Проект "Зодиак"

При полной луне среди лесных декабрьских сугробов стоял неприлично больших размеров загородный дом. Раздутый в ширину, вытянутый в высоту и деревянный, он был способен вместить в себя не одну многодетную семью на время праздничных каникул. Однако прямо сейчас на его свободной террасе стоял всего один человек. Ушки его голубой ушанки, завитые ресницы, протекший нос и каждая мелкая ворсинка его серого шерстяного пальто — от воротника до низкой полы, доходившей до высоких кожаных сапог, — окаменели от пронизывающего мороза. Единственным источником тепла для этого бедного человека был ритм его любимой попсовой песни, который он отбивал каблуками. Он стучал, переваливаясь с одной ноги на другую, и иногда даже пытался напевать вслух, но поражённые холодом синие губы шевелились слишком неохотно, и выходило всё так грустно, что ему становилось жалко самого себя, и он затихал. После этого ему ничего не оставалось, кроме как подолгу вглядываться в темноту впереди, и вскоре после этого он начинал ощущать, как она одаривает его холодным и колким взглядом в ответ, что заставляло его отказываться от идеи встретить на улице затерявшихся гостей. В кураже такой невиданной для себя дерзости он подпрыгивал к двери и начинал тянуться голой ладонью к ручке, однако затем останавливал себя, тяжело выдыхал горячий пар из носа, засовывал руку в карман и возвращался на прежнее место. Повторялось так несколько раз, пока наконец, после очередного решения не встречать никого на улице, над его плечом из испарившейся дымки не показалась вдали одинокая фигура. Она будто безмолвно оповестила человека на террасе о своём присутствии, потому что он тут же отпрянул от двери, развернулся, а когда увидел наконец долгожданного гостя, то вытянул в радости шею и шагнул вперёд. Новоприбывший, слегка освещаемый луной, и человек на террасе, освещаемый золотистым, будто солнечным, светом из окон, стояли поодаль друг друга на складчатой снежной простыне и не решались сблизиться, пока тёмный силуэт гостя не заковылял в сторону дома. Человек с террасы тут же повторил его движения и зашагал ему навстречу. Мягкая снежная толща легко поддавалась их быстрым шагам, и прямая тропа за человеком с террасы вскоре соединилась с неаккуратным, ломаным шлейфом следов гостя. Они встали вплотную и случайно, в один момент, протянули друг другу руки. Однако человек с террасы не ощутил чужой хватки. Тогда он опустил взгляд, но только чтобы заметить, что гость держит перед собой в приветствии не ладонь, а сжатый кулак, и что кулак этот упрямо не намеревается разжиматься. Он был костлявым и весь в разной длины порезах, некоторые из которых были заклеены пластырями. Человек в сером пальто решил, что такую руку он жать всё равно бы не стал и уступил своему гостю, приветливо ударив его в кулак. И тут же почувствовал как под рукав, до его кисти, змеиной хваткой проскользнула холодная ладонь. — Весы, — надрывисто и стуча зубами заговорил миниатюрный, но заметный даже в темноте гость, — наконец-то я нашёл этот проклятый дом. Я пришёл первым? Весы нахмурился, отдёрнул свою руку и спрятал её в карман. Он оценочно осмотрел стоящего перед ним и, заметив как тот поёжился, лихорадочно запахнувшись кожаной косухой, одетой поверх толстовки, попытался вежливо улыбнуться в ответ, но смог лишь брезгливой судорогой задрожать губами. — Овен, тебе стоило почаще приезжать сюда, — ответил он, — тогда бы ты сейчас не потерялся. И знал бы, как в местную зиму стоит одеваться. Весы ещё раз окинул взглядом брата и, понимая бессмысленность вопроса, но чувствуя обязанность, добавил: — Тебе не холодно? Овен попытался выпрямить спину, но у него не получилось. — Мне горячо, как… углям в камине, — с отрешённой задумчивостью ответил он и тут же перевёл взгляд с пальто брата на дом. Не сводя глаз с двери, он опустил пониже козырёк кепки под капюшоном и неуклюже зашагал по снегу к дому. Весы провёл его взглядом, обратив внимание на чёрно-белые кеды брата, на которых букетом налипал снег. Весы неодобрительно помахал головой и, повторяя свои следы, не спеша двинулся обратно. Не успев дойти до террасы, он услышал, как позади заскрипел притоптанный Овном снег, и когда он обернулся, то увидел в темноте другую, крупную фигуру. — Здравствуй, Весы, — раздался низкий голос, — давно не виделись. Весы подскочил поближе, скривился от крепкой хватки мясистой ладони и поднял глаза туда, где с вершины пышной шубы на него смотрела