18 марта UPD

С похорон родителей прошло несколько дней. Время для Хикару перестало существовать совсем. Он не знал, какой сейчас день, число, месяц, сколько уже пролежал на диване и когда ел или выходил по нужде в последний раз. На улице уже давно наступила полноценная весна. Деревья и цветы распустились под теплым апрельским небом. Солнце заливало своими лучами зеленые парки и сады. Именно в то утро Хикару проснулся рано. Быстро и резко, сев на диване, словно какая-то неведомая сила пробудила его ото сна. В самые первые мгновения, ему показалось, будто что-то спирает его грудь изнутри, и он интуитивно схватился за футболку. В доме пахло весной. Хикару облегчённо выдохнул, чувствуя прохладный ветерок на своем лице из-под приоткрытой двери, ведущей в сад. Было раннее утро. Парень понял это по царившей на улице тишине: ни звуков машин, ни гула людей, лишь отдаленный стук колес поезда, проезжающего мимо станции. Хикару глубоко вздохнул. Аромат весны в этом году отличался от предыдущих. Хикару перевел взгляд на часы у телевизора. Они показывали без четверти шесть утра. Он стянул одеяло и опустил ноги на пол. Прохладно… Парень осторожно выглянул вперед, наблюдая за пальцами своих ног, а затем приподнял и опустил их, немного потоптавшись по светло-серому ламинату. Взгляд скользнул по столу, затем перебрался на телевизор, стену, к потолку, двери… Все казалось совершенно другим. Новым?.. Непривычным. Складывалось впечатление, будто Хикару не было здесь много-много лет, и он приехал в давно забытый родительский дом. Парень почувствовал мягкую ткань дивана под пальцами рук и невольно начал водить ладонями по ней. Мягко… Неожиданно для самого себя, Хикару поднялся на ноги, едва покачнувшись и снова упав на диван, все же найдя в себе силы встать ровно и наконец-то выровнять равновесие. С губ слетел невольный вздох. Как будто заново учусь ходить… Ветерок снова подул сквозь приоткрытую дверь, заставив ее немного покачнуться. Хикару ощутил слабое дуновение по всему телу и невольно поёжился. Щекотно… Он повернулся к двери и неуверенными шагами подошел ближе. Пальцы коснулись холодной деревянной ручки и потянули панельную дверь в сторону. Тихий звук отъезжающих колесиков привлек внимание парня. Хикару поднял голову и внимательно посмотрел на отъезжающую дверь, пока та наконец не уперлась в стену. Парень опустил взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж, прошелся им по двери в ванную, по чистой и убранной кухне и остановился на вещах брата в прихожей. Длинный черный зонт с ручкой, пальто, туфли и рядом кроссовки. Все это было для Хикару новым. Все, что раньше было таким родным и домашним, сейчас словно обрело новые краски. В коридоре послышались тихие шаги. Хикару невольно вздрогнул, прижимаясь к раздвижной двери и переводя взгляд на звук. В глубине души было страшно. Хотелось развернуться и снова сбежать на излюбленный диван, закутавшись с головой в одеяло, и он бы так и сделал, если бы не мягкий голос брата, позвавший его по имени: — Хикару?.. — так тихо и осторожно, что у младшего тотчас же стало тепло на душе, а в груди появилось чувство облегчения. — Да… — также тихо ответил Хикару, коротко выдыхая и поднимая взгляд на брата. Тоширо выглядел сонным и уставшим. Последние две недели никому из них не принесли ничего хорошего. Старшему брату пришлось не сладко, налаживая вопросы с документами в разных инстанциях. Почему-то, подумав о том, что Тоширо сделал для них за это время, у Хикару внутри проснулись неясные чувства. Где-то глубоко в душе он хотел исправить все это и сделать что-то, что поможет им обоим почувствовать себя лучше. — Ты… сегодня… — начал