В итоге всё равно будет больно

Она нажала на дверную ручку в виде змеи и дверь с тяжёлым скрипом отворилась. Сначала ей показалось что в комнате никого нет. Но когда она заглянула за дверь, которую она лишь немного открыла, увидела, что Сириус лежит на кровати, спиной к двери. Она протиснулась в комнату, чтобы не пришлось дальше толкать тяжеленную дверь и закрыла её уже изнутри. Она медленно подошла к кровати с другой стороны. Блэк сделал вид, что не заметил её. Мэри аккуратно села на кровать, на уровне его колен. Ни один мускул его лица не дрогнул. -Сириус... Она нежно дотронулась рукой до его локтя. Он немного вздрогнул, но всё так же упорно делал вид, что в комнате он один. -Сириус, пожалуйста, поговори со мной... -Ты не достаточно сказала? Джейн вздохнула. Ему явно было больно это говорить, и ей было больно это слышать, но теперь она хотя бы понимала, что он её слышит. -Я сказала слишком много. Сорвалась и сформулировала свои мысли совсем не так. -Да какая разница, как ты их сформулировала? Ты сказала то, что думала. Он хотел перевернутся на другой бок, лицом от Джейн, но она не дала, взяв его за плечо. -Сириус, послушай! Пожалуйста, выслушай меня... Она закрыла глаза, выдыхая. Блэк, кажется, всё же решил её выслушать и перестал предпринимать попытки отвернуться. Джейн сделала глубокий вдох. -В тот день, когда Лили Джеймс и Регулус погибли, мой мир перевернулся. Она открыла глаза и посмотрела на Блэка. -Я знаю, твой тоже. Это было больно, это было тяжело. Я не справлялась с этим одна. Я знаю, ты тоже. И мы были объединены этим. Это печально, но это так. В те несколько часов в Годриковой впадине мы были едины. Ты и я. Но всё поменялось в один момент. Она сделала паузу. -В тот момент, когда ты ушел. В тот момент, когда я больше всех в мире в тебе нуждалась. Я хотела заглушить боль тобой, а ты решил заглушить боль местью. Ты ушел и я, правда, не знаю почему, уже тогда знала: ты не вернёшься. Тогда я потеряла тебя. И ребенка... Последнее, что у меня осталось от Регулуса... Кроме фамилии, конечно. Она была единственным связующим между мной и вами в те долгие двенадцать лет... Каждый раз, когда я хотела сдаться, я думала о том, что не просто так мне дана была фамилия такого могущественного древнего и удивительного рода. Каждый раз до тех пор, пока в моей жизни не появился Гарри. Это было весной 1982. Я решила навестить малыша. Приехала на Тисовую улицу, вошла в дом номер 4, и увидела как ужасно Дурсли обращались с мальчиком. Я вспомнила рассказы Лили о её ужасной сестрице, но когда увидела Гарри в непонятных обносках, безустанно плачущего в кроватке, я поняла, что он нуждается в помощи уж точно не меньше меня. С тех пор я каждые выходные забирала его к себе. По мере его взросления и моего повышения в Министерстве, это удавалось делать все реже, но я старалась изо всех сил. Я делала всё возможное, чтобы дать Гарри лучшее, будь то вещи еда или воспоминания. Мы стали так близки... Он делился со мной всем: секретами, переживаниями, радостями... Именно мне он решил рассказать о письме из Хогвартса, именно я рассказала ему о существовании волшебно мира, именно я провожала его на вокзал Кингс-Кросс каждую осень, и именно я была его самым близким человеком... Она закрыла глаза, поджала губы. Слеза упала на простынь. -Потом в его жизни появились друзья, увлечения, школа. Я отошла на второй план, но я не жаловалась: Гарри можно было понять. Это всё очень сложно, тем более для такого маленького мальчика, в то время как я – уже взрослая женщина, которая теперь в ответе за него. А потом... Потом появился ты. Я была счастлива. Правда. Очень счастлива. Ты