тихо засмеялся, рисуя снизу испачканного листика новую решётку для игры. — Что-то ты совсем в облаках летаешь, не выспался что ли? — парень поставил крестик посередине поля, ожидая хода противника. — Выспался, просто ты сегодня какой-то слишком активный, — Хо рисует круг на боковой от крестика клетке и затем начинает пристально осматривать Хвана, словно пытается найти изъян, которого, как назло, нет. — Ты ничего рассказать мне не хочешь, Хёнджин?       По телу Хвана пробежались холодные мурашки, оставляя после себя жгучее покалывание. Как же он боялся, когда Минхо называл его полным именем. Почему? Да ведь Хо делал так постоянно, когда был сильно раздражён, а это без последствий никогда не заканчивалось. Например, однажды жарким летним днём двое парней решили пройтись по набережной реки Ханган. От палящего солнца их могло спасти только холодное мороженое и освежающая вода, что омывала бы стопы ног и охлаждала их. Хёнджин мигом разулся и побежал к реке, наслаждаясь не только красивыми видами, но и до безумия приятным ощущением внизу от контраста температур. Если бы Минхо не был таким брезгливым, то они бы наверняка сейчас отправились плавать тут кругами до захода солнца, но приходилось довольствоваться тем, что было. — Мх, как же душно, я сейчас сам растаю, — Хо натянул себе на голову красную панаму, что до этого пряталась в кармане его шорт. Его ванильное мороженое начинало стекать по мужским пальцам, нервируя парня. — Надо было оставаться дома, а не слушать тебя. Сам же сказал, что тут не так жарко! — Не кряхти как дед. Тебя постоянно выгуливать надо, а то всё лето в четырёх стенах проведёшь, — Хёнджин продолжал ходить по набережной, пропуская меж пальцев ног прохладную воду, зарываясь ими в золотой песок и медленно подкрадываясь к спине Минхо. Ловким движением руки ему удалось стянуть панаму и натянуть её на свою голову, а затем.. — Это лето не будет унылым, Хо, пока ты рядом со мной! —.. затем он прыгнул ему на спину, обвивая руками крепкую шею и закидывая ноги на чужие бёдра. Хвану весело, он звонко смеётся, крепко держась за друга и даже не подозревая, что тот выронил своё долгожданное угощение в воду, чтобы поймать этого засранца. — Хёнджин, твою мать!       Минхо скинул Хвана в воду, перекидывая его через плечо и ругаясь неприличными словами. Белое мороженое лежало около ног, постепенно размокая и теряясь в светлом песке, оставляя после себя лишь вкусные воспоминания. Хо был невероятно зол и в первую очередь на самого себя, что не смог удержать в руках этот вафельный рожок. Он делает глубокий вдох, наполняет свои лёгкие кислородом и пытается успокоиться, ведь купить новое угощение никаких проблем не составит. На выдохе, опускает голову и смотрит на Хёнджина, который сидел и отжимал промокшую панаму. — Вот же блин, я конечно хотел охладиться, но точно не таким способом, — Минхо протягивает руку, чтобы Хван смог подняться, но тот не реагирует на неё и поднимается без какой-либо помощи. Вся его одежда была полностью мокрой, поэтому парень принялся отжимать её, временами тяжело вздыхая. — Как-то нечестно, что так нелепо выгляжу лишь я один.. — и сразу принялся обливать Хо, набирая в руки воду и выливая в его сторону.       С того момента Хёнджин стал замечать, что как только Минхо начинает злиться либо раздражаться, то зовёт собеседника полным именем, после чего словно начинает отсчёт, за время которого ты должен хоть из кожи вон лезть, но найти причину и устранить. А если не успел — то пиши пропало. Сейчас же Хван правда не понимал, что сделал не так. Он начал обдумывать все свои последние слова, действия, но ничего не вспомнил. Холодные капли пота медленно стекали по тонкой шее, и тут Хёнджина осенило: «а что, если он блефует?» и он с гордостью заявил: — Вчера я познакомился с соседом Феликса, очень приятный человек, — Хван знает, что раскрывать личность Кристофера никак нельзя, но ведь если он