Тоширо, спускаясь со ступенек на пол. — Я… — перебил его Хикару, поднимая свои зеленые глаза на него. — Я хочу пойти в школу. Неожиданно для себя выдал парень. Он не ожидал, что скажет именно это, но почему-то идея отправиться на учебу показалась ему довольно приемлемой. — Хорошо, — кивнул Тоширо, едва приподнимая уголки губ в счастливой улыбке. — Что мне… надо сделать? — Хикару растерянно смотрел на старшего, словно в первый раз оказался в этом доме, в этом мире и вообще в этой жизни. — А, для начала, наверное, принять душ, — Тоширо мягко улыбнулся и Хикару стало тепло от его улыбки. — Я принесу твою форму. Тоширо поспешил наверх по лестнице, а Хикару, проведя его взглядом, сделал первые шаги в неизвестность, оставляя свою комнату и диван позади. В ванной все тоже казалось новым, хотя и умывальник, и ванную, и полотенца с зубными щетками он видел уже в сотый раз. Пока Хикару внимательно изучал "неизведанный" мир, Тоширо осторожно постучался в дверь, прервав его рассматривающим свое отражение в зеркале. — Твоя форма, — старший протянул аккуратную и чистую форму на вешалке брату. — Спасибо, — Хикару принял её и на несколько минут замер в ванной один, не совсем понимая, что с ней следует сделать, но затем все же сообразил повесить вешалку на крючок на стене. Приятная вода казалась слишком неестественной. Шум душа и едва заметный пар сделали водные процедуры необычными. Хикару сначала долго перебирал пальцами потоки воды, льющиеся сверху, а потом встал под душ прямо в одежде, чувствуя, как ткань прилипает к телу. Простоял он так довольно долго, прежде чем взял в руки мочалку и начал наконец мыться. Всё его тело реагировало совершенно по-новому. Все чувства и ощущения казались Хикару чем-то невероятным. Он словно очнулся от долгого сна и готов был познавать мир заново. Такие перемены в настроении парень не мог ничем объяснить, да и нужно ли было? То, что он изъявил желание пойти в школу после всех тех дней, уже было чудом, поэтому долго думать над тем, что, как и почему совсем не хотелось. После ванной Хикару еще некоторое время смотрел на себя в отражении, рассматривая каждую деталь своего тела, по-новому ощущая себя и каждую его часть. Наконец, парень натянул форму, надел даже носки, которые Тоширо положил в карман его пиджака, поправил ворот рубашки, причесался и вышел из ванной. На мгновение Хикару замер, всего лишь на долю секунды, ощущая, словно стены его родного дома давят на него, но тут же успокаиваясь. В доме было тихо. Парень прошел на кухню, где стояла тарелка со свежим рисом, омлетом и столовыми приборами на одного человека. Он сел за стул и, на удивление, сам принялся за еду. Завтрак был вкусный. В тот момент Хикару не думал о том, кто его приготовил. Внутри вдруг проснулось невероятное чувство голода, и он просто с жадностью набросился на все, что видел перед собой, уплетая это за обе щеки. — …ру… Хару, — Хикару поднял глаза на Тоширо, сидевшего рядом с ним за столом. — М?.. — он растерянно сглотнул, чувствуя на своем языке привкус сочного омлета. — Если ты продолжишь, мы опоздаем в школу, — Тоширо мягко улыбнулся, убирая кусочек риса с уголка губ парня. Хикару почувствовал легкое волнение в груди и, неожиданно для себя самого, перевел взгляд на стол, где стояло уже две пустых тарелки из-под риса. — Ох, п-прости… — парень взволнованно отставил посуду, сложив палочки для еды вместе на тарелке. — Спасибо за еду. — Нам пора, — Тоширо собрал грязную посуду со стола и поставил в раковину, направляясь к выходу. Хикару чувствовал себя очень неловко, ведь он даже не заметил, как слопал почти целых три тарелки риса. Пока он