Торчок в Совенке

Откинувшись от такой смачной передозировки, наш торчок начал парить по неведомому пространству, испытывать то странное ощущение, когда твоё тело нематериально, есть лишь мысли. Никто не знает, сколько он пробыл в таком состоянии, сколько раз представлял Санька где-то впереди. Но в один момент Виктор почувствовал своё тело, и ощущение бодрости и желение ебашить всё, что движется, переполняло его. Открыв глаза, он прихуел от слишком ярких лучей солнца, а через некоторое время понял, что находится в том самом автобусе, на котором ехал к своему корешу. Оглянувшись, он с ужасом вскрикнул: — Ванёк, я ж тебя уебу за такие шуточки, какого хуя я забыл в автобусе? Но в один миг он обратил внимание на пейзаж, видневшийся из окон, – бескрайние поля, полностью усеянные колосьями ржи, длинная дорога, ведущая в бесконечность, и тут осознание своего положения настигло его, и дрожащим от ужаса голосом Пуншев выдал: — Ну ёбанный насрал, это всё-таки не глюк, ГДЕ Я?! ПОЧЕМУ ТУТ ЛЕТО?! СХУЯЛИ Я В АВТОБУСЕ?! После этих криков он понял суть своего диагноза об аутизме и решил адекватно взвесить ситуацию. «Я оказался в незнакомом автобусе хуй знает где после смачного раскумаса у Санька? Что это могло вызвать?! Эти два еблана вывезли меня из Самары в какую-то ебейшую страну с тёплым климатом?» Думаю, вы сейчас вахуи с полноценного рассуждения нашего торчка, но могу с уверенностью вам сказать – треть полушария Витька творит ебейшие чудеса на этом свете. Спустя какое то время он начал обыскивать автобус, умудрившись во время этого споткнуться и уебаться об железную балку, ограждающую пассажиров от водителя, но этого того стоило – он нашёл свой разъёбанный Honor с 89% заряда и наушники, которые он в своё время успешно спиздил из 34-ой квартиры. Также он нашёл пачку добротных сигарет, которых уже несколько лет не видел на прилавке. Врубив свой любимый трек от группы «Сектор Газа» и не выходя из автобуса, Витёк познал сигаретный оргазм, ведь в его рационе были лишь самые дешёвые сижки, спизженные у Санька или подобранные с земли, а тут – одна из самых качественных пачек оказалась у него в руках, а во рту – элитная сигарета вместо смачного хуйца Ванька. Спустя какое то время бесплодных рассуждений Виктор услышал шаги к двери автобуса – пафосной походочкой приближался паренек примерно лет 16-ти в пионерской форме, его лица не удавалось разглядеть по нескольким причинам: ебучее солнце, что ослепляло к хуям от малейшего взгляда на освещённую часть, ну и его фриковская чёлка, закрывающая почти всё лицо. Как он видит дальше своих ног, останется для нас загадкой навечно. — Вот же полупокер ебаный, где он нашёл такой наряд? — еле слышно проскрипел Ванёк. — Алёу, земляне, этот прелестный автобус привёз вас сюда, в лагерь «Совёнок», в котором вы... К сожалению, этот паренёк не договорил, ведь его ебало успешно снесло автобусной дверцей, которую хуй знает зачем открыл Витёк. Прихуев с такой наглости, парень схватил за воротничок Пуншева и начал трясти. — ТЫ ЧЁ, ВООБЩЕ ЁБНУЛСЯ?! — вскрикнул паренёк с необъятной злостью. — Я тут блять его приветствую, а он меня дверью хуярит! Где твои манеры, хуйло? Вдруг Витя резко осознал, что можно не быть ебучим терпилой и прервать его монолог. Поэтому он со всей силы толкнул 16-летнего дед инсайда, из-за чего тот успешно разлёгся на асфальте. И тут Пуншев увидел железные ворота со слегка поржавевшей надписью «Совёнок» и фигурами пионеров перед ними. Пока он разглядывал эту «достопримечательность» и пытался сообразить, что к чему, паренёк отказался от весьма удобного варианта полежать на асфальте и погреться на солнышке, поэтому прыгнул на Витька. — ТЫ ЧЁ ТВОРИШЬ, ЕБАЛАЙ?! — крикнул что есть мочи Витёк, сильно кашлянув после смачного падения на землю. — А вот не надо мне тут ссать в уши, ты въебал мне дверцей автобуса и думаешь, что я тебя за такое целовать буду? — Блять, а я бы не отказался, — мечтательно шутканул Витек. — Пхах, да по тебе видно, гомик и торчок, как тебя общество ещё не запинало, чмыря? — Да ты тут особо ротик не открывай, сам-то школотрон, напялил на себя пионерскую форму и ходишь выёбываешься тут. Может хоть имя своё скажешь? — неожиданно для себя спросил