18 марта UPD

Хикару ложится на кушетку. Где-то высоко в небе летит самолёт. Дует лёгкий весенний ветерок, едва шевеля листья вовсю распустившихся деревьев. Прямо над школой пролетает стая птиц. Ветер дует сильнее. Ветви деревьев колышутся из стороны в сторону, разнося свою песнь по всему школьному двору. Где-то вдалеке свистит свисток. И только Хикару, сморенный сегодняшним днём, ни о чем этом даже не ведает, наконец-то умиротворенно посапывая на подушке, крепко вцепившись в неё пальцами, посильнее зарывшись носом в одеяло, словно эти две вещи были для него самыми важными на свете.

***

Мама..? На улице стоял яркий солнечный день. С самого утра малыш Хикару чувствовал себя неважно. С кухни доносился запах свежей выпечки, но есть совсем не хотелось. — Хикару, как ты себя чувствуешь? — темноволосая женщина выглянула из-за стеклянной двери, вытирая руки полотенцем и окидывая взглядом лежащего на террасе одиннадцатилетнего мальчишку. — Мам, меня ещё тошнит, — устало ответил Хикару, стягивая с лица какой-то детский журнал и поднимаясь на ноги. — Может быть, тогда останемся дома? — предложила она, беспокойно осматривая побледневшего парня. — Нет, мы ведь обещали Тоширо, что поедем. И папа тоже будет. Не хочу их расстраивать, — опустив голову, вздохнул Хикару. — Ладно, — улыбнулась та, мягко прогладив мальчишку по волосам, оставляя короткий поцелуй на самом темечке. — Но если тебе вдруг станет хуже — обязательно скажи об этом, хорошо? — Угу, — Хикару молча кивает и заходит в дом вслед за мамой. Здесь пахнет вкусным карри, свежими булочками и самым лучшим в мире овощным салатом. Мальчишка уже приободряется, готовый съесть все, что ему дадут, и счастливым поехать в зоопарк. Но через несколько минут ему снова становится хуже, и его выворачивает прямо на пол в прихожей, как раз когда в дом входит отец. Тот сразу бросается к сыну, пытаясь понять, в чём дело, на что мама взволнованно набирает номер врача, прося назначить им срочный прием. — Мам, мне уже лучше, поехали домой, — тихо просит Хикару, сидя в приемной, обнимая руками мягкую игрушку. — Все будет хорошо, Хикару, мы просто переживаем за тебя, — объясняет мама. — Я уже позвонила Тоширо и сказала, что мы приедем немного позже. — Правда? — мальчишка с надеждой поднимает голову. — Конечно! Ему уже и правда легче. В животе почти ничего не болит, а от симптомов рвоты не осталось и следа. К тому же, Хикару даже выглядеть стал лучше, здоровее. Хотя, поход к врачу все равно никто не отменял. — Акияма? — спросила медсестра, подходя к семье, ожидающей в приемной, сверяя что-то в своих записях. — Д-да, — коротко кивнул мужчина. — Прошу за мной, — медсестра мило улыбнулась и пригласила жестом подняться всех троих. Глава семьи встал без раздумий, а вслед за ним прыгнул и Хикару, хватаясь за крепкую отцовскую руку, прижимаясь поближе, явно ощущая себя в большей безопасности рядом с ним. Последней поднялась мать. Выражение лица у нее было смущённое, словно она уже догадывалась, о чем пойдет речь. В кабинете врача было светло и уютно. Повсюду были нарисованы персонажи из детских мультфильмов, стояло множество самых разных, диковинных цветов, а на полочках можно было увидеть множество игрушек рядом с медицинскими препаратами. Кабинет был большой. За ширмой стояло кресло, предназначавшееся более взрослым пациентам. Доктор встретил семью Акияма с яркой белоснежной улыбкой, пожимая руку отцу, кивая матери, а затем наконец присаживаясь перед Хикару, беря его руки в свои и сообщая о том, как он рад этой встрече. Мальчишка, в свою очередь, немного засмущался, отводя взгляд и бубня что-то вроде: «Вообще-то мы должны были поехать в зоопарк, но меня стошнило, поэтому мы здесь». Врач коротко кивнул родителям Хикару присесть, а сам провел маленького пациента к стенду, измерить его рост, затем вес, не забывая поспрашивать и о его самочувствии в последнее время. Наконец он взял длинную белую палочку и собрал немного материала изо рта мальчишки, передавая его медсестре. — Ну что, прогуляемся, пока ждем результатов? — предложил врач, протянув руку Хикару. Мальчишка немного надул губы и смущенно взял того за руку, не забыв посмотреть на родителей, всем своим видом показывая, что он делает это потому что так надо. Они вышли из кабинета и направились по коридору. Врач показывал Хикару палаты, процедурные, рассказывал про то, чем обычно врачи занимаются в больнице, пока они наконец не подошли к самому главному — игровой комнате. Мальчишка тут же нашел себе занятие — планшет, и принялся рисовать какие-то замысловатые узоры в специальном приложении. Как раз в этот момент вошла медсестра, передав какую-то папку доктору. Врач подошел к родителям Хикару, следовавшим за ними все это время, и, раскрыв папку, коротко сказал: — Как я и думал. Ваш второй сын тоже имеет вторичный пол. — Но как так? — не понимая спросила мать, явно обескураженная полученной информацией. — Ведь никто из нас не имеет вторичный пол. Я не понимаю… — Симптомы очень похожи с симптомами Тоширо. Скажите, Хикару тоже альфа? — спросил отец. — Нет, он омега, — мягко улыбнулся врач. — Омега… — тихо вздохнула мать, прикрывая глаза. — Постойте, это ведь значит… — взволнованно спросил отец. — Да, Хикару-кун в будущем сможет иметь детей, — констатировал доктор. — Постойте, хорошо… — женщина обеспокоено посмотрела на сына, а затем перевела взгляд на врача. — Когда мы столкнулись с этим впервые, это… Это было немного легче, понимаете? В том смысле, что… Тоширо, он… — Я вас понимаю, — кивнул врач. — Дело в том, что созревание у альф и омег проходит одинаково. Мы до сих пор не можем объяснить феномен, почему и как в некоторых семьях проявляется вторичный пол, а в некоторых нет. Гены и наследственная информация — довольно обширная область знаний, и ученые до сих пор теряются в догадках. Вы ведь уже знакомы с периодом «созревания». Точно так же как и у вашего старшего сына, у младшего начался переходный период. В это время у него в организме происходят изменения, благодаря которым проявляется его вторичный пол. Перво-наперво, это связано с запахом. Отсюда и тошнота, и головные боли, и потеря аппетита. В семье, где ранее не присутствовал вторичный пол, ребёнок, чувствительный к запахам, начинает теряться. Его возбужденные рецепторы улавливают чужие запахи, но не могут уловить запах близких людей, с которыми он прожили всю свою жизнь. Для детского организма это очень большой стресс. Более того, это может повлечь за собой чрезмерную выработку феромонов, что впоследствии может привести к печальному исходу. — Да, мы понимаем, — тихо ответила та, беря мужа под руку. — Пожалуйста, расскажите, что нам нужно делать?