не будет называть его имени, то ничего ведь плохого не случится, правда? — Совсем из головы вылетело, представляешь? Мы с Ликси сидели у него дома, хотели заняться подготовкой к экзамену, а тут открывается дверь и заходит он: красивый, подкаченный и.. слишком правильный. — Сосед говоришь, — Минхо сделал вид, что поверил. Ну не может быть, что он чисто случайно смог в один день познакомиться с загадочным сожителем Ли и даже не поделился с ним сразу этой новостью. Точно не хочет говорить правду, но Хо и не горит желанием вдаваться в подробности. — Ладно, пусть будет так.       Хёнджин облегчённо выдохнул, хоть и чувствовал вину перед Минхо за то, что не мог рассказать ему всё как есть. Он подпёр рукой подбородок, мирясь со своим поражением, и устремил взгляд в сторону Феликса. Всё также внимательно слушает, делает записи в своём конспекте и совсем ничего не замечает вокруг себя. От этой идеальности даже как-то тошно.       Звонок с урока прозвенел как всегда отвратительно громко, эхом раздаваясь по пустому коридору, который через мгновение начал заполняться учениками. Минхо поспешил в столовку, обещая захватить Хёнджину его любимую мучную сладость и оставляя его в аудитории совсем одного. Феликс исчез, Кристофер был занят мытьём доски, ну что за подстава. Хван собрал свои вещи и устремился к выходу из кабинета, как мужской голос окликнул его, заставляя остановиться. — Хёнджин! — президент подошёл к Хвану, опуская тяжелую руку на хрупкое плечо, слегка постукивая по нему. — Спасибо, что не убежал. Я хочу ещё раз поблагодарить тебя, что согласился держать наш секрет в тайне, — Кристофер хотел пригласить тёмноволосого вечером к ним домой — отметить, так сказать, их союз, однако парень спешил куда-то. Его глаза гипнотизировали часовую стрелку, что быстро чертила окружность на настенных часах, каждый раз начиная всё с самого начала. — Тут тебе, кстати, просил передать один юноша, что будет ждать тебя около расписания на этой перемене, так что поторопись и.. хотя нет, можешь быть свободен. — Спасибо, президент Чан, — Хёнджин натянул на лицо дружелюбную улыбку, перемещая взгляд на мужчину в деловом костюме. В его планы совершенно не входила эта тайная встреча, но чем быстрее на неё пойдет, тем быстрее освободится, но кому вообще что надо от него? Раздражает. — Я пошёл тогда, до свидания!       Хван мигом направился к расписанию на чёртову встречу. Да, он смело мог проигнорировать её и направиться сразу по своим делам, но ведь тогда пригласивший его человек будет стоять и ждать, в общем, неприлично. Телефон вибрировал от входящих оповещений, но сейчас было не до них. Пальцы машинально набрали «жди меня на заднем дворе» и отправили на номер Феликса, который вообще неизвестно куда запропастился. На месте встречи никого не оказалось. Чья-то злая шутка? И зачем? Хёнджин раздражённо цокнул, осмотрелся напоследок и заметил знакомую фигуру, быстро приближающуюся в его сторону. — Прости, я немного опоздал, — Чонин руками поправил свои волосы, осматривая Хвана с ног до головы. Его хитрая широкая улыбка появилась на лице, заставляя себя ощущать не особо комфортно. — Я очень рад, что ты смог прийти, — Ян заметил на лице Хёнджина раздражение и то, как он поглядывал на время, и решил сразу перейти к делу. — В последнее время я начал играть на гитаре и один мой знакомый решил дать мне шанс выступить на сцене одного ночного клуба, поэтому я бы хотел пригласить тебя одного.. — последнее слово он как-то по особенному выделил, словно намекал, что не захочет видеть там кого-то ещё. —.. на своё первое выступление. Вот билет, подумай пожалуйста над моим предложением, я буду тебя очень сильно ждать.       