Проститься.

       Крейг ненавидел свою работу. Так же как и ненавидел ночных покупателей, вваливающихся в магазин, пьяной походкой расхаживающих по залу, тщательно избирая алкоголь, а затем надменно стоя над душой, пока Крейг пробивает их покупки. Некоторые возмущаются, насколько дорогой алкоголь предоставляет их магазин, другие молча отсчитывают деньги, а некоторые и вовсе, не найдя денег, машут рукой и уходят ни с чем. Но все это Крейг еще мог стерпеть. Но запах, исходящий от этих провонявших, грязных и измученных тел был невыносим. Каждый раз он изо всех сил старался не заткнуть нос рукой и не выгнать покупателя. Конечно, будь его воля, он давно бы так и сделал, но ему нужна была эта работа.        Год назад его выгнали из школы за прогулы, плохие оценки и грубость по отношению ко всем. Но Крейгу было плевать. А вот его семья не приняла его решение оставить учебу после девятого класса, и ему пришлось уйти из дома. Несколько раз он пытался устроиться на работу, но его или просто прогоняли, зная его нрав, или же он сам выставлял себя не в лучшем свете, после чего его все равно увольняли. И только в этом круглосуточном магазине ему удалось удержаться вот уже несколько месяцев.        Посмотрев на часы, Крейг вздохнул. Еще два часа и он сможет вернуться в свою маленькую съемную квартиру, забраться под одеяло и проспать до полудня. А потом он направится в больницу к Твику.        Еще год назад, после окончания девятого класса и ухода Крейга из школы, они начали встречаться. Твик часто оставался у него ночевать, порой даже жил около недели или двух. Крейг любил бывать в одиночестве, но Твику возражать не мог. Ему было даже приятно, что тот находится рядом с ним. Но пару месяцев назад все изменилось.       — Такер, принеси со склада туалетную бумагу. Эти алкаши ее уже всю скупили,— подал голос менеджер откуда-то из-за стеллажей.       — Покурить можно?— выходя из-за кассы и разминая ноги, спросил Крейг.       — Да, да,— задумчиво ответил менеджер.        Взяв сигареты, Крейг направился к складу. Спустившись в прохладное темное помещение, он сел возле стены и закурил. Запустив руку в волосы, он поднял челку так, чтобы она больше не лезла в глаза. Когда в последний раз он был в парикмахерской? Месяц назад? Три? Пол года?       — Четыре месяца,— прошептал Крейг себе под нос. Он точно помнил это. Ведь он перестал ходить куда-либо кроме работы и дома, после того, как Твик попал в больницу. Он стал наркозависимым. Таблетки, которые прописал ему доктор от невроза, оказались слишком сильными, и Твик пристрастился к ним. Именно поэтому родители решили отправить его в больницу. Они надеялись, что там ему помогут. Но с каждым днем Твику становилось все хуже. Токсины от таблеток, вечно плохой сон, отсутствие аппетита и подорванное кофе пищеварение — привели к пагубным последствиям.        Крейгу было тяжело. Он не мог поверить, что его друг и любовник умирает у него на глазах. И Такер винил именно себя в этом. Он много раз замечал за Твиком странное поведение. Сначала он был через чур спокойным и словно пьяным, но Крейг думал что это просто побочный эффект таблеток. Затем тот стал открыто предлагать Крейгу свои таблетки, но тот всегда отказывался. И Твику приходилось потреблять их в одиночестве, после чего он просто отрубался или же вел себя совершенно похабно и раскованно.        Затушив сигарету, Крейг выкинул окурок в стоящую неподалеку мусорку. Встав, он набрал в руки туалетную бумагу и отправился обратно в зал. Зайдя туда, он заметил менеджера за кассой, что с недовольством морщил нос, ожидая, когда очередной покупатель-алкаш отсчитает деньги, покачиваясь из стороны в сторону.        Усмехнувшись, Крейг медленно зашел за стеллажи и начал раскладывать рулоны на полку. Закончив, он вновь кинул взгляд на часы. Не прошло и двадцати минут. Ему уже осточертело находиться в этом магазине. Но он не мог уйти раньше времени. Для начала он должен был дождаться утреннюю смену и только потом, высвободившись из этой старой футболки и фартука с идиотской эмблемой магазина, он сможет отправиться домой.        