***

В тот день одиннадцатилетний Хикару впервые переосмыслил свою жизнь. Новость, которую сообщили ему родители после похода к врачу, далась ему с трудом. Он знал ещё со школы, что существует вторичный пол, но мало что было об этом известно. В основном в книжках только упоминались основные отличия между альфами и омегами. Вторичный пол был в меньшинстве и встречался не так часто, поэтому более подробную информацию можно было узнать только в проверенных источниках или у врачей, специализирующихся только на вторичном поле. С того момента жизнь Хикару изменилась. Он узнал о том, что такое течка, зачем она нужна и как с ней справляться с помощью специальных таблеток. Это всем добавило хлопот в семье. Родители стали опекать младшего сына еще больше, переживая о его самочувствии, спрашивая про друзей, с которыми он общается и внимательно следя за тем, чтобы тот принимал специальные подавители. В отличие от других таблеток, эти стоили довольно дорого, но они были хороши тем, что не блокировали симптомы, мешая выработке ферамонов, а лишь притупляли нервную систему, замедляя внутренние процессы, так что Хикару мог спокойно ходить в школу, не боясь и не переживая о том, что может что-то случиться. Весть о том, что младший сын тоже имеет вторичный пол, для родителей оказалась неожиданной. Впервые они обратились в эту клинику, когда стали замечать, что с Тоширо происходят похожие изменения. Его часто беспокоила бессонница, головные боли. Он стал слишком быстро и часто выходить из себя. Ко всему прочему добавились слабость, тошнота, полуобморочные состояния. Тогда они не на шутку забеспокоились и сдали пару анализов, которые показали типичные аномалии, свойственные вторичному полу. И затем им посоветовали эту специализированную клинику, где здоровью альф и омег уделяют особое внимание.