маленькая, голая голова Тельца. — Кто-нибудь ещё приехал? — прозвучал низкий голос. — Овен. Это его следы под тобой, — чуть громче обычного ответил Весы. Небольшая голова слегка зашевелилась на неподвижном теле, пытаясь посмотреть под ноги. — Хм, а я и не заметил. Ты ведь пришёл до него? — Я здесь давно — жду вас. — Понятно, — Телец помолчал и тягуче добавил: — А ты сам как? — Хорошо, — с натянутой улыбкой ответил Весы, — а сам? — Нормально. — Отлично. Весы опустил взгляд и уставился в широкое меховое полотно перед собой, затем снова взглянул наверх. — Ну, ты ступай. Я подожду остальных. А ты обживай дом. — Ладно. — Супер, — он помолчал, а затем, взбодрившись, добавил. — К тому же, кто-то должен присмотреть за Овном. Телец понимающе кивнул, и пышный меховой стог медленно двинулся к дому. Весы ступил следом и, замечая, как брат время от времени оборачивается, невзначай поглядывая на него, остановился и начал рьяно счищать снег с сапог, затем потоптался на месте, оглядел глухую черноту и продолжил идти следом. Вернулся он обратно к террасе, когда Телец не спеша подступал уже к порогу. Весы улыбнулся брату, который снова развернулся и хотел что-то в этот раз сказать, но Весы открыл для него дверь и взглядом указал, чтобы тот входил внутрь. Однако внимание Тельца, а затем и Весов, перехватила лесная чернота, откуда начали доходить новые голоса. В дерзко шагающей фигуре, выныривающей из темноты, Весы сразу же узнал Близнецов. Взмах одной его руки пытался превзойти по грандиозности выпады другой, а ноги, тем временем, стремились убежать от них обоих. Перекинутый через плечо клетчатый, шерстяной шарф, распахнутое пальто ниже колен и вязаную шапку, из-под которой торчала вьющаяся чёлка, дополняла лёгкая ухмылка на слегка округлом лице. Близнецы ловко запрыгнул на террасу под крышей, миновав несколько ступенек, и перед Весами протянулись две длинные руки, которые тяжело опустились ему на плечи, а под яркой синей шапкой на него уставились живые, полные охотливости голубые глаза. — Ну надо же, ты всё ещё не знаешь про сочетание цветов, — сказал Близнецы, улыбаясь и оглядывая брата с ног до головы. Весы смахнул с плеч его руки и ответил: — Будто ты что-то в этом смыслишь. Что это вообще за шарф на тебе? — Я сегодня видел пугало, которое было одето лучше тебя, — с усмешкой перебил его Близнецы. — А это что такое? Он глубоко вдохнул через нос и хотел что-то сказать, но в этот раз его перебил Весы. — Это шипровый с дубовым мхом в основе, если тебе так интересно, — от гордости за свой вкус у Весов немного вздулась грудь. — Носишь лес в окружении леса. Ты не изменился. Скажи, ты всё ещё слышишь голоса в голове? — с широкими глазами спросил Близнецы. — Это не голоса, это моя способность. — Ну, скажи, о чём я сейчас думаю? — Заходи уже в дом, — недовольно пробормотал Весы, закатывая глаза. Близнецы хлопнул брата по плечу и шагнул к двери, где при виде заслонившего весь проём Тельца его лицо тут же потеряло довольную улыбку. — Привет, зодиак-здоровяк. Близнецы начал протискиваться сквозь шубу неподвижного Тельца, а Весы тем временем соскочил с террасы, увидев впереди Рака, который согнулся в три погибели, волоча за собой два чемодана на колёсах, подгребающих всё больше и больше снега с каждым рывком. Закутанный в несколько слоёв одежды, он, бормоча через обвитый питоном вокруг шеи шарф, попросил поднять чемоданы, один из которых, как оказалось, был Близнецов. — Мы встретились, когда ловили на улице такси, он запрыгнул первым, попытался уехать без меня, но потом отшучивался, что это всё не всерьёз, но я же его знаю, да и ты тоже, так вот… — Рак скороговоркой бормотал тоном жалующегося маме ребенка. Весы в ответ лишь кивал, поднимал удивлённо брови и, надувая щёки, выпускал на мороз пар. Рак продолжал рассказывать о том, как тяжело в горы поднимать два чемодана, как сильно обветрились его губы, и о том, как даже подумывал оставить чемодан Близнецов в снегу, а затем сказать, что сломалась ручка, и он волочил за собой сугроб, но потом тут же себя остановил и осудил за такую наглую мысль и попросил Весов не рассказывать об этом Близнецам. Весы же потянулся было за одним из чемоданов, но инициативу подхватил Телец, пропустив наконец внутрь Близнецов, и помог Раку с его тяжёлой ношей. Дверь за ними закрылась, и Весы остался снаружи ждать следующих гостей. После встречи братьев его мысли больше не были о зиме и снеге, он начал воображать предстоящий вечер