Витёк. — И в какой момент ты понял, что так нуждаешься в моём имени? Ты блять попал хуй знает куда, хуй знает зачем, но при этом тебе хватает мозгов лишь пиздиться с пионерами? –Бля, я бы с огромным удовольствием послушал твои объяснения насчёт происходящего пиздеца. Ты, кстати, не такой уж и уебан, каким показался на первый взгляд. Но дверцу в щи ловить ты умеешь отлично, — сказал Витёк и чуть не ёбнулся со смеху. –Ух ты, блять, какой шутничок у нас нашёлся, колобка повесить не забыл? Ты щас допиздишься, я тебе ниче не расскажу, пойдёшь поручения Олечки выполнять, а точнее, мешки со всякой парашей таскать! Витёк прихуел с такого варианта исхода событий и решил молча послушать любителя схватывать дверью в щи. –На самом деле ты такой не один, есть множество похожих долбоёбов, которые случайно попадали в этот лагерь. Тебе ведь интересно, почему ты здесь оказался, так ведь? А ответ очень прост: неведомая сила частенько отправляет подобных тебе имбицилов с нулевыми перспективами в жизни с надеждой, что вы изменитесь. И многие действительно меняются после такой поездки, находят себе пару или же просто осознают все прелести своей молодости. Но есть и подобные мне, что застряли в этом лагере навсегда, и их ждёт вечная... — В смысле блять навсегда?! Ты хочешь сказать, у меня есть шансы не выбраться из этой хуйни?! — вскрикнул Витёк. — Вот мне интересно, сколько раз надо ронять человека в детстве, чтобы он перебивал в ненужный момент? Я тебе важную информацию рассказываю, так что рекомендую не пиздеть поперёк. Внешний вид пионера преобразился: виднелись капельки пота после небольшой гача-схваточки, рубашка кое-где была в пятнах крови, которые он получил после весёлого полёта на асфальт. От его уверенной физиономии не осталось и следа, на лице играла лишь ухмылка, которая редко пропадала. — Ты какой-то не такой. Не похож на типичного попадальца, над которыми я люблю издеваться, хехе. И спустя какое-то время у парней завязался вполне нормальный диалог, по итогу которого Витёк условно понял всю суть происходящего, узнал длительность смены и возможный выход из лагеря, но их душевный разговор был прерван. За воротами мелькнула длинная косичка, а вскоре появилась и её обладательница: пионерка лет 16-ти со славянской внешностью и доброй улыбкой. Она уверенно шла в сторону любителя в щи и Витька. — П... Привет, вы ведь новенькие? — неуверенно выдала девушка. Её крайне смутил внешний вид нашего Витька, который какого-то хуя всё ещё стоял в пальто, несмотря на летную жару. — Хах, да нет, я тут скорее старенький, — выдал пионер, ухмылка которого всё так же не сходила с его лица. — Старенький? Это как? Неужели ты с нашего отряда?! Ни разу тебя не видела, странно..., — рассеянно протянула девушка. — Я обычно всех по именам помню... А Витёк зря времени не терял: он внимательно разглядывал сиськи пионерки и в глубине души жалел, что у него Honor,а не старая матаролла. В какой то момент пионера заметила его взгляд и смущённо пролепетала: —Ты куда смотришь? Глаза лишние нашёл? — Правильно расставляешь приоритеты, — усмехнулся пионер. — Нет бы имя у прекрасной дамы спросить, так ему сразу сиськи подавай. — Кстати, да, меня Славя зовут. Так-то моё имя – Славяна, но все зовут меня Славей, и ты зови! — представилась девушка, сделав вид, что не услышала конец фразы пионера. Витёк прихуел с такой формальности, последний раз у него был полноценный диалог с девушкой лет в семнадцать, а тут такое. — Ну, а меня это... Виктор, но все меня называют Витьком, и ты зови! — съязвил наш торчок. Лицо Слави моментально изменилось, на глаза накатились слезы, и она убежала, рыдая. –Ну ты и мощный, Витёк, обидел бедную и беззащитную девочку, надеюсь, ты там не особо горд собой? –Да я просто пошутил, чё она съебалась-то сразу..? Ты, кстати, не представился. Как тебя зовут? — спросил Пуншев. — ПХАХАХАХПХАХ ты думаешь, я помню?! Я нахожусь в этой тюрьме уже дольше, чем ты девочек малолетних ущемляешь. Спустя множество циклов я полностью забыл всё о себе, в том числе имя. Но в лагере меня какого-то хуя все называют Семёном, но если ты упомянешь это имя, то, поверь, между автобусной дверью будет виднеться твое зажранное ебало. — Я, конечно, учту