копался в догадках, почему так произошло и как можно было этого не заметить, Тоширо завел машину и они вместе отправились в школу. — Мне нужно кое-что тебе рассказать, — сказал старший, когда они остановились на стоянке для автомобилей позади школы. — Я долго думал, как мне лучше поступить в этой ситуации, потому как, ты знаешь, что я работаю в больнице и меня часто не бывает дома. После смерти родителей ты — вся моя семья, и твое состояние сейчас, мягко говоря, не самое стабильное. Я переживаю за тебя, Хикару. Очень переживаю. И я очень боюсь, что при таком положении дел с тобой может что-то случиться. Тоширо перевел взгляд на Хикару, смотрящего в окно пассажирского сидения на стоящие в ряд велосипеды школьников. — Один хороший врач — знаком с директором этой школы, — продолжил Тоширо. — Им как раз нужен был медработник, и я попросился на эту должность. Оплата не такая высокая, как раньше, да и работа сама по себе не сложная, очень много бумажной волокиты, но мне пообещали давать хорошие премиальные за исследования и участия в конференциях, поэтому я согласился. Хикару, если вдруг, что-нибудь случится или ты почувствуешь себя плохо или еще что-то, пожалуйста, не забывай обо мне. Я буду рядом, если понадобится. Я рядом. — Угу, — тихо кивнул Хикару, рассматривая прекрасный "пейзаж". Большую часть сказанного братом, парень пропустил мимо ушей, а точнее, он снова отключился и забыл обо всем на свете. Только у входа в школу, когда Тоширо сказал ему: — Мой кабинет на втором этаже в правом крыле, — до Хикару наконец начало доходить, что он имел в виду. Смотря в спину брату, исчезающего за дверью, парень все больше и больше осознавал смысл всего сказанного им ранее. Ради него он оставил свою работу, ради него он перевелся в школу, благодаря своим связям, смог устроиться здесь на работу, чтобы присматривать за своим младшим братом. От этих мыслей в груди неприятно кольнуло. Я должен постараться… Я должен… Ради Тоширо… Ведь для этого и нужна семья… В школе было шумно. Гул учеников быстро переключил мысли Хикару на нужный лад. Он осматривал большой холл, коридоры и светлые классы, лица снующих туда-сюда учеников, собирающихся в группки и обсуждающих вчерашние новости. Жизнь здесь бурлила и кипела, в отличие от тех безмолвных дней, что парень провел в родительском доме. Хикару сразу же прошел к расписанию, ища свое имя в списках классов. Найти себя в распределительной таблице оказалось довольно просто, благодаря фамилии, начинающейся на букву «А». Но это не отменило того факта, что парню пришлось внимательно прочитать первые буквы имен в списке и проследить за нужным рядком, узнавая номер своей аудитории и наконец направляясь на нужный этаж. Лестница была широкая и довольно просторная. То тут, то там на ней стояли молодые люди, живо обсуждавшие что-то между собой. Хикару посильнее сжал лямку своей сумки в руках, поспешив подняться по последним ступенькам, когда его внимание вдруг привлекли восторженные возгласы: — Тоширо-сэмпай! Тоширо-сэмпай! Парень удивленно перевел взгляд на толпу ребят, по большей мере девчонок, окруживших его старшего брата. Внутри почему-то сразу зарделось какое-то неприятное чувство. Девушки наперебой спрашивали у Тоширо, как дела, что он ел на завтрак, где покупает одежду и не хотел бы он сегодня пообедать с ними во дворе. Видимо, есть вещи, изменить которые не под силу даже времени… Хоть они и были братьями, но внешность и характер у них обоих был совершенно разный. Тоширо не был ни худым, ни толстым. Он был высоким, статным и имел атлетическое телосложение. В общем, завидный жених, с темными густыми волосами, такими же бровями