Пересечения

________________________________________

1999

Джордж три раза перечитал профиль миссии Маркали. В первый раз он был озадачен, во второй — не мог поверить своим глазам, а в третий — пришел в ярость. Разработка такого плана была совершенно ни к чему, если основной целью было просто убрать Маркали — этого можно добиться, сфальсифицировав несколько разного рода скандалов. Этот же план — в котором всё зависело от безупречного выполнения множества деталей — мог быть оправдан только в том случае, если целью было нечто большее. Что-то, что он категорически не одобрял. Нахмурившись, он схватил телефон и набрал номер Мэдлин. — Привет, Джордж, — спокойно ответила она. Она явно ожидала его звонка. — Это уже ни в какие ворота. Уже было достаточно плохо, когда я думал, что он преследует Маркали из ревности к бывшей жене. Но теперь я вижу, что его цель — заставить заплатить и её. Это совершенно неприемлемо, и ты это знаешь. — Я бы не стала так быстро судить о его мотивах, — возразила Мэдлин, — в этом подходе есть своя логика. — Логика? — спросил он с издевкой. — Знаешь, Мэдлин, за все эти годы ты возвела защиту Пола в ранг искусства, но я думаю, что этот случай превзошел даже твои таланты. — Маркали чрезвычайно популярен в стране, где грязная политика является нормой, — объяснила Мэдлин, игнорируя замечание Джорджа. — Семейные обстоятельства — единственный способ избавиться от него, не вызывая подозрений у общественности. К сожалению, это означает, что ей придется пожертвовать. Я не вижу других вариантов. Мне бы очень хотелось, чтобы они были. Джордж сердито хмыкнул. Как бы это его ни раздражало, она, вероятно, была права. Впрочем, ей всегда удавалось найти самые веские и крайне убедительные причины, чтобы оправдать даже самое эгоистичное поведение Пола. Иногда Джордж задавался вопросом, не проводит ли она ночи напролет, придумывая их. — Что ж, — сказал он, меняя тему. — Никита была твоей идеей? — Нет. — Ты знаешь, она совершенно не подходит для этого. Я читал её психологическую характеристику — она не сможет этого сделать. — Увидим. Мэдлин была уклончива, как и всегда. Он находил эту черту характера достойной восхищения — за исключением тех случаев, когда она была направлена против него. Если бы Джордж мог сквозь телефон протянуть руку и дать ей пощечину, он бы так и сделал. Вместо этого он предпочел словесный удар. — Выглядит так, будто он специально издевается над женщинами на этой миссии: сводит с ума свою бывшую жену, заставляет Никиту делать валентайн-работу, — он сделал паузу, чтобы его следующее заявление достигло максимального эффекта. — На твоем месте я был бы осторожен, моя дорогая. Никогда не знаешь, когда он может начать обвинять тебя в своих проблемах. Несколько мгновений в трубке царило молчание. Джордж улыбнулся — он знал ее достаточно хорошо, чтобы понять, когда ему удалось поколебать её самообладание. — Как ты мог заметить, мне понадобится твоя помощь, чтобы всё устроить, — Мэдлин снова вернулась к теме миссии, но её голос слегка похолодел. — Конечно. Всё будет подготовлено, — он снова улыбнулся. — Я всегда готов помочь, Мэдлин. С любой проблемой, которая может у тебя возникнуть.