Чонин не дал Хёнджину сказать даже и слова. Всё говорил, говорил и говорил.. Он продолжал рассказывать о шоу-программе, которая запланирована на тот вечер, об исполнителях, чьи песни прозвучат в этом клубе и о своём номере, который должен будет пройти где-то в середине концерта. Хвану было скучно; совсем неинтересно всё это слушать. Его ждёт Феликс, где-то там, на улице, совсем один. Наверняка он снова будет в этой дурацкой красной шапке, с которой совсем не расстаётся, дорожит. Хёнджин не слушает, что ему говорит Чонин, лишь продолжает время от времени кивать головой и кидать резкое «да», которое судя по всему не всегда было уместно, но ему плевать. — Так ты точно сможешь прийти на моё выступление? — Ян спрятал руки в карманы своих брюк, словно пытался там что-то найти. Его пальцы судорожно набивали какой-то ритм, а глаза так и вовсе мешкались от расписания и до рядом стоящего силуэта. Хёнджин не ответил, лишь тихо промычал и тогда Чонин решил переспросить ещё раз, чтобы убедиться наверняка в его ответе. — Да-да, — Хван снова не услышал ни вопроса, ни собственного ответа. Он продолжал думать о Ликсе, о предстоящей прогулке и о своём сердце, которое предательски громко билось, отдавая лёгкой пульсацией в уши. К сознанию его вернул яркий билет, что неожиданно оказался в его руках. Глянцевое покрытие приятно скользило по пальцам, а нежный аромат так и щекотал носовые пазухи. Кажется, к встрече Ян подготовился очень даже хорошо. — Стоп, что? — Хёнджин поднял бумажку и принялся изучать её. Концерт пройдёт через неделю в клубе, который парень знает слишком уж хорошо. Чёрт. На этот день планов нет, так может, почему бы и правда не сходить? Тем более, что Хван очень даже давно не ходил туда развлечься. — Подумай, пожалуйста, и обязательно приходи! — заинтересованность в глазах Хвана давала Чонину надежду и он даже не заметил, как начал удовлетворённо улыбаться. Кажется, его план начал работать и побрызгать пригласительный своим одеколоном — замечательная идея. — На другой стороне билета я написал свой номер телефона, так что обязательно напиши мне свой ответ, — Ян не хотел уходить, но громкий школьный звонок просто вынуждал его оторваться от Хёнджина. Коридор мигом опустел, отчего каштанчику пришлось через «не хочу» вернуться в свой класс.       Хван напоследок посмотрел ещё раз на билет, а затем небрежно убрал его во внутренний карман своего пиджака. Время поджимало, а Феликс даже и не звонил, странно. Парень помчался в гардероб, забирая своё чёрное пальто и мигом накидывая его на себя. На заднем дворе уже стоял Ликс, зарываясь обувью в остатки грязного тающего снега. На его голове и правда была красная шапочка, из-под которой виднелись пряди светлых волос. В руках он сжимал телефон, словно ждал чужого ответа или звонка, но напрасно. — Прости меня, давно ждёшь? — Хёнджин подбежал к Феликсу, оглядывая его с ног до головы и подмечая, что к встрече готовился не он один: прямые чёрные штаны со стрелками, идеально вычищенные тёмные мартинсы на ногах и две маленькие косички, что виднелись из-под шапки среди других локонов. Хвану было приятно, ведь они оба очень ответственно подошли к этой прогулке, хотя судя по внешнему виду можно было смело сказать, что для дружеских посиделок так не прихорашиваются. — Уж прилично, чтобы начать злиться на тебя, — Феликс смеётся. Он не хочет признаваться, что сразу по окончанию урока Кристофера, прибежал именно сюда, на задний двор и преданно ждал Хёнджина. И как только им обоим пришла идея встретиться в одном и том же месте? Приятное совпадение. — Ну что, ты готов к нашему побегу? — ответа Ликс и не ждал. Он схватил тёмноволосого за рукав пальто и направился к запасному выходу из школьного двора.       Они оба бежали так быстро, как только могли, не оглядываясь назад и не замечая ничего, кроме друг друга. Феликсу надоело тащить Хёнджина за рукав и он решил сделать маленький, но такой значимый для него шаг — наконец-то полноценно взяться за руки. Ликс отпустил чужое пальто и только хотел осуществить свой план, как Хван перехватил инициативу на себя и крепко схватил друга за руку. Лёгкий румянец появился на щеках обоих и громкий смех тут же затих.       