Случайности не случайны

Слёзы вот уже второй день были верным спутником светловолосой женщины, которая, не смотря на свой болезненный вид, до ужаса опухшие веки и сильно покрасневшие глаза, никак не могла взять себя в руки и успокоиться. Страх и собственные мысли сжирали её изнутри, не позволяя расслабиться, взяв передышку в этой борьбе с собственным уничтожением. А началось всё в тот злополучный вечер, когда Третьякова с переносной сумкой в руках, в которой находилась Феечка — уже достаточно взрослая кошка бирманской породы, допустила оплошность, не закрыв застёжку ручного домика, в связи с чем питомец спокойно выбрался наружу, спешно убегая в неизвестном направлении. Заметить пропажу удалось лишь у самой двери в квартиру. Страх и самая настоящая паника накрыли Машу, когда осознание в полной мере пришло к ней. Не теряя ни секунды, она сломя голову спускалась по длинным лестничным пролетам, шагая через одну ступеньку. На месте, где буквально пару минут назад её привезло такси, не оказалось никого. На дворе был плохо проглядываемый сумрак, хотя и время ещё не заходило даже за отметку девяти вечера. Конец ноября давал о себе знать и не думал проявлять гуманность к людям, да и животным тоже. В следующую секунду блондинке стало ещё больнее: на улице было достаточно холодно, а ночи становились всё длиннее и суровее. От мысли, что Фее придётся пережить хотя бы сутки в таких условиях, сердце женщины предательски начало колоть. Отгоняя самые страшные мысли, что постоянно лезли в её голову, Третьякова приступила к поискам. Результата это не принесло, ни через час, ни через три. Полностью окоченев и растеряв последние силы, со слезами на глазах и потекшим макияжем, женщина ступила на порог квартиры и, лишь только ключ в замке повернулся, дала волю эмоциям, абсолютно не пытаясь их сдерживать. Слёзы градом стекали по её щекам, а сама она проклинала себя за собственную невнимательность. Как можно быть настолько безответственной? Истерика была громкой и длительной, а затем женщина полностью затихла, что было гораздо хуже криков и слёз. Горло уже подавало признаки того, что утром голоса можно и не ожидать, кареглазая его сорвала. Сейчас на этом зацикливать и малейшее внимание, было чем-то выше сил Марии. Она безжизненным взглядом смотрела куда-то в дальнюю стену, но абсолютно точно не замечала её. Всё в глазах женщины проходило мимо неё, а сил на действия найти не удалось. Под тихие всхлипы и тиканье настенных часов, она стала погружаться в крепкий сон. Эмоциональный вечер забрал все её силы, как и физические, так и моральные. Проснулась блондинка ближе к обеду. Глаза её тут же метнулись к циферблату на экране гаджета, указавшего ей, что она дерьмовая хозяйка. Пока она лежит на уютной двуспальной кровати, где-то дрожит Фея, пытаясь спастись от холода и голода. Маша поняла, что чувство злости на саму себя берет верх над всем остальным, поэтому не думая ни секунду, она поспешила подняться на ноги и начать собираться. Телефон оповещал о пропущенных звонках, которые, скорее всего, были связаны с работой, которую впервые за всё время Мария решила пропустить сама. Коричневое худи и светлые джинсы в скором времени сменили собой шёлковую пижаму, а белые кроссовки — тапочки. Решая не тратить лишнее время на макияж и прическу, она спрятала светлые пряди под тканью капюшона и накинув теплую куртку поспешила на выход, предварительно захватив с собой телефон. И снова история повторялась: часы были потрачены впустую, а Фея так и не была найдена. Местные бабушки заверили женщину в том, что и они кошку не видели. Новый приступ истерики накрыл Машу незаметно, но ничего хорошего она от сегодняшнего дня и не ожидала. Сидя на лавочке у своего подъезда, она лила горькие слёзы, сопутствием которых были частые всхлипы. И если бы сейчас её видела Лаура в таком состоянии, тотчас бы прижала к груди и