Дуб, который срубили

Мягкий свет приглушенно озарял улыбчивые лица девушек, а звук приятно потрескивающего костра сливался с громким смехом, гулким эхом отдаваясь в самых глубинах леса. Всю живность в округе подруги точно давным-давно уже распугали своим слишком задорным настроем, бояться было нечего. Или не всю? Явно не готовое к подобным путешествиям, тело Саши ломило из-за долгого перетаскивания тяжёлых вещей с одного места на не самое близкое другое. Даже она, зная Полину и Эмму как облупленных, не ожидала от них такого щепетильного подбора места: то земля рыхлая, палатки стоять не будут, то много ям и кочек, неудобно и опасно, то слишком близко к деревушке, вдруг по их душу с вилами придут, думая, что тут подрастающая шайка браконьеров. Под конец эдаких поисков, шатенка готова была уже просто рухнуть в мокрую траву и стать единым целым с землёй. Однако, ей повезло, что молодые "критики" тоже смирились со своей участью и сдались, перекочевав на первую попавшуюся полянку. Только вот интересно, чего они ожидали в глухой чаще? Идеально выбритый газон с кустами, подстриженными в форме причудливых зверушек? Или роскошные апартаменты с барбекю и местным тамадой? Спасибо на том, что по юности все трое таскались по различным вылазкам на природу и умеют обращаться с палатками, а правило "не пить из лужи" было усвоено в первую же подобную поездку. После небольшого отдыха, компания начала обустраивать свой небольшой привал, где им придётся проживать ближайшие пару дней: Эмма отправилась искать, по возможности, не промокшие от дождя сучья для розжига костра, а Полина и Саша, виновница торжества, принялись за установку палаток. Благо, память не подвела и те быстро сориентировались, как управиться с кучами ткани и железных палок. Только вот если память работала исправно, то мозги не очень, ведь девушки поставили свои "домики" изнаночной стороной наружу. Заметила это только подоспевшая с кучей хвороста Эмма, чуть ли не понадовав своей палка-клюкой по головам несуразным барышням. Всеобщими усилиями, уже вырисовывалась приятная картина: место под будущий костёр было чуть раскопано и выложено камнями, а вокруг него возвышались тканевые "шалаши", в которых девушки уже успели расположиться и выложить продукты для предстоящего пиршества. Оно, собственно, не заставило себя ждать: кто-то нарезал овощи, кто-то нанизывал мясо на заранее прихваченные шампуры, краем глаза наблюдая, как жадное пламя разгорается всё сильнее, пожирает мёртвые сучья и выплясывает на них причудливые танцы, треском давая о себе знать. Хмурый день уже давно уступил сгущающимся сумеркам, а в это время в тонких руках забулькали напитки. - Саш, не слишком ли роскошно пить вино в такой глуши, да и к тому же из пластиковых стаканчиков? - даже не смотря на недовольное бурчание, подруги шустро уселись вдоль костра, выкладывая перед собой одноразовую посуду с закуской и снеками. - Не хотите - не пейте, мне больше достанется - напыщенно надув губы, шатенка демонстративно отвернулась к палатке, одновременно с этим прижав к груди бутылки, будто это самое дорогое и единственное, что у неё осталось. - Не знаю, чего Эмма возмущается, я всё буду. Да и вкус не меняется, пьёшь ты из стакана или хрустального бокала, тащи скорее сюда, - нетерпеливо подогнала главную активистку Поля, уже держа над жарким костром два шампура. Капли маринада и жира медленно стекали по кусочкам мяса, падая вниз, а в ответ пламя лишь возмущённо щёлкало, быстро их иссушая. За глухим залпом открывающейся бутылки последовали радостные возгласы и последующий краткий тост "За свободу, работяги!" Торопиться было некуда, тучи отступили, давая насладиться звёздным небом над головой, которое никто не видел уже чёрт знает сколько, безвылазно сидя на