До ближайшего кафе они добежали в тишине, ничего не спрашивая друг у друга, ничего не рассказывая, лишь крепко держась за руки, боясь разорвать эту связь. Хёнджин мысленно запоминал эти ощущения от мягких подушечек пальцев, пытался разглядеть каждую трещинку на фалангах, чтобы с закрытыми глазами воспроизвести их на холсте. Он впервые чувствовал, как чужое тепло передаётся ему, как пульс начинает постепенно синхронизироваться, и это казалось ему таким интимным, чем-то особенным, что никто, кроме них, не сможет понять.       В кафе всё было в светло-бежевых тонах, стены были украшены различными рисунками и пожеланиями, которые посетители могли оставить на память. Цветы составляли большую часть интерьера, располагаясь как по углам помещения, так и на каждом столике. Приятный аромат развивался в воздухе, словно заставлял забыть обо всех проблемах, переживаниях и создавал такую атмосферу домашнего уюта, в которой хотелось оставаться надолго. Бариста за стойкой приветливо улыбался, поправляя свой передник и протягивая меню подошедшему Феликсу. — С сегодняшнего дня в нашем кафе доступно весеннее меню, — звонко заговорил работник, словно сейчас он находился на большой сцене, перед огромной публикой. Он положил руку на сердце и встал в такую позу, в которой обычно главный герой произносит заключительные слова.— «Можно сорвать все цветы, но весну остановить невозможно» Пабло Неруда. В честь этого поэта мы создали уникальный напиток, который растопит ваше сердце после этой холодной и мрачной зимы и наполнит ваши дни радостными моментами! — продавать парень конечно умел, но его актёрские навыки поражали ещё больше. Он точно вжился в роль, ведь когда Феликс проводил карточкой по терминалу, то бариста, не выходя из своей роли, одарил его низким благодарственным поклоном. На бейджике тонким шрифтом было написано «Сынмин», а вокруг имени красовались различные маленькие наклейки. — У вас точно есть актёрский талант, — Ликс повёлся на это небольшое представление и заказал этот странный фирменный напиток, вкус которого даже не удосужился уточнить. Он передал меню Хёнджину, а сам продолжил диалог с работником. — Я думаю, что мой приятель закажет классику. Он совсем не фанат всех этих сладких или необычных вкусов. — Айс-американо, — не отрываясь от листка с напитками сказал Хван и принялся изучать витрину восхитительно красивых десертов. — Ты прав, Ликс, я никогда не изменяю своим вкусам. — Постоянство — это признак успеха, — подметил Сынмин и принялся за изготовление заказов. Парень словно пританцовывал у стойки, пока намешивал ингредиенты и разливал содержимое по стаканам. Он был очень грациозен, а его плавные движения не могли оставить никого без должного внимания. Уже через минуту напитки были готовы и отданы гостям. Юноша присел на стул, который всё это время скрывался где-то под столом, и удовлетворённо улыбнулся. — Прошу, наслаждайтесь.       Напиток Феликса выглядел, мягко говоря, совсем не аппетитно. Он был розового цвета, внутри плавали странной формы неизвестные фигуры, а сверху было через чур много взбитых сливок. — Ну а сейчас я раскрою секрет этого фирменного напитка, — Сынмин прокашлялся, закрыл глаза и принялся перечислять всё, что успел намешать. — Это малиновый молочный коктейль с добавлением матчи, взбитых сливок, желе коричневого сахара и шариками черники. Вкус очень необычный и специфичный, но ещё никто не оставался равнодушным к данному произведению искусства, заставляя вернуться за ним снова и снова. — Это и правда очень вкусно! — глаза Феликса сверкали от восторга. Он не отрывался от своей трубочки, всё продолжал втягивать в себя эти маленькие шарики, что лопались где-то на половине пути и оставляли после себя сладкое послевкусие. Сынмин смотрел на это с гордостью, хвалил себя где-то глубоко в душе, умалчивая самое главное: Феликс был первым клиентом, что