успокоила. Маша с ноющей болью в груди, с неприятным щемлением в сердце вспоминала теплые руки той женщины, подарившей ей два самых счастливых года жизни, которые не смотря ни на что, продолжают греть её изнутри в моменты полного уныния и отчаяния. В те страшные ночи, когда Третьякова билась в очередных истериках, крушила всё кругом и ненавидела жизнь, в голове её восставал образ женщины с самыми пронзительными глазами, которые ей только удавалось наблюдать. Лаура улыбалась ей и говорила, что всё будет хорошо, Маше лишь нужно потерпеть. Она, что есть силы сжимала бездушную подушку, пытаясь с её помощью почувствовать забытое тепло родных рук. И выходило чертовски плохо, потому что никакая подушка не заменит Лауру и не оставит на лбу трепетный поцелуй перед сном. Самообман никогда не спасал блондинку, но только он и позволял ей держаться на плаву. Лаура бы непременно нашла решение, ведь этой женщине по силам абсолютно всё, Третьякова в этом безоговорочно была убеждена. Она восхищалась тем, как быстро и ловко, а главное с какой точностью, действовала её начальница. Брюнетка всегда была сдержанна, собрана и прямолинейна. Она вызывала восторг, но вместе с ним и страх в глазах своего первого заместителя. Но стоило им оказаться в квартире Лукиной вдвоём, как маска «железной леди» спадала, а на смену ей приходила настоящая, такая теплая и нежная Лаура, от одного чуткого взгляда и улыбки которой, Мария буквально млела. Ещё не существуют слова, которыми можно было описать эту любовь Третьяковой к загадочной брюнетке. В Лауре прекрасно комбинировали нежность и дикость. Ночами она жадно, каждый раз, как в первый, покрывала поцелуями белоснежное тело своей спутницы, оставляя на нём багровые отметины, служащие сигналом её власти над женщиной, а утром будила Машу ласковыми поцелуями в виски и нос, а также невероятным ароматом кофе. Никто не делал этот горький напиток так хорошо, как делала его Лукина. Последние полгода Маша не пьёт кофе, ровно как и полгода не просыпается в объятиях Лауры. Ровно полгода назад закончилось их «долго и счастливо». И неизвестно по сей день, что было бы, если Третьякова в тот роковой вечер просто прикусила язык и не говорила бы на эмоциях. Возможно они и сейчас были бы вместе, быть может и Лаура не позволила бы Фее так бесследно исчезнуть. А возможно и стало бы это крушением самолётов ещё высоко, в небесной сини. Прошлое должно оставаться в прошлом, а жить нужно здесь и сейчас. Лаура была причиной её утренней улыбки, его смыслом жизни и самым долгожданным чудом. Третьякова готова была днями на пролёт ждать возвращения любимой из очередной рабочей поездки и с придыханием бросаться в долгожданные объятия, до хруста костей сжимая родное тело. В такие моменты она понимала, что для счастья многого и не надо. Лишь бы Лаура смотрела на неё с прежним трепетом, защищала от всех нападков судьбы и грела в суровые зимние ночи. Отгоняя рой навязчивых мыслей и желание позвонить Лауре, чтобы та спасла её и нашла Фею, блондинка неспешно поднялась с лавочки и направляясь к своему подъезду, решила позвонить сыну. Олег был хорошим сыном и прекрасно понимал, что его мама сейчас в полном отчаянии. Уже через час они сидели в небольшой кухоньке и пили зелёный чай. Парень убеждал её в том, что кошка вернётся, а сам он приложит все усилия, чтобы помочь её найти. В Инстаграм Третьяковой появился пост, в котором говорилось о недавней пропаже и средствах связи, если вдруг Феечка обнаружиться. Олег обошёл весь двор, обчесал каждый угол и не найдя бирму, пообещал, что завтра полностью посвятит день поискам, подключив компанию своих друзей. Маша была благодарна ему, но проводив сына, улыбка мигом стёрлась с прекрасного лица, а дрожь пронзила её тело. Сил не было абсолютно, а настроение было гадким, поэтому в дело пошло вино, которое очень удачно оказалось в холодильнике. Принимая в себя