чертёнок хочет поиграть

Двигатель черной иномарки ревёт как одичавшая дворняга. Спидометр показывает под двести. За окнами огни ночного города пролетают если не со скоростью света, то очень близко к ней. Чан мчится по платной пустой дороге с работы, весь напряжённый и желающий поскорее оказаться в уютной квартире. Где его ждут. Чан получил несколько сообщений от Чонина, когда наконец выключил ноутбук и устало потёр глаза. Не часто от него получишь "ты скоро приедешь?", поэтому Чан сразу подумал, что что-то случилось и, написав ответ, рванул к лифту.

3 новых сообщения от кого: «Нини🤍» Хён, ты скоро? доставлено 21:53, прочитано Жду скорее дома доставлено 21:53, прочитано Я соскучился ㅠㅠ доставлено 21:55, прочитано

– Сука, - Чан выезжает на привычную дорогу и третий раз подряд попадает под красный свет светофора. Он нервно постукивает пальцами по рулю автомобиля и второй рукой хватает из подлокотника пачку сигарет. Курит он не часто, Чонин не одобряет, но сейчас по-другому было никак. Всё действовало на нервы и Чан был готов вот-вот сорваться. Сорваться и нажать на газ, сорваться и сломать светофор к чертовой матери. Но он только прикусывает фитиль сигареты и поджигает её кончик, выдыхая серый дым в открытое окно машины. Помимо Чана на дороге было огромное количество автомобилей, водители которых тоже стремились поскорее приехать домой. Некоторые подгоняли других и использовали гудок, некоторые и вовсе нарушали правила дорожного движения. Чану тоже хочется. Хочется вдавить педаль газа в пол и наплевать на всё, хочется поскорее ощутить тепло любимого тела и вдохнуть его запах. Успокоиться хочется, вот чего. Но он терпеливо ждёт зелёного света, ослабляет галстук на рубашке и только тогда авто срывается с места и мчит к дому. Бан уверен, если бы они жили в каком-то доме старого типа, то его машине сейчас бы пришёл конец. Потому что он ни чуть не снизил скорость и всё так же гнал по двору, успевая выискивать глазами свободное место для парковки. Дороги возле новостроек позволяют ехать достаточно быстро, вот поэтому он и уверен, что в ином случае дно его автомобиля сейчас было бы всмятку. Он запускает пятерню в свои волосы и зачёсывает их назад. Между бровями всю дорогу виднелась морщинка из-за сильной, действительно сильной сосредоточенности и сейчас Чан наконец-то расслабляет мышцы лица и снижает скорость, откидываясь на водительское сиденье. Автомобиль быстро, но аккуратно припарковывается у нужного дома. Чан несколько секунд медлит, вытаскивает ключ, отстёгивает ремень безопасности, который он думал даже не застёгивать и прикрывает глаза. Он всё ещё дико напряжён и это напряжение не очень хочется вылить на любимого человека. Пару раз вздыхает и захватывает сумку, выходит из машины. Ставит транспорт на сигнализацию и убирает ключи в карман чёрных джинс. На улице уже давно стемнело и температура понизилась, поэтому Чан подходит к подъезду и ёжится от холодного ветра, пробирающегося сквозь ткань рубашки. Открывает ключом дверь и вызывает лифт, который к его счастью стоял на первом этаже. Двери кабины открываются и Чан сворачивает к нужной квартире. Ключи в замок вставляет и дёргает ручку, проникая в темный коридор. – Я дома, мышонок. Хлопает входная дверь. Голос более хриплый от криков на работе днём и долгого отсутствия разговоров после. Чан сбрасывает берцы и ожидает выбегающего к нему Чонина или хотя бы его голоса из одной из комнат. Ничего нет. Пустота и тишина, заставляющие Чана встревоженно поставить сумку рядом с обувью. – Чонин? Бан заглядывает на тёмную кухню, в ванную и в зал. Нигде парня нет. Он либо ушёл куда-то, либо спит в спальне, которая находится дальше всех комнат. Мысль о мирно спящем Чонине, укутавшемся в одеяло и тихо посапывающем заставила Чана расплыться в улыбке и пройти в сторону спальной комнаты. Улыбка спадает моментально. Свет в комнате приглушён и дай бог можно что-то разглядеть. Но Бан может. Чонин, который Чан думал уже сладко спит, сидит на кровати на коленях. На нём оверсайз белая футболка, видимо украл из гардероба своего парня, ведь та была сильно растянута и открывала вид на ключицы и одно острое плечо, не прикрытое тканью. На футболке какой-то незамысловатый принт, вроде названия какой-то рок группы. Она заправлена в – ёбаный в рот – чёрную юбку. Юбка была немного выше колена и в той позе, в которой сидел Чонин, она открывала вид на бедра, которые напряглись сразу же, как Чан остановился в дверном проёме. А ниже, боже