Не забыть

      Над вымершей деревней пробивались первые лучи солнца, освещающие группу лениво общавщихся людей. — Чем его так подрали? — спросил мужчина с небольшой бородкой, наклонившись над усаженным в кресло парнем. — Кроу сказал, что ему повезло выжить после нападения гримм. — зевая ответил другой член команды, сидящий в дальнем углу. — Такие чистые порезы как-то не напоминают когти. — иронично заметил самый молодой из группы. — Ну может какой-то новый вид. — пожал плечами мужчина. — Ага, гримм-меч. — Хотя знаешь, что странно? — сказал их сонливый напарник, подходя ближе. — Мм? — в унисон протянули двое. — А его аура-то до сих пор работает. — отметил он, не забыв зевнуть. — Спасибо, что открыл нам Атлас, если бы не она, он бы давно уже кончился. — отметил самый младший. — Я не об этом. — не забыв зевнуть, он достал из нагрудного кармана маленький метательный нож и легонько метнул его в икру парня. — А теперь до вас дошло?       Ударившийся о заискрившую ауру нож упал на землю и был поднят. — Так он не на охотника учился… — протянул бородач. — Угу. — кивнул младший.       Стук по металлу прервал их разговор. — Возможно не стоит обсуждать, чем убивали парня прямо рядом с ним. —единственная дама в команде кивнула в сторону спящего парня. — Так точно, госпожа мораль. — в ответ двое мужчин, улыбаясь, козырнули. — Закругляйтесь, Кроу возвращается. — сказал мужчина в пальто, прильнувший к буллхеду, докуривая сигарету. — Вообще-то я уже тут. — сказал Кроу, ввалившись внутрь буллхеда спустя несколько секунд. — А вы совсем не изменились после Бикона, как были раздолбаями, так и остались. — ответить ему так никто и не удосужился, все лишь спокойно сели по своим местам и пристегнули ремни. — Взлетай. — сказал Кроу, дважды ударив по двери пилота. — Так куда ты уходил? — спросила женщина. — Узнавал откуда пришел парниша.       Рев моторов оборвал их диалог.

***

      Веки, казалось, весили по сотне кило каждая — с таким трудом я разлеплял свои глаза. Веселого лучика света, пробивающегося через окно и встречающего всех пробужденных, я не застал, зато застал сильнейший голод.       Оглянувшись вокруг в поисках еды, обнаружил себя на койке в ухоженном медицинском помещении. Спустя пару секунд раздумий и попыток вспомнить, как тут оказался, пришло осознание, насколько глупо чуть не растратил свою спасенную жизнь. Дурная голова!       Отмахнувшись от мыслей, все же принялся за поиск еды. С боку от койки оказалась тумбочка с миской фруктов. Вынув катетер из руки, принялся перекладывать фрукты поближе к себе, а следом и уплетать. За таким действом меня застал пожилой мужчина в белом халате, вошедший аккурат в момент, когда я начал есть. — Здрасте? — пробубнил я с набитым яблоком ртом. — Здравствуй. Сильно не налегай на фрукты, скоро будет обед. Сразу как поешь к тебе придут из органов опеки по вопросу твоего проживания. — Хорошо, а могу я увидеть Кроу? Того мужика с красным плащом и красными глазами. — спросил я у доктора, уже глотая яблоко. — Он прибудет вместе с человеком из органов. — доктор тем временем листал планшет с бумагами, что-то там вычитывая. — Понял, спасибо. А что насчет моего состояния? А то чувствую себя не очень. — Удивительно, что только «не очень»: переломы ребер, многочисленные ушибы и порезы, инфекция крови, почти фатальное количество потеряной крови, а также ранение глаза, которое в лучшем случае приведет к катаракте. Вам удивительно повезло выжить. «В который раз». — И я уже вылечился? — спросил я, недоумевая. — О нет, ваш постельный режим продлится еще несколько дней. Минимум вплоть до восстановления ребер. Также предстоит курс антибиотиков и прочих препаратов. Пожалуйста, лежите и восстанавливайтесь. Я понимаю, что молодой организм требует движения, но вы должны придерживаться минимального количества телодвижений для того, чтобы ваши кости срослись правильно и их не пришлось ломать. — последние слова доктор договаривал мило улыбаясь.       По моей шее прошла дрожь от представления, как милый доктор, улыбаясь, ломает кости детям. — Я все понял, спасибо. — смиренно кивнув, ответил я. — На этом все. Отдыхайте, скоро к вам придут. — старичок посмотрел на меня, вздохнул и молча вышел из палаты.       Я же принялся догрызать яблоко в ожидании обеда.       В скором времени пришла медсестра и принесла поднос с тарелкой каши и стакан с чем-то, подозрительно напоминающим морс. «Неужели больных всех миров кормят одинаково?» — проскочила ехидная мысль.       Принявшись уплетать кашу, запивая ее морсом, я поблагодарил медсестру и, доев, отдал ей поднос, который она забрала, и вместе с ним покинула палату. «Похоже, времени хватит еще и на сон» — подумал я, поглубже зарываясь в одеяло. «Я тебя разбужу» — напомнил о себе Лёня. — Уг-у-у. — лениво протянул я, засыпая.