Вернувшись на свое рабочее место, он вздохнул с облегчением, не увидев там покупателей. Сев на стул, Такер начал раскачиваться на нем, в очередной раз рассматривая зал. Полки с алкоголем, с давно потерявшей свою свежесть выпечкой, холодильник с молочными продуктами, еще несколько с мясом и морепродуктами, несколько с заморозками, полуфабрикатами, мороженным; неподалеку громоздились полки с чипсами и прочей закуской, а рядом еще один стеллаж с напитками, чуть дальше макароны, крупы и прочие вещи, в которых нуждались простые люди.       — Такер, хватит ворон считать! Работай!— высунувшись из-за полок для шампуней и прочих средств гигиены, вскрикнул менеджер.       — И что мне делать? Покупателей все равно нет,— спокойно смотря на менеджера спросил Крейг, продолжая раскачиваться на стуле.       — Ну займись чем-нибудь,— раздраженно ответил менеджер и скрылся из вида. Не сдвинувшись с места, Крейг продолжил сидеть на месте, переведя взгляд на входную дверь. За ней медленно начало светать, редкие прохожие не спеша шли на работу, машины шумно проезжали мимо и только несколько собак и еще не разошедшихся по домам пьяниц бродили по улице.        Через час, после нескольких более адекватных покупателей, в дверь вошел заспанный Стив — смена Крейга. Облегченно выдохнув, Такер поприветствовал прибывшего, махнув ему рукой. Тот лишь мрачно кивнул в ответ и удалился в комнату для персонала, чтобы облачиться в рабочую одежду.        Когда Стив вновь появился, Крейг быстро освободил для него место и направился в раздевалку. Стянув с себя фартук и футболку, он надел свою привычную одежду, перекинул сумку через плечо и надел кепку, натянув его так, чтобы закрыть глаза. Он больше не носил свою привычную синюю шапку-ушанку с помпоном как в детстве, поменяв ее на обычную черную кепку. Когда-то Твик подарил ее Крейгу на День Рождения и с тех пор тот с ней не расставался.        Выйдя из магазина, Такер достал сигареты и закурил. Свежий воздух и никотин произвели должное впечатление на организм Крейга, позволив ему полностью расслабиться.

***

       Крейг проснулся от тяжелой боли в голове. Повернувшись, он еле разлепил глаза и посмотрел на часы. Два часа дня. Значит нужно собираться и идти к Твику.        Встав с кровати, на шатающихся ногах он вошел в ванную и принял прохладный душ. Это мало чем помогло, поэтому Крейг заварил себе крепкий кофе, что стал водиться в его квартире после приходов Твика. Покупать молотый крепкий кофе вошло у Такера в привычку.        Выпив кофе и выкурив две сигареты, Крейг взбодрился и начал одеваться. Собравшись, он надел кепку, скинул в сумку все необходимое и вышел из квартиры.        Дорога до больницы заняла у него всего двадцать минут. Выйдя из автобуса, он вновь закурил. У самого входа, он остановился, смотря на возвышающееся перед ним здание. Оно казалось грозным и непреклонным. Крейг всегда нервничал перед тем, как войти в здание, пропахшее медикаментами и чем-то еще, еле уловимым запахом, смахивающим на отчаяние.        Вдохнув побольше воздуха в легкие, Крейг задержал дыхание и уверенно навалился на двери, открывая их и входя в больницу. Подойдя к стойке регистрации, он наконец выдохнул и, сообщив что пришел навестить друга из палаты 415, направился к лифту.        В длинном коридоре четвертого этажа было неспокойно. Подняв голову так, чтобы козырек кепки не закрывал обозрение, Крейг остановился как вкопанный. Перед палатой Твига разразился чуть ли не целый скандал.        Возле дверей толпились все его бывшие одноклассники во главе с «миссис» Гаррисон, что кричал во всю глотку об ущемлении их прав. Крейг сразу понял в чем дело. Их не пускали в палату Твика. Еще когда тот лег в больницу, он никого не хотел видеть, даже родителей. Единственный, кому он позволил навещать себя — был Крейг.       — Такер?— послышался тихий голос возле него. Повернув голову на звук, Крейг увидел перед собой Венди, с двумя пластиковыми стаканами с кофе.— Это ведь ты, Крейг?       — Привет,— сдержанно ответил Крейг. «Этого еще не хватало»,— мучительно подумал Крейг. Он ненавидел встречи со своими бывшими одноклассниками.       — Эй, ребята!