будто вновь показал мне краски жизни. Как тогда, на моём первом курсе. Я хотела поделиться этим с Гарри, но не знала, стоит ли. А потом он сказал это сам. Я была рада, что он наконец познакомиться с тобой. И всё было прекрасно. Ровно до того момента, когда моя ревнивая натура не начала проявлять себя. Гарри постоянно говорил только о тебе, каждый день писал тебе письма, хотя ты был далеко, а я в одном замке с ним, и нам удавалось поговорить не каждый день, он всё время старался тебе помочь, не рассказывал тебе то, что может тебя расстроить, он берег тебя так, как всего несколько лет назад берег меня. Может быть это по-детски, но меня это обижало. Это правда больно, когда человек, ставший твоей опорой, смыслом твоей жизни, находит себе человека, который ему становится дороже тебя. Она отпустила его плечо. Но он не отвернулся. Мэри Джейн посмотрела ему в лицо. Он тоже смотрел на неё. -Да, это больно. Наконец изрек он.-Очень. Я знаю. В тот день, когда я увидел тебя с Регулусом в библиотеке, я чувствовал то же самое. Он улыбнулся. -Сейчас это кажется такими мелочами, не правда ли? Из уголка его глаза потекла слеза. -Да... -Если бы... Его голос дрогнул. -Если бы я тогда знал... Продолжил он шёпотом. -Я бы ни за что не обидел его... -Но ты не знал. Никто не знал. И не мог знать. -Когда-то мне хотелось родиться в другой семье. Не хотелось носить фамилию Блэк. Не хотелось быть сыном своей матери. Не хотелось быть братом Регулуса. Не хотелось носить на себе клеймо чистокровного. Я думал: уж лучше бы я родился у маглов, чем у Вальбурги с Орионом, уж лучше бы у меня совсем не было братьев и сестер, чем был Регулус, Беллатриса... Только сидя в Азкабане я по-настоящему понял, что значит судьба. Почему все думают, что судьба должна быть справедливой? Разве они сами справедливы всегда и во всём? Почему все считают, что судьба им не благоволит? Разве люди, всегда благосклонные к другим, не счастливы? Судьба – тот же бумеранг. Сначала ты живёшь безнаказанно, делая то, что "по законам судьбы" не должен, а потом вынужден расплачиваться за это. Вот это судьба. И она не всегда жестока. Она справедлива. Справедлива в своей жестокости. * * * 18 июня 1996. 10:30. Хогвартс. Джейн решила зайти на урок ЗОТИ к Гриффиндору. Гермиона своим взглядом сразу показала свою безмерную благодарность, а вот Гарри, судя по всему, было наплевать. Его мысли были где-то далеко. Час спустя. -Мэри Джейн, ты спасла меня! Когда ты зашла, она уже начала говорить о том, чтобы я осталась после уроков из-за моих слов о том, что домовые эльфы – не рабы! -Рада помочь. Подмигнула она. -Ага, наконец-то хоть один нормальный урок! Конец года, а эта розовая жаба всё никак не даст нам отдохнуть! Поддержал Рон. -Уже совсем немного осталось. Скоро летние каникулы. -Жду не дождусь! Джейн рассмеялась. -А у тебя как дела? Обратилась она к Гарри. -Было бы лучше, если бы ты не таскалась всюду за мной. Буркнул он. -Ч-что..? -У тебя проблемы со слухом? Ах да! Ты ведь уже не ребенок, наверное... -Гарри! Воскликнула Гермиона, не давая Поттеру договорить. -Гермиона, не лезь... Через зубы процедил он, не сводя пристального взгляда с Джейн. -Я не хочу с тобой ссориться. Спокойно, хоть и немного расстроено, сказала она.-Если считаешь меня злодейкой – оставайся при своём мнении. Что бы я тебе не сказала сейчас – ты всё равно не поймёшь. -Если думаешь, что так сможешь оправдать свои действия, то нет, я всё равно нисколько тебе не верю. Она не стала на это отвечать. Просто молча ушла. Так было проще, чем пытаться доказать что-то тому, кто не хочет даже слушать. Теперь она поняла Регулуса. 18 июня 1996. 