cigarettes after sex

      Чжун Ли — мужчина среднего возраста, что сохранился довольно-таки неплохо. Подчиненные любят и уважают своего господина, но особенно преданны ему Сяо и Шэнь Хэ. Они выделялись из всей толпы, всегда протягивая руку мужчине, хоть и в помощи он зачастую не нуждался. Мужчина завоевывал преданность и уважение подчиненных сам того не понимая, ведь не считал себя особенным. Со своими "детьми" Чжун Ли был максимально искренен, заботился как мог. Каждый из них прошел через нелегкий путь, и мужчине нравилось думать, что за его спиной им не страшны опасности. Он дал каждому из них обещание — безопасность. — Господин! Сегодня в 8 вечера важный митинг, пришел напомнить вам, как и просили. — Парниша с тонким телосложением сразу же скрылся из виду. Чжун Ли затянул сигарету, в голове подбирая нужные слова для заключения нового контракта. Легкая дымка элегантно переплеталась между пальцами, поднимаясь вверх. "Невкусная сперма, значит?" — Мужчина задумался на секунду, после чего поспешно потушил сигарету.

***

— Подпишите пожалуйста этот документ. — Чжун Ли протянул женщине контракт. — Для чего это? — Женщина в возрасте слегка приподняла брови, усомнившись в честности мужчины. — Так мы офишируем нашу сделку, так что и я, и вы, можем быть уверены в ее надежности, — он легко вздохнул, — если вас терзают сомнения, можете прочитать текст. — Чжун Ли скрепил руки в замок, наблюдая за женщиной. — Никто из нас не в праве нарушать контракт, в противном случае плохо будет обеим сторонам. — Мужчина обоятельно улыбнулся. — Не зря в криминальном мире вас называют богом контрактов. — Женщина кинула легкую улыбку в ответ, принимаясь за чтение документа. Бог контрактов? Это прозвище безусловно подходит мужчине. Чжун Ли считает, что заключение контрактов — это очень важно, даже в криминальном мире, где законы государства не работают. Тут свои правила, зачастую очень жестокие. К примеру, в этом контракте черным по белому написано, что в случае невыполнения, провинившаяся сторона обязана отрезать себе палец. И такие бесчеловечные меры наказания касаются абсолютно каждого в криминальном мире, даже главарей.       Есть у Чжун Ли на попечении парниша, с двумя отрезанными пальцами. В первый раз он отрезал себе палец за то, что украл деньги, а во второй раз уже за уход из банды. В банде действует закон, что если подчиненный очень сильно провинился, он обязан отрезать себе палец самостоятельно и принести боссу. Под "очень сильно провинился" имеется ввиду предательство, желание покинуть банду, убийство члена банды, порча имущества босса, кража денег у банды. Но что примечательно, даже в этом Чжун Ли был максимально гуман. Если провинившийся правша, ему сначала отрезали пальцы на левой руке, если левша, наоборот. В остальных же случаях, Чжун Ли в качестве "наказания" самостоятельно выжигал на теле виновников различные символы. Раны от ожогов оставались с виновными надолго.       У всех членов банды имелась большая татуировка на спине с изображением китайского дракона, у самого мужчины тоже такая есть. Она тянулась от правого плеча до поясницы. Также по желанию, члены банды могли сделать "особый пирсинг", который олицетворяет доверие. Суть его заключалась в том, что подчиненный приходил непосредственно к боссу с просьбой на этот пирсинг. Мужчина же сам выбирал место и количество проколов, и сам этот пирсинг делал, как правило без обезбалювающего. — И. готово. Приятно иметь с вами дело, Моракс. — Приятно слышать. — Сказал Чжун Ли вслед уходящей женщины. Моракс — псевдоним мужчины. Такой должен быть у каждого человека, работающего на мафию. Светить своим именем во все стороны довольно опасно. Идея взять именно этот псевдоним пришла довольно рандомно, это имя древнего божества. Спустя буквально несколько минут после ухода женщины, в кабинет постучались. — Сяньшэн (с кит. 先生 — господин, уважительное обращение)… — Парниша небольшого роста тихонько высунул свою голову, заглядывая в кабинет. — Для тебя я Чжун Ли. Садись, Сяо, — Мужчина снял очки, обращаясь к парню, — что тебя беспокоит? Сяо слегка прикрыл за собой дверь, присаживаясь за большой, кожаный стул, который был слишком велик для него. — Я.. мне кажется, что среди нас есть предатель, сливающий информацию детективам. — И что же навело тебя на такую мысль? — Чжун Ли напряженно скрепил руки в замок. Он знал, что у Сяо такие мысли не появляются просто так. В конце концов этот юноша — правая рука мужчины. Он один из немногих людей, которые знали настоящее имя Моракса. — Один из.. кхм.. кое-кто ведет себя довольно странно. Я пока не совсем уверен, мне нужно убедиться. — Хорошо. Даю тебе неделю. — Мужчина как ни в чем не бывало, вернулся к изучению документов. Что же там такое было, в этих бумажках? Задавался иногда этим вопросом Сяо. Чжун Ли почти что всегда изучает различного рода документы, которые для парня по сей день остаются загадкой. Сяо кратко кивнул мужчине, покидая кабинет. Начинается слежка за Ки.