***

— Боже, блять, да кто проектировал этот ебучий лабиринт! — прорычал Кроу, открывая очередную дверь в сопровождении миниатюрной светловолосой девушки. — Возможно у вас просто топографический кретинизм. — спокойный голосок девушки не сочетался с лицом, на котором сейчас плясала улыбка. — Да неужели? Тогда попробуй сама. — ехидно улыбаясь, Кроу протянул девушке бумажку с номером палаты.       Приняв и развернув листок, девушка вчиталась в текст записки, в которой, помимо данных пациента, мельком упоминался номер палаты. Кивнув самой себе и пройдя пару метров, она нашла висящий за углом план эвакуации и, сориентировавшись по нему, направилась в сторону нужной палаты.       Наблюдавший за ней Кроу, подавившись своим смешком, направился вслед, лишь тихо ругаясь. — Ну почему этим всегда должен заниматься именно я?       Ответа он так и не дождался.

***

«Просыпайся» — ударил громкий голос Лёни, не вызвав никакого эффекта. «Вспышка слева!» — крик, ставший еще громче, заставил Федю дрогнуть… Но он просто чихнул и повертел головой. «РОТА ПОДЪЕМ БЛЯТЬ!» —душераздирающий рёв заставил Фэя подскочить на койке.       Открыв глаза он рефлекторно потянул руку, чтобы козырнуть, но увидев закрывающуюся дверь и двух вошедших людей, опустил её обратно. — Чуткий сон. — сказала девушка, присаживаясь на стул, стоящий рядом с койкой Фэя. — Даже слишком. — прохрипел нахмурившийся Кроу. — Пожалуйста, не давите на ребенка. После всего пережитого его можно понять. — развернувшись, сказала девушка Кроу. — Конечно. — саркастично ответил он, уперевшись о стену. — Поскольку ранее вы жили вне стен города, я задам вам вопросы, чтобы заполнить его. Пожалуйста, отвечайте честно. — девушка подняла планшет с листами бумаги и приготовилась писать. «Они правда решили так скоро опросить чудом выжившего ребенка, который недавно потерял родителей?» — недовольно прошипел Лёня. «Она даже не представилась…». — Ваше имя и фамилия? — монотонно, холодным голосом озвучила девушка. — Фэй Уайт. — Федор живо ответил. — Раса? — тембр голоса девушки начал становиться удушающим. — Фавн.       Девушка приподняла бровь, на что Фэй поднял ушки. Спокойно кивнув, она продолжила. — Возраст? — интонация девушки, казалась, становилась невыносимо холодней с каждым словом. — Четырнадцать лет. — подмерзая, отвечал Фэй. — Место проживания? — Поселение, шахта Шни. — слова девушки вызывали желание убить её или себя на месте, но Фэй крепчал. … — Семейное положение? — Холост. — Близкие родственники? — Нет, или я о них не знаю. «Когда я просыпался, я ненавидел только себя. Сейчас же ненавижу всех вокруг и её в частности». «Какая быстрая смена настроения»—съязвил Лёня. «Проявление это или природный талант — неважно, ведь у меня есть идея!» — весело протараторил Лёня. «Спасай» — умирающе прохрипел Федор. «Начинай медитировать, слушая мой голос и повторяя вслух. Не слушай ее, слушай лишь меня». «Угу» — промычал входящий в транс Федор. «Слушай мой голос, повторяй мои слова, слушай мой голос».