и привлекательными губами с маленькой родинкой прямо над уголком. Выглядел Тоширо как и подобает эталону мужской красоты с едва заметными изящными чертами лица и карими глазами, доставшимися ему от отца. В отличие от Хикару, которого природа сделала на голову ниже, порядком худее, а следовательно и хрупче, да еще и волосы дала ему светло-русого оттенка наряду с зелеными глазами матери. Почему младшие братья всегда получаются менее мужественные чем старшие?.. Но не только в этом была причина такого внешнего вида Хикару. Он был ниже, стройнее и изящнее еще и потому, что был омегой. Трудно идти в ногу с другими, когда тебя постоянно приравнивают к девчонкам, пускай ты и являешься парнем. Быть омегой — значит сдавать все нормативы и задания в срок, как мужчина, имея при этом тело женщины. Порой, такая перспектива совсем не радовала Хикару, а наоборот угнетала, ведь в школе ему редко давали поблажки. А Тоширо… Интересно, кто он?.. Хикару на мгновение задумался, вытягивая свою сменную обувь из шкафчика в классной комнате и переобуваясь. А впрочем… Какая разница?.. Мы ведь все еще семья… Единственная свободная парта оказалась почти у самой двери с противоположной от окон стороны. Парень подошел к письменному столу, представляя, что ему придется просидеть здесь до самих летних каникул, пока учеников не пересадят на новые места. Прозвенел первый для Хикару звонок в этом учебном году. Он пропустил почти две учебные недели из-за трагедии с его родителями и теперь ему придется с усердием наверстывать все упущенное. Класс стал постепенно заполняться людьми. Хикару сел за парту, наблюдая за сонными, радостными и измученными школьниками, усаживающихся на свои места. Он уже и забыл, что в школе может быть настолько шумно. В груди снова зарделось неприятное чувство. Страх или тревога — парень не мог разобрать. Шумные голоса сливались в один ужасно громкий звук, слова теряли смысл и переплетались между собой, создавая замысловатые предложения, содержание которых становилось все более расплывчатым. Грохот стульев, веселый смех, радостный возглас, стук полного пенала о парту, шелест бумаги — все это заставляло сердце Хикару биться чаще. Он невольно сжал ладонями края парты, чувствуя, как в груди спирает дыхание. Ему хотелось кричать, плакать и бежать, бежать, бежать до самого дома, чтобы с головой зарыться под одеяло на излюбленном диване. Внутри закипали неведомые чувства. Хикару вот-вот готов был подорваться и ринуться прочь со школы, когда совсем рядом прозвучали знакомые слова: — Хару-кун?.. На мгновение все вокруг стихло, а неприятные ощущения внутри испарились, словно по чьему-то велению. Хикару почувствовал на плече приятную горячую ладонь, тепло от которой разливалось по всему телу. Он тут же поднял глаза на стоявшего рядом человека: — Рин? — едва слышно спросил парень. — Все в порядке, Хикару? — уже тише спросил Рин, заглядывая в широко распахнутые зеленые глаза Хикару. — Д-да… — ответил тот. — Ты не откликался на свое имя, Акияма-кун, — прозвучал голос учителя у доски. — А, да… Простите, — Хикару поднялся на ноги и коротко кивнул. — Есть. — Спасибо, Сумару-кун, — поблагодарил учитель и продолжил перекличку. В голове всплыли воспоминания трехлетней давности. Ринтаро Сумару жил по соседству с Хикару и Тоширо Акияма. Их семьи были соседями, так что они часто проводили время вместе. К тому же, Рин и Хару ходили в одну среднюю школу какое-то время, так что нередко прогуливались вместе. В один из таких дней Ринтаро признался ему. Это случилось так неожиданно и быстро, что Хикару не успел даже толком понять, что произошло. Единственное, что он запомнил — это