работах. Запахи мяса, леса и гари костра смешались в один, не менее приятный чем какой-то из них по отдельности. Но дурманили они голову хлеще, чем уже подействовавший алкоголь. Звонкий смех, пение, и даже горькие слёзы, поднимались высоко к небу, где и растворялись в безмятежной тишине. Будто птица, томящаяся много лет в клетке, вырвалась и взмыла к облакам, оставляя весь прожитый кошмар позади. Вечер, а за ним и ночь, прошли безмятежно, тепло уже тлеющих брёвен грело не только тело, но и душу. Эмме, как самой трезвой и невозмутимой из всех, пришлось растаскивать задремавших на подсохшей траве подруг, на что те недовольно мычали и пытались остаться на прежнем месте, поглубже зарываясь лицом в опавшие листья. Сашу было будить особенно тяжело, ведь у неё какой-то природный дар спать непробудным сном, а в связке с алкоголем ее вообще можно было принять за замёрзший труп. Но, к счастью, с горем пополам шатенку запихнули в палатку, сверху накрыв спальником, на что она в свою очередь промямлила слова благодарности, если это вообще были они. Так и закончился первый день, в кругу любимых и дорогих, с искренней радостью и счастьем, а лес, словно сказочный рыцарь, укрывал собой сладко дремлющих дев, защищая от жестокого внешнего мира... ...Но у всех же есть свои человеческие потребности, правда? Саша не исключение, а потому выползла из палатки под покровом ночи, под яростным требованием организма справить нужду. Мрак уже давно опустился на лес, впуская его в свои непроглядные объятия, разве что звёзды противились этому и пытались мешать, приглушенным светом безуспешно пробиваясь сквозь хвою. Девушке не очень льстила идея метаться по темноте в поисках кустов, а вечерняя попойка давала о себе знать подступающей тошнотой и головокружением, что значительно замедляло координацию. Замёрзшее тело наотрез отказывалось вставать, руки не могли удержать что-либо и банально завязать шнурки на ботинках. Ватные ноги еле держали на земле, а так же предательски поднывали где-то под коленками. Боль в затёкших плечах отдавалась мелкой дрожью по всему телу, что делало передвижение по влажной траве всё менее и менее безопасным, а если ещё учесть факт того, что девушка, на минуточку, с плохим зрением, пытается что-то отыскать в полной темноте... Уверенности не придаёт, согласитесь. Вырвавшись из холодного заточения палатки, очкастая попала в такое же, но уже лесное: влага на траве уже успела превратиться в иней, приятно похрустывая под ногами, больной озноб лишь усилился от слабого, но морозного ветра, пробирающего до костей. Лето оставило от себя лишь тёплый день, а вот ночь уже никого не жалела, спускаясь на землю вместе с холодом, который мгновенно "сжирал" своих жертв, заставляя их содрогаться всем телом. Очкастая, недолго думая, решила поддаться напрямую, чтобы особо не напрягать и без того страдающее зрение. Что, чуть позже, ей аукнулось... Путь до ближайших кустов казался простым и ясным, просто идти вперёд меж деревьев, но кое-что всё-таки не учлось. Смотреть под ноги. Спустя небольшое расстояние, которое девушка храбро преодолела, по лесу эхом раскатился вскрик, заставляя ночных птах трепыхаться и разлететься в ужасе. Правую ногу пронзила острая боль, хоть она и приглушалась холодом, сковавшим обмороженные стопы. Безвольно рухнув на землю, Саша схватилась путающимися пальцами за ноющее место, шипя и кривляясь, будто она только что проглотила целую дольку лимона. Помутневшее сознание вмиг просветлело, но лучше не стало, а все нужды и потребности резко отошли на второй план, уступая полную власть боли пульсирующей ноги. - Блять, как больно то-о-о... Чёртов пень! - страдающая гримаса резко сменилась на гневную, а подкашивающиеся ноги не помешали Саше вскочить и пнуть целой конечностью