***

— Ну что же, могу поздравить вас с поступлением в подготовительную школу. — сказала девушка, складывая вещи в сумку. «ЧТО Я БЛЯТЬ ПРОПУСТИЛ?!» — проорал Федор. «Я решил шуткануть, но шутка зашла слишком далеко» — ехидно хихикая, ответил Лёня. «Как? Что? Куда? Как, сука?» «Ты же не думал, что один из сильнейших охотников пришел сюда просто так? Я предположил, что мы его чем-то заинтересовали и после короткого диалога сказал, что расскажу, как ты смог выжить, если он поможет нам поступить в подготовительную школу охотников. Достаточно ясно объяснил?» «Вообще нет, но иди нахуй» — апатично протянул Федор. «Вот и славно». «Честно, я устал. Пора бы гостям уже свалить» — лениво тянул Федор. «Ну так скажи им поторапливаться». «Логично».       Туша медленно перевела взгляд с сурово выглядящего охотник на уже казавшуюся менее беззащитной девушку. — Не могли бы вы сваливать побыстрее? — спросил парень, слабо улыбнувшись.       Девушка, ранее спокойно собиравшая вещи, на секунду опешила от такой резкой смены характера. До этого вежливый паренёк с хорошо поставленной речью и хорошими манерами, вдруг стал таким, каким казалось и должен был быть — уставшим и вымотанным кровопотерей парнем без тормозов. — Конечно, уже уходим. — нисколько не обидевшись, произнесла девушка.       Быстро собравшись, она встала и потянула за собой охотника, как бы намекая, что пора дать пареньку отдохнуть. Не сопротивлявшийся ранее Кроу вдруг остановился в дверях, давая девушке пройти вперед. — Стоит вести себя повежливее с девушками. — ухмыляясь, сказал Кроу, закрывая за собой дверь. — Спасибо, папаша. — пробормотал в ответ Фэй. «Надо поговорить», — неожиданно сказал Фёдор. «О чем?» «О происходящем», — перевернувшись на бок и свернувшись во что-то похожее на позу эмбриона, неожиданно тихо заговорил Фёдор. «Тебя что-то смущает?» «Все дни, что я спал у меня были кошмары. Я не мог проснуться и наблюдал как мертвые винят меня, как монстры жрут моих родителей, как одна ошибка приводила к бойне. Я видел кровь, которая покрывала меня, топила в себе, а я все не просыпался. Образы родителей молили о помощи, пока я лишь смотрел как они умирают» — пока Фёдор говорил, его тело вздрагивало и все больше сжималось. «Ты винишь себя в их смерти? В их боли и страданиях?» «Да». — коротко и все также тихо ответил он. «Разум твердит, что я мог всех спасти, помочь или свести ущерб к минимуму. Надо было просто увидеть очевидные знаки». «Федя, знаков не было, ты сделал все, что мог и спас себя». «Мне стоило лишь раз заметить подозрительную охрану и сказать об этом отцу». «Они вели себя как обычно». «Я мог проводить мать и выйти на помощь выжившим». «К тому моменту все были уже в убежище, ты не мог спасти охотников». «Мне стоило держать себя в руках. Сохрани я рассудок, все были бы целы». «В тот момент ты видел уже слишком много. Ты лишь человек, не бери на себя слишком многое». «Мне стоило приложить больше усилий в бою с дезсталкером, я мог увернуться и помочь». «Месть была ошибкой. Я мог найти выживших, но потерял себя». «Но ты спас нас». «…» «Я устал». — Фэй закрыл глаза.

