На поводке

Не бечено! Время. Что такое время? Тикающие часы со стрелкой, отсчитывающие определенный промежуток на циферблате. Его можно вернуть назад, на столько, насколько может захотеть душа, только нужно знать способ. А как его ускорить, чтобы часы казались секундами, а годы - часами? Да никак. Вообще никак. Приятное общество способствует ускорению времени, когда сидишь с человеком и не замечаешь, как оно незаметно пролетает, отсчитывая миллиметры, крутится вокруг своей оси, и как будто вода утекает сквозь пальцы, а ты пытаешься задержать его, но это не получается. Тик-так, тик-так. Раньше было именно так, а теперь… Теперь я один. Я настолько одинок в этой толпе, что хочется сдохнуть. Моя маниакальная привязанность к прошлому не дает окунуться в настоящее, решать те проблемы, которые есть. А я решаю то, чего не существует, то, что было раньше, то, что должно случиться в будущем. Душа разрывается от этой действительности. Все так похоже на фильм, который смотрел однажды, а ты смотришь его второй раз, зная наперед, что завтра в большой зал ворвется профессор Квиррел, с воплем: «Тролль в подземелье!», и шлепнется в фальшивый обморок. Да… именно так. Второй раз смотреть не так уж и интересно. Особенно когда кино средней паршивости. И у тебя нет возможности отвернуться и не видеть всего этого. А почему нет? Есть, конечно, возможность не прийти на ужин, отсидеться в комнате, пока свора учителей бегает из коридора в коридор, пытаясь поймать неразумное существо. Но это не то, совсем не то. Фенрир… Мой ласковый оборотень. Теперь ты не такой. Ты грубый и неотесанный, ты свободный и душой и телом, потому что еще не случилось того, что сломило твой характер, и привязало тебя ко мне. А я давно уже привязан. Настолько крепко, аж дышать больно. Но я не хочу снова лишать тебя ног, памяти, приковывать заклятьями и пробуждать в тебе чувство страха и ненависти, которое постепенно перерастет в осуждение. А следом в иное чувство, от которого я млел в ту ночь в твоих объятьях, вскрикивал твое имя, теряя связь с реальностью, - Гарри сел в своей постели, откидывая одеяло в сторону. Голова раскалывалась на части. Он спустил ноги, слегка касаясь ледяного пола, и нашарил свои ботинки, засовывая босую ступню в холодную обувь. Это было ничто, по сравнению с тем холодом, что был у него глубоко в душе. Он прошел в еще теплую гостиную, на пути прихватывая чистый пергамент и чернильницу с пером. Положил все писчие предметы на небольшой столик и сел в кресло, обдумывая, что написать. Но с каждой минутой откидывал в сторону все новые и новые фразы за ненадобность, оставив под конец только одну. Гарри скинул подушку на пол, и, садясь на нее, взял перо. Аккуратно окунув его в чернильницу, он ровным почерком вывел: «Прошу встречи на Хэллоуин после полуночи в Визжащей хижине». А потом, немного подумав, приписал: «Приходи один». И отложив его в сторону, чтобы чернила высохли, откинулся на сиденье кресла. - Завтра, уже завтра, - шептали губы ребенка и растянулись в улыбке. *** Холодный коридор Хогвартса время от времени наполнялся синим светом от молний из высоких окон, освещая маленький силуэт в мантии с глубоким капюшоном. Силуэт двигался быстро, часто оглядываясь назад. За светом следовали сильные раскаты грома, от которых дребезжали стекла, и после каждого такого звука, ребенок вздрагивал, еще быстрее ускорив шаг. За стенами замка гулял сильный ветер, обещая с минуты на минуту разразиться сильным ливнем и залить влагой все окружающее пространство. Гарри пробежал по знакомой тропинке к Гремучей иве. Дерево еще зеленое, слегка раскачиваясь от пронизывающего ветра, стояло спокойно, но после очередного раската грома пошевелилось и вздохнуло. Поттер быстро подлетел к стволу и нажал на нужный сук, чтобы дерево перестало двигаться, и юркнул в проход между корнями. - Люмос, - тихо прошептал Гарри и на конце палочки засветился небольшой огонек света. Постепенно туннель приобретал жилой вид, местами проглядывала каменная кладка, не засыпанная землей, сам проход расширялся, а через некоторое время появилась приоткрытая дверь. Ребенок заглянул в помещение, огляделся и прошел внутрь. Под ногами скрипнули половицы, а за окном раздались первые тяжелые капли дождя. Ветер уныло завывал через расщелины между досками, поднимая шторки непонятной