— вскрикнула Венди, направившись к группе шумящих учеников.— Тут Крейг!        Тяжело вздохнув, Крейг опустил голову и направился в сторону затихших ребят. Остановившись возле медсестры, Крейг поднял взгляд, говоря тем самым, чтобы та его пропустила.       — Да тебя не пропустят!— послышался омерзительный голос Картмана. Обернувшись, Крейг нахмурился и выставил перед собой средний палец. И в ту же секунду медсестра отошла от двери и открыла ее. Крейг быстро проскользнул внутрь, и дверь за ним тут же закрылась, оставив старых знакомых ошеломленно смотреть ему вслед.        Вздохнув с облегчением, словно он только что избавился от тяжкого груза, Крейг снял кепку и тихо подошел к кровати Твика. Тот лежал под посеревшей со временем простыней, отвернувшись к окну и что-то разглядывая там. Он больше не дергался всем телом как обычно, лишь его длинные пальцы изредка подергивались, рубашка теперь всегда была застегнута правильно, и только волосы продолжали торчать в разные стороны. Твик заметно исхудал. Щеки стали впалыми, кожа, давно ставшая чуть ли не прозрачной, словно тисками обхватывала кости, выделяя вены.        Осторожно присев на стул возле Твига, Крейг коснулся его руки, привлекая к себе внимание. Еле заметно вздрогнув, Твик повернул к нему голову и его губы дрогнули, расплывшись в улыбке.       — Крейг,— слабый, хриплый голос Твика прозвучал еле слышно.       — Привет. Как ты себя чувствуешь?— как можно мягче заговорил Крейг, тоже улыбнувшись и продолжая держать руку Твика.       — Нормально. Сегодня мне снился наш Новый год. Ты его помнишь?       — Конечно, помню,— Крейг чуть сжал руку Твика, но тут же ослабил хватку, словно боясь разломать его кости.       — Тогда ты подарил мне огромную кружку,— Твик попытался посмеяться, но у него это плохо вышло.— Кстати,— высвободив руку, Твик потянулся к стоящей возле кровати тумбе и достал из нее лист бумаги.— Это тебе. Снова.        Крейг принял протянутый лист и взглянул на него. После каждого посещения, Твик давал Крейгу рисунок. В каждом он рисовал что-то из их совместного прошлого. На этот раз на ней была изображена квартира Крейга. Неровные углы, выступающие за границы цветные карандаши. Но в общих чертах все было весьма похоже. Если бы только Твиг мог держать карандаши более твердой рукой, Крейг был уверен, он смог бы рисовать весьма неплохие рисунки.       — Спасибо,— прошептал Крейг, не сводя с рисунка взгляда.       — Тебе нравится?       — Да, очень,— посмотрев на Твика, Крейг улыбнулся и, наклонившись, осторожно поцеловал его в сухие губы. Тот лишь прикрыл глаза и подался ему на встречу. Когда Крейг выпрямился, Твик протянул к нему руку и слабо коснулся его щеки. Подхватив его ладонь, Крейг прижал ее к себе и поцеловал пальцы Твика.       — Простите, но время вышло. Твику надо принять лекарство,— сказала внезапно вошедшая медсестра. Опустив руку Твика, Крейг с досадой посмотрел на девушку, но та лишь пожала плечами, говоря взглядом, что такие правила и будь ее воля, она позволила бы ему остаться здесь хоть на неделю.       — Иди, Крейг,— убрав руку, сказал Твик. Посмотрев на него, Такер встал и, наклонившись, поцеловал Твика в лоб.       — Я еще приду.       — Конечно.        Перед тем как выйти из палаты и вновь столкнуться с разъяренной толпой бывших знакомых, которые точно не отпустят его просто так, Крейг спрятал рисунок и вновь скрыл глаза за козырьком кепки.       — Крейг, чувак, какого хрена!? Почему тебя пустили, а нас нет?— первым подал голос Картман. Крейг ненавидел этот мешок с жиром, который, однако, в последний год заметно похудел. Осмотревшись, Крейг заметил, что людей поубавилось. Осталась лишь неизменная четверка, Венди, Бэбэ, Баттерс, Клайд, Токен и, конечно же «миссис» Гаррисон. Как только он вышел, все они тут же подскочили и облепили его со всех сторон.       — Заткнись, жиртрест!— подал голос Клайд. Подойдя к давно перемахнувшему в росте всех, кто здесь находился, Крейгу, он осторожно коснулся его плеча.— Как он?        