________________________________________

1973

— А сейчас смотрите, ничего не трогайте, пока я вам не разрешу, — предупредил Перри, компьютерный техник. По резкости его тона было видно, что он считает Мэдлин и другую новенькую девушку полными идиотками в техническом плане и что они способны вызвать катастрофу одним прикосновением к клавиатуре. Мэдлин посмотрела на вторую девушку, Кристин и закатила глаза. Кристин в ответ подмигнула. Джордж недавно ввел положение, согласно которому все оперативники должны были получить хотя бы элементарное компьютерное образование, но эта практика встретила сопротивление со стороны технического персонала. — Тогда позвольте спросить, — тоном абсолютной невинности спросила Мэдлин, — это не страшно, что я немного поиграла на том компьютере, пока мы ждали вашего появления? — Играла? — на худом лице Перри промелькнуло выражение ужаса. — Я просто хотела посмотреть, что это такое, — сказала Мэдлин, пожав плечами. — На каком компьютере? — голос Перри дрогнул от страха. — Вон тот, — ответила она, указывая в другой конец комнаты и хмурясь от наигранного беспокойства. Когда Перри бросился осматривать дисплей компьютера, опрокинув в спешке стул, Кристин прикрыла рот рукой и фыркнула от смеха. Кристин прекрасно знала, что Мэдлин ничего тут не трогала. Мэдлин, продолжавшая стоять с невозмутимым видом, обернулась к Кристин, игриво изогнув бровь. Теперь, когда Мэдлин закончила свое одиночное обучение и присоединилась к групповым тренировкам, она стала больше общаться с другими оперативниками. Всё ещё оставались определенные барьеры — прежде всего её юный возраст, — но у неё сложились тёплые отношения с большинством новобранцев, а также репутация человека с тонким чувством юмора. Для неё было облегчением оказаться в меньшей изоляции, даже если никто из них не был ей настоящим другом. Утешало и то, что никто из них, похоже, ничего не знал о её истории — для них она была просто довольно юным рекрутом, а не преступником или чудовищем. И действительно, с головой погрузившись в обучение, она почти начала забывать о своём прошлом. — Что ж, — сказал Перри, выпрямляясь с облегченным видом, — похоже, ты ничего не натворила. Но никогда, никогда больше так не делай! — О, разумеется, нет. Мне очень жаль. Перри глубоко вздохнул. — Хорошо. Большая часть того, что вам нужно увидеть, находится внизу, так что следуйте за мной. В тот момент, когда Перри двинулся к лестнице в углу комнаты, распахнулись парадные двери. Он вдруг замер в напряженной позе, подтягивая повыше ремень своих штанов. Мэдлин проследила за его взглядом и увидела, что в комнату вошел Джордж в сопровождении хорошо одетой рыжеволосой женщины, имеющей властный вид. — Здравствуйте, Перри, — сказал Джордж. — Я хотел показать Эдриан наши новые приобретения. Вы заняты? — Я собирался провести для этих двоих экскурсию по оборудованию, но это может подождать. — Нет-нет, нет причин, по которым вы не можете сделать и то, и другое, — настаивал Джордж. — Эдриан, ты ведь не против, если двое наших новобранцев пойдут с нами, правда? — Нисколько, — любезно согласилась Эдриан. — Я всегда рада познакомиться с нашими сотрудниками. Джордж шагнул вперед и жестом указал на Кристин. — Это Кристин. Кристин, это Эдриан. Кристин протянула руку, и Эдриан тепло пожала её. — Очень рада познакомиться с вами, моя дорогая. Я слышала о вас много хорошего. Затем Джордж повернулся к Мэдлин. — А это Мэдлин. Мэдлин начала протягивать руку, но остановилась, увидев, как вытянулось лицо Эдриан. — Ах, да... поджигательница. Среди прочего, — Эдриан бросила на Мэдлин взгляд, который нельзя было описать иначе как полный отвращения. Последовало долгое молчание, наконец, Перри неловко прочистил горло и предложил пойти к лестнице. Первым начал спускаться Джордж, Кристин намеревалась последовать за ним, но прежде, чем она успела стать на ступеньку, Эдриан мягко взяла её за руку и слегка улыбнулась. — На твоем месте, дорогая, я бы позволила Мэдлин первой спуститься по лестнице. Мэдлин застыла на месте. Расчетливая жестокость Эдриан — с благосклонной улыбкой и аристократическим сладким тоном — наводила ужас. Она почувствовала, как от её лица отхлынула вся кровь, в то время как эта женщины наблюдала за ней холодными ястребиными глазами, оценивая её реакцию. Только когда Джордж снова поднялся по лестнице и коснулся её руки, она поняла, что не дышала. — Я совершенно забыл, Мэдлин: Уилсон спрашивал, не могла бы ты присоединиться к нему для дополнительных занятий в тире. Он думает, что ты готова к тренировкам с винтовкой и, наверное, ждёт тебя прямо сейчас. Мэдлин несколько раз моргнула, чтобы вернуть себе самообладание, а затем посмотрела на Джорджа. Он лгал, и этот факт, несомненно, был очевиден для всех. Но, тем не менее, она была ему благодарна. — Спасибо, — сказала она, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Я сейчас пойду туда. Она снова посмотрела на Эдриан и внутренне вздрогнула, увидев в глазах другой женщины выражение триумфа, который та намеренно не скрывала, а затем вышла из комнаты.