твои пожелания, но, может, ты скажешь нормально, как тебя называть, или имечко полупокера тебя устраивает? — снова выебнулся своим несмешным чувством юмора Витёк. — Называй меня просто пионером, хотя от «Мой господин» я тоже не откажусь. Пока наши новые кореши пиздели, недалеко от них собралась кучка пионеров вместе с ущемлённой Славей, которая до сих пор была в слезах и, скорее всего, пыталась что-то объяснить. Немая сцена продолжалась недолго, как вдруг перед нашими друзьями появился двухметровый силуэт, от которого несло несгораемой яростью за километр. Это была вожатая Ольга Дмитриевна, та самая, которую недавно упоминал пионер. Подойдя вплотную к Витьку, она начала: — Да как ты смеешь мою лучшую пионерку обижать?! Витёк снова продемонстрировал свои манеры в самом ярком свете, сказав: — Да я хуй клал на ваш лагерь и всех лучших пионерок вместе взятых, скажи мне лучше, где шприцы достать? — Шприцы?! А зачем они тебе?! — удивлённо спросила Ольга Дмитриевна. Её нихуя не смутило то, что сказал Витёк до этого. — Тебе в медпункт надо..? — спросила Славя, успешно влезая в диалог. Но их разборки перебил горн, который загудел на весь лагерь: ТУТУТУТУТУТУТУТУТУТУТУ. Витёк знатно прихуел с таких звуков, но не подал вида, чтобы показаться дохуя крутым в компашке. Данный гул был сигналом к обеду, и все пионеры неспеша направились в сторону столовой, попутно обсуждая свои неинтересные для Витька темы. Пионер же пел какую-то старую песенку про деда Терентия. В столовой было очень людно. Множество пионеров сидели за своими столиками и уплетали сытный обед: пюрешку с котлетами. Но тут появляется вопрос: Витёк и без проебов? Такого не бывает, он уже успел проебаться: взяв обед, он направился в дальний угол столовой, но, споткнувшись об собственные шнурки, он чуть не упал на пионерку, стоящую напротив. — АЙ БЛЯТЬ, ТЫ КУДА ПРЁШЬ? — заорал Пуншев на рыжую пионерку. Гениальность Витька зашкаливала. Девушка по внешнему виду была не менее злой, с лица резко пропала улыбка, и появилась неописуемая злость. По итогу Витёк разлил компот на пионерку, но та в долгу не осталась: в торчка уже летела вкусненькая котлетка, а за ней и компот. — ТЫ ЧЁ, ВООБЩЕ УЖЕ?! — закричала пионерка и попыталась вмазать Витьку, но удар был весьма слабым, а парень без проблем подставил подножку и опрокинул девушку. Понимая, что его ждёт пиздец, наш торчок, не дожидаясь предназначеной для него судьбы, побежал в рандомном направлении. Пуншев был не из тех людей, которые умеют бегать, его хватило буквально на две минуты бега, а затем он выдохнулся в стельку. Поняв, что за ним никто не бежит, он уселся на скамейку и прикурил. «Надо же было так проебаться», — подумал Витек и вдохнул в себя дыма. Но его одиночество было недолгим. Вдруг с нихуя возник тот самый пионер: — Да я вижу, у тебя благотворительная акция: ущеми пионерку – получи самооценку. Витёк промолчал, он впервые задумался о событиях, которые сегодня произошли: как он попал в лагерь, посрался с двумя пионерками, познакомился с пионером, буквально ущемив его дверью. И он ни разу не задумывался бухнуть. Такое, беспорно, надо исправлять, и он спросил у пионера: — Ты же там пиздел, что давно в лагере? Должен знать, где алкашка хранится. Так хочется бухнуть, прям пиздец, — протянул Витёк. — Хех, обижаешь, — ухмыльнулся пионер, — я всё тут знаю: от местных обитателей до живописных мест. Алкашка есть в двух местах: у двух геев-кибернетиков, но к ним мы сходим чуток позже, а то, думаю, мы им помешаем роботов создавать и в жопу ебаться, ну и в медпункте. — Приму за предложение сходить сегодня в медпункт, — мечтательно протянул Витёк. — Ой, не надо тут даму из себя строить, знаю же, что бухнуть хочешь. Поэтому пойдём сегодня, ближе к ночи, разъёбывать медпункт. –А если та двухметровая пизда опять до нас доебётся? Ты будешь имитировать горн? — Если понадобится – буду, а так я знаю пару фраз, чтобы она отъебалась. В крайнем случае придётся её чем нибудь ёбнуть. Витёк лишь поддержал ухмылку пионера и начал думать, где же он блять живёт. По сути никто не выдал ему форму – он все ещё ходил в зимнем свитере, который был запачкан обедом, а насчёт дома подавно никто не говорил. Единственный