ты мой кислород, Малышенко.

Весь оставшийся день я рисовала эскизы, а Виолетта любыми способами пыталась меня отвлечь. - Ты мне мешаешь, я так никогда не сосредоточусь. Девушку мое возмущение веселило еще больше. - Ты сейчас сказала, что не можешь быть сосредоточенной рядом со мной, малышка? - Я сейчас сказала тебе идти к черту, Малышенко. Та лишь посмеялась. Наконец она притихла и я смогла нарисовать на своем эскизе еще несколько деталей. Пока это был только набросок, хоть я и сидела за ним больше часа. Мои мысли были совсем не о рисунках и это сильно отвлекало…Не прошло и пару минут спокойствия как я ощутила на себе взгляд Виолетты. Я услышала ее приятный, вишневый аромат и сразу поняла, что она стоит прямо за моим рабочим местом. - Чего тебе еще?… Я обернулась и неожиданно почувствовала как губы Малышенко накрыли мои. Я не смогла сделать ничего, кроме как ответить на ее поцелуй. Что за абсурд? Мы знакомы чуть меньше недели, но у меня такое ощущение, что именно этот человек станет самым важным в моей жизни. Интуиция меня, к слову, редко подводит. Бабочки в моем животе, как всегда это бывает от ее прикосновений, начали сдавливать мне живот. Я чувствовала себя рядом с ней невероятно комфортно и безопасно. В то же время она дарила мне такие эмоции как адриналин, предвкушение, страсть, ревность и… …влюбленность? От этой мысли я резко отстранилась. Это осознание пришло внезапно. Наконец до меня дошло, насколько сильно меня к ней тянет. И это осознание не только ошарашило, но и напугало. Любовь не совсем по моей части… <год назад> - Мне страшно.. Парень передо мной был старше меня на 7 лет. Но любви ведь все возрасты покорны…так я думала в свои «почти» 17. - Не стоит меня бояться, котенок. Он провел рукой по моей обнаженной груди. Я задрожала. Несмотря на такую реакцию и очевидный страх в моих глаза он опустил свою руку ниже. Живот. - Пожалуйста… Бедра. - Я боюсь. Он медленно провел одним пальцем по моему клитору и я еле сдержала слезы. - Ты же знаешь, я еще не готова. Он улыбнулся, эта улыбка больше походила на оскал и я сглотнула. - Я ведь люблю тебя. Я встречалась с ним всего месяц, но он уже говорил такие слова. «Люблю тебя». Любит…Он меня любит. Я хваталась за эту фразу как за спасательный круг. Мне никто и никогда не говорил, что любит меня, кроме родителей. Правда потом они вышвырнули меня из дома так, что вранье не считается, а моя сестра была довольно сдержанной и без эмоциональной. Этой фразы она на прямую никогда не говорила, но я знала, что она единственный человек, который меня действительно любит. «Теперь не единственный» — пронеслось в моей голове и я не смогла сдержать улыбки. Именно в этот момент он вошел в меня двумя пальцами, а издала громкий стон от неожиданности. Следующие два часа мы просто трахались. Это совсем не доставляло мне удовольствия, потому, что я была не готова, но в моей голове вертелась лишь одна мысль: «Он.Меня.Любит..» На утро он вышвырнул меня из своего дома, ровно так-же как и родители. <наше время> Виолетта непонимающе уставилась на меня. - Что не так? Я прикусила губу. - Прости, я просто… Посвещать ее в историю моей «молодости» мне не хотелось. - Мы ведь знакомы меньше недели, ты не думаешь, что это… Выражение лица Малышенко резко изменилось, глаза как будто потухли. Но через долю секунды она натянула свою привычную, наглую ухмылку и сказала: - Нам ведь просто весело, малышка. Не расчитывай на, что-то большее. Теперь уже мои глаза потухли. Нам ведь просто весело, малышка. Не расчитывай на, что-то большее. Зачем она так? Эти слова ранили меня намного больше, чем я думала. В глазах заблестели слезы от не приятного чувства дежавю. Ей так-же весело как и было когда-то ему. Дура. Какая-же я дура. Как я могла привязаться к человеку, которого знаю так мало? Я молча поднялась с кресла и начала собирать свои вещи. Не хочу здесь больше находится. Не хочу быть предметом ее «веселья». Пусть рассказывает Мишель, что я работала дилером, пусть делает, что хочет. Я кидала в сумку все, что попадалось под руку: карандаши, ластики, листки бумаги, свой телефон. На глаза наворачивались слезу, но я пыталась не заплакать из последних сил. Я уже подходила к входной двери, когда Виолетта уверенно схватила меня за руку и развернула к себе. Я заметила легкое удивление и сожаление на лице Малышенко, когда она увидела слезы в моих глазах. - Что с тобой? - Все нормально. Можешь рассказать Мишель то, что хотела, больше я сюда приходить не собираюсь. Я хотела высвободить свою руку, но Виолетта держала меня довольно крепко. - Ты чего?.. Девушка увидела мое состояние. Мое тело било мелкой дрожью, я еле сдерживала слёзы и тяжело дышала. Она больше не проронила ни слова. Виолетта заключила меня в свои объятия и я заплакала. Малышенко отстранилась и взяла мое лицо в свои ладони. - Я думала ты воспринимаешь все, что происходит между нами именно так как я сказала. - Я тоже так думала. Девушка вытерла слезу с моей щеки и прошептала мне на ухо: - То, что я тебе сказала - откровенная ложь, малышка. Мое сердце забилось чаще. По телу разлилось приятное тепло, Виолетта посмотрела мне в глаза и поцеловала. Я сразу ответила. Наш поцелуй с более нежного, милого и даже невинного резко перешел в страстный и желанный. Вилка опять прижала меня к той-же стене и я опять запустила руки в ее волосы. Она сводит меня с ума. На одно мгновение от нехватки воздуха девушка отстранилась. - Ты будешь моей девушкой? Мои глаза расширились от удивление. - Буду.