________________________________________

Эдриан вернулась в свой кабинет, борясь с сильным желанием вымыть руки после встречи с самым молодым новобранцем Второго Отдела. Вживую Мэдлин оказалась еще более неприятной и вызывающей беспокойство, чем ожидала Эдриан. Это безучастное выражение лица, этот холодный контролируемый голос и эти почти чёрные глаза, в которых ничего не отражалось. Эдриан не могла заставить себя коснуться протянутой руки молодой женщины, не могла удержаться от того, чтобы не затронуть её ужасное прошлое. Но она была одновременно удивлена и рада, что её поведение вызвало ответную реакцию. По крайней мере, девушка чувствовала страх, а это означало, что её ещё можно контролировать. Слегка встряхнувшись, Эдриан выкинула из головы воспоминания об этой встрече и села за свой стол. Как всегда, перед ней лежала стопка папок. Она просмотрела их, пытаясь решить, с чего начать, но одна папка привлекла её внимание. «Потенциальный рекрут — Юго-Восточная Азия», — гласила надпись. Эдриан взяла документ и начала читать. Лейтенант Пол Вулф, армия США. Последние семь лет он находился в плену во Вьетнаме, большую часть из которых провел в карцере или подвергался неописуемым пыткам. Он никогда не падал духом, и его пример вдохновлял на такое же сопротивление всех его товарищей по заключению. Хотя он и не был самым старшим офицером в лагере, тем не менее, де-факто его считали лидером, и его тюремщики заставляли его страдать за это. Эдриан с восторженным изумлением читала каждое слово в досье Вулфа. Она знала — знала, даже ещё не видя этого человека, — что он тот самый, тот преемник, которого она так долго искала. Чтобы принять на себя моральное руководство более чем сотней человек, несмотря на невысокое звание, и продержаться при этом семь долгих лет, он должен был обладать непревзойденной силой характера. Такой человек, как он, тот, кто противостоял врагу, ни разу не дрогнув, должен был по своей природе понимать, насколько важна работа Первого Отдела. Этот человек знал врага и знал, что такое зло, и он показал, что не пойдет на компромисс ни с тем, ни с другим. Он был идеальным противоядием от циничных молодых людей, которые всё больше пополняли ряды организации, идеальным лидером для следующего поколения. Джордж, конечно, будет сопротивляться. Он всегда выступал против вербовки оперативников с твёрдыми принципами, считая, что они слишком упрямые и что с ними трудно работать. Несмотря на все таланты Джорджа, это был его главный недостаток. В конце концов, если она оставит всё на его усмотрение, он наполнит их организацию людьми вроде Мэдлин — аморальными созданиями, из-за которых Агентство превратится в бездушную бюрократию. Слава Богу, Пол Вулф может спасти их от этого.

________________________________________

— Я очень доволен ходом твоего обучения, — сказал Джордж, откинувшись в кресле. На самом деле, он был более чем доволен — она оказалась всем, на что он надеялся. Мэдлин посмотрела на него в ответ с тем обычным вежливым выражением, которое она всегда принимала во время их бесед. — Спасибо. — Более того, я полагаю, что ты готова к своему первому заданию. Джордж взял со стола папку с документами и протянул ей. — Это твоё досье. Внимательно изучи его. Тебе нужно будет запомнить каждую деталь, так как взять его с собой ты не сможешь. Мэдлин открыла папку и начала листать. — Мы зачислили тебя в университет в Париже под вымышленным именем в качестве студентки. Детали твоей личности и биографии находятся в папке. Ты уезжаешь через три дня. Перед отъездом Эстер даст тебе одежду и другие вещи на первое время. Мэдлин посмотрела на Джорджа с озадаченным выражением лица. — В чем заключается моя миссия? — спросила она. В досье содержалась лишь справочная информация о её новой личности, но ничего более. — В настоящий момент твоя задача — устроиться под новой личностью. И встречаться со своими кураторами, когда прикажут. Больше ничего, — Джордж сделал паузу, размышляя, стоит ли говорить ей о том, каков на самом деле характер её миссии, насколько критически важной и одновременно опасной она будет, но затем решил, что это преждевременно. — На этом всё. Она встала и повернулась, чтобы уйти. Проводив её взглядом, он пересмотрел свое решение. Он не мог предоставить ей конкретные сведения, но, возможно, будет уместно некое предупреждение. — Но не слишком расслабляйся, — окликнул он её, когда она выходила из комнаты. — Возможно, пока Отдел и не требует от тебя многого, но всё изменится.