***

      Следующие несколько дней я медленно восстанавливался. Антибиотики и непонятные жижи в шприцах стали спутниками моей скучной жизни в этой больнице. Я ощущал как без ежедневных тренировок все мое и без того ослабленное тело слабеет все больше. Как только я встал на ноги спустя два дня, сразу же направился искать подходящее для тренировок место. Небольшой спортзал, найденный внутри больницы, казался мне прекрасной возможностью на время забыть о случившемся. Но стоило мне закончить разминку, как случайная медсестра заметила меня, и с руганью погнала обратно в палату. Так и не сумев подавить бушующие внутри эмоции, я остался отдыхать в палате до конца выздоровления.

***

Спустя несколько дней меня вызвали в кабинет врача. — В целом вы готовы к выписке. — сказал старый врач, глядя в планшет. — Я здоров? — недоумевая спросил я, ведь до сих пор все тело болело, мышцы изредка сводило, а раненный глаз до сих пор оставался закрыт. — Конечно нет, но на данный момент ваше состояние, для человека с открытой аурой, можно оценивать как удовлетворительное. Ваши ребра почти срослись, трещины в костях полностью зажили. Насчет же глаза, у вас есть несколько вариантов. — дедок, до этого казавшийся безразличным, издал недовольный вздох. — Первый вариант — это прохождение курса реабилитации. Ты не сможешь видеть также хорошо, как и раньше, а кроме того, тебе придется заново научиться открывать веко из-за повреждений мышц, однако ничего фатального. — Второй же вариант предполагает удаление глаза и замену его Атласским имплантом. С этим могут быть проблемы, поскольку такая вещь до сих пор находится под единоличным контролем армии Атласа. Прошу заметить, что озвучиваю данный вариант только в виду необычайного интересна Кроу к твой персоне, однако все же рекомендую отказаться от этого.       Прочитав мне лекцию, дедуля выдохнул и в первый раз поднял свои глаза, чтобы посмотреть в мой. Я увидел в его взгляде нескрываемое сожаление и боль. Казалось, что этот человек уже не в первый раз проходит через это. — Мне… Мне бы не хотелось терять глаз. — пробормотал я, запнувшись от раздумий. — Это правильно, никто бы не хотел терять часть себя. — ответил дедок. Казалось, что у него камень упал с плеч.       Раздумывая о последствиях своего выбора, я решил узнать, что конкретно он советует. — Что вы имеете ввиду под реабилитацией? — Какое-то время тебе предстоит заново учиться контролировать мышцы век, поскольку зачастую человек делает это неосознанно. В твоем случае все повреждения привели к повреждению или отсутствию нужных мышц. Необходимо будет научиться использовать все, что осталось от века, чтобы просто его открыть без помощи рук. — Сколько потребуется времени? — я пробормотал, осознав тяжесть слов. — Годы, в лучшем случае месяцы. — с сожалением на лице ответил дедок. — Понятно. — опустив голову вниз, ответил я.       Уже встав и потянувшись к ручке двери, я остановился, вспомнив слова отца. — Могу я знать кое-что? — спросил я. — Конечно. — Почему вы так ко мне относитесь? — Не понимаю, что ты имеешь в виду? — ответил он, недоумевая. — Почему вы так добры к фавну, хотя вы и стары? Отец говорил, что люди, заставшие войну, ненавидят нас. — практически шепча, спросил я. — Хм… Может и стар, но даже застав бесчеловечность войны, я не растерял человечности и не стал расистом. Я видел множество таких же как ты —раненых детей, что шли на войну даже не познав жизни, калечащих себя ради всеобщего блага. Хоть я и ветеран, но во мне нет ненависти. — слова человека, который, казалось, хотел выговориться даже больше меня, немного остудили мою боль. Даже если они не относились ко мне, мне стало легче. — Спасибо. — я вышел, закрыв за собой дверь.