***

      Вот уже четыре дня Сяо издалека наблюдает за мужчиной, отвечающего за охрану в казино. Вел он себя в целом обычно. Казалось, что Сяо обознался, ровно до того момента, как парень проследил за ним до центра. Там тот встретился с двумя неизвестными мужчинами. Они поговорили, после чего мужчины передали Ки конверт, очевидно, с деньгами. Сяо, одетый в легкую куртку, закрыл голову капюшоном и тайком пробирался сзади мужчины. Внезапно тот остановился посреди безлюдных гаражей. — Выходи, Сяо. — Ки не разворачиваясь, обратился к парню. — Заткнись. — Показавшись целиком, Сяо подошел поближе. В нем кипела злость, ненависть и отвращение. В его голове просто не укладывалось то, как некоторые люди бессовестно пользовались добротой Чжун Ли. Он дал им дом, защиту и еду, прося взамен лишь одного — преданность несмотря ни на что. И все равно они не могли выполнить даже такой элементарной просьбы. Преданность и уважение это то, что Сяо требует от каждого подчиненного Моракса. "Будь уважителен к Господину, получи его доверие", раз за разом повторял Сяо на утренних тренировках. Видимо такие индивидумы плохо понимали то, как работают мафии. — Доставай конверт, покажи что там. — Расстояние между предателем и Сяо сократилось. Мужчина неспешно вытащил из конверта купюры, суммой в пять тысяч долларов. — Я хочу выйти из банды. Сразу после этих слов, Сяо, ослепленный гневом, набросился на мужчину. — ТЫ! КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! ОН ДАЛ ТЕБЕ ВСЕ, А ТЫ.! — Шустрые кулаки парня больно приземлялись на крепкое мужское тело, оставляя синяки и ломая ребра. Голос Сяо был невероятно громким. Никогда прежде ошарашенный мужчина не видел парня в таком состоянии. — СЯНЬШЭН ЗАБОТИЛСЯ О ТЕБЕ, КАК ТЫ МОЖЕШЬ БЫТЬ ТАКИМ ЭГОИСТИЧНЫМ КУСКОМ ДЕРЬМА?! — Уже костяшки Сяо посинели и опухли, но удары становились только сильнее и быстрее. Шокированный мужчина даже противостоять не мог. Да и сам он понимал, что парниша ему не ровня. Казалось, что еще немного и Сяо попросту убьет Ки. — Сяо, хватит. — Ровный, женский голос прозвучал над головой парня. Он испуганно посмотрел наверх, после чего успокоился. — А.. Шэнь.. что ты тут делаешь? — Мужчина уже лежал в отключке, а рука парня медленно остановилась. — Зная твой характер, Сяньшэн послал меня, чтобы проследить за тобой. — Шэнь Хэ придерживала Сяо за плечи, медленно ставя его на ноги. — Аргх. — парень недовольно простонал. — Если бы не я, ты бы просто убил его, разве нет? — девушка кинула взгляд в сторону Ки. — Очень сомневаюсь, что ты горишь желанием лишиться пальца. Сяньшэн делает это из чрезмерной доброты к тебе, так что будь добр принять наказание. — Шэнь Хэ протянула парню мазь от ожогов. — Думаю, тебе пригодится. Бери этого горе-предателя на руки и неси к машине. Ночной город был невероятно красив. Какие-то приятные, теплые вайбы наполняли сердца всех жителей города. Высокая девушка вела машину, время от времени посматривая на задние сидения. Подсосник детективов уже давно проснулся. В руках своих он держал два отрубленных пальца. Сяо задумчиво вглядывался в окно. В голове его витали разного рода мысли, больше похожие на переживания подростка. По сути он и являлся подростком. Девятьнадцать лет все еще считается подростковым периодом. Однако несмотря на свой юный возраст, Сяо отлично владел боевыми искусствами, даже в университет поступил. Все это конечно благодаря Чжун Ли, что в свое время дал обещание воспитывать и любить парнишу. Сяо очень быстро учился, хорошо заглатывал учебные материалы. Моракс считал, что парень отличный приемник его дела, просто пока недорос. — Приехали. Девушка вела за собой горе-виновников. Всю дорогу до кабинета Чжун Ли, Сяо смотрел в пол. Моракс сидел в своем кабинете, казалось, будто ждал этих двоих. — Я хочу выйти из банды, — Ки начал первым. Мужчина дрожащими руками протянул Господину свои отрубленные пальцы. Рука мужчины была покрыта уже свернувшейся кровью, было больно. Сяо кинул взгляд на это зрелище. Да, он определенно не хотел бы это испытать. — Я тебя понял. Было приятно иметь с тобой дело, свободен. — Под строгий взгляд Моракса, уже бывший член банды поспешно вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. — А что касательно тебя.. — Чжун Ли встал из-за стола, — ты уже знаешь, куда идти. Сяо ничего не ответил. Он лишь нервно взглотнул, нащупывая