16:40. Хогвартс. Джейн спорила с Амбридж, упорно пытаясь доказать этой розовой жабе, что отряд Дамблдора – не злая преступная группировка. В какой-то момент в кабинет вошёл Снейп, оповестив присутствующих о том, что запасы сыворотки правды иссякли. В этот момент Гарри выпалил ему: -Он там! Он там, где оно спрятано! -О чём он? Тут же спросила Амбридж. -Понятия не имею. Ответил Северус. Но он знал. И Джейн знала. Оба пулей вылетели из кабинета. -Ты оповести Дамблдора, я – Орден. Быстро скомандовала Джейн. На удивление, Снейп молча повиновался. Девушка побежала в свою комнату. Там был камин. Быстро переместившись на площадь Гриммо 12, она скомандовала эльфу-домовику Кричеру собрать самых важных членов Ордена Феникса. Кикимер тут же исчез. Мэри присела, ожидая какого либо сообщения от Дамблдора, либо хоть кого-то из Ордена. -Эм-Джей? Спросил удивлённый Сириус, появившийся в лестничном пролёте. -СИРИУС?! Вскричала она. Пазл в голове сложился. В этот момент в комнату один за другим начали прибывать то Грюм, то Тонкс, то Римус. -Чёрт, чёрт, чёрт!!! Закричала Джейн. -Что происходит? Спросил Римус. -Гарри! Волан-Де-Морт! Кричала Джейн, не понимая, как нормально объяснить происходящее. -Мне нужно к Дамблдору. Пролепетала она и побежала к камину. В этот же момент камин всколыхнул синим пламенем и оттуда появился Снейп. -Поттер со своим отрядом сбежали в Министерство на поиски Блэка. -Твою мать... Выдохнула Джейн. 18 июня 1996. 18:00. Министерство Магии. Джейн метала заклятия сразу в двух Пожирателей Смерти. Эйвери довольно неплохо их отражал, а вот Нотт старший довольно скоро был повержен. Она воспользовалась секундной отвлеченностью Эйвери, и быстро швырнула его в стену. Мужчина упал без сознания, хотя Джейн надеялась что он мертв. Она быстро осмотрела поле боя. Отряд Дамблдора практически полностью был повержен. Невил был одним из немногих, кто оставался в сознании, но из-за сломанного носа не мог произносить заклятия правильно. Рядом с Гарри был Сириус. Джейн жутко волновалась за них двоих. Гарри был ещё юн и неопытен для таких битв, а Сириусу и вовсе нельзя было выходить из дома. Блэк эффектно подпортил аристократичность лица Малфоя старшего, и Джейн усмехнулась. Они не пропадут. Подумала она. У кого-кого, а у Сириуса навыки выживания наверняка есть. Сейчас Бродяга довольно сильно раздражал Беллатрису. Она метала в него одно заклятие за другим, и всё никак не могла попасть – Блэк ловко уворачивался. Джейн заметила что в помещении появился Дамблдор. -Давай, ты же можешь лучше! Крикнул он, и его голос эхом разнесся по залу. Второй луч ударил Сириуса прямо в грудь. Улыбка не сошла с его лица, но в глазах появился ужас. Гарри отпустил Невилла, даже не заметив этого. Он рванулся вниз по ступенькам, выхватив палочку; Дамблдор тоже метнулся к арке. Джейн стояла на том же месте, будто вросла в землю. Где-то совсем далеко она услышала торжествующий крик Белатрикс. -Сириус! Крикнул Гарри. -Сириус! Задыхаясь, он спрыгнул на пол с последней ступеньки. Но, как только он достиг пола и рванулся к арке, Люпин остановил его, не давая двигаться дальше. -Ты ничего не сможешь сделать, Гарри… -Найдите его, спасите его, он ведь всего лишь упал туда… -…слишком поздно, Гарри. -Мы ещё можем найти его! Гарри яростно вырывался, но Люпин не отпускал его. -Ты ничего не сможешь сделать, Гарри… Ничего… Его больше нет. Эти слова будто молния поразили Джейн. Она сорвалась с места и со всех ног рванула за Беллатрисой. Из-за постамента раздался взрыв и оглушительный вопль. Джейн увидела Кингсли, кричащего от боли на полу. Беллатрикс Лестрейндж бросилась наутек, подгоняемая Дамблдором. Он