***

— Мам, ты ведь говорила, что альфы и омеги находят друг друга по запаху и ориентируются тоже по запахам, но в последнее время я совсем не чувствую чужих запахов. Ты уверена, что мне точно нужно пить эти таблетки? — Хикару держал в руке небольшую тубу с таблетками, перечитывая инструкцию и состав уже в который раз, колупая вилкой в тарелке с рисом. — Хикару, — она села прямо перед ним за стол, — я уверена. — Но я не понимаю… — на лице Хикару было явное смущение. — Малыш, послушай, — она осторожно взяла его за руку. — Ты — омега. Ты можешь иметь детей. Единственный шанс, когда ты можешь забеременеть — это течка. Ни я, ни папа, мы не сможем быть рядом вечно и оберегать тебя. Мы переживаем, что с тобой может что-то случиться. Что-то очень неприятное и страшное. Благодаря этим таблеткам, у тебя сейчас стабильный и спокойный цикл, но если убрать их… — Да, мам, я понимаю, — вздохнул Хикару. — Но они блокируют мои рецепторы. А что если однажды я встречу своего альфу, но не смогу понять это из-за этих таблеток? А что, если уже встретил, но так и не понял? Мам, в классе уже все начинают разбиваться по парочкам. А что если я останусь один? — Милый, — она поднялась со стула, подходя к сыну и приподнимая его лицо за подбородок, замечая скапливающиеся в уголках глаз слезы, — все будет хорошо. Пожалуйста, пока ты не закончишь школу, прошу тебя, не делай ничего глупого, я прошу тебя. — Хорошо, мама, — тихо прошептал Хикару, крепко обнимая маму и едва слышно всхлипывая. — Я обещаю, я не буду. — Хару… Мама… В окно ударяют первые капли дождя. Хикару резко открывает глаза. В медпункте пахнет дождем и сыростью. Парень поднимается с кровати, натягивая на ноги школьную обувь. Пальцы, как на зло, совсем не слушаются. В груди что-то неприятно жмёт. Хикару смахивает со щеки влажную дорожку и выходит из своего убежища. — Уже проснулся? — спрашивает Тоширо, складывая свои очки в футляр. Он стоит у стола, собирая свои вещи в небольшой портфель. В руке Тоширо держит куртку и длинный черный зонт. Зонт внушает Хикару чувство своеобразной безопасности, и он неожиданно расслабляется, понимая, что совсем скоро они с Тоширо окажутся дома. — Только мне нужно забрать вещи из класса, — говорит Хикару, наблюдая за тем, как брат закрывает дверь медпункта. — Хорошо, — кивает тот. — Тогда я подожду тебя внизу. Хикару спешит в класс за вещами. В коридоре осталась лишь пара дежурных ребят, домывающих пол. В классе чисто и убрано. Свет не горит. Хикару вынимает свои вещи из-под стола и наспех засовывает в сумку. Заставлять Тоширо ждать совсем не хотелось. Закинув сумку на плечо, Хикару сбегает вниз, замечая в холле брата вместе с Ринтаро. — Хикару-кун, ты в порядке? — спрашивает Рин, когда парень подходит ближе. — Да, спасибо, — кивает тот, переводя взгляд на старшего брата. Тоширо что-то увлеченно рассматривает в телефоне, едва хмурясь. Глубоко внутри Хикару понимает, что что-то не так. — Мы с твоим братом как раз успели немного поболтать о былых временах, — Рин тепло улыбается, смотря на Хикару. — Он сказал, что подвезет меня до дома, а по пути мы все втроем сможем заглянуть в какую-то небольшую кофейню и выпить горячего чаю. В такую непогоду это было бы как раз кстати. — Ребята, я очень извиняюсь, — начинает Тоширо, обескураженно смотря на обоих. — Но мне только что пришло уведомление о том, что мне срочно нужно отправить доклад. Он находится в моем кабинете наверху, но мне еще нужно его отсканировать и отредактировать. Боюсь, это займёт много времени, так что вам придется идти без меня. Ринтаро-кун, пожалуйста, позаботься о Хикару! С этими словами Тоширо передал свой зонт Рину, а сам поспешил вверх пл лестнице. Хикару хотел было что-то сказать в ответ, но брат уже был далеко, поэтому, когда слова готовы были вот-вот вырваться из его уст, Рин неожиданно раскрыл зонт. — Ого! Под таким зонтом мы точно не промокнем, — удивленно сказал парень, складывая зонт снова и переводя взгляд на Хикару. — Пойдем? Парню ничего не оставалось, как согласиться на такие условия. Тоширо срочно вызвали по делам, а сидеть в темной школе, дожидаясь его, было не самым лучшим решением. Хотя на душе у Хикару все еще было неспокойно, он знал, что на Ринтаро можно было положиться. Ведь не зря старший брат попросил его присмотреть за ним. — Хватайся, — улыбнулся Рин, раскрывая зонт снова уже на школьном крыльце, подбивая Хикару взяться за его плечо. — Угу, — кивнул парень, обхватывая обеими руками подставленную руку и делая шаг под громкие капли дождя.

