cigarettes after sex

— Ох, во что же мы блять ввязались? Какого черта? Рагнвидр осматривал место преступления. Аякс, лежащий без сознания, возле него шприц и бутыль. На этикетке написано: "Амнезиак." — Амне... зиак? Ладно. Люк торопливо зажал специальную кнопку «SOS» на поясе. Мигалки скорой помощи и полиции резали слух. Девушка в белом халате осматривала Аякса. — К большому сожалению, даже мы не знаем, с каким препаратом имеем дело. Но тут название говорит само за себя: амнезиак. Информации о побочках этого препарата мы не имеем. — Тогда в больницу его. Живо. Испуганная девчушка кратко кивнула, показав коллегам в сторону Аякса. Рагнвидр тем временем тяжело набирал номер телефона отца Аякса. — Здравствуйте… Извините за беспокойство. Тут такое дело.

***

— А.. отец.? — Я ваш лечащий врач, Чайльд. Лучше скажите, какой сейчас год? — ... Странный вопрос. 2015. — Хорошо. А месяц? — Июль. — Сколько вам лет? — А.. восемнадцать. — Мхм. Мужчина в белом халате вышел, что-то записав в блокнот. Испуганный Люк буквально дернулся, услышав разочарованный вздох врача. — Что там? — Амнезия. Он не помнит ничего, что произошло с ним за последние семь лет. — Семь лет? Я не ослышался? — .. Нет. Сожалею. — Могу я поговорить с ним? — Пока что нет. С пациентом могут поговорить только члены семьи. Состояние хоть и стабилизировалось, но эта информация может вызвать огромный стресс. — Я понимаю. Спасибо. Рагнвидр тяжело вздохнул, прежде чем встать. Если воспоминания за последние семь лет безнадежно стерты, значит и его Аякс не помнит. И Чжун Ли не помнит. Отвратительная ситуация.

***

— Чайльд! Господи! Как же я рад тебя увидеть! —… Кто вы? Моракс застыл на месте, переводя взгляд на Люка. Тот только нахмурился, предлагая ненадолго отойти. — Семь.. что.. Пакет фруктов выпал из рук мужчины, издавая глухой звук удара об пол. Даже минимальная доза этой гадости может причинить такой вред. Неужели ошибка в расчетах? Нет, это дело в самом препарате. Тут же он пожалел о том, что в тот день не застрелился сам. Моракс присел на скамейку в зале ожидания и начал молиться. Неважно кому или чему. Он просто молился, надеясь на лучшее. — Чжун Ли. Чайльд готов с вами поговорить. У вас есть совместные фотографии? Если да, то покажите их ему. Мужчина молча направился к палате любимого. Тихо открыл дверь, поздоровавшись с медсестрой, которая покосилась на мужчину, выражая всю свою гомофобию. Но ему сейчас не до этого. — Чайльд. мы познакомились с тобой в начале декабря. Не помнишь, да? Тарталья отрицательно помотал головой. — Познакомились десятого декабря, начали встречаться двадцатого февраля. Я тебя еще палочками есть научил. у меня есть видео. Его снял.. кхм.. Сяо. Его ты тоже не помнишь. Мужчина потыкал в телефоне, прежде чем показать видео Аяксу. Из телефона раздавалось возмущенное ворчание Сяо, которого заставили снимать. Вместе с ними слышалось раздраженное пыхтение Чайльда. Он неловко засмеялся. — Вы выглядите тут таким серьезным. Забавно. Что же, раз когда-то я влюбился в вас, значит мне придется сделать это еще раз. Это не составит мне труда, знаете ли. — Ну и придурок.. Лучше скажи, как ты себя чувствуешь. — В целом пойдет. Проблема только в памяти. Шанс того, что память вернется очень мал. Черт.. мне же заново придется в университете учиться.. Чжун Ли глубоко вздохнул, будто почувствовал в этом свою вину. К сожалению, время уже не повернуть вспять, ничего не исправить. Хотя если смотреть на ситуацию с другой стороны – это шанс начать все заново. Шанс больше не совершать тех идиотских ошибок, шанс продумать все наперед. Боженька сохранил жизнь Чайльда, но не оставил никаких воспоминаний о Чжун Ли. Это невероятная возможность, которой мужчина не мог не воспользоваться. Чжун Ли несильно сжал ладонь Аякса, прежде чем продолжить этот диалог. Было решено не раскисать и воспользоваться возможностью все исправить. Янтарные глаза наблюдали за лицом Чайльда, словно пытаясь проникнуть в его голову. Даже забыв буквально всю свою взрослую жизнь, он оставался таким же инфантильным. Будто его совсем не тяготила утрата воспоминаний. Но это обман, и Чжун Ли знал об этом. Слишком хорошо мужчина читает лица, слишком умело распознает ложь. Слишком хорошо знает Аякса. Как только Чжун Ли переступит порог палаты — Тарталья погрузится в свои мысли. Он не любит открываться людям, показывать им свои мысли. Когда Чайльд в первый раз раскрыл душу перед мужчиной, он почувствовал себя особенным. Он хотел, чтобы Аякс чаще сидел в его квартире, оголяя старые шрамы. Чтобы больше показывал себя настоящего, свои мысли, свои чувства. Как же долго Чжун Ли добивался того, чтобы он наконец излил ему душу. — Часы посещения закончены. Попрошу вас выйти. Моракс напоследок тепло улыбнулся, попросив того не скучать. Аякс же сразу поник. Ему предстоит преодолеть огромный путь. Заново учиться по специальности, только уже ускоренно. Заново познакомиться с теми, кого он знал раньше. Научиться жить самостоятельно заново. Его воспоминания оборвались на моменте очень сильной ссоры с отцом, что заставляло чувствовать себя еще дерьмовее. А самое отвратительное, что никто толком не объяснил, что произошло в день, когда он утратил свои воспоминания. Даже Люк ничего внятного сказать не смог. Сказал только, что когда пришел на место, там уже никого не было. Похоже, что эта тайна так и останется неразгаданной. Или же нет?