направил на нее заклинание, но она его отразила и теперь была уже на середине лестницы. -Гарри — НЕТ! Закричал Люпин, но Гарри уже высвободил свою руку. -Она убила Сириуса! Орал Гарри, карабкаясь по каменным скамьям. -Она убила его, а я убью ее! Парень бежал за ней с сумасшедшей скоростью. Он обогнал даже Джейн. Поттер метнул в Лестрейндж заклятие, и та упала на колени. -Круцио! Проревел он. Но ничего не произошло... Белатрисса рассмеялась. -Ти ничего не понимаешь! Чтобы использовать непростительное заклинание, надо по-настоящему этого хотеть! Гарри стоял, не понимая, что происходит. -Ну, Потти, давай же! Сделай это! Неужели ты не хочешь сделать мне больно! Это ведь я! Я убила Сириуса Блэка! Джейн прибежала к ним именно в этот момент. -Он не сделает тебе больно, но я могу!!! Закричала она, направляя палочку на Беллу. -Круцио! Вопль боли вырвался из её груди. Теперь она будто змея извивалась на полу, корчась от боли. Джейн присела на корточки рядом с ней, не переставая мучить. -Ты помнишь, когда-то я поклялась тебе, что если ты ещё хоть раз тронешь кого-то из моих близких, я превращу твою жизнь в ад? Я исполняю все свои обещания. КРУЦИО! Белатрисса заорала громче прежнего. -НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!! Кричала она. -Как прекрасно, что это взаимно! 19 июня 1996. 11:30. Лондон. Сириуса хоронили рядом с Регулусом и его матерью. Джейн стояла рядом с Люпином. Гарри не пришел. Ему сильно досталось вчера, да и Дамблдор настоял... Римуса всего трясло, но он держался довольно неплохо. -Луни, ты как? Тихо спросила девушка, чтобы никто кроме него не услышал. Он не ответил... Джейн не давила. Через пол часа церемония была завершена. Джейн нарочно не отходила от Римуса. Сегодня ей было больно, очень больно, но ему было в тысячу раз хуже. Джейн никогда, никогда, даже в те 12 лет, не были так близка с Сириусом, как они были близки с Римусом. -Римус, мне стоит остаться с тобой сегодня? -Я не знаю... Не знаю, у меня ощущение, будто я сейчас сойду с ума... -Тогда я останусь с тобой. Она осторожно дотронулась рукой до его спины. -Тогда пойдем туда скорее... Сдавленно произнёс он. Он оставался с ней тогда, когда это было ей так необходимо. Джейн было невыносимо одиночество. Она не могла долго находиться в доме одна, поэтому часто приглашала Римуса, а Римус её. Он знал, что ей трудно, она знала что ему трудно, и они лечили раны друг друга. Вот только раненный раненного не вылечит... У неё был Гарри, у него не было никого... Только воспоминания. Воспоминания о прекрасном прошлом. Счастливые школьные годы и последующие года три. Они также были омрачены первой магической, но они определенно были лучшими годами в его жизни. Да, были проблемы: он вервульф, он был влюблён в Сириуса, причём, похоже, безответно, но этого было так мало, чтобы испортить те чудесные годы с мародерами. Они были не просто лучем света в его жизни, вместе они были ярче солнца. Да, Джеймс был будто солнце в июле: жакрое, обжигающее, но в тоже время согревающее, дарующее жизнь. Лили была словно солнце на закате, если наблюдать за ним с башни астрономии. Его отдельные лучи, пробивающиеся сквозь запретный лес скользили по глади черного озера, а из-за крон деревьев было видно якро рыжий, как её волосы, закат, окрашивающий небо во всевозможные теплые оттенки. Регулус, вероятно, был бы рассветным солнцем, но до того, как то показывается из-за горизонта. Тот момент, когда небо уже достаточно светлое, чтобы можно было разглядеть всё, но самого солнца ещё нет. Регулус был таким, но ему не хватало сил подняться за горизонт и наконец засиять. Ну а Сириус... Сириус был звездой.