Крейг не хотел отвечать им. Просто потому что это было не их дело. Или возможно потому, что Твиг доверил только ему следить за развитием своего состояния, и это вызывало в Крейге некоторую гордость за себя. Но Клайд тоже был его другом. Не считая Твика, только Клайд и Токен еще продолжали общение с Такером. Нередко они выбирались куда-нибудь выпить вместе.       — Нормально,— буркнул себе под нос Крейг и уже собирался уходить, но его остановила сильная рука возмужавшего за время Токена.       — Выпьем сегодня?— внезапно спросил тот, не постеснявшись стоящего за его спиной учителя. Немного подумав, Крейг качнул головой в знак согласия и быстро направился к лифту. Он слышал, как за его спиной кто-то с кем-то шептался, и чувствовал на себе прожигающие спину взгляды.        Из больницы он выскочил как ошпаренный. Пробежав два метра, он остановился и дрожащими руками достал сигареты. Закурить удалось только после третьего раза. Его переполняли чувства. И не столько из-за внезапной встречи или из-за болезненного вида Твика, сколько из-за его последней фразы.        «Конечно». Именно это Твик начал говорить в последнее время.        «Эта скотина думает, что я позволю ему умереть?! Да ни за что!»— раздраженно пнув стоящую возле него мусорку, Крейг выругнулся в слух, после того, как та перевернулась, изрыгнув из себя все содержимое. Убрав руки в карманы, Крейг направился домой. Сегодня у него был выходной. Но Токен уже позвал его выпить, значит ночь не будет спокойной.

***

       Зайдя в переполненный табачным дымом бар, Крейг отыскал взглядом Клайда и Токена. Те расположились у стены, чуть поодаль от основной массы собравшегося народа. Пройдя к ним, Крейг сел на пустое место и снял кепку.       — Привет,— сказал Токен, пододвинув Крейгу еще неоткрытую бутылку пива. Крейг кивнул и, открыв ее, сделал несколько больших глотков.       — Как ты?— подал голос Клайд.       — Нормально,— с присущим ему безразличием, ответил Крейг, поставив бутылку на стол и обхватив ее пальцами.        Наступило неловкое молчание. Токену и Клайду всегда было непросто найти нужные слова в общении с их мрачным и замкнутым в себе другом. Тот словно отталкивал их намеренно, но они знали, что это лишь прикрытие, что Крейг просто не знает, как правильно общаться с окружающими.       — Ты знаешь, сегодня все были ошеломлены увидев тебя,— начал говорить Токен, посмотрев на закурившего Крейга.       — И у всех вызвало шок то, что нас не пустили, а тебя пропустили без лишних слов,— продолжил Клайд, тоже посмотрев на друга.       — Но больше всего возмущался Картман. Ты же его знаешь, стоит ему что-то запретить, и он начинает истерику.       — И теперь он не оставит попытки узнать, почему Твик запретил кому-либо приходить кроме тебя. Он может узнать, что именно вас связывает.        Выдохнув дым, Крейг внимательно посмотрел сначала на Токена, затем на Клайда. Эти двое давно знали, что Твик и Крейг встречаются. Знали и поддерживали, молча следя за развитием их отношений.        Вздохнув, Крейг стряхнул пепел в стоящую возле него пепельницу и задумался. Картман был из тех людей, которые не остановятся ни перед чем, в достижении своей цели. А это значит, он будет копать и копать, пока не наткнется на нужную ему информацию. Крейг подумал, стоит ли уже скрывать их с Твиком отношения или позволить Картман узнать? Если он узнает, то непременно расскажет всему классу. На Твика это никак не повлияет, сейчас он в больнице, к нему никого не пускают, а значит, и достать его никто не сможет. Единственный, кто действительно может схлопотать в этой ситуации, был именно Крейг. Но ему всегда было плевать на то, что о нем думают его одноклассники, и тем более Картман.       — Пусть,— наконец-то ответил Крейг, затушив сигарету и выпив еще пива. Токен и Клайд ошарашено посмотрели на него, не веря своим ушам.       — Ты что, правда, дашь ему все узнать?— первым заговорил Клайд.       — Ты ведь понимаешь, что из этого может выйти?— подхватил его Токен.       — Плевать. Если он у вас что-то спросит, можете просто рассказать ему,— допив пиво, Крейг потерял всякий интерес к этому разговору, переведя взгляд на пьющих вокруг, и не подозревая к чему может привести его халатность по отношению к Картману.