способ был спросить у вожатой, но, после недавнего инцидента, спрашивать желения не было, но ответ на вопрос появился сам по себе. — Ты куда поплёлся, олух? — съязвил пионер. — У тебя ведь нету домика, пиздуй за мной, есть идея. — Бля, надеюсь, не с тобой в одной кровати, а то я точно не сдержусь, — проговорил Витёк. — А ты на это так надеялся? Спешу тебя разочаровать, спать будешь в моём домике, но каждый на отдельной кровати. Если не устраивает, можешь пиздовать в лес, там, говорят, грибы вкусные растут, проживёшь. Витьку после таких слов стало не по себе, поэтому до конца дороги он шёл молча. Зайдя в домик, Витёк увидел два комплекта пионерской одежды и, не думая ни о чём, напялил один из них, так как в этом ебучем свитере он буквально сварился. Торчок-пионер, что может быть лучше? — Ля, ну ты прям секас в этой форме, наручников не хватает, — усмехнулся пионер, наблюдая за тем, как Витёк смотрит на себя в зеркало. — Мне вот интересно, если я не выберусь из лагеря, спустя несколько тысяч циклов я тоже стану таким душнилой? — задался вопросом Витёк. — За это время ты и не такому научишься, уж поверь.., — и через какое то время пионер продолжил: — Ладно, у меня дела есть незаконченные, увидимся вечером. Надеюсь, ты не продолжишь процесс ущемления пионерок без меня. Витек снова промолчал и задумался, и опять об этом лагере. Почему пионер не смог выбраться, если лагерь создан лишь для временного пребывания с целью изменить человека, но он каким-то образом смог остаться? Хотя через некоторое время ему стало похуй. — Самое главное, что меня ждёт бухло в медпункте. Прошло несколько часов, и пионер наконец вернулся. Витёк не стал спрашивать, где он ебланил пару часов, понимая, что любитель в щи ему ничего не расскажет. — Ну че, готов смачно бухнуть? — со зловещей ухмылкой на лице спросил пионер. — Тебя ждут два литра «Столичной» и моя незаменимая компания. — Ой-ой, как бы я без тебя прожил? — с иронией ёбнул Пуншев. — Поменьше выёбываться надо, а то без тебя бухать пойду. — А хуй тебе, без меня никуда не уйдёшь, я ведь могу без каких-либо проблем дверью тебя ещё раз защемить, повторим знакомство. Пионер ничего не ответил и вскоре сказал: — Пошли в столовку заскочим, закуску хоть возьмём. Да и вообще... Ты сегодня ничего не ел, не хватало, чтобы после первого захода откинулся. — Не надо тут блять няньку из себя строить, без тебя знаю, что мне нужно. Подойдя с Витьком к столовой, пионер выдал: — Так как я всё это придумал, то буду организатором, а ты – реализатором, а то ведь торчковую силу давно уже пора эксплуатировать. Выбивай окно к хуям, у нас ключей нету. Недолго думая, Пуншев взял небольшой камень и хуйнул его в «прозрачную преграду». Раздался громкий звук разбивающегося стекла. Вдруг из-за кустов послышался писк. Пионер подошёл к тому месту и вытащил за шиворот ту самую рыжеволосую шлюху, которую Витёк облил компотом. — И чем же вы тут занимаетесь, ебалаи? Вас в детстве не учили через дверь заходить? Она вырвалась из рук пионера и, достав ключи, открыла им дверь. Витёк, осознавший, что зря продемонстрировал свои непровозойденые навыки снайпера, выдал: — И откуда же у такой редкой шмары, как ты, ключи от столовки? Алиса, а именно так и звали девушку, смущённо разозлилась и сказала: — Представь, каким бы стал мир счастливым и инновационным, если бы ты поменьше открывал свой порванный рот? Я вот представляю, а ключи я у Слави спиздила, чтобы ночью обжираться, но тут какого-то хуя появились вы и разрушили все мои гениальные планы. — Мы так-то бухнуть собирались, закуску пришли взять, ты с нами? — спросил пионер. — Чё, прям водку настоящую пить будем?! — удивлённо спросила Алиса. — Нет, блять, игрушечную... Естественно, но не волнуйся, тебя мы по кругу пустить не забудем, — съязвил Витёк, подмигнув пионерке. — Ты сейчас довыёбываешься так, что мы тебя самого кругу пустим, — ответил за Алиску пионер. — Ну как бы я этого и добиваюсь, — мечтательно протянул Витёк. После такого баяна они наконец зашли в пустую столовую и спустя некоторое время набрали дохуя булочек с маком и кефира для похмелья. — Ну что ж, друзья, направляемся в медпункт! — уверенно сказал пионер и чуть не уебался об бордюр.