***

— Апчхи! — неожиданно чихнул Хикару, пока они с Рином поднимались к станции. — Замерз? — спросил Ринтаро обеспокоено. — Нет, все в порядке, — мотнул головой Хикару, когда тот неожиданно коснулся его холодного носа своей горячей ладонью. — А нос-то холодный, — констатировал парень. — Если с тобой что-нибудь случится, Тоширо явно будет не в восторге. Я ведь пообещал ему присматривать за тобой. — Но я правда в поря… А… А… Апчхи! Через несколько минут они уже сидели в небольшой кафешке. Хикару грел замерзшие руки о кружку горячего чая, пока Рин рассказывал забавные истории из средней школы. — Ты совсем не изменился, — с улыбкой сказал Ринтаро. — Слушай, Хикару, за то что произошло тогда в средней школе… Прости пожалуйста. Я не хотел обидеть тебя или как-то задеть. Ты мне просто очень нравился, и я совсем не знал, как себя правильно вести. Ты мне и сейчас нравишься, но теперь обещаю, что не буду сразу лезть к тебе с поцелуями, а постараюсь добиться твоей симпатии честным путём. От его слов на душе у Хикару почему-то стало тепло и спокойно, словно все его страхи мгновенно рассеялись, оставляя место только приятным впечатлениям. — Хорошо, — он впервые за долгое время коротко улыбнулся, пряча свою улыбку за кружкой горячего чая. Может ли омега быть с бетой?

***

— Правда, Рин, не обязательно провожать меня до самого дома, как в детстве, я уже взрослый и не потеряюсь, — немного обиженно сказал Хикару, надув губы, когда Рин вызвался проводить его от станции до дома. Дождь уже прекратился. Грозовые тучи ушли вперед, оставляя место ясному и чистому небу, освещенному красивыми оранжево-розовыми цветами заката. Все вокруг было мокрым. Людей на улицах почти не было, как и животных. Не было слышно ни пения птиц, ни лая собак, ни жужжания пчел. Асфальт был покрыт лужами, большими и маленькими, а в трещинах на тротуаре и между асфальтовыми плитами пробивалась свежая трава, которой не суждено было дожить и до завтра. В доме семьи Акияма было темно и пусто. Хоть Тоширо и сказал, что у него много работы, Хикару все равно надеялся увидеть его машину возле дома. И не увидев, соответственно, немного расстроился. — Спасибо, что проводил, — сказал Хикару, останавливаясь на пороге своего дома у двери. — Это Тоширо спасибо за зонт, — улыбнулся Рин, протягивая длинный черный зонт парню. — И тебе спасибо за вечер. Хикару опустил взгляд вниз, коротко кивая, когда Рин неожиданно поцеловал его в щеку. Парень тут же едва покраснел, прикрывая щеку рукой и возмущенно шепча: — Рин, ты же обещал… Честным путем… А это было нечестно! — Прости-прости, — хихикнул Рин, прикрывая задорную улыбку сжатой в кулак ладонью, пятясь назад. — Увидимся завтра в школе! — Нет..! — неожиданно выпалил Хикару, чувствуя как внутри бешено колотится сердце, пока он пытается всунуть ключ в замочную скважину.