и то, как он будет объяснять всем знакам с какой целью он их собрал. Весы представлял себя в центре просторного зала, где он, словно римский оратор, выступал перед братьями, как перед сенатом. Его внимательно слушали и соглашались, хлопали его дальновидным и продуманным планам и чуть ли не носили на руках. Весы не раз погружался в подобный мир фантазий, где дела обстояли немного лучше, чем в реальности. На самом же деле никто из братьев не стал бы носить Весов на руках, и уж тем более внимательно слушать его речи. Между ними давно посеяна вражда, и никто из них уже не помнит по какой причине. Пути их давно разошлись, и никто до сих пор не собирался соединить их вновь. Тот, кто знает эту семейку больше десятка лет, сказал бы, что это настоящее чудо — братья снова воссоединились. Но, к сожалению, не найдется человека, который стал бы этому радоваться. Было однако время, — очень непродолжительное, но всё же было — когда братья были самыми близкими друзьями. Овен и Близнецы ловили мух для своей колонии пауков в погребе семейного особняка, Телец и Рак играли в рыцаря и принцессу в замке, которую необходимо было спасти от дракона Стрельца, а Лев с радостью играл роль живого манекена, на котором Весы экспериментировал с различными нарядами и стрижками. Они ладили с гувернантками и не пропуская ни единого занятия, дружно обучались фехтованию, плаванию, игре в оркестре и прочим буржуазным искусствам. И в те золотые времена Весов ещё могли тепло и игриво поднять на руки, весело и искренне интересуясь его идеями, однако что-то отравило отношения между знаками. Ближе к подростковым годам круг людей, к которым они относились снисходительно, постепенно сужался, и учителя и тренеры, приглашённые из-за рубежа, не могли больше выдерживать с ними и месяца. Своей колкостью и дерзостью братья испортили отношения со всеми, с кем только могли, а на фехтовании, в меру своей подростковой силы, знаки стремились как можно сильнее уколоть уже и друг друга. Неизвестно как долго Весы пробыл в сладких раздумьях, но мысли его резко прервались появлением следующего гостя. Осанистой походкой, во всём белом, на свет из темноты вышел Лев. Он следовал по проложенному Раком пути, однако после пары широких шагов остановился. Весы незаметно для себя напрягся, выпрямил спину, и первым двинулся навстречу брату. Подойдя к нему, он в очередной раз заметил, как внешне Лев напоминал ему его самого. Глядя на его прямой, тонкий нос, густые и ровные брови, он не мог не чувствовать будто смотрит в зеркало, однако всю магию развеяли светлые волосы Льва — у Весов они были каштановые. — Привет, — заговорил первым Весы — Ты не упоминал в письме про дорогу, — проигнорировал Лев. — Про дорогу? Мы были здесь все вместе минимум один раз, я подумал, что все помнят дорогу. — Вот про эту дорогу, — Лев указал подбородком на следы от чемоданов, которые оставил Рак. — С каких пор здесь дорога? — Ах, это Рак. Лев приподнял одну бровь. — Вот чем он стал заниматься? — неуверенно спросил он. — Да оно само как-то получилось, — удивляясь таким любопытством, ответил Весы. — Всё-таки кто-то приехал? — Лев резко поменялся в лице и голосе и зазвучал уже монотонно-низко. — Да, конечно. Рак, Телец, Близнецы уже там, Овен тоже. Лев помолчал. — Ладно. Тогда покажи мне мою комнату, — Лев сказал это так, будто он обратился к незнакомому человеку и важной походкой, сцепив руки за спиной, двинулся по дорожке Рака к дому. Весы, немного помедлив, зашагал следом, говоря брату в спину: — Комнаты ведь ещё не распределены. Я думаю, правильным было бы обсудить расселение вместе, когда все соберутся. Лев остановился и, слегка повернув голову, ответил: — Всё это закончится так быстро, что ты не успеешь даже выбрать кому из нас писать поздравительные открытки на следующий день рождения. Нет смысла растягивать время этой встречи. Весы хотел ему что-то ответить про открытки, но Лев ушёл уже так далеко, что Весам бы пришлось кричать, чтобы тот его услышал. Весы возмущенно фыркнул и начал постепенно замедлять свой шаг, не спеша приближаясь к террасе. Он вскочил на неё, немного потоптался на месте, чтобы успокоиться и снова погрузился в холодное ожидание. К его радости ему не пришлось простоять в одиночестве слишком долго: из леса впереди начали доноситься знакомые голоса, которые делались звонче с каждой секундой. Однако и радость Весов испускала свой дух так же быстро, как приближались новые гости. Весы почувствовал некую