расцветки. Гарри подошел к окну, отодвигая кусок старой ткани, и посмотрел через толщу пыли и паутины, пытаясь разглядеть вдалеке деревню, но ничего кроме размытого силуэта и точек света увидеть не удалось. Ветер усилился и теперь косой дождь бил в окно, создавая размытые полоски влаги и просачиваясь через трещины в стекле, оставляя на грязном подоконнике лужи. Ребенок отвернулся от унылого зрелища и поискал глазами уцелевшую мебель. В углу, рядом с софой, стоял вполне пригодный стул: резная спинка, потертые края обивки и тоненький слой пыли на нем, которая тут же был очищена и стул отставлен в сторону. Софа тоже была подвергнута чистке, и Гарри с удобством уселся на нее, облокачиваясь на полукруглую спинку. Время опять тянулось как резиновое, и только звуки разбушевавшейся природы скрашивали тишину, даря какое-то спокойствие и умиротворение в душе. - Нокс, - прошептал мальчик и опустил палочку. Темнота оглушила, но со временем глаза привыкли и уже спокойно смогли различить очертания предметов. Фенрира все не было, а ожидание с каждой минутой напрягало. - Может, не стоило все это затевать? – спросил неуверенно сам себя мальчик и тяжело вздохнул. Он решил еще немного подождать и, закрыв глаза, прислушивался к звукам, но спустя некоторое время, молодой организм дал о себе знать, погружая ребенка в беспокойный сон. *** Что-то дернуло его, и от этого чувства сердце ухнуло и сильно забилось. Гарри резко открыл глаза, осматривая помещение, но никого не было рядом, кроме сломанной мебели и слоя пыли. Дождь уменьшился, и теперь капли не так сильно барабанили по окнам старой хижины. Обида сразу поглотила весь страх в душе. - Он не пришел, - горько проговорил Поттер и встал, - Темпус… Час ночи. - Он еще раз огляделся по сторонам и только сделал первое движение, чтобы уйти, как вдалеке раздались тяжелые шаги, и с каждым таким звуком тело отдавало дрожью. - Нужно успокоиться, нужно успокоиться, - мальчик глубоко вздохнул и медленно выдохнул, пытаясь угомонить разбушевавшееся сердце в груди, накинул капюшон и сел на место. В комнату зашел знакомый силуэт оборотня, он тут же принюхался и как собака, стряхнув влагу с волос, оскалился: - Маленьким мальчикам нужно быть в кроватке в такое позднее время, - он еще раз медленно вздохнул, смакуя запах юного тела и рыкнул, делая два шаг вперед. Еще два и он будет рядом. - Ты опоздал на час, - тихо проговорил Поттер, показывая на стул напротив него. - Маленький показывает зубки, но прежде чем их показывать покажи личико, - он двумя шагами преодолел расстояние и сел на стул, переворачивая спинкой вперед, и протянул руку, пытаясь откинуть капюшон с ребенка. Но Гарри отдернулся в сторону от его руки и откинулся на спинку софы. - Потом как-нибудь. А сейчас перейдем к интересующей меня теме, - оборотень оскалился от такого отношения к своей персоне, но решил послушать, что скажет этот ребенок, - Я могу дать безопасное место для твоей стаи, на них, если я не ошибаюсь, объявлена охота. Ну, так вот, дети с женщинами могут спокойно там жить, тем более возрождение Темного лорда не за горами, а защита ей будет ой как нужна. Фенрир задышал часто и оцарапал спинку стула своими ногтями. - Откуда ты знаешь, что Темный лорд вернется? – рыкнул он и наклонился ниже, пытаясь разглядеть лицо маленького собеседника, но ткань скрывала почти половину лица. - Он сейчас в школе, паразитирует в теле профессора. Но это ненадолго. Если хочешь, года три его не будет, но есть и возможность помочь ему сейчас. Если он тебе нужен, - прошипел последнюю фразу Поттер, копируя интонацию Тома. Оборотень немного вздрогнул, и его губы растянулись в оскале. - Оборотное? – предположил он, втягивая носом воздух, но знакомых ноток зелья не учуял и тут же нахмурился, - где гарантия, что это не ловушка для моей стаи? - Все что ты захочешь, - эта словесная игра нравилась Гарри все больше и больше, - непреложный обет, есть на выбор заклятие молчания и заклятие тайны, последнее не советую, так как сыворотка правды перебивает его. - Хорошо, непреложный подойдет, только вот, чего хочешь ты взамен? – спросил он, заинтересованно наблюдая за ребенком… точно ребенком, так пахли только дети. Мальчик сделал паузу и его маленькие пухлые по-детски губы растянулись в улыбке, показывая ряд нежно-белых ровных зубов, и тихо проговорил: - Тебя…