игра на жизнь

Знаете, страх за себя и за другого — две разные вещи. Когда ты боишься за себя, ты игнорируешь все, но порой такой страх неоправдан, а вот за другого.Тут даже говорить страшно, что происходит с человеком, когда он боиться и заботиться о другом. Вот и Кирилл, сидел в гостиной, а внутри, кололо, ныло, но боль была моральной. Что-то в уголках мыслей говорило, даже кричало: «Зачем ты полез?», а он сам не знал. Да, Гречкин за всю жизнь любил только четыре вещи: деньги, экстрим, власть и отца. Всеволод оказался в этом списке не случайно, ведь по логике, все, что есть у Кирилла — это только заслуга отца. Но могла ли быть другая жизнь у блондина? Конечно, если бы в его жизни была мама. Но жизнь решила по-другому… *** Екатерина была тем человеком, который был с Всеволодом весь его путь. Сам Гречкин старший говорил, что обязан всем, что имеет этой прекрасной девушке. Катя, когда училась на 2 курсе и проходила стажировку, оказалась в группе под ответственностью Всеволода, тогда-то все и началось. А потом, свадьба, совместная жизнь, ну все как у людей. Но у каждой белой полосы есть градиент в чёрную. Сначала, врачи поставили диагноз «бесплодие», и все надежды угасли, но Екатерина проходила обследования и лечения. А уже через пару месяцев, пара узнала, что у них получилось. Беременность протекала без осложнений, а врачи говорили, что это чудо. Но на последних месяцах все стало ухудшаться, Всеволод не находил себе места, все говорили, что возможно, все наладится, но Гречкин понимал, что это конец. Сидя у кровати, он видел, как жена потухает. — Сява, не верь врачам, у нас все будет хорошо, через два месяца мы будем все вместе. Я, ты и Кирюша, — хотя сама Екатерина сомневалась в своих слова. Врачи тоже сомневались во все, говорили Гречкину, что возможны потери, но он не верил, до момента, когда перед родами сидел с любимой женой. — А если что-то случится? — сжимая руку супруги, сказал Всеволод. — Пожалуйста, любимый, не волнуйся. Я не знаю, врачи мне с самого начала предлагали прервать беременность, но я не говорила тебе об этом. Я люблю тебя, нашего будущего сыночка, давай, думать о хорошем. Мы справимся. — это были последние слова Екатерины. Она отдала жизнь сыну, хотя могла этого не делать. Конечно, Гречкин старший потерял в тот день слишком много, но жизнь на этом не должна была останавливаться, и он продолжил жить. Воспитание сына и бизнес стали самыми важными, но в какой-то момент бизнес перебрался на первое место в топе по важности. Не уследил за Кириллом, и все, парень стал как большинство «золотых» детей. Всеволод иногда представлял другую жизнь, где они втроём, в таком случае, Кирилл явно вырос бы великим человеком, но кто мы такие, чтобы идти против судьбы? *** Головная боль усиливалась, а мысли все сильнее закручивались в клубок. Блондин как будто сходил с ума, ведь каждая мысль была хуже другой. Влад уехал из-за какого-то сообщения, но пообещал, что днем приедет, ведь оставлять друга в такой ситуации нельзя. Хотя, Кириллу сейчас хотелось одного — мстить. Ведь юноша за стеной не виноват, и чуть ли не умирает. Сейчас, все слишком тяжело, даже для Гречкина, который связал свою жизнь с криминалом. От всех дум отвлек звук на первом этаже, в дверь кто-то настойчиво стучал, и требовал впустить. Открыв приложение от камер наблюдения, Кирилл увидел на пороге отца и одной кнопкой открыл дверь. Он зашёл к юноше и укрыл его пледом, натянул фальшивую улыбку, чтобы отец ничего плохого не подумал. — Доброе утро, сын. Я решил, что нужно позавтракать вместе, — протягивая