уже второй бокал красного-полусладкого, женщина по привычному за эти дни сценарию, начала рыдать. Лёгкое опьянение, стресс и собственная сентиментальность играла не маленькую роль в подобных слабостях. Незаметно вечер вступал в свои права, а за окном начало смеркаться. Бутылка была практически опустошена, а Третьякова погрузилась в глубокий сон, который потревожил звонок в дверь. Женщина не спешила открывать, надеясь на то, что скоро это прекратиться и ей вновь удастся заснуть. Но звон не прекращался, поэтому с самыми нелестными словами, белокурая прошла к двери и сразу же открыла её, не затрудняя себя тем, чтобы посмотреть в глазок, ну или хотя бы уточнить кто же тот наглец, что посмел её разбудить. Не хватит слов, чтобы описать шок, что овладел блондинкой, когда она увидела ночного гостя, стоявшего на пороге её квартиры. — Лаура? — единственное, что смогла выдать в оцепенении и крайнем смятении Третьякова, пытаясь понять правда ли это, а может просто игра её нездоровой психики и брюнетка ей привиделась. Воспользовавшись удивлением, Лукина незамедлительно прошла в квартиру, захлопывая за собой дверь. Одной рукой она придерживала что-то скрытое за тканью чёрного пальто, но только что это было — неизвестно. — Тут такое дело, я проходила мимо и случайно наткнулась на кое-кого, — женщина загадочно улыбнулась, но томить не стала, зная, как Третьяковой это важно, — получите и распишитесь, ваша потеряшка, — из-под черного пальто вдруг показалась светлая макушка, а за ней и вся остальная часть кошки. Это действительно была Фея. Маша тут же выхватила своё пушистое чудо из рук женщины, крепко прижимая к себе. Маленькое тельце дрожало и прижималось к блондинке, распознав в ней свою хозяйку. На глаза тут же навернулись слёзы, а сама она расплылась в благодарной улыбке. Лаура пришла и спасла её, пусть и не должна была этого делать. Она была тем человеком, на которого несмотря ни на что, можно было бы положиться. Она была обязана покормить и вымыть Фею, подарить ей тепло и извиниться, но сейчас внимание было обращено на одну только Лукину, что еле сдерживала улыбку, наблюдая за этим воссоединением. Фея успешно оказалась на полу, тут же устремляясь в сторону кухни, где и находилась миска с кормом и вода. Проводив её коротким взглядом, глаза цвета моря столкнулись с топленым шоколадом. Кажется сердце пропустило удар, а в горле пересохло. Несмотря на собственные слова и убеждения, на гордость, что стёрлась ещё когда Лаура вошла на порог квартиры, Маша сделала шаг вперёд, заключая женщину в крепкие, требовательные объятия. Чувствуя, насколько блондинка нуждалась в этом, она обняла в ответ, оставляя лёгкий, почти невесомый поцелуй в районе светлой макушки. И Маше стало тепло. Никакое жаркое солнце и свитер, не вино и зелёный чай, не дарили ей столько тепла, сколько исходило от Лауры. Её Лауры. Все затаенные обиды, вся боль, весь негатив — всё сошло на нет, лишь судьба вновь свела их. Сейчас нужды в выяснениях отношений не было, а вот в признаниях была, да ещё какая. — Ты меня спасла, снова, — еле слышно шептала блондинка, утыкаясь покрасневшим носом в чужую грудь. — Я скучала, Лор, — в словах не было ни капли фальши, лишь грустная констатация фактов. — Я знаю, малыш, — и не было в их диалоге недопонимания, не было в нём и тяжести, что давила бы. И если бы только Третьякова знала, каких трудов Лауре стоило вернуть сбежавшую кошку домой. Ещё днём, завидев в Инстаграм новость о пропаже, брюнетка сама не понимая зачем, ушла с работы и отправилась по адресу, в котором проживала на данный момент Маша, но самой там бывать не приходилось. Хотя, она прекрасно понимала, почему делает это. Сейчас Маша одна, она разбита и подавлена. Ей требовалась помощь и поддержка, и Лукина готова протянуть ей руку, как делала это абсолютно всегда. Невзирая ни на что, она сейчас была нужна Маше и оставить её