Выцветший лимонный

Утро встретило отвратительным похмельем, от которого раскалывалась голова и во рту будто кошки нассали. Просто отвратительно. Первая мысль — «надо опохмелиться». Женя осторожно встаёт с кровати, все органы чувств обострились до максимума и от одного неловкого движения может вырвать. Ну ничего, не первый раз в этой жизни, и тем более за прошедшие два с половиной месяца. Он осторожно наклоняется к тумбочке, сдерживая рвотные позывы и достаёт небольшую бутылку с тёмно-янтарной жидкостью. Бальзам Бугульма как всегда на своём месте. Каждый раз парень мысленно шутит, что это его бальзам Кахара, вымышленный тонизирующий напиток из вселенной Макса Фрая, даже сейчас, когда это донельзя неуместно. Пара глотков прохладной жидкости, которая раскалённым металлом скатывается по горлу вниз и он чувствует себя человеком. Вместе с улучшением самочувствия он вспоминает подробности вчерашнего вечера. Точно, папка! Кудрявый подлетает к компьютеру и кликает мышью, выводя его из спящего режима. Ну конечно, не удосужился даже выключить технику, прежде чем завалиться спать. Снова пробегает глазами по списку и в голове лишь одно: «Убить этих ублюдков». Пара дней пролетают незаметно. Найти адреса по картам, выяснить, как эти люди выглядят, и прочие мелочи слежки. Тощий рыжий парень всегда мастерски выполнял то, что требовало изящности и аккуратности. Да и все возможные игры он проходил только на стелсе, а это должно что-то говорить о его характере и умениях. Липкий ужас окутал его, когда он снова оказался в стенах коммуналки. Он действительно собирается это сделать? Он не такой, это бредятина полная. Он гордость родителей, школу с красным дипломом, лучший работник… Он правильный, добрый и позитивный. Неужели смерть Славы настолько быстро поменяла его до неузнаваемости? Очевидно, что да. Гордость родителей не избивает людей до кровавый соплей, не бухает до беспамятства, не строит планы по убийству. Но отступиться он уже не мог, не потому, что зашёл далеко, совсем нет, он, по сути, даже не начал, скорее это глупое упрямство не давало сделать и шагу назад. Он не готов, но пойдёт на это без капли сомнений. Потому что Слава сделал бы то же самое для него. Но с другой стороны, убьёт он этих мразей и что потом? Что он будет делать дальше? Кто знает, кто знает… Может, кто-то и знает, но точно не Женя. Но не время сейчас об этом думать. «Это проблемы завтрашнего меня», — отмахнулся от тяжёлых раздумий парень и вернулся за компьютер, на этот раз вчитываясь в текст настолько внимательно, насколько вообще мог. Всё расписано в мельчайших подробностях. С кем Слава имел дела, что это были за дела и что он получал взамен. Странно было читать это, как минимум потому, что по сути Князеву за всё это светила в совокупности парочка пожизненных, так ещё и Женю могли загрести за соучастие и покровительство. Но планы он строил грандиозные, так что если его повяжут за такую мелочь это всё равно, что посадить босса мафии за неуплату налогов. Полнейшая дичь. В течении месяца Лихновский продумывал все детали плана. Убивать не так легко, как кажется. Благодаря связям Славы он достал себе огнестрел. Новенький хеклер он всегда носил с собой, просто для подстраховки, потому что как оружие убийства это слишком запарно. Собирать гильзы, что-то придумывать с ранениями, потому что вряд ли окажется, что в этом богом забытом городе есть ещё люди с точно таким же оружием. Самым оптимальным способом убийства, по его скромному мнению, оказалось удушение. В идеале пробраться ночью в квартиру одного из них и врубить газовую плиту, что бы этот ублюдок не проснулся. Для верности можно просто провода перерезать, но только как туда проникнуть?.. Вот рыжий в два часа ночи стоит у подъезда ненавистного человека, поправляет маску и капюшон, смотрит в его окно и уже видит, как загорится квартира. В голове проносятся десятки сценариев о том, как лучше попасть внутрь и решение приходит само по себе. Зря весной он решил уснуть с открытым окном. Забираться по водосточной трубе оказалось не так сложно, больше трудностей вызвала необходимость делать это бесшумно. В тихом омуте черти водятся. А в его тихом омуте звери, готовые разорвать всех из этого блядского списка. В глазах искры сверкают, когда он осторожно перелезает через подоконник. Квартирка неплохая, отделка по последнему писку моды, но электрические плиты стоят разве что в квартирах у городской администрации, а если этот мужик не собирается щеголять своими бабками, палиться на такой мелочи будет максимальным факапом. Планировка стандартная для таких построек, так что кухню рыжий находит без труда. Удивляет, что мужчина один, без какой либо охраны, но, видимо, он не просто так находится в самом низу списка. Влиятельная, но всё же всего лишь пешка, до верхушки предстоит добраться. Женя выкручивает конфорки на максимум, не прикасаясь к ним напрямую, а через салфетку, он всё предусмотрел. Без автоматического зажигания, какая радость, для верности он проделывает небольшую дырку в шланге подачи газа небольшую дырку. Всё должно выглядеть, как несчастный случай, верно? Убедившись в том, что хозяин квартиры спит, парень закрыл все окна в доме, оставив открытым только то, через которое он пробрался внутрь. А спускаясь обратно, аккуратно прикрывает и его. Идеально. Когда его ноги касаются земли он чувствует, как нервно дрожит всем телом. Он действительно сделал это? Пробрался в чужую квартиру и подстроил всё так, что бы он