Изнутри съедает кислота

— Довольно упрёков. Ситуацию можно решить и другим путём.       Белоснежная шубка, переливаясь от зимнего света, слегка подрагивала на ветру. Величественная женщина, внимающая каждую пролетающую фразу, встала перед испуганной толпой. Снабжая собрание дополнительным холодом, властный низкий голос произнёс окончательный вердикт: — Наша славная держава старается держать политические отношения меж разными частями Тейвата на должном уровне. Опираясь на последние события, мы больше не имеем возможности соблюдать данные установки. Если же руководство города Свободы настроено столь консервативно, в стороне стоять мы не будем. Провозглашаю подписанный Пакт Мира официально расторженным!

***

      Атмосфера тоски и уныния била из всех щелей. Официальное собрание не представляло никакого интереса для внимательного прослушивания. Пропустив большую часть слов мимо ушей, Доктор, стоящий где-то в углу помещения, быстро юркнул к выходу. Однако незаметно ускользнуть не получилось, и прямо перед собой Предвестник ловит недовольный взгляд одного из председателей сборища, стоявщего на проходе спасительного от скуки коридора. Неловкая пауза моментально сменилась на парочку непрошеных язвительных комментариев: — Как я понимаю, до ответственных миссий, порученных нашей Великой Властительницей, тебе абсолютно нет дела. Ты ведь в курсе, что на на этом собрании обсуждаются серьёзные политические проблемы, повлияющие и на тебя, Дотторе? Разве не у тебя ли в приоритетах стоит угождение её Высочеству?       Облокотившись на ближайщую стенку, невысокий бородатый мужчина в чинной накидке уставил свой презрительный взгляд на силуэт, почти проникший мимо его взора далее главного зала. В метре от входной двери, цоканье каблуков резко утихло, и, едва повернув голову к собеседнику, Доктор еле слышно прошептал: — В последнее время общество подпольных прислужников сильно не годует, оттого и позволяет себе излишне понаглеть. Однако, не смотря на это, никто даже и не заметит, как из этой компании, средь бела дня, пропадёт одна надоедливая крыса, что вечно шастается под ногами.       Слегка скривив лицо от возмущения, мужчина всё же опустил голову вниз, не смея оставлять последнее слово за собой, в то время как Предвестник уже давно скрылся из виду.       Неспешный шаг по кориду давал волю появлению роя ненужных мыслей в голове. Приказы её Высочества всегда должны выполняться безпрекословно и сию же минуту, однако свои принципы и устои были дороже посторонних внешних вещей. Эксперементы, опыты, разработки чего-то, что смогло бы войти в историю — всё это превносило в жизнь хотя-бы малейший смысл и желание что-либо делать. Постоянное нахождение в личном кабинете и редкие вылазки за порцией кофе стали ежедневным занятием, которое устраивало гораздо больше, чем решение конфликтов, практически никак не связанных с ним лично.       Какого это, произносить данные убеждения самому себе изо дня в день, пытаясь в них поверить? Такая жизнь бы уж точно не устроила того, кто поголовно существует, чтобы получать чьё-то внимание.       И вот, давно как привычные двери просторной, одинокой комнаты, со скрипом открывающие путь к уже обыденному, повторяющемуся из раза в раз эксперементу. Очередное молодое тело, лежащее без сознания на кушетке, ждало своей неизбежной участи. Предварительно надев медицинский халат, мужчина принялся рассматривать досье, лежащее рядом с дечонкой. Мед справка не представляла из себя ничего интересного: среднестатистические данные обычного, пока что здорового подростка.       Лениво приказав помощникам перетащить едва живую тушку на операционный стол, мужчина, приготовив всё самое необходимое, быстро ввёл инъекцию в хрупкое плечо. Полумёртвое тело сквозь сон имитировало сильнейшие судороги. Переставляя катетер для последующего вливания, краем глаза уже можно было заметить стремительно снижающиеся цифры кардиомонитора, а выливающаяся, ещё совсем тёплая жидкость из ротовой полости, стекая, постепенно пачкала недавно отбеленную ткань. И вот опять очередной пациент завершил свою бессмысленную жизнь.       Обыденный паршивый день снова наполнила неудачная попытка, повторяющаяся из раза в раз. Подступающая ярость медленно окрашивала лицо, насыщая помещение невиданным напряжением. Уже успевшие как-то побывать под горячей рукой командира, подчинённые в ту же секунду, поспешно собрав всё то, что могло показаться лишним, моментально удалились с глаз.       Гнев же всё сильнее окутывал тело. Полуразорванный белёсый халат в один миг оказался скинутым на стол, чего уж говорить про реагенты, давно распластанные на полу и частично рывком разбитые об стену. И без того мрачный кабинет наполнился невыносимым ароматом всемозможных ядовитых веществ, что ещё больше затуманивало разум. Разъярённый Предвестник, сжимавший в руке разбитую колбу, выстро стряхнул остатки осколков на окровавленной перчатке и потянулся рукой к небольшому навесному шкафчику в углу. Тёмная бутылка виски на полупустой полке была тут же ликвидирована наружу. Раздражающую тишину сбивал звук ядрёной жидкости, постепенно наполняющей стопку. Смешивание несочитаемых запахов било в голову сильнее, чем только что опустошенный стакан. — М-да. Очередной провал. Эти ничтожества абсолютно ничего не способны сделать. Что бы не произошло, всё обязательно закончится провалом, — рука, нервно обхватывающая стопку, до дрожи сжала хрупкий хрусталь. — все они умирают слишком быстро. Блядская сыворотка никак не работает!       Резким рывком стакан оказывается впечатанным в шкаф, скидывая на плитку, вместе со своими остатками, монотонные чёрные папки.       Громко вздыхая и параллельно потирая переносицу, Доктор неспеша встал из-за стола, дабы проверить целосность содержимого, однако в кучке важных, но уже испорченных бумаг, виднелось что-то ей не принадлежащее. В самом низу выглядывал уголок старинного досье, видимо, давно забытого. Аккуратно вытаскивая выделяющуюся папку, в глаза сразу же бросается одно до боли знакомое оглавление:       «Дело #536. Коллеи»