привкус чужих губ. Ринтаро сказал прямо и чётко: «Я люблю тебя, Хикару». После того случая парень не ходил в школу какое-то время, списав все на недомогание, а когда он снова вернулся, оказалось, что Рин перевелся в другую школу, а затем их семья и вовсе переехала в другой район. Так, вопрос о их взаимоотношениях до сих пор остался нерешенным. Уроки прошли, на удивление, быстро. Короткие перемены так и не дали им обоим пообщаться, но близился обеденный перерыв, и это значило, что совсем скоро всё должно было разрешиться. Хикару не переживал. Он лишь немного нервничал, предчувствия неловкий разговор. Упражнения, объяснения учителей и непростые задачки отвлекли парня от ненужных мыслей. Звонок с урока застал его врасплох прямо над решением одного из заданий. Учитель тут же вышел из класса, оставляя детей на самих себя, а школьники в свою очередь принялись передвигать парты, группируясь и раскладывая свои бенто. Уже… Обед?.. Хикару так и завис с карандашом в руке, словно не зная, что ему делать дальше. Он растеряно смотрел на готовящихся к обеду или уже обедающих учеников с бенто в руках и не понимал, за что же первое взяться. В животе схватило коротким спазмом. Парень едва дёрнулся, сжимая карандаш посильнее, когда знакомый голос рядом тихо (насколько это было возможно во время обеденного перерыва) спросил: — Хару-кун, ты не голоден? — М? — Хикару посмотрел своими зелёными глазами в серые глаза Рина. — Ты не хочешь есть? — повторил тот. — Хочу, — коротко кивнул парень. — Тогда где твой бенто? — А… Он… — Хикару потянулся к сумке, понимая, что свой бенто он благополучно забыл на кухне. — Он… — Снова забыл? — Рин тихо хихикнул, поднеся кулак к губам и мило улыбнулся. — Не снова… — попытался оправдаться парень. — Я просто… Я… — Пойдем, я поделюсь с тобой, — Рин кивнул в сторону двери. — Только я бы предпочел место потише. Не думаю, что тебе будет комфортно здесь. — С-спасибо… — едва слышно ответил Хикару, поднимаясь с места и направляясь вслед за парнем. Учеников в коридоре было мало. Большая часть сидела по классам и лишь немногие вышли на улицу, погреться под теплым солнышком. Они поднялись на крышу. Несмотря на яркое и жаркое солнце, ветер все еще был довольно прохладным. На крыше уже сидело пару маленьких группок из двух-трех человек. Рин повел Хикару в место подальше, за небольшим дымоходом. — Замерз? — спросил он, присаживаясь на нагретую солнцем поверхность. — Немного, — ответил Хикару, присаживаясь рядом. — Ничего, сейчас на солнце быстро согреешься, — Рин протянул парню половину своего бенто, умело упакованного на крышке от лотка. — Вот держи. — Спасибо, — Хикару принял еду из его рук и почувствовал, как в груди начинает теплиться неизвестный ему доселе жар. — Не за что. Угощайся. Обедать с Рином как в старые добрые времена Хикару, несомненно, понравилось. Он был рад на мгновение отвлечься от повседневных забот и трудностей и просто насладиться приятными мгновениями. Солнце припекало довольно сильно. Живот уже давно не урчал, да и внутри как-то потеплело, когда Ринтаро вдруг заговорил: — Я слышал про твоих родителей. Мне жаль. — Прости, — тихо ответил Хикару. — За что ты извиняешься? — Рин приподнял уголки губ в лёгкой и непринуждённой улыбке, укладывая свою ладонь на макушку парню. — Все в порядке. Ты ни в чем не виноват. Хикару поднял свои зеленые глаза. В груди неприятно сжалось. Вдруг неожиданно захотелось расплакаться прямо там, на крыше, но слез почему-то не было. — Так приятно… пахнет… — сказал Рин, осматриваясь по сторонам, словно ища источник аромата. Неужели… бета?.. Хикару схватился пальцами за короткие рукава на своей