в руках мазь от ожогов. Будет больно, и он это знал. И он знал, что заслужил это. Сяо нечастый гость в этой комнате, и не хотел быть в ней. Но вовсе не из-за боли, к ней парень давно привык, даже сам применял к себе физическое наказание. Он знал, что каждый раз разочаровывает Господина, и что тот не любит причинять Сяо боль. — Садись, дитя. — Моракс взял из рук дворецкой железную печать на длинной палке и положил концом в камин. — Спасибо Агнесс. Оставишь нас наедине? — Девушка понимающе кивнула, покинув комнату. Мускулистый силуэт мужчины раслабленно расположился на диване. Сяо сидел напротив, весь на иголках. — Я.. извините.. извини. — Парень виновато сгорбился, боясь посмотреть Чжун Ли в лицо. — Ну же.. я знаю что ты хочешь. — Моракс тепло улыбнулся, похлопывая ладонью по дивану. Сяо поднял янтарные глаза из которых тонкой струйкой вытекали горячие слезы. Казалось, что он замешкался, но сразу же отбросил левые мысли в сторону, поспешно садясь рядом с мужчиной. Сильная мужская рука накрыла правое плечо Сяо, голова юноши лежала на плече Моракса. Он медленно поглаживал его, успокаивая. Довольно быстро виноватые всхлипы сменились спокойным дыханием. — Ты знаешь, что можешь рассказать мне все, что тебя беспокоит. Я тебя не осужу, не унижу и не засмею. — Голос Чжун Ли раздавался легким эхо по теплой комнате, успокаивая. — Есть один человек, к которому я испытываю очень странные чувства. Мне хочется защищать этого человека, также как и тебя. Этот человек выделяется из всех моих одногруппников, даже не знаю чем. — Так тебе нравится этот человек? — Чжун Ли по-отцовски улыбнулся. — Не знаю. Как понять, что мне кто-то нравится? — Ох, Сяо. Человеческие чувства очень сложная штука. Я и сам иногда толком не понимаю даже самого себя. Но раз ты хочешь защищать этого человека, если он и вправду для тебя особенный, то это повод задуматься. Покажи ей, что ты чувствуешь. Узнай что ей нра- — Ей? Это он. — Даже не подумав, ляпнул Сяо. Чжун Ли тихо усмехнулся. — Узнай, что он любит, как предпочитает получать любовь. Он тактильный? — Да.. мне к нему с обнимашками лезть что-ли? — Ну да, а в чем проблема? Ты же тоже обнимашки любишь. — Да ну тебя.. Рука Чжун Ли скользнула к краю футболки Сяо. — Прости что так нагло обрываю этот момент, но наказание есть наказание. Надеюсь, тебе стало лучше после нашего разговора. — Да.. — парень поспешил оголить верхнюю часть тела. На плечах по два ожога от печатей, по бокам же следы от порезов, по верх старых шрамов появились новые раны. Моракс снял перчатку правой руки, ощупывая свежие порезы. — От тебя же живого места не останется.. прекращай. — Не дождавшись ответа, мужчина поудобнее расположился за спиной Сяо. Правой рукой он дотянулся до уже нагревшийся печати, свободную руку же протянул юноше. — Можешь сжать мою руку, чтобы было не так больно. — Сяо прикусил губу, зажимая обеими руками мускулистую руку мужчины. Чжун Ли медленно считал от десяти до одного. Как только из его уст вырвалось резкое "один", юноша почувствовал на спине горячее жжение. Слезы боли вместе с криком вырвались из его рта, но он не дергался. Даже не посмел бы шевельнуться. Маленькие ладони впились в руку Моракса, оставляя красные следы. Казалось, будто это длится целую вечность. — И.. десять. Все, тшш.. — мужчина откинул железную печать остывать, сразу же сфокусировавшись на Сяо. Такой опыт для подросткового мозга невероятно болезненный и травмирующий. Чжун Ли это понимал, потому уделял Сяо особое внимание. Мужчина накрыл своей спиной тело парня, создав некий купол. — Тшш.. тшш.. — Сяо истерично вдыхал воздух, время от времени из него вырывался болезненный крик. Это гораздо больнее, чем полоснуть ножом по руке. Кожу парня буквально прожгло, на том месте осталось небольшое углубление, которое неприятно пульсировало. Постепенно дыхание выровнялось, а значит он успокоился. — Бедный мой.. все хорошо, — Чжун Ли приобнял Сяо чуть сильнее. — Думаю, ничего не будет, если мы всего чуточку вот так посидим. — Юноша прижался спиной к грудной клетке Господина. Он чувствовал себя защищенным, чувствовал, что все хорошо. Сяо по-настоящему ценил эти редкие моменты, когда мог провести время с человеком, что заменил ему отца. Он любил обниматься с этим человеком, любил быть защищенным им, любил служить этому человеку. Любил в этом человеке все. Он — его семья.