умер? Он без пяти минут убийца и от осознания этого факта адреналин выбрасывается в кровь в бешеных количествах. Хочется смеяться от облегчения, бежать, плакать, делать хоть что-нибудь, но только не стоять на месте, это кажется равносильным смерти. И рыжий поддаётся этому импульсу, сначала шагом, а затем ускоряясь всё сильнее, удалился с места преступления. Интересно, что сказал бы Слава на это? Сам же парень не чувствовал ни капли вины от совершенного, только как гудят ноги после пробежки на дистанцию в, кажется, половину города, практически на одном дыхании. Но это приятная усталость, которую ему нравится ощущать. Удовлетворение сворачивается в тёплый комок в груди, будто кот, и даже кажется, что там что-то мурлыкает. Отказывать себе в очередном импульсе он не стал, на этот раз истерично смеясь, шагая по пустынным ночным улицам города. Почему, там где должен быть стыд только радость, лёгкость и удовольствие? Видимо, он сделал всё правильно. Так и надо было. Этот человек заслужил такую участь. Никто же не жалеет прихлопнутого комара? Хотя, это скорее похоже на отстрел бешеных собак. Давно пора было заняться чисткой города от грязи. Кто, если не он? Звучит, как мания величия, синдром бога, но когда даже улицы вокруг будто залиты кровью и задыхаются в смраде предательств, убийств и преступлений. Это всё миазмы, гнойники на светлом лике города. Это нужно очистить, не оставив и следа этой омерзительной грязи. Выжечь эту заразу до тла. Если бы Женя не оттолкнул от себя всех своих родных и близких, кто-то мог бы заметить, как он медленно но верно сходит с ума от всего этого. Только вот вряд ли Лихновский позволил бы кому-то помочь. Он сам со всем справится и с этой ночи даже понял, как это делать. Первый раз он действует тихо, незаметно, по стелсу. Но это опьяняющее чувство вершения чужих судеб затмевает разум. С такой реакцией никакого алкоголя и наркотиков не надо, он запросто подсядет на этот самосуд. Супер холодна его кровать, как и тело. Температура его не поднимается выше тридцати пяти. Не лучший факт, который с прошествием зимы игнорировать всё труднее. Сегодня ночь ещё темнее чем тогда, а значит он полностью готов. Звякнет пряжка ремня. Значит игра начинается снова. С той ночи прошло пару недель, журналисты быстро успокоились, буквально через пару дней. Ничего интересного в этом деле не было. Прохудился шланг и хозяин квартиры просто не проснулся. Само помещение очистили, залатали пробоину и сейчас ожидается окончание всех бюрократических издержек насчёт имущества умершего. По предположениям рыжего квартиру освободят через половину месяца и вскоре выставят на продажу. Негоже таким апартаментам простаивать. Только вот Женя не собирался успокаиваться, отмечая каждый прошедший с той злополучной зимней ночи день. Три месяца и одна неделя. Сегодня расцветёт быстрее, чем вчера, а значит ему уже пора. Игра должно потерять одного игрока, и этим игроком будет следующий по списку — некий Владимир. Сегодня у он вернётся домой поздно, скорее всего пьяный после встречи со своими подельниками и тут-то его подкараулит Лихновский. Конечно, у, пускай больше не такого щуплого, а уже скорее поджарого парня, мало шансов в открытом бою со взрослым мужчиной, но тут должен сыграть элемент неожиданности, нетрезвое состояние оппонента и аффкет кудрявого. Невидимой вспышкой тонкая рука взлетит в тёмной подворотне, идеальном месте для засады. Тесак зловеще блестит в лунном свете и пьяный мужчина даже не успевает вскрикнуть, как острое лезвие проходится по горлу, заставляя его хрипеть. Неизменную лимонную толстовку пришлось скрыть старой ветровкой, которую не жалко ни капли. Брызги крови окропляют ткань одежды, глаза напротив смотрят с непониманием, мольбой и животным страхом. От этого внутри становиться только теплее. Кто мог подумать, что видеть такую смесь эмоций на лице этой мрази будет так приятно? Женя останавливается лишь на мгновение, и наносит удары с новой силой. Смотреть, как жизнь покидает глаза, оказывается, невероятно завораживающе. Когда тело перед ним превращается в кровавое месиво и спадает пелена кипящей ярости, парень позволяет себе отдышаться и смотрит на мужчину с холодным презрением. Нужно избавиться от улик. Окровавленная ветровка летит на изорудованное тело и парень отходит на пару шагов, беря в руки канистру с бензином. Выжечь заразу до тла. До последней молекулы. Не скупясь, парень выливает горючую жидкость на труп и чиркает спичкой. Зажечь это великолепие получается не с первого раза, но оно того стоит и этот поминальный костёр вспыхивает, словно сухая солома. Огонь пожирает кровавую одежду и уродует тело до неузнаваемости. Подкуривая от разыгравшегося пламени, кудрявый думает о том, что стоило бы раздробить ему череп и срезать отпечатки пальцев, что бы было сложнее опознать тело, но огонь своё дело сделает. А над лицом постарался он при помощи тесака. Для первого собственноручного убийства вполне неплохо. Женя пару раз шаркает кроссовками, размазывая кровавые следы и уходит прочь, неспеша скуривая красное Мальборо. Терпеть запах горелой плоти больнее нет желания. На этот раз чувствуется иначе. Удовольствие есть, но более тёмное, обволакивающее и убаюкивающее, словно Веном. Это безумное удовлетворение, словно младенца в колыбели укачивая, усыпляет здравый смысл. Серый рассвет и такая чёрная душа. Пока тело догорает, двери лифта моментально отрежут его от этой ночи. Осталось только смыть с себя остатки преступления.