пакеты какого-то ресторана, сказал Всеволод. Конечно, выгонять отца блондин не собирался, хотя он был не вовремя. — А чего так? — раскладывая приборы на столе, Кирилл особо не смотрел на отца. — Ну ты же сорвался куда-то, вот я и решил, восстановить упущенное. — да, в тот момент Гречкин старший выглядел явно лучше сына. — Пап, не волнуйся, но сейчас у меня очень много дел, обещаю, скоро мы и отдохнём где-то подальше, но не сейчас, — выпивая чуть ли не залпом кофе, чтобы хоть немного взбодриться, сказал Кирилл. — А что нам мешает сейчас отдохнуть? — улыбка на лице отца, на самом деле, слегка бесила блондина. — У меня много дел, два месяца, я все налажу, и отдохнем как надо. Сейчас никак вообще. — парень сел за стол, но слегка покосился на второй этаж, прислушиваясь, вдруг Алексей очнулся. — У тебя проблемы? — но увидя взгляд сына, Всеволод обернулся, возможно, он даже хотел бы увидеть там какую нибудь симпатичную девушку, но там была пустота. — Что-то не так? — Нет, пап, все хорошо, все под контролем. Я просто задумался, не бери в голову, — разрезая сырник пополам, сказал блондин. Все оставшееся время завтрака, Кирилл при любом постороннем звуке дергался, что пугало отца. Всеволод не понимал, что же заставляет сына так реагировать на случайный скрежет ножа по тарелке. Но больше всего, его пугал вид младшего, он никогда не доводил себя до такого. Лёгкая щетина, синяки под глазами, неухоженные и грязные волосы. Неужели, за три дня можно так зарасти? Сейчас, он выглядел на один десяток старше, и как-то более серьёзно. Это был не Кирилл, а кто-то совсем другой, не тот мальчик на дорогой тачке, более жестокий, готовый идти по головам за другого человека. Таким его сделали явно не деньги. — Кирь, сынок, ты всегда можешь мне позвонить, просто поговорить. Я отвечу даже если буду занят, только если у тебя проблемы, то скажи сейчас, — а младший усмехался, неужели, ему так прямо и сказать: " Пап, у меня в комнате лежит мальчик — наркоман. Я его выиграл в покере, он еле живой, но я вытяну его. А кстати, у меня под опекой ещё девочка, у которой мать сторчалась.» Нет, это явно запрещено говорить, даже если будут угрозы. — Хорошо, ты обо всем будешь узнавать первый. Спасибо за компанию, было приятно завтракать не одному, — да, Кирилл таким образом пытался быстрее выставить отца из дома, ведь в капельнице скорее всего закончился раствор, и её нужно убрать. И вот, снова тишина в доме. Сидя на ковре у кровати, Гречкин чуть ли не засыпал. Он и не заметил, как глаза закрылись. И вот, пустота и чернота. Конечно, положение было как минимум неудобным, но разбудило блондина не неудобство позы, а рука, которая гладила по волосам. Приоткрыв глаза, Кирилл увидел друга, который был слегка напуган. — Я думал, ты уже все, — проигнорировав слова Влада, парень посмотрел на часы, три дня, он спал шесть часов. Тут же Гречкина будто током ударило, от резкого движения, в глазах потемнело и тело пошатнулось. У Миронова проблем с ловкостью не было, он схватил друга, который чуть не снёс как минимум тумбочку. — Эй, ты чего? Где твои гангстерские повадки? Ты размяк, отдохни, я за ним посмотрю. — хлопая по спине, Влад выгнал друга из комнаты и отправил его в ванную. Холодный душ не только привёл в чувства, но и как-то успокоил, а может все спокойствие пришло вместе с Мироновым, кто знает. Сейчас, друг прав, Кирилл слегка не такой, и смотря в зеркало, Гречкин усмехнулся. Да, где же та маска, убийцы, главы, наркобарона? А её нет. Только сейчас он понял, что же он творит. Ну или просто, что-то