поддержал его игру и без раздумий согласился попробовать напиток. — Джинни, ты просто обязан попробовать! — Хёнджина не привлекал внешний вид, а из-за этого желания пробовать и не возникало. Однако Ли выглядел таким счастливым, а его щенячьи глазки растапливали ледяное сердце Хвана. И как тут только можно устоять? Он нехотя взял стакан в руку, ещё раз повертел его, осматривая его со всех сторон и принялся дегустировать. — Ну что, ну как? — Феликс почему-то волновался. Может, он хотел угодить Хвану, а может просто хотел, чтобы их вкусы совпали, чтобы было ещё больше общего, что они смогут разделить только вдвоём. — Это.. — Хёнджин не мог распробовать вкус из-за бабочек, резко возникших у него в животе. Он сильно покраснел, прикрыл рот рукой и отвёл взгляд в сторону, куда-то на витрину, ловя взглядом первый попавшийся десерт и стараясь отвлечься на него. В мыслях полный хаос. Они с Феликсом прямо сейчас пили из одной трубочки, это ведь называется непрямым поцелуем, да? — Это очень вкусно, но я всё же предпочту классику, — Хван ни раз пил точно также вместе с Минхо, но такой реакции у него никогда не было и это вызывало в нём бурю странных и неизвестных ему эмоций. Ему хочется прыгать от счастья, но в то же время и просто стоять, не показывая своего смущения.       Ликс забрал свой напиток, с заинтересованностью разглядывая Хёнджина. Его реакция показалась ему очень забавной, но говорить что-то по этому поводу он не хотел. В кофейне парни слегка задержались. Феликсу было очень интересно узнать больше про Сынмина, а Хёнджин уже миллион раз пожалел, что привёл блондина именно сюда. Бариста оказался через чур разговорчивым и буквально за полчаса удосужился рассказать половину своей жизни в мельчайших деталях. Он рассказал, что подрабатывает здесь лишь изредка, а основную часть его времени занимает совершенно иная работа. А вот какая — решил оставить в секрете. Сынмин просто ходячая загадка, которую разгадывать совсем не хочется, по крайней мере не сегодня. — Что ж, мы очень были рады познакомиться, но нам уже пора, — Хёнджин слегка приобнял Феликса, стараясь подталкивать его в сторону выхода. Очень уж ему не хотелось провести этот день здесь и смотреть, как его спутник отдаёт всё своё внимание другому. — Так-с по планам у нас вроде.. — Ах, так у вас свидание, чего же вы сразу не сказали? — Сынмин пригнулся под стойку и начал что-то активно искать, не обращая внимания на бормотание Хвана. Он достал большой тёмный полароид и с довольной улыбкой вышел к парням. — У нас есть акция, что когда приходят пары, то мы делаем им бесплатные фотографии на память и также даём возможность оставить свои пожелания или росписи на стенах. — С-свидание? Нет-нет, никакое это.. — Хёнджин замешкался. Ему и в голову не могло придти то, как их прогулка может выглядеть со стороны. А если учитывать, что инициатором сегодняшнего дня был он сам, то это равносильно своего рода признанию, хоть об этом прямо и не говорилось. Но погодите, Хван всё утро провозился с укладкой, одеждой и даже использовал одеколон, который всегда доставал только для особенных случаев. Да и Феликс тоже выглядел не так, как обычно. Может ли это значить, что слова Сынмина всё же правдивы? — Вот оно как, значит я ошибся? — парень виновато начал опускать полароид, продолжая осматривать две впереди стоящие мужские фигуры. Ну не может этого быть, они же точно не похожи на обычных друзей. Их взаимодействия, взгляды, да даже их голоса звучали совершенно по-другому, когда они разговаривали друг с другом. — Простите, я не хотел ставить вас в неловкое положение. — Всё правильно, мы на свидании, — Феликс широко улыбнулся, слегка прижимаясь своим плечом к плечу Хёнджину. Лёгкий румянец стал появляться на его щеках от слов, которые уж очень давно хотелось сказать. Он взял руку Хвана, что до сих пор приобнимала его за талию, в свою, переплетая пальцы и крепко сжимая их.