________________________________________

Джордж со стуком поставил свою чашку, хмуро глядя на папку, лежавшую перед ним на столе. Нахмурившись, он покачал головой. — Этот Вулф — не лучший кандидат. Он слишком упрям, слишком своеволен. Мы не сможем с ним работать. Эдриан улыбнулась и сделала глоток чая. Джордж был таким предсказуемым. Она предвидела почти каждое слово его возражений. — Именно это и делает его идеальным. Мне нужен лидер, а не ведомый, Джордж. Джордж нахмурился ещё сильнее. — И он будет сопротивляться или попытается сбежать. Он не видел свою семью семь лет, неужели ты думаешь, что такой человек сможет просто бросить их? — Значит, нам нужно склонить его к нужному решению, не так ли? Джордж отвел взгляд с кислым выражением лица. Этот взгляд в сочетании с тенью на щеках там, где начала пробиваться щетина, придавал ему удивительно старый для его возраста вид — старый и уставший. Ещё одна причина, почему им нужна новая кровь, решила Эдриан. — Я хочу его, Джордж, — твёрдо сказала она, — сделай всё необходимое, чтобы он согласился присоединиться к нам. Если его семья — это проблема, возможно, мы сможем как-то разорвать эти узы. Например, если он узнает, что его жена изменяла ему? — Но она не изменяла. — И почему это должно мешать? — Эдриан бросила на Джорджа укоризненный взгляд. Тот вздохнул. Он всё ещё продолжал противиться. Как бы она ни ценила своего заместителя, возможно, ему следовало напомнить, кто здесь главный. — У нас есть средства, Джордж. Используй их, — сказала она самым холодным тоном, на который только была способна. Он молча кивнул и снова отпил из своей чашки. По тому, как поникли его плечи, она поняла, что выиграла эту битву. Однако не мешало бы прояснить свою позицию. — Кстати, Джордж, я не хочу слышать ни о каких удобных несчастных случаях или самоубийствах. Я знаю, что ты не одобряешь его вербовку, но это мое решение. Она тепло улыбнулась ему, и, увидев мгновенную вспышку в его глазах, поняла, что её утверждение авторитета было принято. — Я терпимо отнеслась к некоторым твоим решениям по поводу новобранцев, — напомнила она. — Тебе придется сделать то же самое с моими.

________________________________________

Дом. Мысль о возвращении домой наполнила сердце Пола такой радостью, какой он не испытывал все эти ужасные семь лет. После первого года или двух он почти не мог даже думать о доме — тоска и одиночество становились непереносимыми. И вот сейчас он возвращается домой. Этого стоили все годы страданий — пытки, потеря друзей от голода и болезней, насмешки тюремщиков, когда война обернулась против американцев. Он был уверен, все эти воспоминания исчезнут, как только он вернется домой. Он улыбался и шутил со своими приятелями, ожидая очереди в грузовики, которые должны были вывезти их из этого лагеря. Настроение было жизнерадостным и веселым, несмотря на то, что они были на проигравшей стороне. — Старик, первое, что я сделаю, так это съем большой стейк, картофель фри и шоколадное мороженое, — сказал истощенный рядовой, подпрыгивая от возбуждения. — А я пойду в одно из тех мест, где можно есть всё. Меня придется вытаскивать оттуда, — рассмеялся другой заключенный. — Еда? Черт возьми, ребята, это просто жалко, — ответил им третий, — Я собираюсь найти какую-нибудь горячую мамочку и заниматься любовью, а не войной! Ряды солдат разразились бурным смехом. Пол не мог вспомнить, когда он в последний раз слышал такой смех — настоящий, а не горький смех людей, пытающихся забыть о своих страданиях. Шеренга двинулась вперед, а военнопленные продолжали забираться в грузовики. Пол шагнул вперёд вместе с ними, но остановился, почувствовав как кто-то хлопнул его по руке. Обернувшись, он увидел, что рядом с ним стоит вьетнамский охранник. — Ты пойдешь со мной, — приказал тот. — Что? — Фан хочет поговорить с тобой. — Что ж, Фан может идти в жопу. Я больше не заключенный, ясно? Охранник достал пистолет и направил его Полу в лицо. — Ты пойдешь со мной, — повторил он. В рядах мужчин воцарилась тишина, они ждали, что сделает Пол. Рука охранника дрожала, по виску медленно стекала струйка пота; он выглядел взвинченным, словно любое резкое движение или громкий звук могли спровоцировать его на выстрел. Не желая подвергать опасности себя — или других людей, которые были так близки к тому, чтобы выбраться из этого ужасного места — Пол отступил. — Ладно. Думаю, Фан хочет попрощаться со мной лично. Придержите для меня место в грузовике, парни.