неприятную атмосферу, которая опережала их, и вот, наконец, появились Дева и Козерог, а затем тут же за ними Стрелец со Скорпионом. И те и другие прибыли налегке, без каких-либо сумок и чемоданов. Дева и Козерог что-то обсуждали, и выглядело это так, будто они обменивались контактами. Вглядываясь в их лица, Весы не заметил никакого напряжения между ними, однако позади них Стрелец что-то живо высказывал Скорпиону и всем своим видом выражал крайнее недоумение. На лице Скорпиона же, несмотря на то, что оно наполовину было скрыто чёрным шарфом, Весы смог прочесть самое грузное недовольство, которое он когда-либо видел среди людей. Дева и Козерог поднялись по лестнице, не прекращая своё обсуждение, в унисон отчеканили: «Привет», — и вошли в дом. Они были просто и строго одеты, и ничего в их внешности не зацепило глаз, а когда они прошли мимо, Весам даже показалось, что ему стало ещё холоднее. Тем временем Скорпион что-то сказал, пыхнув небольшим облачком пара через шарф, и оставил вместе с ним обомлевшего на крыльце Стрельца. Хмурый, с бритой головой, Скорпион прошёл мимо Весов, бросив в его сторону: — Отличное начало. Не сели его рядом. Стрелец остался стоять на месте, проводя взглядом входящего в дом брата. Весы подпрыгнул к нему и положил руку на спину, как бы одновременно успокаивая и приглашая его внутрь. — Ему нужна помощь, — с чувством сказал Стрелец. Весы понимающе кивнул. — Но знаешь, — продолжил Стрелец, — он не стоит того, чтобы мое настроение портилось в этот прекрасный вечер! Весы провел его до двери, пообещав ему фисташковое мороженое, отчего Стрелец сразу повеселел. — Я не знаю, для чего ты нас созвал, но мне это уже начинает нравиться! — воодушевлённо воскликнул Стрелец и трусцой побежал к двери. Весы тяжело вздохнул и не спеша, в одиночестве, вернулся на террасу. Его осанка опустилась вместе с его моральным духом, и он неподвижно встал, задумчиво опустив взгляд в сугробы. Так он простоял достаточно долго, чтобы через какое-то время мысленно вновь вернуться к ненавистному снегу и морозу. Начался снегопад, и крупные хлопья падали так густо, что Весы теперь не видел дальше пары метров от того небольшого пространства, что освещалось высокими окнами дома. Ему казалось, что золотистый свет согревает его спину, и он незаметно для себя начал всё ближе и ближе подступать к стенам дома. Прикрыв в блаженстве глаза, он представил уют каминного света, запах свежего кофе и улыбки собравшихся всех вместе братьев. И тут он услышал раскатистый смех за дверью. Почувствовав тягостную тоску и зависть, он заглянул через окно внутрь: в просторном светлом зале он увидел толпу братьев, из которой выделялся умирающий со смеху Близнецы. Весы тяжело вздохнул, а когда ревностная дымка запотевшего окна рассеялась, кто-то уже расходился, другие разбивались по парам, а Близнецы продолжал смеяться, хотя уже и не так надрывисто. Весы стиснул губы и прислонил ладонь к стеклу, надеясь, что его кто-нибудь заметит и позовёт внутрь. — Привет, Весы, — неожиданно послышался за спиной нежный и негромкий голос. Весы вздрогнул, отпрянул от окна и выпрямился. Развернувшись, он увидел перед собой Водолея и Рыб. Они держались за руки, и, судя по виду Рыб, потому что Водолей вёл его за собой. — Ему сейчас не помешал бы горячий травяной чай с имбирём и место у камина, — мягко и монотонно произнёс Водолей и после недолгого молчания продолжил. — Но можно и любой другой горячий напиток. Почему ты ждёшь нас на улице в такой холод? Этот дом отлично видно и за милю. Водолей большими, голубыми глазами уставился на Весов. В своей вязаной, синей шапке с ушами и помпоном он выглядел совсем как ребёнок, несмотря на то, что был почти одного возраста с остальными братьями. Рыбы же отрешённо стоял вплотную к нему и лишь изредка шмыгал носом. Весы сразу же подметил его безобразный вид, который вызвал у него сочувствие: волосы у брата были растрёпаны, а рукава его тёмно-зелёного шерстяного свитера с узором в виде ломаной торчали из-под рукавов пуховика и опустились так низко, что были видны лишь кончики пальцев. — Да, ты прав, — немного опешив, ответил Весы, но обрадовавшись мысли о том, что Рыбы и Водолей были последними, и ему не придётся больше стоять на морозе, одушевлённо воскликнул. — Давайте же, заходите, будем согреваться! Он открыл им дверь и пропустил вперёд. Перед тем, как зайти самому, Весы ещё раз обернулся и всмотрелся в холодную и пустую черноту декабрьской ночи.