***

      Отлеживаясь в своей койке, дожидаясь выписки, я лениво думал, чем бы занять свободное время. — Тренировки? «Нельзя, ты все еще в больнице». — Хуепинание? «Решил меня помучать?» — Может… — не успев договорить свое предложение, Лёне вдруг пришла замечательная идея. «Поиграемся с твоим проявлением». — Эмм… «Ну ты помнишь, волшебный меч из руки, ужасная боль, чудесное спасение и все такое...»       Я не особенно хотел повторять тот прекрасный опыт, прогоняя в голове воспоминания, заботливо влитые Лёней. Хоть проявление и появилось в самый подходящий момент, оно также создало еще больше проблем. — Ну знаешь, мне почему-то не хочется. — неохотно пробурчал я. «Ну так и скажи, что зассал». — На понт меня берешь? — значительно воодушевившись, ухмыльнулся я. «Конечно» — ехидно хихикая, ответил Лёня. — Спорим? «Спорим».

***

      Вспоминая свои ощущения в прошлые два раза, я пытался осмыслить как вообще пользоваться таким даром, однако те чувства вызывали в моей голове лишь диссонанс. Разрозненные образы, непонятные ощущения и чувство некоей третьей руки, что ты никогда не ощущал, но она всегда была с тобой. Я часто слышал как описывают цвета слепые, звуки глухие, но в моём случае проявление не казалось чем-то принципиально новым. Сразу при его открытии я понял как стоит его использовать на инстинктивном уровне. Я не понимал как это работает, но знал, как его использовать… в теории.       Также и сейчас, я пытался воспроизвести то ощущение, которое испытал тогда. «ХАХАХААХАХАХАХА» — в это время мой сожитель яростно угорал надо мною. — Да закрой свой ебальник уже! — не сдержавшись, яростно выкрикнул я, находясь один в пустой палате, с ножом для фруктов в руке. «Ты просто не представляешь, как смешно ты выглядишь, пыжась в этот ножик уже пятнадцать минут» — ответил мне Лёня на секунду замолкнув, чтобы вскоре вновь начать угорать. — Я не понимаю. — успокоившись, ответил я, вглядываясь в эту глупую зубочистку. — Все ведь то же самое: пропустить ауру через оружие, она впитается в него и вернется ко мне со знанием. Так что за хрень? — все, что помню, я повторил в точности, но эффекта это не возымело. «Ты внутреннюю гоняешь, попробуй внешнюю» — все еще хихикая, посоветовал друг. —Да пытался уже, все равно не понимаю, что упускаю. — начав унывать, ответил я. «Ну, а что ты вообще помнишь? Вполне может быть такое, что ты ощущал что-то, что не смог почувствовать даже я» — в моменте весь его напускной смех пропал, оставив только холодный голос. — Снова забылся. «Упс». — Но ты прав, я на инстинктивном уровне понимаю, что могу это, но просто не понимаю как. — прогоняя эту фразу, я зарывался глубже в память, стараясь нащупать то, что мог упустить и, казалось, постепенно приближался к цели.       Спустя несколько минут меня осенило то самое ощущение третьей руки, что я упускал из виду. Стоило мне на мгновение приблизиться к осознанию, как я вдруг ощутил то, что забыл.       Та самая третья рука, что все это время была во мне. Она не была физической, и я не мог ощутить ее, просто тупо пыжась. Но осознав ее наличие, щупальце подобная аура сама потекла сквозь нее к ножу, унося с собой значительный ее кусок, но возвращая нечто совсем иное. — Ауч. — ожидая очередной порции невыносимой боли, от удивления я лишь неожиданно выдал. Знание, что принесло мне проявление пронеслось через мой мозг, лишь незначительно щипнув меня. Взамен потерянной ауре и небольшой шепотке боли, я получил знание и возможность создать? Воссоздать? Копировать этот ножик. — Это… пиздец какой нереальный чит. — с ухмылкой до ушей протараторил я. «Ты не заметил отличий от прошлого раза?», — самодовольно уточнил Лёня. — Ну, вроде бы нет? — не понимая, на что намекает Лёня, ответил я. «Приглядись к ножу» — чуть ли не мурлыча от удовольствия, ответил он. — Ну-ка. — я