в голове щёлкнуло, но ненадолго. Из ванной вышел уже тот самый Кирилл, но это только на внешний вид. — Что ты узнал? — спросил блондин, у выходящего из комнаты друга. — Насчёт отца, пока мало, а вот есть кое-что интересное, но только после того как ты поспишь, солнышко наше, — такое отношение у них было один на один, как у братьев, но не более. Никто из них не думал, о чем-то серьёзном. — Ну, Влади Daddy, — а Миронов лишь закатил глаза и толкнул друга в соседнюю комнату и закрыл дверь. — Спи, выглядишь как курага. Потом поговорим. Спокойной ночи, — Влад дверь запер снаружи, а сам вернулся в комнату к Макарову. Долго Кирилл не мог уснуть, ворочался, то ему жарко, то ему холодно. Но вроде, спустя пятнадцать минут мучений, получилось уснуть. И опять, пустота, чёрный фон. Учёные говорят, если ничего не снится, значит у вас хроническая усталость, и в какой-то степени, они правы. Сил у блондина не было, он и правда, был как курага, весь уставший и помятый, выжатый морально. Уже когда сам организм понял, что отоспался, и состояние пришло в норму, Гречкин вылез из мира морфей. Первым делом, он решил посмотреть, что в целом происходит в мессенджерах. Куча каких-то странных сообщений, пару от Майи. Зайдя в рабочую беседу, слишком долго пытался понять, что происходит. Все что-то радостно обсуждали, ну, а Кирилл, как всегда, потерялся во времени. " Я отоспался, выпусти.» Написал блондин другу, ведь крик все равно никто особо не услышит, а вдруг ещё разбудит Алексея. Долго ждать свободы не пришлось, уже через минуту, Влад открыл дверь и выпустил нашу прекрасную пташку из «клетки». — Прошу на чай, нам есть за что выпить, — конечно, Кириллу на самом деле, хотелось быть в таком же приподнятом настроении, но сейчас получилась только апатия и злость. Сидя на диване, к Кириллу вновь вернулась та суровость. Да, в глубине души, на самом дне, он был обычным человеком, но видеть его таким, была редкость, но не для Миронова. Он слишком хорошо его знал, да и в целом, Гречкин считал его старшим братом. — Я вот, как всегда, ничего не понял. Хотя, нет. Я понял, что Михаил от нас откупился людьми, но в чем твоя радость? — и вправду, Влад даже светился, как Эдвард на солнце, но друг не вампир и на дворе уже одиннадцать ночи. — Я тебе говорил про Алину? — кивок, — Ну вот, и она входит в тот список людей, которые теперь наши. Кто-то из ребят, их отвёз в твой отель, который на севере Питера, пока поживут там, ну пока ты как отец не скажешь, куда и кого. Мда, опять эта херня. Ежемесячно, что-то подобное падает на плечи блондина, и это даже бесит, ведь решать чужие проблемы он не любил. Хотя, тут даже он сам себе противоречил, но ведь Майя и Лёша — это совсем другие люди. — Что ещё? — отпивая из чашки, поморщился блондин. — Будь проще со мной, или отоспался и злой? Съезди, поговори как ты любишь, пулю в голову пусти предателю, и выдохни. — и такая смена настроения у Гречкина наблюдалась часто, но Влад всегда приземлял. — Ты сам, взял ответственность за мальчишку, а сейчас злишься. Я тебя, блять, не понимаю. — Замолчи! Мне нужен адрес отца Алексея, чтобы пока я собирался, ты узнал его, — по телу Миронова даже пробежала дрожь, ведь друг вёл себя слишком агрессивно. — Ладно, только выдохни. Нельзя так ехать, — «мне похуй» одним взглядом сказал Кирилл, и ушёл на второй этаж. Конечно, Влад имея все возможности и базы данных, стал искать хоть что-то, но выйти на более точную информацию не удавалось. Но в голове появилась лампочка, которая так же быстро загорелась. Можно же и через юношу найти