рубашке, посильнее обнимая себя за колени, приводя себя в порядок. Три года назад парень догадывался о том, что Ринтаро бета. И сейчас, в очередной раз, когда Хикару неосознанно позволил себе вольность — его друг полностью проигнорировал его. Для омег и альф обмениваться запахом — все равно что обмениваться чувствами и информацией друг о друге. Открывать свою душу посредством ароматов — все равно что выворачивать себя наизнанку, выставляя близким людям все свои внутренние страхи, переживания или маленькие достижения. Для альф и омег не быть услышанными — это словно порочный круг, из которого невозможно выбраться. — Послу… — едва слышно начал Хикару, когда Рин вдруг тоже заговорил: — Слушай, Хикару, если вдруг что-нибудь случится или тебе нужна будет помощь, я всегда рядом. Помогу, чем смогу. — Спасибо, — коротко выдохнул парень, едва улыбаясь и кивая в ответ. — Я собираюсь размяться с ребятами из класса, ты пойдешь? — спросил Рин, поднимаясь и потягиваясь, разминая свои руки и ноги. — Нет, хочу еще немного побыть здесь, — ответил Хикару, улыбнувшись дежурной улыбкой. — Ладно, — хихикнул Ринтаро. — Только не пропусти звонок! Он подпрыгнул на месте и направился к выходу. Хикару уложил голову на свои колени и прикрыл глаза. Сколько он так просидел — неизвестно. Очнулся парень когда услышал громкий крик со стадиона, знаменующий очередной гол. Хикару тут же поднялся на ноги. Сердце нервно пропускало удар за ударом. Возвращаться в класс совсем не хотелось. Где же… Ну где же..? Словно по невидимой тропе шел парень по школьному коридору. Куда он направлялся — даже ему самому не было известно, какая-то неведомая сила просто тащила его вперед, заставляя идти в нужном направлении. Пальцы уверенно схватились за ручку двери, и Хикару оказался внутри, неожиданно замирая от настигшего его почти сразу вопроса: — Хикару? Что ты здесь делаешь? Тоширо поднялся со стула, взволнованно смотря на взъерошенного парня. Лёгкий ветерок подул из приоткрытого окна. Хикару прикрыл за собой дверь, тихо и бесшумно, оставляя школьную суету позади. Он прижался спиной к деревянной поверхности и потупил взгляд вниз, боясь встретиться с осуждением со стороны брата. — Хикару, все в п… — Тоширо вышел из-за стола, делая шаг навстречу парню, но тот опередил его: — Я устал. Тоширо замирает, а Хикару тихо продолжает: — Я больше не могу. Мне надо побыть в тишине. Я еще не готов. Я не смогу. Отвези меня домой, пожалуйста. — Хикару, — мягко начинает Тоширо, осторожно ступая к брату. Обстановка в медпункте напряженная. Действовать нужно было аккуратно. — Хикару, все будет хорошо, — Тоширо протягивает руку к парню, приглашая его вглубь кабинета. — Пойдем, я отведу тебя в тихое место, где ты сможешь отдохнуть. Все в порядке. Хикару поднимает взгляд на протянутую руку и делает шаг навстречу. Горячая ладонь Тоширо ложится ему на спину, прямо меж лопаток, разливая приятное тепло по всему телу. От этого приятного чувства становится как-то спокойнее. Рядом с Тоширо благоприятная атмосфера, и парень поднимает взгляд на брата. — Я не могу бросить свое рабочее место прямо средь бела дня, — объясняет старший. — Поэтому, все, что я могу предложить тебе — это свободная кровать. Хикару неожиданно для самого себя садится на край кровати, застеленной белой простыней. — Я сейчас принесу тебе одеяло, — говорит Тоширо и идет к шкафу. — Спасибо, — говорит Хикару и ложится на бок, лицом к стене. — Вот, держи, — старший заботливо укладывает одеяло поверх сжавшегося в позе эмбриона тела и мягко проглаживает брата по плечу. — Отдохни немного, а я предупрежу твоего учителя. Когда рабочий день закончится, мы поедем домой.