упаси, на парне надеты гетры, по цвету напоминающие топлёное молоко. Чан решил наконец поднять взгляд на лицо юноши и блять. На голове, на покрашенной в белый макушке красовался ободок с такого же цвета лисьими ушками. Пушистые уши были расставлены немного шире, чем на самом деле должны быть, что придавало Чонину максимально невинный и смущённый вид. Руки тот держал перед собой, положив их между ног. Заставлял таким образом юбку больше прикрыть переднюю часть его тела. Но Чан видел всё, он будто сквозь всю эту одежду смотрел, прожигая Чонина взглядом. – Хён.., - голос выдавал Яна с потрохами - он очень сильно волнуется, – я же говорил, что скучаю.. У Чана глаза обычно и так тёмные, но сейчас, кажется, в них совершенно отсутствовала радужка. Или может наоборот зрачок. Чонину аж не по себе стало, Бан сканировал его изучающим тяжёлым взглядом. Ну же, сорвись, ты ведь так близок. Чан оторвался от дверного проема и дразняще медленно начал двигаться в сторону миниатюрного Чонина, по пути снимая и так ослабленный галстук и сжимая его в руке. Он подошёл к кровати четко напротив парня и забрался коленями на неё, позволяя матрасу скрипнуть и прогнуться под его весом. – Чонин, - хриплый голос разнёс по телу Яна мурашки и заставил поднять взгляд на его обладателя, – ты меня прикончить решил? Руки Чана прошлись по бёдрам младшего, задирая юбку выше дозволенного. Чонин попытался свести колени из-за смущения, но Бан не дал это сделать, сильнее сжимая молочную кожу в руках. Младший не знал куда деть руки, поэтому решил играть по полной - он невесомыми прикосновениями поднялся по рукам Чана, царапая ноготками напряжённые мышцы сквозь рубашку. Тот оторвался от сжимания столь прекрасных бёдер и поднялся на ноги, оставляя Чонина недоумевать. – Поднимись. Ян пару секунд смотрел в глаза Чану и, увидев, что тот поднял в ожидании брови, быстро подскочил, чуть было не упав перед парнем, вызвав у того расслабленный смех. – Аккуратно, я не хочу тебе причинить боль, - Чан обнял парня за талию и провёл рукой от поясницы до ягодиц под тканью одежды. Он наклонился к уху и, специально задевая то губами, прошептал, – Развернись. Чонин беспрекословно подчинился и повернулся лицом к кровати, не зная что хочет сделать Бан. Он теребил подол юбки в пальцах и ждал. Ян ощутил, как внутренности сворачивает от такого Чана, от предвкушения его дальнейших действий. Сзади послышалось копошение и руки Чонина свели за спиной, связывая какой-то лентой. Галстук. – Раз ты решил поиграть, - Чан дёрнул за связанные руки младшего, прижимая тем самым его ближе к себе, – то правила устанавливаю я. Иди за мной. Чан отпустил руки Яна и уверенным шагом подошёл к стоящему в углу комнаты креслу. Напряжение растёт, но это уже не то, что было после работы - это то, что приятно тянет внизу живота, то, что дарит ему Чонин. Тот Чонин, который сейчас покорно стоит перед Чаном, сидевшим в вальяжной позе в кресле. Тот Чонин, у которого мило краснеют щёки, хотя он сам это всё задумал. – Давай, лисёнок, покажи мне, что ты готов сделать. Руки Чана потянулись расстёгивать верхние пуговицы рубашки, пока Чонин опускался на колени перед ним. Ну что за зрелище, глаз не оторвать. Чонин придвинулся ближе, юбка задралась и складками сложилась у паха парня. Он уткнулся лицом в ширинку Чана, вырывая у того напряжённый вздох. Чонин поднял взгляд и языком прошёлся по жёсткой ткани джинсов, зубами цепляя и расстёгивая молнию. Чан провел рукой по волосам младшего и уделил отдельное внимание лисьим ушам, которые сидят как влитые. На них были приклеены небольшие бубенчики, которые издавали слабый звук при каждом движении головы Чонина. Тот с мольбой в глазах посмотрел на Чана, носом указывая на застёгнутый ремень. – Пожалуйста, помоги мне, - Чонин как настоящий лис ластился сейчас, вызывая приятные мурашки у Чана, – я не смогу его расстегнуть зубами, Чан-хён. – Чан-хён? - рука старшего ощутимо дернула волосы на затылке младшего, заставляя того поднять голову, а бубенчики на ушках издать тонкий звук бренчания. Он сглотнул. – П-папочка, помоги мне, пожалуйста... Из приоткрытых губ Бана вылетел вздох возбуждения и он отпустил волосы Чонина, принимаясь расстёгивать злосчастный ремень. Характерный звук разлетелся по тихой комнате, заставляя животы обоих парней скрутиться в сладком ожидании. Чан сделал всё, что от него требовалось и расслабился в кресле, фокусируясь на парне перед ним. Член давно каменно стоял и ожидал разрядки, которую Чонин