оглядел получившийся белый ножик со всех сторон, ткнул им в палец, попытался порезать яблоко, лежащее на столе, но не заметил чего-либо выдающегося. — Ладно, колись, я не вдупляю. «Он белый блять!» — с яростью учителя, отчитывающего своего недалекого ученика, проорал Лёня. — И? «Ты правда забыл или прикидываешься дауном?» — …? «~Вспоминай, первый раз» — пропел Лёня. — Ну, это давно было. Все, что я помню, что был пья… — даже не договорив, я был прерван недовольным вскриком. «СУКА, ПРИКОЛИСТ ХУЕВ, МЕЧ ВСПОМИНАЙ, КОТОРЫМ ТЕБЕ ГЛАЗ ВЫРЕЗАЛИ, А НЕ ПЕРВУЮ БРАЧНУЮ НОЧЬ!» — явно достигнув точки кипения, проорал Лёня, тем самым оглушив меня. — И снова ауч. Кстати, очень мило с твоей стороны напомнить про травму ребенку инвалиду. — отойдя от стана, я решил напомнить своему другу, что он «прекрасный» человек. «Ага, тридцатилетний лоб, расскажешь какой ты инвалид. Тут люди и без конечностей воюют». — Ага, ага, конечно... Вещай лучше, что хотел донести. «Первый меч был синим, второй белым, и нож тоже белый, ощущаешь логику?» — Не-а. — честнейшим голосом ответил я. «В первый раз ты потянул что-то из меня, тем самым разблокировав проявление. Или открыл проявление и потянул, не знаю, но факт, что этот синий меч был для тебя куском, который ты не смог прожевать. В тот момент неосознанно ты что-то из меня вытянул и это что-то нанесло тебе непоправимый ущерб. Кстати, лови «пакет добра»». Не поняв, что он имеет в виду, я скорчил озадаченное лицо лишь для того, чтобы чуть не прикусить себе язык в следующую секунду. «Пакетом добра» оказались воспоминания Лёни о том, как он шаманил над моей душой и, наблюдая с его стороны, я увидел мерзкий синий рубец у себя на душе. — Че за нах?! — вскочив на койку, я попытался тут же залезть внутрь себя и самолично убедиться в увиденном, но получил от Лёни ментальный чапалах, успокоился и, поняв намёк, улёгся обратно. «Лежи спокойно. Не хватало еще, чтобы тебя приняли за сумасшедшего, хоть и не далёк от этого. Из того, что я понял, этот шрам на душе стал результатом вытягивания из меня синей хуйни и причиной потери памяти. Можешь, однако, сильно не переживать. Похоже, что душа сама способна вылечиться от такой раны, хоть и за дохреналион лет». — Это не очень успокаивает, но разве не тот же синий меч разрубил того мужичка с аурой практически пополам? «Он, либо синее дерьмо, тут вообще хз» — договорив, он послал мне еще один «пакет добра», где он разводит палочками, имитирующими руки. — Спасибо за объяснение, шеф. —ответил я, держась за яростно болящий лоб, после еще одного его прикола. — Но все же, получается, что это убер-оружие скопировал меч, зарядил синей хуйней и выпотрошил сквозь ауру противника в сто раз сильней тебя. —в этот момент мой лик все ближе приближался к стереотипному еврею, потирающему руки. «Все верно, вот только после такого трюка тебя ждет не менее приятный откат — огромная порция боли, очередной не заживающий шрам на душе, потеря памяти и очередная огромная порция боли от восстановления памяти, которая будет все больше с годами». — Дерьмо на крайний случай? «Дерьмо на крайний случай». — Но мне все же интересно, почему оно способно проигнорировать ауру. «Ты даже не представляешь, насколько это интересно мне. Собственно, для этого я и затащил тебя под крыло к Кроу». — Забавно. Но как это нам поможет? Ну кроме очевидного, подготовка охотника и тд. «Он же прорубил ауру, вот и узнаем у специалистов, может такое вполне нормально». — Ага, также нормально, как шрамы на душах, потеря и восстановление памяти, а также моя дорогая шизофрения… «Предвидя твои дальнейшие мысли... Нет, я не буду становиться девушкой, и нет, я не злая шиза, которая хочет захватить твоё тело ради своего злобного плана по захвату мира». — О, ты такой милашка. — улюлюкая, забавлялся я над ним. «И ты иди нахуй».