в таком состоянии было просто невозможно. Обойдя несколько соседних дворов, Лауре удалось услышать жалобный «мяу» где-то в районе подвала одного подъезда. По итогу почти час мучений, порванный край пальто и исцарапанные до крови руки, ну и кошка, естественно. — Твою хозяйку выпороть бы, чтобы внимательнее была, — бурчала не то кошке, не то себе Лаура, но несмотря на собственные недовольства была крайне рада находке и возможности снова взглянуть на своего ангела. — Как думаешь, может и вправду выпороть? Раньше не особо противилась, — воспоминания вдруг всплыли в голове Лауры, отображаясь яркими картинками и приятным томлением внутри. Все эти жертвы себя оправдывали, ведь улыбка заискрилась на женском личике, завидев она любимый комок шерсти. — «Случайно» наткнулась говоришь, да? — вдруг усмехнулась белокурая, прекрасно понимая, что Лаура не краснея врёт ей. — Лукина, я прекрасно помню где ты живёшь и это ой как не близко, — покачала головой, ведь и вправду квартира старшей женщины находилась совсем в другом районе. — Помнишь? Так почему же не приходишь? — лучшее оружие — это нападение, в чём Лаура не сомневалась. Маша вдруг отстранилась, непонимающе глядя в кристально чистые глаза напротив. Или у Лауры преждевременный старческий маразм, или она снова выводит Машу из себя. — Мы расстались, уже как полгода назад. Зачем, по-твоему, я должна к тебе приходить? — Потому что хочешь, перестань уже врать и себе, и мне. Прекрати этот спектакль и возвращайся. Я простила тебя и ты это знаешь, но боишься, только чего, Маш? — эмоции били ключом, а блондинку била дрожь. Лаура понимающе обхватила руками теплые ладони, крепко сжимая их в знак поддержки. Она готова принять Третьякову, готова дать ещё один шанс их отношениям. — Боюсь снова всё испортить, боюсь остаться одна, Лор. Я не выдержу ещё одно расставание, — сердце буквально вырывалось из груди, а дыхание сбивалось от потока невысказанной боли. Маше было ужасно трудно говорить о собственных страхах, пусть и Лаура была её единственной опорой и поддержкой. — Значит мы не будем расставаться, — и проведя ладонями вдоль румяных щёк блондинки, Лаура приблизилась, оставляя на розоватых губах поцелуй. Сначала это было лёгкое касание, но кареглазая вмиг сама углубила его, накрывая чужие губы своими. В такие моменты она всегда прикрывала глаза, полностью позволяя ощущениям взять над собой власть. Столь желанное действие произошло, освобождая наружу всех запертых под замок бабочек внутри. — Ты веришь в судьбу, Третьякова? — лишь оторвавшись от сладких, чуть припухших губ, спросила женщина. — Хочешь сказать, что мы связаны судьбой? Ты меня пугаешь, Лукина, честное слово. Боюсь предположить, что ты начала смотреть мелодрамы, — Маша расплылась в улыбке, ведь такие романтичные мотивы из уст Лауры были невероятной редкостью. — Тебе показалось. Да и вообще, когда успела наклюкаться, алкашка? — и пусть не сразу, но всё же отметила Лаура, чувствуя на губах лёгкий привкус спиртного. — Грубо с твоей стороны, никаких манер. Я вот не называла тебя алкашкой, когда ты по утру умирала с бодуна, — фыркнула Третьякова, проходя вглубь квартиры, — проходи давай, чай пить будем, — уже скрывшись из вида заявила женщина, словно так и положено. И избавившись от обуви и непригодного пальто, Лаура с нескрываемой улыбкой проследовала за женщиной, отмечая, что было бы неплохо вернуть Машу и все её вещи в свою квартиру. Жить в съемной квартире было таким себе удовольствием, а видеть сонную Третьякову по утрам в своей постели — прекрасной альтернативой. Вдруг брюнетка осознала, что завтра же купит Фее лучший корм, игрушки и новую когтеточку. Неизвестно, что она была делала, если бы этот комок шерсти так кстати не потерялся. А почему завтра? Потому что сегодня, как она и говорила ранее, в её планах выпороть непутевую хозяйку ремнём, ну и уговорить ту на сожительство.