точно ему даст. Прекрасные губы, которые с утра растягиваются в сонную широкую улыбку и дарят нежные утренние поцелуи, ночью прекрасно смотрятся на члене Бана и широко раскрываются в громких стонах. Чонин хотел помочь себе руками, дабы приспустить боксёры Чана, но вышло только неловкое дёрганье. Парень тихо прохныкал от буквально давящей на него власти старшего, поднял на того взгляд и зубами оттянул резинку боксёр, высвобождая стоящий член. У самого стояло не меньше, кажется, что от одного вздоха Чана он уже готов постыдно кончить без касаний. Бан блаженно выдохнул, когда наконец давление с паховой зоны исчезло и ткань перестала скрывать стояк. Чонин машинально облизнул губы и обдал горячим дыханием головку, которая блестела в приглушённом свете комнаты от выделившейся смазки. Чан откровенно наслаждался: его парень, выглядевший как сплошные его фетиши, сидит на коленях и собирается ему отсосать. Чонин приблизился и на пробу провёл языком по всей длине напряжённого члена, который сразу же дёрнулся в ответ на такое действие. Это льстило. Ян сразу же вошёл во вкус, взял в рот головку и начал посасывать, проходясь языком по щели. Чан рывком стянул с парня ободок с ушками и схватил за волосы на затылке, входя в его рот почти на всю длину. Чонин сдержал рвотный рефлекс и почти профессионально расслабил горло, позволяя старшему трахать его рот, как тот захочет. А тот очень хочет. – Ох, блять, Нини, - на выдохе произнес Чан, когда нос Чонина уткнулся в его лобок. – Ты... просто нечто. Младший на эту фразу гортанно простонал, посылая вибрации по члену Чана в своем рту, на что тот откинул голову на спинку кресла и непроизвольно дёрнул бедрами, выдыхая весь воздух из лёгких. – Папочка, - Чонин проскулил прозвище старшего, когда хватка на его волосах ослабла и он смог отстраниться. И смотрит так невинно, будто не сидит сейчас на коленях перед членом. – Прошу, кончи мне в рот. И снова заглотил почти на всю длину уже изнемогающий член старшего. От подобных фраз ему и так всегда сносило крышу, а когда он уже на пределе, это было последней каплей. Чан надавил на голову Чонина и задрожал в оргазме, выплескивая белесые струи в горло парня. Тот лишь зажмурился и с удовольствием всё принял, отстраняясь и слизывая оставшуюся сперму с головки чувствительного члена Бана. Томные вздохи заполнили тихую комнату, а Чонин опустился задницей на пол и пытался отдышаться, наваливаясь на колени парня. – Папочке.., - голос сел, поэтому пришлось прочистить горло и говорить тихо-тихо, – папочке понравилось? Чан опустил взгляд на парня перед собой и потрепал его волосы с застывшей на губах усталой улыбкой. – Да, мышонок, ты был хорошим мальчиком, хорошо постарался. Бан тянет младшего за руку на себя, тот поднимается на дрожащих от возбуждения ногах - даже не думает поправлять блядскую юбку - и садится на колени к парню, раздвигая ноги и позволяя юбке опасно задраться. – Не расскажешь мне почему ты решил всё это сделать сегодня? - Чан со всей нежность погладил младшего по скуле, пока вторая рука спускалась по груди вниз. – Я хоте-е-ах, - Чонин зажмурил глаза от ощущения огромной ладони старшего на своём члене. – Мх, ты не даёшь мне рассказать, так зачем спрашиваешь именно сейчас? – Я жду ответ, Чонин. – Я.. Я хотел, чтобы ты наконец, - всхлип, – наконец расслабился, я видел, как ты был напряжён и хотел тебе помочь... Чан наслаждался срывающимся голосом Чонина, надрачивая ему и обводя супер чувствительную головку большим пальцем. Ян был на пределе, из его приоткрытого рта вылетали мелодичные стоны. Бан завёл руку за спину парня и влажными от его же смазки пальцами надавил на колечко мышц, вводя сразу два. Чонин вскрикнул и выгнулся дугой, сразу пачкая спермой свой и чановский животы, сжимая того в себе. Юбка испачкалась, футболка тоже, гетры сползли на самые щиколотки и сложились складками. – И у тебя получилось. Чан целует младшего в лоб и прижимает к своей груди; а тот ластится и будто ищет тепло, которое не получал всю жизнь. – Спасибо, мышонок, - рука старшего зарылась в волосы Чонина, массируя кожу головы, – я люблю тебя. – И я тебя люблю, хён, - промурлыкал Ян, полностью расслабляясь в родных объятиях. Ночь за окном становилась темнее и указывала людям, что пора бы лечь в кровати и дождаться утра, смотря сны. Двое влюблённых лежали в объятиях друг друга в небольшом кресле и не желали прерывать такой момент нежности. Ночь подождёт; утро не наступит, пока они сами этого не захотят.