адрес, ведь он явно был прописан в квартире, где живёт его отец, ну и гипотеза подтвердилась. Быстро написав адрес, Миронов пошёл в прихожую, где в углу валялся рюкзак юноши. Открыв маленький карман, нашел ключи. — Ну что? — подходя к другу, спросил Гречкин. — Вот адрес и ключи, только не твори хуйни, ты можешь, я это хорошо знаю, — Кирилл лишь усмехнулся, пока надевал кроссовки, вышел из дома. Оказавшись в городе, блондин сбавил скорость, которую до этого превышал в паре раз. Сейчас, он понимал, что разговором все не закончится, хотя, кому будет интересно, что происходит в квартире у соседа — наркомана? Парковаться в таком дворе было ну как минимум, неправильно. Такой район и такая машина, ну совсем не совместимы, но как-то было похуй. Крутя в руках ключи, с милым брелком в виде динозаврика, Кирилл уже думал как начать диалог, но в голову почти ничего не приходило. Только если кулаком в лицо, хотя, вариант нормальный. Открыв дверь, Кирилл попал с его точки зрения на какую-то свалку. По всей прихожей валялись бутылки от дешёвого алкоголя, окурки от сигарет. Мда, так запустить квартиру может только свинья. В кухне горел свет, и как только Кирилл начал аккуратно носком обуви отодвигать мусор, чтобы пройти дальше, раздался голос. Такой противный, что захотелось блевать. — Алексей? — но мужчина не ожидал увидеть в дверях другого человека. Но реакция у Романа была слишком замедленной, и Кирилл хватая за волосы, прижал мужчину к стене. — Кто вы? — прохрипел отец Лёши. — Твоя смерть, гандон. Ты настолько отвратительный человек, что даже продал сына за дозу. Самое место тебе гнить в аду, и я помогу тебе, там быстрее оказаться. — Гречкин был настолько зол, что вжимал Романа в стену, а на руках выступали вены. — Я не делал этого, я его люблю. — но от лжи, парню стало мерзко прикасаться к такому человеку, и он просто швырнул мужчину на пол. Голова Романа упала прямо на бутылку. Стекло разбилось, а осколки впились в кожу. — Повтори свои слова, мразь! — давя на позвоночник кроссовком, процедил блондин. — Я… я… — кашель. — Скажи, кто ты? Раскайся. Он из-за тебя сгнил бы. Все нормальные отцы заботятся о детях, а ты настоящая мразь. — доставая пистолет, чуть ли не кричал парень. — Он явно ничего тебе не сделал, как у тебя вообще язык повернулся такое говорит. Хруст костей и крик. Кирилла это не остановило, наоборот, заводило. А мольбы о пощаде смешили. — Надеюсь, ты понял урок, — выходя из комнаты, сказал Гречкин. Он не собирался уходить. Пройдя по коридору, открывал каждую комнату, но самая дальняя была совсем другой. Это была его комната. Смотря на полки, взгляд зацепила фотография с какой-то женщиной. На обороте: " Анапа. Я и бабушка». Это единственное, что забрал с собой Кирилл. Уже выходя, блондин резко развернулся в сторону Романа, который пытался встать, ну или хотя бы подняться. — Ой, прости. Забыл помочь, — улыбнулся парень. Зря, что мужчина перевернулся на живот. Ведь для Гречкина это была явно лёгкая добыча, да и на такую тварь уйдёт всего одна пуля, хотя, хотелось бы больше. И вот, пистолет снят с предохранителя. Выстрел. Мда, а что он думал, твари долго живут? Находится в квартире было уже невозможно, он выполнил свой план, теперь можно и выдохнуть, но только на время. Уже сидя на лавочке у подъезда, Кирилл закурил. Попутно отправляя сообщение другу. «Прости, что вспылил. Но так нужно. Только вот одна просьба. Замни там дело с мужиком, оно скоро появится, я не при делах.)» Сообщение прочитано, но ответа нет. Видимо, мозг теперь по приезду домой, будут промывать ему…