Дуб, который срубили

Дорога предстояла долгая и не очень приятная. Осень была для всех особенным временем года, наполненным различными красками опавших везде, где только можно, жухлых листьев и ярко горящих закатов, солнце во время которых краснело, будто спелое яблоко. Подступающий холод и сокращение светового дня заставляли всех прятаться по тёплым квартирам, будто испуганные зверьки, предвидя опасность, зарывались в свои норки. Увы, Александра никогда не могла застать эти столь прекрасные моменты, просто потому что в их дыре все выше пересказанное было невозможным. Листву сразу же забрызгивало грязью ревущих машин, либо дворники успевали мётлами грести опавшее красно-жёлтое "золото" осени. Смотря из окна на непрекращающиеся дожди и ледяной ветер, девушку одолевала лишь тоска, а всеми любимая атмосфера уюта в миг улетучивалась. Из-за заводов, которые ни на миг не прекращали свою работу, было не то что трудно дышать, а ходить по улице. После промышленных выбросов регулярно поднималась серая дымка, которую сразу можно было отличить от тумана одним лишь вздохом. Поэтому надежды на алые закаты или восходы, а так же красивый вид из окна, сразу же разбивались на тысячи мелких осколков, по которым девушка злостно топталась, обцарапывая ноги и раздражаясь лишь сильнее. Мысли о том, что сегодняшняя ночь пройдёт за пределами города и, по-тихоньку убивающих его население, заводов, заставила очкастую издать облегчённый вздох. Детские мечты о частном домике и любимой корове обещали стать уже далеко не мечтой, ведь вся эта петрургия, за которую несуществующими зубами цепляется умирающая экономика, достаточно сильно изводила юную особу на нервы и только сильнее раззадоривала её желание сбежать в лес и изолироваться от внешнего мира. Слыша за спиной радостные возгласы и чувствуя пинки под зад, будто очнувшись от долгого сна, девушка вернулась в реальность. - Саш, прекрати тормозить, а то без шашлыка останешься, - всем своим нутром, пострадавшая от счастливых "подталкиваний", чувствовала улыбку её подруги от уха до уха, хотя стояла спиной к ней. Это была Полина, низенькая девушка, за плечом которой виднелась походная сумка, до отказа набитая явно не нужными для выживания вещами, а мясом и алкоголем. Компаньонша скорее была похожа на злорадствующего гнома, чем на радующуюся маленькую девчушку. - Поль, от того, что ты меня сейчас испинаешь, я быстрее не стану, - раздражённо скривившись, шатенка быстро зашагала в сторону автобуса, будто убегая от очередных подколов и возгласов о предстоящей попойке. Любви к автобусам, особенно с сумками и палатками, девушка тоже особо не испытывает. Быстро найдя места для всех троих, компания возвела вокруг себя некую крепость из всех вещей взятых на отдых, сильнее прижимаясь друг к дружке. Автобус тронулся, а под рёбрами предательски скрутило, напоминая о том, что такие долгие поездки на общественном транспорте организм не особо одобряет. Захотев поскорее избавиться от грядущего тошнотворного чувства, девушка поспешно закрыла глаза, заставляя себя уснуть, тем самым поскорее прыгая в объятия Морфея. Именно это помогло ей в скором времени не заметить, выбивающийся из всего лесного пейзажа, силуэт. Его силуэт... Пробуждение было резким и не самым приятным, потому что разъярённая кондукторша что-то верещала про конечную остановку и то, как медленно подруги выносили сумку за сумкой. Обменявшись парочкой "добрых" слов с женщиной, шатенка двинулась в сторону выхода, за спиной держа увесистый портфель. Плечи ломило от долгого нахождения в одном положение, но сейчас точно не время и не место стоять и разминаться. Наконец-то покинув душный салон, девушки стояли и восхищенно смотрели на открывшуюся пред ними картину: старые, уже покосившееся домики, стояли в ряд, чуть ли не упираясь своими облупившимися боками друг в друга, но этому рьяно препятствовали уже тухлые заросли травы и репейника, по видимому, выросшие с человеческий рост. То, что они позже увидели перед домами, сложно было назвать дорогой. Дожди еще с самого своего прихода размягчили землю, а редко проезжающие машины лишь сильнее размывали и без того неустойчивую почву, образуя новые грязевые ямы. Если случайно в них оступиться, то несчастную ногу засосёт точно по щиколотку. Зато всё, всё было усыпано "золотом" осени! Тут некому было украсть, убрать или забрызгать его грязью. Листья, цвета которых резко перескакивали с багряного до грязно жёлтого, были разбросаны по кривым крышам домов и жухлой траве, будто укрывая от взоров умирающие растения. Дышать было невероятно легко, нос приятно щекотала влажность и нотки хвойного запаха. Девы осматривали дома и слякоть, вдоль которой придётся топать с тяжким грузом за спинами, но лишь одна из них пристально смотрела в сгущающуюся тьму леса, деревья которого своими макушками были готовы ущипнуть за животы размеренно плывущие по небу сероватые облака. Сердце пропускало удар, необъяснённое чувство не давало покоя. Чаща всем своим видом показывала свой не дружелюбный и абсолютно не привлекательный вид. Сосны, кора которых потрескалась с течением времени, казались чуть ли не чёрными, ветви с тёмно-изумрудными иголками накладывались, затрудняя просмотр в глубины, будто не уступая друг другу места. Вглядываясь лишь тщательнее в мрачную гущу леса, шатенка получила локтём под ребро, чуть не упав и не поцеловавшись с грязевой кочкой под ногами. - Да я вас сама на шашлык пущу! Хватит меня таранить раньше времени, - даже не смотря на хмурое выражение лица, обозначающее то, что подругам сейчас прилетит по пинку, они звонко засмеялись. Девушка не сдержалась, поддалась порыву веселья и расслабилась, сгладив морщинки на лице, - ладно, иду-иду. Всю дорогу шутницы намеревались свалить друг друга в очередную лужу, поэтому не одна из них не теряла бдительности, держа увесистую сумку наготове. Грязь противно чавкала под ногами, а сапоги давным давно просырели, уже не в силах впитывать влагу. Лишь Саша изредка застывала на месте, косо поглядывая средь худых стволов. Показалось?...