по остаткам умершего дерева, - кто вообще в своем уме спиливать дерево, да и к тому же одно, в таком-то месте?! Ответа, конечно же, не последовало. Больно надо! Солёные слёзы щипали глаза, непроизвольно заставляя их закрываться. Закатав рукава, шатенка гордо развернулась и направилась обратно в лагерь, попутно потирая глаза и глотая остатки злости. Только вот теперь не нога, а голова встретилась с препятствием. С одной стороны, это было не дерево, на что можно было спокойно выдохнуть и не переживать об ещё одной шишке. А с другой... Это было нечто мягкое, но стоящее твёрдо на месте, потому что даже после столкновения девушка не почувствовала никаких движений со стороны "оппонента". Глаза всё так же предательски слезились, искажая картину впереди, но то, что можно было разглядеть... Очертания человеческого торса, в пиджаке и накрахмаленной белой рубашке. В расплывающейся перед взором картине леса, это всё воедино сливалось с деревьями, окружающих человека и неведомое существо. Дрожащие руки цепко схватились за края пиджака, что заставило представшее существо недоуменно отпрянуть. - Даже пиджак настоящий купили. Эмма, Полин, очень смешно, но мне уже за двадцать и я в эти сказки перестала верить. Снимайте свои похоронные костюмчики с белыми носками на голове и пошлите спать, - голос подрагивал, будто пытался сам себя убедить, что это либо пьяная галлюцинация, либо розыгрыш подруг. Веки вновь плотно сомкнулись под напором льющихся слёз и жгучего зуда, а пострадавшая продолжила наугад плестись вперёд, надеясь рано или поздно наткнуться на колья или верёвки палаток. Жаль только, этого не произойдёт. Талию чуть ли не мгновенно что-то сжало, настолько крепко, что Саша успела издать один лишь хрип. Горящие от боли ноги оторвались от земли, сердце бешено билось, отдаваясь пульсацией где-то в желудке. Не прошло и пары секунд, а девушка почти впритык изумленно рассматривала лицо того, кого буквально только что назвала сказкой. - Теперь смешно? - басом произнёс безликий, растягивая слова и подрыкивая. Теперь девушка точно могла определить, что её сейчас разорвёт надвое. Вектора, длинные чёрные отростки, с не ослабляющей хваткой стягивали рёбра, ничуть не рассчитывая то, что в их "объятиях" хрупкое человеческое тело. Кости противно заскрипели, а дышать с каждым вдохом становилось тяжелее. - Теперь нет... Но... Ты же не убьёшь меня? - практически беззвучно, вопрос точно был задан в лоб. Опешив на пару секунд от таких выходок, Слендермен будто бы разгневался сильнее, вектором обвив тонкую шею. Он не терпит таких уловок. - Кто мне мешает это сделать? - Ты... Питаешься страхом... Секундные убийства тебе ни к чему... Или это тоже сказки?.. - кривую девичью ухмылку озарило лунным светом, который всё-таки пробился сквозь сосновые ветви, - да и новостей о загадочных убийствах... Кх!.. В лесах, не слышно около... Десяти лет... - Находчивая девка, а так же необычайно изворотливая, - после этих слов, врезающихся колкой болью в голову, ослабленное тело было подброшено и, наконец-то, отпущенно. С глухим звуком, спина шатенки встретилась с землёй, а слёзы вновь брызнули из глаз с новой силой, - давай так, будешь развлекать меня, пока находишься тут, выбора у тебя всё-равно нет. А я, так уж и быть, оставлю вас в живых. Хоть я и питаюсь страхом, болью и прочими весьма аппетитными чувствами, мне ничего не мешает открутить вам головы и бросить помирать на какой-нибудь опушке. А теперь... Спи, завтра тяжёлый для тебя день. Девушка, не успев понять, сломал он что-нибудь ей или нет, закрыла глаза. Мир погрузился во тьму, а окружающие лесные звуки растворились в давящей тишине, тело будто провалилось сквозь землю, расслабившись, заставляя девушку в одно мгновенье уснуть. Чёртов пень...